Не мил мне белый свет

— Долго вы собираетесь игнорировать её?

Я не мастер вставать по будильнику, но, благо, сегодня я довольно хорошо спала, чтобы без проблем подняться. На улице, похоже, достаточно облачно, чтобы к концу дня пошел дождь, однако радует, что хоть что-то закрывает это чертово ночное небо. Может, потом наше время занесут в учебники истории, но меня это не должно волновать прямо сейчас. О чем мне действительно стоит подумать — дело, что я получила вчера. Я уже заварила себе черный чай и переодела пижаму, поэтому могу посмотреть содержание титульного листа и прилегающих. Итак…

МИНИСТЕРСТВО ВЫСШИХ ДЕЛ ЦИТАДЕЛИ

(МВДЦ)

ПРОТОКОЛ ТИПА III

№0008933

Заседание Центральной комиссии МВДЦ

По делу №207563

Маердон

Председательствующий - Заместитель председателя ЦК Павлов А.К. Секретарь - Член ЦК Рощев Д.Д. Присутствовали 4 человека [Список прилагается]

Повестка дня:

К делу приложены следующие данные: 1. Приложен банковский чек, содержащий списание средств в крупных суммах; Дата, указанная на нем: 16.07.2019, 19:05 2. Приложен список подозреваемых, в том числе и возможных сообщников. [В отдельном списке] Примечание:       Расследование также будет продолжено другими операторами во избежание неточностей и недосказаностей. Лист "Принять меры" также прикреплен к списку подозреваемых.

