Кровожадность и любовь

Лань Цзинъи стоял на ступеньке, ведущей к Храму Предков вместе с Лань Юанем, одетый в красный цвет ханьфу, на лбах младших адептов ордена Лань красовались такого же цвета лобные ленты. Вокруг них была толпа любопытствующих, чуть поодаль восседал Лань Цижэнь будучи в угрюмом расположении духа, Лань Сичэнь улыбался и, казалось, не имел ничего против того что прямо у всего ордена сейчас состоятся целых две свадьбы. Цзинъи покраснел, бросив взгляд на невозмутимого Лань Юаня. Столько времени прошло... Лань Цзинъи был влюблен в Сычжуя и ему понадобилось осознать все свои чувства в полной мере, прежде чем он решился и поведал о них самому Сычжую. Это было ровно неделю назад. Тогда вовсю шли приготовления к торжественной церемонии свадьбы Хангуань-Цзюня и Старейшины Илин, все суетились, стараясь сделать грядущий праздник как можно красивее. Цзинъи, наблюдая за этим процессом, сжимая пальцы по хруста, втайне мечтал о том, что они тоже решат поклониться предкам в храме, потому что иначе его сердце попросту не выдержит. Во время этой суматохи он нашел Лань Сычжуя на полянке, где тот невозмутимо кормил кроликов, его охватила странная неловкость. Кролики мирно щипали травку и ели морковку из рук юноши, когда Цзинъи и застал его за этой милой картиной. Он сел рядом и как бы невзначай придвинул свою ладонь к пальцам Сычжуя и буквально растаял, когда чужая рука крепко обхватила его ладонь. Некоторое время юноши сидели в молчании; Лань Юань любовался кроликами, а Цзинъи — этим прекрасным заклинателем. Не знающие люди бы сравнили Сычжуя с Хангуань-Цзюнем, лишь Цзинъи знает его натуру. Хотя нет, еще учитель Вэй. Наконец Сычжуй повернулся к нему и склонил голову к плечу. Выглядел он до того мило что тот едва сдержал порыв обнять его. — Я люблю тебя. Сычжуй вскинул голову, встречаясь своим взглядом с глазами Цзинъи, когда тот покраснел, однако руку свою не убрал, что было уже хорошим знаком. — Любишь? — Уже давно, — Лань Цзинъи закивал, — с той нашей первой встречи. — Я тебя тоже, Цзинъи, — смущенно улыбнулся Лань Юань, придвинувшись практически вплотную, отчего у последнего по телу прошелся рой мурашек, — однако я боялся тебе признаваться. Боялся твоей реакции. — Глупенький ты, А-Юань. Я бы тебя не посмел отвергнуть. Слушай, Сычжуй, давай совершим три поклона в Храме Предков? Если ты согласен... От смущения у Цзинъи заплетался язык, в горле совсем пересохло. Сычжуй замер и долго пристально его разглядывал, от тишины было жутко дискомфортно, наконец он чуть качнул головой. — Ты предлагаешь мне стать твоим мужем как Хангуань-Цзюнь и учитель Вэй? Хорошо, я согласен. — П-правда? Я так счастлив... Цзинъи бы соврал себе, если бы посмел усомниться в намерении Сычжуя пожениться, поэтому весь спектр его эмоций выдавало счастливое лицо. Лань Юань легко улыбнулся и прислонился к его плечу. В тот же вечер они пошли к учителю Ланю и Цзэу-Цзюню, где рассказали о своем намерении. Лань Цижэнь не был доволен, ведь это был поистине вопиющий поступок, но Лань Сичэнь лишь кивнул и пообещал устроить церемонию и для них. А потом наступил долгожданный день, когда они, облаченные в красное, ступили в Храм Предков. Поклон они решили совершить после Вэй Усяня и Лань Ванцзи, потому что те имели на это право. Совершая поклон Лань Цзинъи не сводил восхищенного взгляда с невозмутимого Сычжуя, который едва заметно улыбался ему. Теперь они были официально женаты. Такого счастья младшие адепты не ощущали никогда.

