И в такие моменты я понимаю, что Виагра - бесполезная вещь...

В коллектив меня приняли с натянутыми улыбками и вежливыми фразочками, которые принято говорить в таких ситуациях, но буквально кожей чувствовалось, что я здесь лишняя. Особенно скалилась секретарша, которая где-то года три назад застала нас с Виктором в интересной позе. Я тоже старалась улыбаться, но про себя обливала лицемеров грязью как могла. Первый рабочий день предстал предо мной во всей своей красе. Ещё на первом уроке десятых классов ко мне стали приставать молодые сердцееды, невзначай называя меня «Алекс» и «Сашенька», что меня крайне раздражало. Я сделала им замечание, они притворились невинными овечками; я отобрала у них плеер – они начали проявлять свой гонор. Что я там говорила? Что это не так сложно? Я ошибалась! Урок с шестыми классами прошёл не в пример лучше. Сидят, старательно записывают, носят учебники. Какие же они всё ещё дети! Я, например, уже в восьмом прекратила таскать все учебники по предметам. Зачем? Весь материал у нас в тетрадях, а учебником может и сосед поделиться! После прошедших линеек и классных часов, настали обычные учебные будни. Мне классное руководство не дали – и слава богу! Это такая возня с бумагами и документами! А классный журнал? Это мне его надо будет заполнять! Ужас. Уроки я вела… ну не сказать, чтобы на высшем уровне. Читала детям параграф, а те тупо выписывали. В моё время в школе почти все учителя так и делали. Пока дети старательно писали конспекты и учили расположение морей и океанов, я строила козни против Виктора. В голову почему-то постоянно шла плётка, но я быстро выкидывала такие мысли из головы. Нужно что-то, с помощью чего можно схватить виновника хаоса за задницу. И в прямом смысле, и в переносном. И вы не поверите! Этот случай предоставился мне буквально через неделю после начала работы в школе. И из-за какой-то фигни. Из-за шкатулки! В тот день я разбирала шкаф на предмет старых вещей. Я из них уже выросла, так чего они там лежат? И случайно наткнулась на сей старинный предмет. Надо же… А я уже про него и забыла. Старая фотография, какая-то синяя лента и гребень с уже двумя оставшимися зубцами. Я пожала плечами и сунула в сумку побрекушку. Выкину по дороге в школу. Выкинуть я естественно шкатулку забыла, зато помелькать перед глазами завуча на длинных каблуках и в короткой юбке – нет. Даже самой противно стало от этого мелькания, но оно, как оказалось, было очень даже кстати. Мне позвонили, и я стала разгребать завал в сумке в поисках сотового. И маленькая шкатулка как раз мелькнула перед Виктором. Тем же вечером он сделал мне предложение, от которого я смогла отказаться! - Отдай мне шкатулку, - совсем невежливо попросил он, загораживая своим телом выход. А он не маленький был, загородил качественно. Чтобы не произошло сейчас – поцеловал бы он меня, изнасиловал, Армагеддон или апокалипсис, - решила, что ни за что шкатулку просто так ему не отдам. Не в этот раз! - Вы что-то путаете, Виктор Петрович, - хлопнула я глазками, убирая за спину старую вещицу. – Этот ларец перешёл мне по наследству. - Нет, эта вещь раньше принадлежала мне, - попытался убедить меня мужчина, но я уже вцепилась в шкатулку как клещ. Поздно! – Ну, хорошо. Что ты хочешь за шкатулку? – прошипел он. Над головой загорелась лампочка. Это же надо как мне попёрло! А я и не думала, что справедливость всё-таки есть! Кокетливо хлопнув ресницами, я сделала губки «бантиком». Вот и схватила я тебя, Витя. - Хорошо, - наконец сказала я. – Этот хлам будет твоим после недели романтических свиданий, двух походов в кино, трёх прогулок под луной, десяти страстных поцелуев и одного секса. Его глаза метали молнии, клянусь! Он так разозлился! Руки то и дело сжимались в кулаки, словно он готов был железной хваткой вцепиться мне в шею. Передо мной стоял не завуч, а сущий демон! Как же так? Виктор Петрович продался? Его принципы мешают ему жить, честное слово. Он так долго стоит напротив меня и не решается сказать заветные слова: «Хорошо, начинаем с сегодняшнего дня». Чего же он мнётся? - У меня есть девушка, - тихо сказал он, разжимая кулаки. Кольнула обида. Нет уж, не так просто! – Не думаю, что она оценит этот шаг по достоинству. - Твоя девушка никуда от тебя не убежит, - сложила на груди я руки. – Что тебе какая-то там девушка, когда тебя ждёт шкатулочка? – потрясла я ею перед носом мужчины. Не думаю, что он её любит. Он не слишком влюбчивый, а тут такой поворот. Нет, он просто вбил себе в голову, что это его девушка, и всё. Я была близка к победе. - Хорошо, - согласился мужчина и повесил голову. – Когда начинаем притворяться голубками? - Нет-нет-нет! – похлопала я в ладоши, привлекая внимание. – Не притворяться! Ты не будешь играть, ты будешь чувствовать, понял? Его убитый взгляд говорил сам за себя.