Подпись председательствующего: Павлов

…Уже в мыслях я понимаю, что ничего с этим не сделаю. Всего две зацепки к делу? Которые, к слову, являются официальными данными, которые любой школьник может достать, взломав базу данных в ближайшем офисе К.И.Н.О.? Не знаю, на что рассчитывает Госпожа Юстус, но я говорю, что это дело неразрешимо. Ох, как же я зла на неё… Я, как никто другой, понимаю, что базовые знания и близко не помогут полностью решить дело, здесь необходим опыт. Да, я откопаю самые легкодоступные сведения — но после этого меня будет ждать только тупик. Поэтому могу утверждать, что это для меня одной слишком трудное дело. Однако, пока у себя в мыслях я бесилась с несправедливости начальницы, раздался звонок в дверь, а за ним и довольно знакомое мне «Лиза-а-а~». Резко встав из-за стола, я приоткрыла дверь, и не успела я даже наполовину её раскрыть, как с другой стороны показалась наглая морда Яны. Именно наглая, поскольку ни разу ещё я не видела такой расторопности. — Приве-ет, это я~ А ты что, только встала? — Нет, встала я давно, просто ещё чай пью. Сейчас ведь и близко 9-и часов нет, а я выхожу в 10. — Стой, сейчас 9? Я думала, что 10, даже на часах у меня столько… — Часы покажи. — сказала я, подозревая её во лжи, однако на её часах и правда стояло время на час позже моего, — Подожди… И чье тогда правильное? — Хм… Ты перевести часы не забыла на летнее время? — …Ох, забыла… — Ага, вот и оно. Беги собирайся быстрее, я тебя тут ждать буду. — Да нет, заходи, мне торопиться некуда. — Ну, раз настаиваешь! — ответила она, похоже, ожидая моего предложения, и с радостью приняв его. Несмотря на рвение Яны, зашла она спокойно и тут же начала осматриваться. — Уютненько. — Да, хотя половина вещей не моя. — И чья же тогда, если не твоя? — Матери, кого же ещё. Только она не появляется здесь, ты же знаешь. — Конечно… — сказала она как-то тускло, но я не обратила на это внимание. Отлучившись почистить зубы, я почему-то вдруг снова вспомнила об Иване. Сколько людей я в жизни видела, находясь в офисе, но ни один из них не закрывал глаза так, как это делает он. Часто даже возникало чувство, что он делает это потому, что ему так нравится, однако настоящей причины я не знаю. Он никогда не жалуется, не говорит в открытую, что ему надо куда-то ещё, я даже никогда не видела, чтобы он ел или пил. И это меня, почему-то, начало волновать только сейчас… — Лиза-а-а~ — донеслось из гостиной и отвлекло меня от мыслей. — А-а-а? — А тебе зачем столько фильмов страшных? Любишь нервы потрепать себе? — …Это какие фильмы? Я даже плеером не пользуюсь, а там их ещё и настолько много, что ли? — 27 штук, я тебя недооценивала. — Я же сказала, что не пользуюсь плеером! Может, мать оставила, или ещё чего! — Ну да, ну да, ври дальше. — сказала она, и, если честно, за такие ответы я её, порой, просто ненавижу. Спустя минут 10, а может и 15, я уже стояла на пороге со всеми бумагами в сумке, в том числе и делом, что я проверяла ранее. Быстро отдам их госпоже, скажу, что решать не собираюсь, и всё… Да, вот и все дела. Смутит её то, что я впервые за всю свою карьеру сдала задание — не мои проблемы, не надо было вешать на меня то, что мне чисто физически не по рукам. — Пошли? — с улыбкой смотря на меня спросила Яна, явно подозревая, что я о чем-то задумалась. — Конечно, жить вместе я тебя ещё не звала. — пыталась я пошутить, но моя подруга не оценила этого. — Мне кажется, что тебе стоит изменить свое чувство юмора. — Мгм, как скажешь… — невероятно стыдно я ощущала себя, отвечая на замечание Яны. Человек я неразговорчивый, и только через полчаса моя подруга решила спросить: — Почему ты вечно смотришь по сторонам или вдаль, когда идешь куда-то? Причем, даже не описываешь то, что видишь… — Я не знаю, честно. Люблю заглядываться молча на природу и вид вокруг, не издавая ни звука. Чувствую таким образом какое-то спокойствие, что ли, дышу свежим воздухом и всё такое… Хотя ты ведь тоже вроде молчишь часто, не так ли? — Так я и не знаю даже, что сказать. Ты постоянно с таким лицом идешь, будто спроси у тебя чего — и в ответ получишь «Угу» или «Да, интересно». У тебя вот вообще ничего кроме работы в жизни нет, что ли? — Да, ничего, представь себе. Меня не интересуют какие-то развлечения или общение с кучей друзей. Клубы, вечеринки, танцы — пусть занимается нынешняя молодежь всем этим, я же вижу мир иначе. — В следующий раз я тебя силой утащу к себе на сходку. Ты этими словами еще подавишься, поняла? — больше с печалью на лице сказала подруга, чем со злостью. — С тобой спорить трудно, поэтому да, как скажешь. «Хотя бы потому, что ты меня перекрикиваешь.» — подумала я. Спустя ещё 10 