***

Лань Ванцзи стоял в зале, одетый во все красное, с тревогой поглядывая на Вэй Усяня. Вот он, этот самый момент, когда они будут должны совершить три поклона. Лань Сичэнь и дядя также присутствовали; обнадеживающая улыбка Лань Хуаня вселяла в Ванцзи уверенность, что ничего дурного не произойдет, дядя же выглядел так словно у него искажение ци. Лань Ванцзи поспешил к палочке с благовониями, где находились таблички всех предков ордена Лань, потянув Вэй Ина за собой. Вэй Усянь послушно сложил руку в другую и они поклонились, глядя друг на друга взглядом, полным нежности. — Между небом и землей клянусь быть верным мужем второго молодого господина Лань, Хангуань-Цзюня. Лань Чжань повторил клятву. После поклонов следовало пиршество, на котором присутствуют все кланы, которые получили приглашения на торжество. — Даже орден Юньмэн Цзян здесь, — удивился Вэй Усянь, когда они сели на видное место. Лань Чжань посмотрел в сторону Цзян Чэна, главы ордена Цзян, чуть нахмурившись. — Мгм... Этот человек ему не нравился, именно он отрекся от брата в самый сложный для того период, оставив разгребать все проблемы в одиночку, хотя вполне мог помочь. Ненависть главы Цзян была вполне обоснованной, когда тот потерял абсолютно все — сожженная Пристань Лотоса, смерть родителей, потеря Золотого ядра, непонимание между шисюном. После этой ненависти Вэй Ин и ушел из ордена названого брата, когда произошла всеми известная битва орденов против клана Цишань Вэнь. А после битвы братья рассорились и их пути больше не пересекались. Было удивительным то, что Лань Сичэнь решил пригласить Цзян Чэна на свадьбу своего брата со знаменитым Старейшиной Илин. Сейчас же глава клана Цзян выглядел так словно не очень был доволен приглашением, а уж тем более — созерцанием парочки, но нежелание идти на свадьбу могло быть проявлением неуважения к ордену Гусу Лань. Цзян Чэну пришлось прилететь, пускай он все еще ненавидел Вэй Ина. Юноша глубоко вдохнул. Не нужно ворошить прошлое, что было — того не вернуть, да и Вэй Ин не выглядит озлобленным или расстроенным. Он невозмутимо поглощал расставленные на столе блюда, запивая вином, которое Лань Ванцзи попросил доставить к свадьбе, пускай вино было запрещено, но в этот день было сделано исключение. — Лань Чжань, Лань Чжань, будешь? — Вэй Усянь переложил из своей тарелки кусочек чего-то острого в миску Ванцзи, лукаво подмигнув. — Мгм. И хоть острое юноша не любил, огорчать своего супруга он не хотел, поэтому заставил себя съесть то, что ему положили. Что ж, если бы не острый перец, от которого Вэй Ин всегда был без ума, все не так плохо. Вэй Усянь ухмыльнулся потерянному выражению на лице Лань Ванцзи и потянулся рукой к его подбородку, чтобы протереть рот. Ванцзи наморщился, когда рука нарочно медленно провела сверху вниз, но это было приятно. Краем глаза он заметил озлобленное лицо Цзян Чэна, когда тот громко чихнул. Лань Сичэнь снисходительно улыбался, Первый Нефрит решил наконец произнести торжественный тост ради которого все сегодня собрались. — Ванцзи, господин Вэй. Лань Чжань почувствовал тычок под бок, Вэй Усянь хрипло хихикнул. — Вы теперь официально стали супругами, — Лань Хуань дружелюбно улыбнулся. Подойдя к новоиспеченным супругам, он протянул им коробку, в которой явно что-то было, отступив на шаг. — Я преподношу вам подарок от себя и от ордена Гусу Лань. Все остальные тоже принесут вам подарки. — Право, не стоит, Цзэу-Цзюнь, — с улыбкой покачал головой Вэй Ин, но дар все же принял, спрятав под коленками, — я же вас запросто разорю. — Заверяю вас, это все мелочи. Не стесняйтесь. Лань Ванцзи потянулся в рукав своего ханьфу и вытащил маленькую коробочку, протянув мужу. Вэй Усянь совсем растерялся — он явно не ожидал, что все будут к нему так милостивы после той бойни. Как по сигналу представители всех кланов подходили к ним и клали на пол один подарок за другим. Юноша переглянулся с супругом. Это его не удивляло, но... было приятно. Лунный свет проникал в зал, когда они наконец кончили с трапезой и поспешили уединиться в цзинши. — А подарки... — начал было Вэй Усянь, когда они остались вдвоем в комнате, где их уже ждала теплая вода. Лань Ванцзи медленно разделся и кивнул на бочку с водой, мол, залезай. — Их принесут позже слуги. Давай я тебя помою. — Нет, сначала я тебя, Лань Чжань. Юноша коротко хмыкнул, забираясь в воду и распуская волосы, каскадом ниспадающими по спине. Вэй Усянь встал около него, принявшись массировать руками шею Второго Нефрита. Движения Вэй Ина были осторожными и до того приятными что Ванцзи невольно им залюбовался, расслабляясь. — Посмотри ту коробку, что тебе подарил Сичэнь, — после короткого молчания произнес он, закрывая глаза. — Только после того как мы помоемся. — Мгм. С водными процедурами они закончили быстрее чем планировали, решив переместиться на кровать. Лань Ванцзи ждал этого с того самого дня как впервые увидел его как главу ордена Вэй, а что до самого Вэй Усяня — он тоже хотел этого не меньше самого Хангуань-Цзюня. Лань Чжань подошел к нему с коробкой в руках, молчаливо предлагая открыть крышку. Вэй Ин, замешкавшись, все же сделал это, выудив на свет белоснежное ханьфу ордена Лань, к одеянию прилагалась лента Гусу Лань с вышитыми на ней облаками. — Твой брат что, официально принял меня в орден? — удивленно присвистнул Вэй Усянь. — Мгм. А еще вот это. Ванцзи молча сунул свой подарок в руки опешившему супругу, невольно вынуждая его открыть коробочку. На этот раз внутри оказалась нефритовая шпилька с подвеской на самом конце. На кончике шпильки располагался сияющий в лунном свете нежно-голубого цвета камень. — Это — мой подарок тебе. — Лань Чжань... — Вэй Усянь растроганно заключил юношу в свои объятия, — очень красивый подарок! Ах да, совсем забыл вручить тебе свой, прости! Он чуть отстранился, вытянув мешочек цянькунь. Ванцзи с интересом наблюдал за тем, как тот бережно развязывает веревочку и вытаскивает наружу красную заколку, увенчанную рубинами. Юноша чуть отпрянул. — Вэй Ин, это слишком дорогой подарок... — Я знаю, гэгэ, но позволь мне подарить ее тебе, — Вэй Ин притянул Лань Ванцзи за талию, закрепляя заколку на волосах последнего. — Она когда-то принадлежала шицзе, Цзян Яньли, помнишь? И однажды эта заколка была подарена мне, это случилось до того как... — Мгм, — кивнул Второй Нефрит, — я тебя понял. Он не хотел бы обсуждать эту болезненную для темного заклинателя тему, тем более что заколка явно была не дешевая. Если она была у шицзе Вэй Усяня, то это уже значило весьма многое. А теперь Вэй Ин подарил ее Хангуань-Цзюню в знак взаимной любви. — Давай на кровать, Лань Чжань? — прервал затянувшееся молчание Вэй Усянь, ловко заскочив в постель. Юноша покраснел и кивнул. — Подарки принесут завтра, если что. Я люблю тебя, Вэй Ин. — Я понял, залезай уже. Вэй Усянь, не став дожидаться пока тот залезет самостоятельно, рывком подтянулся ближе и схватил Лань Чжаня под поясницу, затаскивая на кровать. Крепкие руки пригвоздили его к постели, не давая ни единого шанса вырваться, да юноша и не собирался. — Люблю тебя, — выдохнул Вэй Усянь, наклонившись к лицу Ванцзи. — И я тебя. Вэй Усянь резко дернул Лань Ванцзи за волосы, пригибая его к себе, впиваясь губами в белоснежную шею. По всему цзинши разнесся стон наслаждения. Они любят друг друга и так теперь будет всегда, потому что не может быть иначе. И никто и ничто их никогда отныне не разлучит, даже сама смерть.