Не мил мне белый свет

Глава 1: Первый Полёт

— Сколько бы времени не прошло, я навсегда буду предана своему делу.

Уже 6 часов вечера. Посмотреть направо — на столе целая стопка бумаг с недавно поступившими данными о нераскрытых делах. Отложу её, пожалуй, до завтра. Посмотреть налево — вид из окна второго этажа на цветущую летнюю аллею. На улице весь день горят фонари, ведь солнце перестало заходить даже на единственный час в сутках, и лишь одна вещь сильно выделяется на тусклом, тёмном фоне: Вдали проезжают поезда с логотипом Режиссёров. Будто фотоны, они стремятся только вперед с невероятной скоростью. Их видно даже с моего, кажется, настолько узкого угла обзора, хоть и частично. — Э-эй, чего сидишь-скучаешь? Не заметила я Дрима, который держал в руках какой-то файл. Он — мой коллега по работе, но состоит во второй группе, в то время, как я состою в третьей. К сожалению, мне не доводилось с ним сотрудничать, однако он всё равно относится ко мне как к своему другу. Иногда, если честно, я даже завидую ему. — В сон что-то клонит, наверное, успела устать. А ты чего, уже всё закончил? — Да, вот, файл только занесу в архив и пойду. Трудный сегодня был день, да? — Ага. Думаю, остальное доделаю завтра. Чем собираешься заняться сегодня? — встала я и начала собирать свою сумку. — Хм… Хочу сходить сегодня в новый гипермаркет неподалеку. Говорят, там даже отдельную чайную открыли. А ты? — Я? Да как обычно, встречусь с Терезой и пойду домой. Хочу лечь пораньше. — М-м, хорошо, и… Ох, кстати, Госпожа просила тебя зайти к ней, как будешь уходить. — …Госпожа? Надеюсь, это не шутка, как в тот раз. — ответила я со слегка озлобленной интонацией. Она очень тяжелый человек, и у меня вовсе не было желания говорить с ней сегодня. — Ха-ха-ха, не-ет, вовсе нет. На этот раз правда, обещаю. — В тот раз мне сильно досталось. И тогда ты тоже обещал, между прочим. — Да ладно тебе, это было всего один раз. И того на первое апреля, можно же было понять. «Да, конечно, можно было. А то, что мне зарплату сократили и лишили премии, интересно, ты тоже поймешь?» — Хорошо, тогда сейчас и зайду. Спасибо, и до завтра. — Ага, удачи. Сложив в сумку последние вещи, я выключила настольную лампу на своем столе и по коридору направилась к кабинету Госпожи. Госпожа… Я даже не помню, с каких пор начала её так называть. К тому же, почему она не против этого? Я ведь, буквально, знаю её всю жизнь. И она меня тоже, но даже наедине зовёт меня Евой. Ева - это имя, которое мне дали как госслужащей в офисе Правого Глаза, чтобы соблюдать этику, установленную собранием СДР, так как по настоящему имени меня могут легко раскрыть. На самом деле, она была бы действенной, если бы вся информация о человеке среди криминалистов шла на настоящее имя, а тебя искали по фальшивому, но нет — тебя будут искать по твоему псевдониму, а узнать твое имя, в конце концов, будет проще простого. В конце концов, в подполье тебя будут знать просто идеально, ведь чем дольше работаешь, тем больше дел раскрываешь, тем больше людей в городе знают тебя. Тут и начинаешь видеть, что вся эта система — сплошной мусор, и ты в любом случае рискуешь собственной жизнью на благо других, но этого никто не замечает и никогда не заметит. С этими мыслями дошла я до двери кабинета Госпожи и, открыв после стука дверь, увидела её. Женщина на вид 50-и лет, в изысканной белой рубашке и элегантных черных брюках-скинни с узорами золотого цвета, а также черным галстуком, восседала за своим столом и, казалось, над чем-то усердно размышляла, устремляя взгляд в бумаги, лежащие на столе, и покуривая свою деревянную лакированную трубку. Её внешнее состояние говорило либо о её возрасте, либо