минут тишины, Яна поинтересовалась моей работой: — …Слушай, а вам в офисе выдают только по одному делу за раз? Или бывало такое, что вы решали 2 или 3 дела сразу? — Нет, только по одному делу на человека. Если есть какая-то срочность или очевидная загвоздка, то, бывало, параллельно шло 2 дела сразу. Одно, помню, было связано с нашими квартальными отчетами, так оказалось, что на стадии проверки нам какие-то крысы подрисовывали два дополнительных нуля в конце, отчего налоги просто стали чуть ли не гранью фантастики. В итоге деньги нам все вернули с доплатой, но с условием умалчивания о данной истории с нашей стороны. Похоже, во всём городе так людей обдирают — и даже не стыдятся. — Оттого и зарплаты у них небесные, я в этом не сомневалась. Хотя, экономика стабильная, и людям живется вполне себе хорошо. Не выживают только те, кто ни капельки не вложил в стартовый капитал своего дела. — Вот именно. Хоть наш город и один из самых известных в стране, но всё тут держится на грязи и из этой же грязи растёт. Обычный индустриальный город — ничего нового. — Хотя твоя улочка мне нравится, очень даже чистая, спереди небо, со стороны и сзади — частные многоэтажки, мне бы в таком райончике дом — я бы порхала от счастья. — Жилье прописано как служебное, но документы оформлены на меня. То есть в случае увольнения никто этот дом забрать права иметь не будет, даже моя мать. Но да, если бы не моё довольно скучное и отстраненное детство, то я бы тоже, наверное, была счастливее всех на свете. — Кстати о детстве, ты реально в четырех стенах сидела всю жизнь до этого? — Не совсем, но об этом в другой раз. Мы уже пришли, как видишь. — сказала я и тем самым закрыла тему разговора. На пороге двухэтажного здания, ничем не отличающегося от рядом стоящих, я попрощалась с Терезой и зашла внутрь. Несмотря на старость самого здания и облезлые вывески снаружи, всё выглядело вполне новым и прочным, чему я удивлялась уже не в первый раз за всю жизнь. Уже внутри я поздоровалась с Дримом и Ламоо. (Вторая на самом деле девушка, хотя из-за такого прикрытия все сперва считали, что она парень) Положив сумку на свой рабочий стол и достав из него нужные бумаги, я сразу же направилась в кабинет Госпожи, заведомо узнав, что она уже пришла. Оставалось только зайти и внятно объяснить ей, что я не собираюсь ничего решать, даже пытаться, однако, постучав в дверь и сразу после этого зайдя в кабинет, я не ожидала увидеть там незнакомого ранее мне мужчину лет 45-и. Он был одет в строгий темно-серый костюм, под которым находилась черная рубашка и белый деловой галстук, стоял рядом с Госпожой и что-то объяснял ей… До того, конечно же, как я вторглась к ним. — …Извините. — сказала я и хотела уже выйти, но этот мужчина остановил меня. — Ничего. Я как раз закончил, можете войти. Госпожа лишь с недовольным видом кинула на меня злобный взгляд, будто бы говорящий: «И без тебя плохо было». — Срок — два месяца. Ни больше, ни меньше. — промолвил мужчина напоследок и, сложив руки за спиной, спокойно удалился из кабинета. Госпожа же, повернувшись лицом к столу, закрыла глаза и начала тереть пальцами область висков. Похоже, случилось и правда что-то неприятное, а тут и я ещё, но отступать из-за этого я не собиралась. — Тебе чего? — спокойно, вроде, спросила Госпожа. — Я хочу сказать, что не смогу решить это дело, как бы не пыталась. Это не входит в мою сферу деятельности и вы должны понимать это. Раскрытие убийства и коррупционного заговора — совершенно разные вещи. И лично я совершенно уверена, что мне такое ещё не по силам. — осмелившись сказала я, под конец закрыв глаза то ли от страха, то ли от… Нет, скорее, всё же, от страха. Госпожа, услышав мою речь, лишь тяжело вздохнула и нахмурилась, так и не открыв глаза. Казалось, она что-то бормочет себе под нос, но я так и не расслышала, что именно, вполне возможно она меня уже проклинала. — …Знаешь, работа детектива закрепляет за собой некоторые необходимые для работы факторы. Например, тот фактор, который говорит, что на самом деле нет никакого разделения на «Специальности» в нашем деле, сейчас утверждает, что ты просто разленилась в край и попросту ничего не хочешь делать. К чему бы я должна принять твое заявление? — спустя минуту молчания всё же ответила она. — …Да к тому, что я ни разу в жизни ещё не расследовала что-либо подобное. Вообще ни одного дела, занесенного в архив без метки «Убийство», на своем столе я не видела! Даже обычной кражи шоколадки с прилавка ещё я не видела у себя в портфолио, оттого не знаю абсолютно ничего о других сферах моей деятельности. Самые базовые навыки и абстрактное мышление лишь одного человека тут не помогут. Я не