Можно вам довериться? 2: Любовь не умрет никогда.

Что он скрывает? Это был первый вопрос, который Антон задал себе, открыв глаза. Саид что-то скрывает. И ведь Шастун не ошибся. Вчера, после того как Антон выключил свет, Арсений объяснил Гирееву, что к чему и Сергей все прекрасно понял. Понял, почему Арсений инсценировать свою смерть. Понял, почему он ничего не сказал Антону. Ну… Понять, то что, твой внук гей, было сложно. — Антон! — дедушка открыл дверь. Видимо Шастун слишком глубоко ушел в свои мысли, и не заметил, что его зовут. — Сколько можно тебя звать?! На вызов, быстро! Шастун подорвался с кровати, сразу натягивая форму и пятерней приглаживая волосы. Антон обул берцы и вылетел из комнаты, направляясь к умывальнику. С пеной вокруг рта и зубной щеткой между губ, Антон спросил у Грека: — Сань, фто за фызоф? — Пожар, так что поторопись. — Антон громко — на сколько позволяла щетка во рту — сказал «Флять!», и бросился бежать обратно, к раковине. — Поехали! — Шастун запрыгнул в автомобиль, который сразу же поехал по дороге. — Пять минут, сорок три секунды. — Саид посмотрел на таймер и усмехнулся — Молодец. Одеться успел, умыться успел и даже печеньем перекусил! Шустрый! — На то он и Шастун! — сказал Коля, включая левый поворотник, чтоб выехать на главную дорогу. Все в машине засмеялась, а Антон недовольно буркнул «придурки» и отвернулся к окну. Глупые у них шутки, особенно, когда мы едем на пожар. — подумал парень, а после спросил: — Кстати, что за пожар? — Грек сложил руки на груди, откидываясь на спинку сиденья. Удивительно, как случайность, может изменить человека. Отправили его в Карелию, на стажировку, хотя он должен был проходить ее в Москве, в штабе. Отслужил в отряде 42-21 а потом вернулся в Москву, к девушке, хотел забрать перевод в Карелию, но допустил ошибку и его, без прав на отказ, отправили на повторную стажировку. После того случая, он он остался в отряде 42-21, позже ставший отрядом 99-06. От того нудного, вечно недовольного и самовлюбленного москвича не осталось и следа. — Горит дом. Есть сведения, что там есть люди. — Антон поежился. Люди… Им наверное очень страшно… Бррр… Шастун был слишком добрым, чтоб просто забить на людей, которые есть в том доме. Это его долг — спасать людей. Он не может не думать о тех, кого он ежедневно спасает. Это же… Люди? Живые люди. Жизнь одна и Антон боится, что однажды может лишиться ее. Лишиться, как лишился Арсений… Опять он думает о нем! Почему? Почему, Арс? Почему я думаю о тебе и не могу отпустить, как не пытался? П о ч е м у? Почему ты ушел, не попрощавшись? П о ч е м у? Почему ты не дал мне признаться, что… — Я тебя люблю… — прошептал парень, и поймал на себе удивленный взгляд Грека. — Ты себя как чувствуешь? — Саша приложил ладонь тыльной стороной ко лбу юноши. — Нормально… — парень отмахнулся, опуская голову на стекло.

***

Вода огромным напором бежала из штанга, поливая собой горящий дом. Пожарные переговаривались о чем-то с полицией и бегали туда сюда. Около одной из машин стояла молодая пара. Мужчина держал свою жену за плечи, не позволяя ей побежать в сторону дома. А женщина кричала: — Там мой ребенок! Влад! Влад! — ее голос срывался. Она плакала и билась у подступающей истерике. Шастуна передернуло от этих слов. Ребенок… Там ребенок… Антон натянул пожарную форму и дождался указаний. Так как горел большой трех этажный дом, нужно было поделиться по два человека. Гиреев пошел с Петровым, Грек с Викой, а Антон пошел один. Очень уж сильно он не хотел идти с чужими людьми. Поэтому настоял на том, что пойдет один. Поднимаясь по горящей лестнице, он внимательно осматривать все вокруг: Горящие двери, ковры, игрушки, книги. Одна из комнат была закрыта и оттуда доносится кашель. Шаст сразу бросился туда. Выломав дверь, он зашел в комнату и сразу заметил ребенка лет двенадцати, сидящего у окна и плачущего над телом собаки. — Мальчик! Пошли скорее! Сгоришь! — Антон подбежал к нему, пытаясь поднять с пола, но парень не поддавался, поэтому Антон поднял маленького терьерчика на руки и заставил парня надеть кислородную маску. Выводя мальчика из огня, Антон кашлял, ведь маска у него была одна и отдал от ее ребенку. Поэтому сейчас, у него горели легкие и он тяжело дышал. — Сынок! Сыночек! — мать мальчика крепко обняла сына, у которого все лицо, руки и одежда были в копати. — Спасибо вам… — сказала женщина, смотря на Антона, но не выпуская сына из объятий. Шастун кивнул, не переставая кашлять, и ушел в сторону машины скорой помощи. — Как же ты так, Антош?.. — прошептал Арсений, с жалостью смотря на парня, который что-то передавал в рацию. Попов стоял около машины МЧС, и смотрел на то, как реанемировали собаку. — Глупенький ты мой… Антона повезли в больницу, ведь он надышался дымом. Гиреев долго ругал его за халатность, но парень махнул рукой на деда. Что теперь поделать? Ну получилось вот так, что теперь? Шастун лег на кушетку, которая была в машине, и расслабился. Он очень устал и хотел спать, но не мог уснуть. Ему снова померещился Арсений. Около машины МЧС. Он видел его силуэт. Антон не уверен, что ему показалось, ведь это уже не первый раз. Не сошел же он с ума в конце-то концов? Хотя, кто знает? Может у него уже на нервной почве кукуха поехала? Нужно к психологу сходить.

***

Арсений решил, что пойдет на психолога. Будет работать в каком-нибудь центре психологической помощи. Просто чтоб забыться…