о том, что сон — не самый лучший её друг. — Госпожа Юстус, вы просили меня зайти? — сказала я в нейтральном тоне, но она не обратила ни малейшего внимания. — … — Госпожа Юстус. — повторила я, но снова никакой реакции. — … — Госпожа? — вымолвила я напоследок и, наконец, от неё последовал ответ. — И ведь можешь ты звать меня не по имени. — … — Позволь узнать, сколько ещё ты будешь так делать? — …Извините. Такого больше не повторится. — Я очень на это надеюсь. — сказала она, тихо вздохнув, и встала из-за стола. — Так… Вы всё-таки что-то хотели? — Да, я хотела поручить тебе одно дело. Я вижу твои успехи в решении мелких происков уличных шавок, потому, тебе стоит идти дальше и взять что-то посложнее. — говорила Госпожа уже перед шкафом, стоящим рядом со столом, разыскивая какую-то папку на полке. По какой-то причине, её действия выглядели такими аккуратными, отчего заставляли удержать свой взгляд на ней, но после её слов я также вспомнила объем бумажной работы, которую оставила на завтра, что меня вовсе не радовало. — Может, лучше не стоит? Я не чувствую, что могу осилить что-то более сложное на данном этапе. — Ева, могу тебе обещать, что ты никогда не станешь настоящим детективом, если будешь оправдываться своей неготовностью. Твои чувства незначительны, если речь идет о твоих знаниях и личном опыте. Поэтому, вот, возьми. — наконец нашла она и положила папку красного цвета с позолоченной надписью на стол. Я подошла к нему ближе и, взяв файл в руки, прочитала содержимое. — … — Я думаю дать тебе на это дело два месяца. Столько времени вполне должно хватить. — Что? Я же расследовала по большей части дела о краже, почему вы вдруг поручаете мне дело о коррупции? — Почему же я не должна его тебе поручать? На расследование убийств ты была назначена ещё пять лет назад, и за всё это время у тебя должны появиться необходимые навыки, чтобы решить любое дело. Не забывай — ты детектив, а не следователь. И твоя работа — расследовать уголовные преступления, а не лишь человеческие смерти. — … Конечно, я ведь детектив, я работаю в офисе Правого Глаза. Мне не то, чтобы ни разу не поручали полноценных убийств, даже малейшие заговоры и коррупционные схемы в моем портфолио не упоминались от слова совсем! И теперь я должна, на секунду, решить за два месяца дело, которое завязано на собрании СДР и самом Ксиоме города. Я ведь даже не знаю, с чего мне начать! — Если у тебя нет вопросов, я продолжу работу. — Госпожа… — хотела я продолжить, но… — Слушаю. — Нет, ничего. Увидимся с вами завтра. — сказала я ей и спокойно вышла из кабинета, поймав лишь на себе её холодный взгляд. Закрыв дверь, я тихо вздохнула и пошла обратно по коридору, чтобы положить на рабочий стол ту красную папку с делом. Что меня беспокоило больше всего — это её поведение. Она всегда была такой: тихой, спокойной, рассудительной, но холодной и непоколебимой стала лишь с определенного момента. С самого детства я не помню своего отца, и она ничего не рассказывала мне о нем. Полагаю, он либо пропал без вести, либо погиб, случайно или по какой-то причине — не важно. Однако, выращивая меня вместе со старшей сестрой, она всё равно обращалась ко мне по настоящему имени. Мы проводили с ней не так много времени, но мне всегда нравилось находиться рядом. Именно такой, нелюдимой по отношению ко всему, она стала после смерти младшего сына и старшей дочери. Среди троих осталась только я, и растить меня было некому. Госпожа начала пропадать на работе всё чаще, но мы обе понимали, что она просто не хочет видеться со мной. Вскоре, я оставалась дома одна, отчего приходилось всему остальному в возрасте 12 лет учиться самой... Не считая мою иногда навещающую