понимаю, почему именно я должна решать это, причем без чьей-либо помощи в офисе. — сказала я и открыла глаза, как передо мной открылся вид на Госпожу с суровым видом, которая сложила кисти рук вместе, опираясь локтями на стол. Создавалось ощущение, что меня сейчас саму убьют за всё сказанное. — Похоже, ты не совсем понимаешь, в какое положение ставишь не только меня, но и весь наш офис. — вдруг сказала моя начальница. Я же промолчала, смотря на то, как она поднимается и с какими-то документами идет ко мне. — Взгляни на это. — продолжила она и протянула мне те самые бумаги. Я взяла их и принялась читать. «Отчет о Деле за последние числа», «Последнее дело, что заведомо было известно и раскрыто», «Возможные варианты решения: Передача высококвалифицированному сотруднику данных о состоянии дела», «В случае провала: Снятие с документации адресов: ул. Псковского д.15, ул. Советская д.7, ул. Целинная д.212…» и «Примечание: Главной целью Ксиома города будет сохранение целостности города и его имущества» — эти отрывки не приводили меня в восторг от слова совсем. Я ни слова не поняла, о чем говорило мое выражение лица и реакция, но всё это, определенно, не несло в себе ничего хорошего. — Как я вижу, ты не поняла, в каком положении мы находимся. — очевидный вывод привела Госпожа, — Что ж, позволь мне объяснить. Этот отчет был составлен ещё пол года назад о том самом деле, что я поручила тебе. Строка «Возможные варианты решения» предназначена для меня как начальника этого офиса, но что предназначено для нас всех — строка «В случае провала». Указанные адреса здесь означают то, что если дело останется нерешенным, то филиалы на этих местах закроются. На втором месте — наш головной офис, то есть здание, в котором мы сейчас находимся. Я прочитала весь список — адреса, указанные здесь, в большинстве своем относятся к сети офисов Правого и Левого глаза. То есть, несмотря на наши различия, СПкА собирается закрыть оставшиеся сети детективных агенств. В худшем случае, потеряешь работу на официальном уровне не только ты, но и весь наш коллектив, в том числе и наши коллеги из единственного дружественного офиса в нашем городе. Мужчина, что сейчас приходил — один из их состава. Похоже, что те два месяца, что я тебе дала, теперь стали крайним сроком сдачи и для меня. — сказала она, а я чуть ли не под землю провалилась от таких новостей. — И ты решила, что лучшим решением будет скинуть всю ответственность на меня? — позабыв с кем я говорю ответила я. — Будь добра, ко мне обращайся на Вы. Лучшим решением, как указано в документах, было передать данные о деле высококвалифицированному сотруднику, что я и сделала. Ты должна быть благодарна, что таковой я считаю именно тебя. — верилось мне с трудом в последнее. — Мне всё равно, что будет со мной, тобой, этим офисом или городом. ВАМ, извините, надо было думать лучше, когда ВЫ выбирали, кого назначить на это дело. И если до этого я приняла хотя бы какую-то помощь коллег, то сейчас можете даже не надеяться, что я возьмусь за это. — на эмоциях высказалась я, сложив оба документа в одну стопку и сунув её Госпоже. — Хорошо. Тогда можешь быть свободна. — не взяв ничего в руки сказала Госпожа и, закурив трубку, пошла обратно к столу. — Документы заберите по делу. — Мне они ни к чему. Забери себе, может, сделай из них оригами, никому до этого больше дела нет. — ответила Госпожа и села в свое кресло, развернув его к двери спиной. «Высокомерная сука.» — подумала я и всё же забрала с собой эти бумаги. Может, и правда займусь дома рукоделием, а потом отправлю ей результат через посыльных. Я захлопнула дверь и направилась к своему столу. Уже на него я кинула эти бумаги и тяжело вздохнула. «Вот и начинается мой отпуск.» — подумала я и решила по Помощнику сообщить об этом лучшей подруге. Спустя 19 минут она отреагировала на всю эту историю и предложила прогуляться прямо сейчас по парку в центре города под предлогом «Тебе нужно отвлечься». Терять мне было нечего, а свежий, если его таким можно назвать, воздух и правда мог помочь мне успокоиться, поэтому я согласилась, а все вещи, кроме Помощника, оставила на рабочем месте. Уже через несколько минут возле выхода меня ждала моя подруга. Странно лишь, что никто из моих коллег даже не заинтересовался моим внезапным уходом, однако это играло на руку моему внутреннему спокойствию. (Я — тот самый психотип людей, который ой как не любит попусту объяснять что-либо своим друзьям) Всё же, несмотря на индивидуальный характер каждого человека, сотрудники именно нашего офиса всегда преданы своему делу. — Ненадолго мы с тобой расстались, как думаешь? — Думаю, но, мне кажется, ты этому только рада. — Не