Звёзды в глазах

Сегодня выдалось свободное утро, поэтому Нанон решает прочитать сценарий, который ему предложил его любимый режиссер, сказав, что в одном из героев видит только его, а на вопрос, кто станет его парой, Пи, печально вздохнул и сказал, что тот парень пропал. Съёмки решили перенести на неопределенный период. Пи’Аоф хочет отыскать того человека, как он сказал, вторая главная роль только для него. — Мой первый бл-лакорн? Интересно, что там такого, что Пи категорично отказался от повторного кастинга на роль главного героя? Хм, Заклятый друг? О, стикер. Смайлик. Заинтригован, спасибо Пи. Пат и Пран. Гитара, пение. Значит я должен играть Прана, а вот Пата, должен был играть тот парень с кастинга, — молодой актер погружается в чтение и даже не замечает, как пролетают почти четыре часа. Со слезами на глазах, он переворачивает последний лист, одновременно снимая блокировку на телефоне. Находит контакт и подносит телефон к уху. — Пи, я согласен, — в его голосе так и слышатся слезы. — Я знал, что ты не откажешь. Но придется подождать, я отыскал парня, который должен сыграть вместе с тобой, но он сейчас находится в больнице, в коме. Я очень надеюсь, что он очнётся и согласится на роль. — Аоф очень расстроен, это слышно по его голосу. — Как в коме? В какой он больнице? — На том конце — тишина. — Пи, не молчи пожалуйста. — Я ничего не знаю, Нанон. Извини, мне пора. — Да, до свидания, Пи. Пока Нанон прибывает в шоке и бездумно смотрит перед собой, Аоф сидит в палате Ома и печально улыбается, ему отвечают такой же грустной улыбкой. — Привет, Пи, давно не виделись. Каким ветром у нас? — Дрейк сидит напротив и с печалью в глазах смотрит в том же направлении, что и Аоф — на кровать со спящим парнем. — Привет, Нонг. Да, так, проходил мимо, дай думаю зайду проведаю тебя и его. Давно он так? — Давно, Пи. Получается больше трёх месяцев, сразу после того кастинга для лакорна. Он прошел его, да? — Аоф просто кивает. — И что теперь делать? Уже начали съёмки? — Нет, я вижу только его в одном из главных героев. — М? Героев? Парней? Это что бл-лакорн? Вау, ничего себе. А его партнёр? — Дрейк не договаривает. — Нанон Корапат, ты же слышал разговор. Не строй из себя того, кем не являешься, Нонг, — мужчина в шутливой форме грозит пальцем парню. — Прости Пи, мне нравится тебя дразнить, — Дрейк по-хулигански улыбается. — Мы делаем всё возможное, чтобы он очнулся, но похоже, что надо ещё больше стараться. Пи, ты слышал о родственных душах? — Дрейк становится предельно серьёзен. — Что? Он? — Да, он в таком состоянии, потому что его половинка не принимает его. — Это жестоко. Как можно не хотеть обрести свою родную душу? — Аоф от услышанного зарывается руками в волосы. Он сам нашел своего человека и сейчас очень счастлив с ним, пусть было больно и хотелось всё прекратить, но он не смог. Он и понятия не имеет, сколько боли испытывает сейчас этот парень. Его человек просто трус, который боится боли. Знал бы Аоф, что этот самый трус сейчас забился в дальний угол кровати и с ужасом смотрит перед собой, он слышит стук, теперь он звучит быстрее и не собирается стихать, сколько раз Нанон не просит, не умоляет, не кричит. Стук всё продолжается и продолжается. Но затем резко прекращается, оставляя после себя звенящую пустоту и чувство утраты. Звук прибора пугает тихо разговаривающих людей. Дрейк реагирует первым, соскакивает со стула подбегая к койке, на которой его друг, опять решает уйти. — Нет. Нет. Я не позволю, Ом. Не позволю. — Пока он пытается реанимировать парня, прибегают доктора и медсестры. Аоф неподвижно стоит и молится всем известным ему богам, чтобы парень очнулся. — Мы сделали всё, что смогли. Время смерти… — Доктор не успевает договорить, как прибор снова подаёт признаки жизни пациента. — Он дышит. Смотрите, дышит без маски. — Дрейк оседает на пол от облегчения и как мантру повторяет «дышит». — Смотрите, — Аоф показывает на Ома, который открывает глаза. — Где я? Почему так темно? — Хриплый с надрывом голос пугает всех в палате. Первым реагирует доктор, он сразу начинает обследование, говоря, что он лежит в больнице и сейчас день. — День? Но почему я ничего не вижу? — Ома усаживают в кровати, и он обводит комнату полностью черными глазами. Дрейк от ужаса закрывает себе рот ладонью, чтобы не закричать. Его друг, его любимый друг, ослеп. — Успокойтесь, сейчас я проверю ваши глаза. Вы видите свет от фонарика? — Нет. — Хм, нужно провести некоторые анализы. Сейчас медсестра возьмёт у вас кровь, не пугайтесь. Скажите, вы помните, как вас зовут? Сколько вам лет? Откуда вы родом? — Да, Ом Пават, 21 год. Я родился в Бангкоке, — он все ещё хрипит от долгого молчания. — Спасибо, я зайду к вам ещё, через несколько часов, как будут готовы анализы, — когда за доктором и медсёстрами закрывается дверь, Ом поворачивает голову точно в ту сторону, где находятся Дрейк и Аоф. — Дрейк? Я знаю, что ты тут, приятель. И знаю, что ревёшь. Перестань, не надо, мы знали, что так будет, когда я очнусь. — Пават печально улыбается ловя в объятия бросившегося на него друга. — Здравствуйте, Пи. Я слышал ваш разговор. И я рад, что прошёл кастинг, но не уверен, что смогу в таком состоянии сыграть в вашем лакорне. — С возвращением, Нонг. Сможешь, я тебе гарантирую, что ты сыграешь в нем. И этот лакорн будет самым лучшим. Обещаю. А сейчас прошу прощения, но мне надо идти. Выздоравливай Ом, — Мужчина идёт к двери, но тихий голос заставляет его обернуться. — Пи, а какой он? — Такой же красивый и очень сильный, как ты. — Спасибо. Когда за режиссером закрывается дверь, Ом смотрит невидящим взглядом на друга. — Что? Что ты так смотришь? — Дрейк явно нервничает, не каждый день видишь черную мглу в глазах напротив. — Ты сейчас такой пугающий. — Прости, — Ом закрывает глаза, чтобы друг перевел дух.