Оберег

Дело полностью замяли чуть больше двух месяцев назад. В суде сделали выговор из высказываний Саске и Кимико о всех «злодеяниях» Сакуры, в последствии которых ту лишили родительских прав и отправили на исправительные работы. Кимико уже начала забывать весь этот случай, который исчерпал её нервы на год вперёд, хоть и первые несколько недель ей снились кошмары, где Саске всё-таки садят за решётку, а Сакура безнаказанно издевается над дочерью. В одном из таких снов Сакура пристрелила Саске, и угодила в психушку, когда Кимико чисто физически ничего не смогла сделать. В тайне от отца она просила у снотворного у Наруто, который без лишних вопросов давал его каждую ночь, пока все дурные мысли не стихли. Несмотря на все плохие сновидения, Кимико было очень комфортно просыпаться в своей новой комнате — после завершения дела, по решению суда, она переехала к Саске, как ко второму опекуну. Из приоткрытого окна дул зимний морозный ветер. Середина декабря не отличалась тёплой погодой, наоборот, с каждым днём становилось всё холоднее. Кимико проснулась от нового потока ветра, проникшего в комнату. Она продрогла до костей, а нос уже начинал сопливить, и даже тёплое одеяло не могло спасти девушку от зимних испытаний. Громкий чих раздался на всю комнату и выходя за её пределы. Спустя несколько секунд с тихим скрипом открылась дверь, за которой стоял Саске облачённый в домашнюю одежду и тёмный фартук. Как только дверь распахнулась, ветер подул с новой силой, из-за чего Кимико задрожала, как осиновый лист. –Какого хуя?! Я же сказал тебе перед сном закрыть окно! - Саске быстрыми шагами добрался до подоконника, облокачиваясь на него одной рукой, и наконец закрывая несчастное окно. Затем подошёл к Кимико, которая была не в лучшем состоянии. Учиха только цыкнул и направился на кухню за горячим чаем и таблетками. Сначала Кимико пришлось выслушать кучу нотации о её памяти, а затем порцию мата от Наруто, который опоздал на работу из-за «бессонной» ночи. В принципе обычное скучное утро, но день обещает быть насыщенным. Как только все лекарства были приняты, а на Кимико было натянуто две кофты, теплые штаны и всё это покрывала удлинённая куртка, она наконец вышла на улицу. Даже во время прогулки Саске продолжал объяснять, что нужно закрывать окно на ночь, не лето же. Они приближались к знакомому старому обшарпанному зданию. В городе уже вовсю готовились к празднику: практически на каждом здании были вывешены какие-то украшения, а на окнах виднелись снежинки, которые вырезали дети. На прилавках магазинов, чьи окна выходили на улицы, красовались товары и манекены , украшенные новогодними гирляндами и маленькими игрушками. Первым в здание вошёл Саске, придерживая дверь для дочери. –Зачем мы здесь? Кимико остановилась, подождав отца, рассматривая полки с книгами. Чуть дальше, за полками, находилось уютное место, где можно было спокойно почитать. В это время в библиотеке никого не было, поэтому удобные диванчики пустовали. –У меня есть для тебя подарок. Чуть дальше читального уголка находилась непонятная дверь. Саске вынул ключ из кармана и подойдя к двери, без проблем открыл замок. Взору Кимико представился небольшой кабинет со столом, «офисным» кожаным диванчиком, шкафом с документами и книгами. Саске подошёл к столу и взял маленькую синюю коробочку, лежащую на нём и протянул дочери. –Откроешь дома, хорошо? Кимико аккуратно забрала из рук отца коробочку и тихо угукнула.

***

Входная дверь открылась и громко стукнулась о стену. В квартиру ввалился Наруто, держа в руках ёлку чуть выше его самого. Кимико вышла на шум, ещё не успев переодеться после прогулки до библиотеки. Почему-то она не была удивлена. Наруто ещё несколько дней назад сказал, что обязательно притащит домой живую ёлку, за что получил подзатыльник от любовника. Мол - «нехрен грязь в доме разводить». На шум вышел и Саске, глубоко вздыхая и смотря с укором на Наруто, но мысленно сдаваясь, понимая, что спорить с этим балбесом бесполезно. Тот лишь глупо улыбнулся и потащил ёлку в зал, оставляя за собой след из маленьких иголочек. Ёлку всё-таки поставили и нарядили. Наруто что-то жевал на кухне, а Саске ждал в зале Кимико, которая ушла в комнату. Девушка вернулась с коробочкой, которую подарил отец, и села рядом с ним на диван, с интересом глядя на предмет в руках. Тонкие пальцы аккуратно сняли маленький бантик с края коробочки и приоткрыли крышку. На бархатной подушечке слабо переливался небольшой кулон, от которого шла цепочка. Сам кулон напоминал красный веер утива с белым штифтом. Кимико аккуратно вынула кулон и надела на шею, застегнув маленький замочек цепочки. Тихое «спасибо» осталось на губах, но Саске всё равно услышал, от чего уголки уже его губ слегка приподнялись. –В твоём возрасте он оберегал меня. Хоть Саске никогда и не верил в подобного рода суеверия, но всё равно с трепетом относится к этой вещице и носил, как оберег. Он встал и направился на кухню, чтобы приготовить ужин. Кимико удивлённо посмотрела отцу в след. –«У меня уже есть тот, кто меня оберегает.» — пронеслось в голове, после чего Кимико вскочила с дивана и счастливая понеслась на кухню обнимать свою новую и самую прекрасную семью.