то слово. — посмеиваясь сказала Яна, и мы пошли на автобусную остановку неподалёку. На самом деле, мне нравились постсоветские узкие улочки, которые ограждены от дороги зеленью и деревьями. Чувствовалось, будто этим зелёным щитом ты защищён от всех опасностей дорожной полосы. А вдали виднелись красивые дома, которые были построены во времена Российской Империи. Чуть-чуть подштукатурить, чуть-чуть подкрасить — и вот вам замечательные, красивые здания. Свет фонарей особенно подчеркивал одновременно и пустоту, и наполненность городских улиц, по ним ходило от силы человек 15, то есть сосчитать их труда не составило бы никому. Такие же заброшенные на первый взгляд остановки отлично вписывались в пейзаж, однако хотелось бы увидеть их и в дни величия огромной советской державы. Уже в автобусе 101-го маршрута (Автовокзал — Набережная) картина переходила из описанной ранее в современную, городскую, более загрязнённую, чем раньше. Несмотря на полчища небоскрёбов и здания с 5-ю и более этажами, то ли местные жители, то ли службы ЖКХ не заботились о внешнем виде проспектов. Спустя 5 или 6 остановок пришла пора выходить, как сказала Тереза, и мы оказались на набережной. Наверное, одно из самых чистых и свободных мест в городе — река, ведущая к большому пруду, где даже ещё плавали утки и аисты. Тут, если верить слухам, иногда можно встретить самого Ксиома, настолько тут уютно. Однако, спустя полтора часа прогулок и болтовни с моей лучшей подругой о всяком, ничего такого не произошло. Наконец, мы дошли до того самого озера, и уток в нем и правда было непомерно много. Возле одного из пирсов стояла даже семейка, которая кормила их единственной буханкой хлеба — так там и вовсе было столпотворение или, лучше сказать, «бойня». И наш маленький диалог о том о сём прервал мужчина: по виду старше меня на несколько лет, одетый в тёмно-серое пальто, которое было обшито парой нашивок и надето на кристально чистую белую рубашку. На нём также красовался галстук такого же тёмно-серого цвета, который закрывал верхнюю часть брюк. Через плечо у него была перекинута квадратная сумка кожаного цвета с непонятным содержанием. — Позвольте мне прервать ваш разговор, — осторожно сказал он. — Ваня, она моя подруга, можешь не любезничать. — довольно легко я узнала одного из посыльных моей начальницы, и упомянутого мной ранее — Ивана «Коменданта». — Должен же сначала я узнать имя прекрасной леди. — сказал он в своей «особенной» манере речи. На самом деле, при встречах с незнакомцами он постоянно копирует говор старого времени, как ещё было в Российской Империи, и это меня также постоянно бесит. И не только меня: может, девушкам ещё очень нравится такое обращение, но вот мужчины из-за этого наоборот комплексуют или даже чувствуют себя лишними, что бесит их даже вдвойне. Если бы не его всегда заряженный служебный ПМ (Пистолет Макарова) под рукой, то он бы мог неплохо так получить по морде. — Меня зовут Яна. Спасибо, конечно, за такую формальность, но ты не в моем вкусе. — холодно ответила моя подруга, сложив руки на груди и отвернувшись от нас обоих. — Не смею даже думать, позвольте лучше… — ответил он и начал копошиться в своей сумке, — Вот. Это отчеты о расследованиях за пределами нашего района, специально для Лизы Гронской. — сказал и протянул мне какую-то папку Иван. — Ох, нет, спасибо, я отказалась от того дела. — не стала я тянуть с завязкой. — …Но как такое могло произойти? - спустя несколько секунд молчания раздался ответ. Было видно, что он действительно был очень удивлен. — Это не входит в мои обязанности. Меня лично обучали на расследование преступлений, связанных с убийствами, ни больше и ни меньше того. — Мне трудно понять тебя, зная, что ты осознаешь, что последствия этого отказа велики… — Ты сам-то не думаешь, что один человек тут никак не мог бы справиться? И откуда ты вдруг знаешь о последствиях, если их мне только сегодня Госпожа лично озвучила? — Да, думаю, так и есть, — ответил Иван, но добавил, — поэтому я решил, что предложу стать твоим напарником, когда разнесу все сегодняшние письма. Насчет моей осведомлённости: как личный посыльный Госпожи, я получаю подобные сведения практически сразу после того, как что-либо произойдет. Для него такие заявления очень несвойственны. В напарники его может назначить исключительно Госпожа Юстус, поскольку он, опять же, её личный посыльный, и почти никогда ранее такого не происходило. Причём, я уверена, что и не произойдёт. — Не неси ерунды. Может, раньше ты и присматривал за мной, но сейчас тебя Госпожа не отпустит, что бы ты ей не пообещал. — Если она не отпустит меня, то я сам последую за тобой. — со странной уверенностью