меня "няню" - личного посыльного Госпожи. Деньги у нас были всегда, рядом с документами всегда лежала банковская карта, на которую Госпожа отсылала часть денег — на еду, одежду и прочие нужды. Лишь когда мне исполнилось 17, она наконец пришла в мою школу и забрала меня с собой, не сказав ни слова как мне, так и учителям. Так она и привела меня работать в её офис, а я согласилась, поскольку думала, что стану с ней ближе… Нет, даже после этого ничего не изменилось. И даже в мыслях, теперь, у меня по какой-то причине не получается назвать её мамой. Довольно трудные мысли, но не принять их — то же самое, что идти против толпы. Положив бумаги на стол, я ещё пару минут смотрела в окно, после чего покинула офис, взяв с собой довольно старую черную сумку. На улице было довольно прохладно для летнего периода, но даже так мне было в самый раз в обычной рубашке и брюках, чтобы дойти до близлежащей кофейни, где у меня назначена встреча. Маленькое, уютно помещение — вот как бы я описала это место. Кажется, что среди пустующих улиц оно было оазисом эстетики и теплых напитков. — Эй, Лиз, привет. — сказала мне моя хорошая подруга — Яна. Не знаю, с какого перепуга, но ей больше нравится сокращение до «Ян». Именно её я зову Терезой на работе — для её же блага. — Да, здравствуй, Ян. Давно ждешь? — Не-а. Только принесли кофе, а ко мне уже успел какой-то парень приклеиться. Я не понимаю, что их так притягивает ко мне, но мы-то с тобой знаем, чем это закончится. — Каждый раз одно и то же, да… Конечно же, речь шла про её механический протез. С ней, на протяжении всего нашего знакомства, пытались флиртовать многие особи мужского пола, однако единственное, что их объединяет — все без исключения убегали в ужасе после того, как видели металлический имплант Яны. Однако, несмотря на него, внешностью она действительно была хороша, даже учитывая мешки под глазами, возникшие от недосыпа... Или чего-то ещё, быть может, я всё-таки многого о ней не знаю. — Как сегодня смена прошла, кстати? — спросила я, сев на барный стул рядом и приняв на нем удобную позу. — Как и обычно. Рядом никого, лишь дети бегают по улице, а возле входа стоит злая тётка Яна. Иногда не понимаю, почему меня назначили именно охранником продуктового, если это дорогостоящее исследование. — Хм-м… А куда, думаешь, ещё могли бы пристроить? — М-м… — замялась она, но всё же сказала — Да хоть в ваш офис. И того пользы было бы больше, и следование вести безопаснее. Тем более, не думаю, что только возле магазина люди не заподозрят меня в том, что я имею экспериментальную разработку заместо одной руки. — Хах, мне бы тогда и на работу было бы ходить интереснее, чем с— Подожди, экспериментальную разработку? У нас такой сильный дефицит искусственных частей тела? — Не-а. Эта рука… — пыталась договорить Яна, но к ней подошел какой-то молодой человек и перебил её. — Хэ-эй, приветик~ — сказал он игриво. — А-а, вот ты и приклеился ко мне, не так ли? — Ну-у, не говори так. Всё-таки я хочу познакомиться с девушкой, чей голос сразу же проласкал моё нёбо. — Хах, ну тогда… Протянула свою механическую руку Яна тому парню. — Приятно познакомиться, меня зовут Яна. — сказала она с ухмылкой, как на лице молодого человека появилось странное выражение лица, показывающее, что, всё-таки, этого он не ждал. — Д-да, и мне тоже, я Алексеем буду! — несмотря на это продолжил он. — М-м? А если так? — спросила Яна, как вдруг из её руки вылезли несколько стальных и довольно широких игл. — …Я… Хе-хе, там это… Приятно было поболтать, ещё встретимся~ — сказал в итоге он и быстрым шагом направился к выходу со своей компашкой, которая всё это время ждала его за столиком. — И что я