Роковые дни

Мягкая, спокойная мелодия заполняла зал, отдаваясь эхом даже в самых отдаленных углах. Высокие ноты казались пением птиц на весенней лужайке, основной лад отзывался лучами солнца в небесах, общая атмосфера расплывалась мирным океаном, где не появится ни одна волна. А исполнитель был еще чудеснее - словно морской бриз на тихом берегу. Пшеничные волосы аккуратно и ровно уложены, будто чистый песок. Глаза прикрыты, пышные ресницы опущены, она полностью погружена в игру. Белая блузка - морская соль, черная юбка чуть выше колен - глубины океана. Тонкие бледные пальцы смело касаются клавиш. Девушка прекрасна. Она кажется для маленького измученного мальчика спасением от всех бед. Такой необходимой, как вода, но такой запретной, как плод райского дерева… Сяо чувствует концовку мелодии и поднимает взгляд на нее, примечая голубой браслет на запястье. Последнее нажатие, последняя нота, и девушка выдыхает, расслабляя позвоночник. Ее янтарь встречается с янтарем мальчика. Он сидит на стульчике, других ребят нет. Сквозь окна пробивается яркий свет. Она, в свою очередь, одаряет его своей легкой улыбкой. — Ну что, Сяо, тебе понравилось? — спрашивает пианистка, поднимаясь с сидения. — О-очень… — он отводит взгляд в пол. — Вы прекрасны… — Хм, приятно слышать. А ты… Теперь выполнишь свою часть уговора? Обещаю, я приму и помогу тебе… — Да… Но сначала… Что за браслет у Вас на запястье? — А, этот… Хе-хе… Его когда-то подарил мой брат. У меня есть второй браслетик. Хочешь, у нас будут парные? — Да, очень хочу! — Тогда я передаю его тебе. Обещаю, что проведу тебя по ступеням этого детского дома и буду защищать от всех бед… — воспитательница сняла голубую вещь с запястья. — А я обещаю, что буду Вас слушаться, Мисс Люмин! Альбедо заметил, что парень явно находился где-то не здесь, но решил не мешать ему. Лишь подошел ближе и уже был готов, на всякий случай, положить руку на плечо Алатуса, тем самым вернув его в реальность. Писатель сжимает ладонь и поднимает голову в окно. Взгляд все также смотрит не в эту реальность. Художник начинает волноваться. «Нет… Нет… Снова она видит меня в таком состоянии… Нет… Почему ты помогаешь мне снова?» — он смотрит на то, как воспитательница ругает более старших мальчиков, отсылая их по комнатам. Сяо опускает глаза на себя: порванные штанишки, грязная футболка. На руках ссадины, на холодный деревянный пол капает кровь и слезы. Ноги совсем отказываются что-то делать, легкие сперло от травм и ситуации. Где-то позади разливается вода. Он вновь не выполнил то, что хотели старшие ребята. Нет, это ведь несправедливо… Почему они имеют право издеваться над Сяо? Кто им его дал? Чем он заслужил такое отношение к себе? Тем, что младше? Краем глаза ребенок замечает браслет на своей руке и мягкую ладонь воспитательницы на своем колене. — Не плачь… Все будет хорошо, я рядом… Колени перестают давать опору, из носа стекает струйка крови. Тело расслабляется и больше не чувствует пола. Благо, Альбедо успел среагировать и достаточно быстро подставить сначала одну руку, а потом и себя остального перед Сяо, тем самым спасая его от падения на пол. Глаза писателя все еще открыты и смотрят в пустоту. — Сяо, вернись! Сяо-о… — Сяо, вернись! Сяо-о… — со смехом в голосе говорила Люмин, активно пытаясь найти мальчика. Это были банальные прятки на уличной территории детского дома. Пахло летом и травой. Мальчик сидел за одним из деревьев, прикрывая рот рукой и сдерживая смех. Подстриженная травка щекотала открытые части кожи, вокруг летали различные насекомые. Было весело. Было хорошо… — Н-нет… Я хочу остаться… — тихо произносит Алатус, после чего сознание окончательно покидает его и он слабо остается висеть в руках друга, что смотрит на это с огромным шоком. Что теперь делать? С ним, с собой, что говорить остальным? Так мало ответов, но так много вопросов. Химик всматривается в черты лица Сяо. Они кажутся знакомыми. Он похож на девушку из легенд… Которая и сейчас их… «Черт… Черт, черт, черт…» — голову, мысли, все, что можно заполняет ужасная, противная, громкая и нагнетающая музыка. Сознание раскалывается и отказывается ее воспринимать. Альбедо понимает, что от него снова зависит жизнь человека. Друга. Сяо… мелодия, что играется явно на пианино, не дает здраво мыслить и принимать решения. Химик оборачивается на инструмент и страх заполняет каждый кусочек тела.