произнес Комендант. — Я очень сомневаюсь в этом, извини. — хотела уже уйти я, развернувшись, но Иван остановил меня следующей фразой: — Хотя бы не забудь, что у тебя встреча через 10 минут. — Какая ещё встреча? — с недоумением спросила я. — …Понятно. Иди за мной. Адрес должен до самого конца оставаться не разглашаемой на публике тайной. — Ян, ты можешь подождать меня здесь? — через минуту раздумий спросила я, на что в ответ получила вздох и еле заметное кивание. Мне очень не хотелось оставлять свою подругу, но я знала, что если у меня какая-то встреча по работе — третьих лиц я права приводить не имею, даже если я им полностью доверяю. — Комендант, я требую объяснений. — с настороженностью сказала я, проходя за ним по ранее неизвестным мне улочкам. — Это… Очень трудно объяснить. Но у меня было сильное предчувствие… Нет, будто я уже где-то слышал или видел, как ты отказываешься от своего дела, поэтому хочу доказать тебе, что я смогу стать твоим напарником, если сам захочу. — Ты не беспокойся, я всё же не настолько глупая, чтобы не понять чье-то объяснение, тем более своих коллег с работы. — …Прости. Возможно, немного позже, я пока не могу об этом рассказать. — опечалился он от чего-то, и мы продолжили идти в тишине. Уже через минуту подойдя к какой-то скамейке, скрытой деревьями посередине жилой зоны. Из-под крон всей растительности было трудно разглядеть дома, что стояли рядом. Ещё через 5 минут ожидания вдали по дороге оказалась фигура, будто бы знакомая, но лично я её ещё не видела. Человек во фраке с градиентом и в довольно длинной шляпе, который опирается на трость, хотя, кажется, не имеет никаких болезней, связанных с инвалидностью. Скорее, он шел радостно, будто бы опираясь лишь для красоты, как это давным-давно было модно. Также на нем были надеты белые перчатки. — Здравствуйте, мистер Дарк. — спокойно произнес в адрес того человека Иван. — О-о-о-хо-хо! Иванько, здравстуй, дружище~ — игриво ответил человек и, похоже, я узнала его по фотографии в газете. Это оказался сам ксиом нашего города — тот, кто им непосредственно управляет. Можно было бы даже назвать его локальным президентом, если бы не некоторые учредительные собрания, ограничивающие его свободу власти. — Спасибо, что выделили свое драгоценнейшее время и пришли на встречу. Я хотел бы познакомить вас с Евой, сотрудницей нашего офиса. — Время — деньги, но сдалось ли оно мне, когда зелени у меня куча? Ха-ха-ха! — громко захохотал пока ещё незнакомый мне человек. Приблизившись ко мне, он продолжил: Хм-м-м… Юная. Да и не глупая на вид. — Конечно же не глупая. Ева, познакомься, это Дарк Доннован— ксиом нашего города, как ты уже могла понять. — Иван! Не пудри мне мозги, назови настоящее имя девчушки! — вдруг прервал своего собеседника ксиом. Я же оглянулась на своего старого знакомого с удивлением — откуда вдруг Дарк узнал, что Ева — моё ненастоящее имя? — Простите… Лиза — так её зовут. — Так-то! И не пробуй мне врать, я знаю все ваши штучки. — как-то теперь презрительно сказал Доннован, но тут же прибавил: Я же этим городом и владею, ха-ха! — Да. Лиза, именно это я и имел в виду, когда говорил, что смогу стать твоим партнером в деле. — произнес Комендант, как ксиом снова перебил его: — Ну-ну-ну! В любовных делах я тебе помочь не могу, уж извини, людей и за деньги любить не заставишь! — ответил он, — …Хотя это смотря ещё какие люди, не так ли? — и широко улыбнулся. — Нет, мистер Дарк. Я хотел попросить вас о том, чтобы вы объединили нас с Лизой в одну команду по её расследованию. Проблема лишь в том, что наша общая начальница, Госпожа, ни за что не назначит меня, как бы я не просил. — А-а-а, о-хо-хо, так бы ты и сказал сразу! Конечно-конечно, будьте уверены, что сегодня же вы будете работать в паре, — тут он придвинул нас двоих ближе, — И даже больше, я разрешаю вам идти туда, куда только вам потребуется. Никаких ограничений, знаете ли, это дело и правда очень важно для города, в особенности для меня. — Откуда вы всё знаете о наших намерениях, делах и секретах? — вдруг перебила его я. Тут он грозно поднялся и занес руки за спину: — Ты так и не поняла, кто я? — сказал он и казалось, что сейчас за ним раздастся гром и молния. — Я поняла. Но это не объясняет того, почему вы обо всём этом знаете. — всё же настояла я на своём. — Ла-а-адно, в самом деле, я же это дело поручил офису Правого Глаза. Ваша «Госпожа» любезно ответила, что поручит это дело самым лучшим сотрудникам, а мне взамен очень даже много рассказала… И она так делает довольно часто, между прочим. По моей инициативе, конечно же, поэтому её обвинять не стоит! — отвернулся он от нас с Иваном, — А эта нечисть… Эта