говорила? — спрятались в тот же миг иглы, и Яна приняла горделивую позу. — Да уж. Не подумал ли он, что ты таким образом угрожаешь ему, вот вопрос. — Какая разница? Главное, что теперь и на километр не сунется подходить, а мне и в радость. — продолжила она пить свой кофе. — Да уж… И всегда ты так к парням относилась? — Как — так? — Ну, вот так, запросто отвергала, если не запугивала. — А, так? Никогда. И сейчас так не отношусь. Просто не верю во все эти бредни про «Влюбился с первого взгляда». Я ищу человека, который всегда будет со мной, а я в свою очередь буду с ним. Чтобы парень был не просто пустышкой на ночь, а настоящим, смелым и надежным. А такие, как этот — то же самое, что муж на час: Придет, чухни наделает, да ещё и деньги за то попросит. — Да уж… Твердые у тебя стандарты. — А ты что, так хотела бы, чтобы к тебе клеились такие, да почаще? — …Н-нет, не дай боже. Мне сейчас вообще не до каких-либо отношений. — Ну вот. Да и, к тому же, мне есть чем заняться, чем какие-то пустые отношения строить. Я посмотрела на неё слегка удивленным взглядом. — …Ну и ещё у меня есть ты. — Сильно. И независимо. — Всё для тебя, подруга~ Ещё где-то 2/3 часа мы провели в той кофейне, после чего Яна проводила меня до дома, всю дорогу рассказывая о том, как бы хотела иметь пианино… Иногда я просто поражаюсь тому, о чем она думает. — Ну, вот и всё. — Что - всё? — А что, не всё? Вот мой дом, я здесь живу. Ты иди в свой, я пойду в свой. — И даже на ночевку не впустишь? Не пригласишь на чай? — Нет. По крайней мере, не сегодня. —Ну, пожалуйста? — …Слушай, я хочу побыть одна после такого дня. Мне многое надо обдумать, понимаешь? — Так а я чем помешаю тебе? — Ты же ко мне лезть будешь, даже обычные разговоры сейчас мне будут не в пользу... — Почему это? — …Не важно. Увидимся завтра, думаю. — Хорошо, ладно. Но на этой неделе как-нибудь обязательно устроим ночевку, ясно? Или у тебя, или у меня. — Ага… — собиралась я уже уходить, как она меня вновь окликнула. — Ой, и кстати, ты во сколько встаешь? — Встаю? Хм-м… Ну, где-то в 8 утра, думаю, пока приготовлю всё. А в 10 и на работу. — Ха, как раз вовремя. У меня на завтра встреча назначена, как раз через твой двор проходить. Могу разбудить завтра, если хочешь. — Да, было бы замечательно, заходи обязательно. — Тогда наведи побольше кофе с утра, хе-хе. — ухмыльнулась она мне. — Конечно, увидимся. — помахала я своей подруге рукой на прощание. — Увидимся! — помахала она мне в ответ, а я тем временем зашла в дом. Старый, но такой современный, темный, но в то же время и светлый, родной, но такой далекий. Я провела в этом доме практически всю свою жизнь. Воспоминания наполняют это место, но все они… Монотонные, что ли? За 19 лет жизни этот дом стал для меня скорее четырьмя стенами в клетке, чем нормальным и уютным жильем. Я сняла сумку и положила рядом с полкой около входа, на которой стояла обувь. Я не особо слежу за своим гардеробом, поэтому всё ношу по классике, и кроме элегантных туфель без каблука ничего назвать не могу. Та же ситуация и с рубашками, и с брюками… Мне и выходить-то некуда, а тратится на одежду — не моё. Лишь после того, как я наконец переоделась, я включила свет в комнате. Не знаю почему, но я никогда не обращала внимание на освещение в комнате, и чувствовала себя комфортно как во тьме, так и в свете. Стоило бы приготовить ужин самой, но… На столе находился контейнер с запиской «Этих зацепок должно хватить. Постарайся.» на нем. Конечно же, я понимала, что мне передала его Госпожа Юстус, но это очень раздражает, когда в твой дом бесцеремонно входит посторонний человек. Почему посторонний? Ответ прост: Госпожа никогда не выходит из офиса, на