крыса… Этот паразит! Он ворует мои деньги у меня прямо из-под носа практически всю свою рабочую карьеру, и никак себя не выдает! Сука! — прибавил он и пнул ближайший камешек на дороге. Тут я переглянулась на Ивана, который, похоже, был в замешательстве. — Так. Значит, все, решено — работаете в паре. Ещё какие-то вопросы? — повернулся Дарк уже к нам. — Нет, у нас больше вопросов не осталось. — сказал быстрее меня Иван, хотя у меня была ещё уйма вопросов. Наверное, он понимал это, но сейчас для этого не было времени. — Тогда, у меня есть вопрос — помните, что я сказал в самом начале? — Конечно, что-то про время и деньги. — уже перебила Ивана я. — Вот, какая умница! Итак, посчитаем… — тут из округлой части его трости появился какой-то экранчик, на котором с моей стороны нельзя было увидеть, что происходит, однако ксиом продолжил, — Итого — с вас 63 тысячи! — Сколько?! — возразила я, но тут Комендант добавил. — Хорошо. Вот ваши деньги. — протянул он ему не такой уж толстый конверт, чтобы сказать, что в нем находится 63 тысячи, а другой выхватил его и быстро спрятал куда-то за пазуху. — А-ах… Как я обожаю это чувство прибыли… Но, Иван, я имел в виду 63 тысячи с каждого~ — Мистер Дарк, не наглейте, пожалуйста. Также, как и вы знаете наши секреты — так и мы знаем ваши. Калькулятор в трости посчитал 31500 рублей с обоих, а 63 тысячи — конечная сумма. — Ох-хо-хо! За это я тебя и люблю, дружище, тебя невозможно провести — и это просто охрененно. — сказал ксиом и приобнял Ивана, после чего добавил, — Ну-с, а мой мисье должон отчалить прям сейчас! До скорых встреч, друзья~ — сказал он наконец и пошел в другую от нас сторону. Спустя минут 5 остолбенения, я вдруг сморозила: — Вань, он что, ебанутый? — Н-не совсем так… Просто такой человек. Но, зато, я же тебе говорил. — Да… Говорил… — схватилась я за голову, понимая какой ужас у нас твориться в городе с таким ксиомом. И ведь никто не жалуется. Возможно, никто даже не знает, что такой человек управляет нашим городом. — …Лиза, пожалуйста. Нам действительно нужно решить это дело. Провал расследования означает не только наше горе, но и горе горожан, самого ксиома, наших друзей и близких. — сказал он расстроенно. Не хватало только щенячьих глаз. — … — не ответила я ничего, но потом пошла обратно, — Надо вернуться к Яне. По крайней мере мне. — Комендант же спокойно последовал за мной. Через пару минут мы вернулись. Яна стояла там же, где и раньше, смотрела куда-то в сторону реки, по которой миролюбиво плыли утки. — Ну наконец-то. Чем вы там занимались? — Не важно. Очередной бред по работе… Сейчас больше всего хочу вернуться домой. — сказала я, не останавливаясь. — К-Куда так быстро, подожди хоть! Иван же остановился там, где стояла Яна, и хотел что-то добавить вслед, но промолчал и просто смотрел нам в спину. Наверное, он был сильно расстроен моим решением, и я даже сама начала сомневаться в нем из-за того, что последствия окажутся настолько глобальными... — Лиза, Лиза! — звала меня подруга, — Лиза! — Ч-что? — сказала я, наконец остановившись. — Да что случилось? Ты злишься? Или что? Честно, тогда я не могла себя понять вообще. Я и злилась на Дарка с Комендантом, и печалилась из-за того, что всю ответственность свалили на меня практически без моего ведома. Словом, мои чувства были не однозначными. — Забей, пожалуйста, Ян. Это исключительно мои проблемы. — Ну нет уж, теперь и мои. — взяла она меня за руку. — Мх-х… Ну почему ты постоянно лезешь в мою жизнь и пытаешься что-то исправить? Тот случай с премией тебя ничему не научил? — Причем тут тот случай? Ты что, не совсем не понимаешь? Твоё благополучие — это моё счастье, Лиз. Не забывай, что ты моя самая лучшая подруга.— сказала она и начала смотреть мне прямо в глаза. — Давай хотя бы до дома дойдем… После этого она отпустила меня, но также держалась рядом, будто бы думая, что я собираюсь сбежать, но нет. Всю дорогу мы шли молча. И ехали тоже молча. Я же всё думала о словах Ивана — откуда у него такое рвение? Может, он знает больше, чем я? Ну будет у нас один черт сидеть в собрании — это проблемы только ксиома. Закроют офис — проблемы Госпожи, но не мои. И за коллег с друзьями он никогда так не беспокоился, они — точно не его мотивация в расследовании. Вполне возможно, что эту загадку мне тоже предстоит решить, если я возьмусь за это задание, и меня это ни капли не утешает… Добравшись до моего дома, на улице расстилался глубокий вечер, хоть сразу этого понять и не получилось. Все-таки, прогулка заняла и правда много времени. Мы с подругой вошли внутрь, после чего я сказала: — Я сделаю тебе кофе, если хочешь. — Я была бы тебе очень благодарна за это. Я подожду