все дела ходят исключительно её посыльные. Ко мне ходят самые разные её люди, но я отчетливо помню лишь одного, того самого «личного»: Иван по прозвищу «Комендант». Это прозвище он получил, как раз-таки, благодаря работе, которую ему чаще всего поручали: управление личным составом посыльных. Однако, он тоже часто разносит письма, причем их заведомо приходится читать ему самому, чтобы Госпожа получала только важную информацию. Однако… А-ах! И вот, снова мысли заводят меня в совершенно другую сторону. Ну почему так?! Прежде чем начать трапезу, я включила телевизор, по которому всё ещё передавали то странное сообщение, которое было объявлено… Я не помню, месяц назад? Не могу сказать точно, но лишь одно было ясно: внутри страны назревает гражданская война, и власть, дабы такого не допустить, вводит военное положение. Если подумать, то в принципе непонятно, зачем им подобное, ведь границы с самого основания были закрытыми. Сквозь них, как давно известно, не пройдет ни человек, ни сообщение, то есть с самого начала мы были под, как его называют историки, «Платиновым занавесом», а за ним решили основать нечто среднее между монархией и республику. Эх, учила бы я в свое время обществознание — назвала бы точнее… Так или иначе, куда бы не заводили меня мысли, я приходила к одному: Пожалуй, не стоит такой чепухой забивать голову на сон грядущий. Меня ведь завтра, всё-таки, ждет настолько сложное дело… Наверное, я всё ещё сомневаюсь, что смогу хоть чем-то быть полезна. Но вставать, однозначно, рано, поэтому я постаралась побыстрее закончить с ужином, сходила в душ и легла в постель. Накрывшись одеялом и положив руку на лоб, я закрыла глаза. Я видела сегодняшний день… Сравнивала с остальными… Никакой разницы. Что я чувствую… Какую-то… Пустоту? Никогда раньше не было такого. Оглядываясь назад, я понимаю, что упустила львиную часть собственной жизни и, скорее всего, это никогда не изменится. Я никогда не имела настоящих друзей, я никогда ни в кого не влюблялась и мне никогда не признавались в своих чувствах. Будто бы среди цветных реагентов я всегда была серой колбой, что выцвела до такого состояния, что не имеет значения, существует она или нет. Даже с родителями… Я ведь никогда не проводила время так, как всегда хотела… Ужасные мысли, но именно с ними я уснула. Завтра меня ждет серьёзная работа, и что-то мне подсказывает, что сама я с ней не справлюсь.

Акт ночи

Темная часть великого разочарования

Несколько дней назад я ещё был дома… И теперь мне приходится жить здесь, одному, в холоде и голоде… Я не жалею о том, что сделал, чтобы оказаться здесь. На улице вечерело. Ветер дул на юг: ведь там находился пример жизни каждого человека в этом городе. Башня, что стояла посередине, будто бы привлекала глаз каждого живого существа в этом месте. Несмотря на холодную палитру внешней оболочки, лишь наблюдая за её вечными перестройками, создавалось ощущение, что сверху видно всех, кто находится на земле. Каждый в этом городе хотел бы попасть внутрь — есть множество легенд и мифов, которые рассказывают о райской и свободной жизни внутри, и я — не исключение. Лишь одна девушка могла сопротивляться этим мыслям — моя знакомая, Ламбер. Я не понимаю её, она… Всегда сопротивляется, даже если знает, что не права. Иногда мне кажется, что она и вовсе не человек… Но она заботливая! Её характер постоянно меняется с какого-то дружеского на более… Материнский, что ли? Не знаю, отчего это зависит, но я точно помню, что однажды она упрекала меня за то, что я забыл в один день с утра почистить зубы… Это же абсурд, разве нет? Но если для неё это что-то обычное, то я не смогу изменить что-то или как-то сопротивляться ей.