в твоей комнате, если не против. — ответила она, направившись в мою комнату. После этого я навела заварной кофе с двумя ложками сахара и отнесла его Яне, что уже ожидала меня, сидя на моей кровати. Я же увалилась на диван рядом. — Ну, так что случилось? Меня твой вид совсем не радует. — … — Ну же, пожалуйста. — Иван обратился к ксиому города, чтобы тот поставил нас в пару. — Иван что- — прервалась подруга, собираясь отпить кофе. — Да. — Пиздец… А какой он — этот ксиом? Жадюга, как в народе говорят? — Ещё тот. За встречу с ним потребовал немалые деньги. — вздохнула я. — Да уж. А он разве не знает, что ты отказалась от того задания? Или ты передумала? — Нет, не передумала, и он об этом знает. Даже лучше — именно поэтому он и устроил все это. Я просто не знаю, что делать. И почему меня ставят на такой понт… — закрыла я рукой глаза. — … Вдруг, к моему удивлению, Тереза даже на пару минут замолчала. Я думала, что сейчас она начнет говорить, какой он придурок, но в итоге она сказала совсем иначе: — Знаешь, он в чем-то прав. — Чего? — Извини, что я сейчас на его стороне, но мне кажется, что ты действительно этим делом поставила бы себя выше всех в городе. — … — Ну, сама подумай… Раскрыла бы такое серьёзное дело! Это ведь не шутки какие-то. На кону судьба твоих коллег, твоего офиса, целого города, в конце концов. — Ты подумай… Оно мне зачем надо? Почему я должна так просто принять ту ответственность, на которую меня повесили? — Лиз, тебе сейчас ничего не хочется и не захочется из-за апатии. Поэтому я и подталкиваю тебя. Это не только поможет оценить свои силы, но и направит тебя на верный путь в саморазвитии. — … — Пойми, я твоя подруга и желаю тебе только лучшего. Если хочешь, то буду носиться по всему городу с тобой и Иваном. Пожалуйста, давай хотя бы попробуем? Я обещаю, что всё будет хорошо. — … Вновь на пару минут воцарилась тишина. — Ян, скажи честно. Чего ты на самом деле хочешь? — «На самом деле хочу»? — Я не поверю, что сейчас ты говоришь искренне. — … — тут она положила свой кофе на ближайший столик, после чего села на диван, на котором я лежала, с краю. — Можешь и дальше не верить. Но мне никакой выгоды. Я не собираюсь тобой пользоваться или строить личный планы на твой счет — наоборот, постараюсь, чтобы ты пользовалась мной в случае чего. Я не позволю тебе так просто проститься с собственной жизнью. Я не видела сквозь руку её выражение лица, но мне казалось, что сейчас она улыбалась. Такую чушь сморозила, что мне аж не по себе… — Ян, извини, я очень хочу спать. Я подумаю ещё над всем этим, если так тебе будет легче. — Конечно, любое проявление заинтересованности тобой к этому делу уже сильно меня успокоит. Спокойной ночки, тогда... И до завтра, Лиз. — сказала она, после чего, даже не допив свой кофе, собралась и ушла. Я же, лежа на диване, все думала об этом дне. Эта сука, Госпожа, ведет себя как полная мразь. Я её по-настоящему ненавижу. Иван странный, несёт какую-то чушь и делает несуразные вещи, не говоря о том, что не хочет мне в итоге ничего объяснять. Ксиом… Абсолютно несерьезный человек, и это меня пугает. Яна же… О ней я думала больше всего. О её словах, что, похоже, затронули меня очень глубоко. У меня не было настоящих друзей, скажу прямо, никогда. Я не знаю, что такое дружба, не знаю, что такое любовь, беспокойство о ком-то ещё. Такое чувство, что я просто камень, который все пытаются пробить самыми разными способами. Каждый по-своему, и ни у кого не получается, но все оставляют на этом камне хоть какую-то трещину… … Всё-таки, я должна попытаться. Я не буду сообщать об этом Госпоже, это будет лично мое расследование с друзьями. Ни больше, ни меньше.

Акт ночи

— Сколько можно скрывать свои эмоции?

Я хочу пить… Меня мучает жажда, голод и одиночество… Это потому что башня начала издавать жуткие крики. Она начала перестраиваться, несмотря на свое защищенное тело. Из неё начали раздаваться разные звуки, которые создавали в конечном итоге будто бы какой-то крик, похожий на сирену. Это произошло неожиданно, около 1000 лет не было такого… Но люди уже успели назвать это «Горном Стаи». Стая сбегается прямо к нему… Наконец я могу поесть и попить? Да, магазины опустели, и я начал собирать бутылки с жидкостями… Сок, вода — не важно, я очень хочу пить. — А тебе не говорили, что воровать нехорошо?! — крикнула знакомая уже мне девочка — Ламбер. — Л-ламбер… Я не ворую… — А что делаешь? В долг берешь?! — Я очень хочу пить… И есть… — из моих глаз пошли слезы, и это заметила моя подруга. — …Ладно тебе. Возьми, но только в этот раз. И иди со мной, нам нужно поговорить. — ринулась она куда-то по улице, а я, вытирая слезы, побежал за ней.