***

Решила, что начинать с сегодняшнего дня глупо. Лучше привести себя в порядок, настроиться и быть во всеоружии. Именно поэтому свидание было перенесено на завтра. А сегодня у меня ответственный вечер встреч с восковой эпиляцией, щипчиками, лаками для ногтей и масками для лица. Таня смотрела на всё это с некой апатией. Жалко, потому что ни парня, ни мужа она так себе и не нашла. Странно, на самом деле. Танька вроде симпатичная девчонка: тёмные волосы, яркие серые глаза и прямой нос, которому я вечно завидовала. Внешностью она пошла в маму, а я, как вы уже догадались, в папу. Хотя и от мамы мне кое-что передалось... рост, например. Как коротышкой я была, так и осталась. Приходится ходить на высоченных каблуках, чтобы не задирать постоянно голову. Тюбики, помады, духи... и дикий визг на весь район. Я рыдала в мокрое полотенце, давясь криком. В ванную прибежала сестра, давясь яблоком, но увидев меня, опустила камеру и приподняла бровь. - Я думала, что ты волосы в носу выдёргиваешь, - расстроено заметила она, проглатывая ком и выключая устройство. - Хотела заснять... для истории, так сказать. - История может такого не пережить, - взмахнула я руками, не решаясь притрагиваться к больной ноге. - Ты, кстати, тоже. - Да ладно тебе, - хихикнула Таня, выкидывая огрызок. - А ты для кого это так... наряжаешься? - хитрый прищур. - Я до сих пор нравлюсь мужчинам, - подняла вверх палец, словно это всё объясняло. Немного подумала и добавила: - И мне уже достаточно много лет, чтобы заняться сексом с парнем. - Не так много, чтобы об этом говорить, - показала мне язык девушка и рванула полоску на второй ноге. Я схватилась за голову, истошно крича. Господи, как же больно! Зачем только придумали эту чёртову эпиляцию! Делать эпиляцию в зоне бикини я не решилась. Помнится, когда я в свои шестнадцать решила попробовать себя в роли интим-парикмахера. Это словами не передать! Хотя… можно попробовать. Мало того, что порезалась, так ещё и чесалась потом, потому что пошло раздражение! Всё кололось, зудело, было так неприятно, а ведь ещё люди вокруг! В общем, никаких больше экспериментов. Представляя завтрашний романтический вечер, я намазюкалась кремами и легла как царица спать. Только и царицам не чужда такое свойство, как срач в комнате и в сердце. Я бежала навстречу своей мечте, широко распахнув глаза и раскинув руки. Эпично, должно быть, я смотрелась. Предмет моих грёз и ночных стенаний сглотнул ком и затравленно оглянулся. Ты, родной! Да-да, ты самый! Вокруг мелькала серая унывная масса людей, которые не обращали на нас совершенно никакого внимания. Грустные и несчастные, они проходили мимо, а тех, кого я умудрилась задеть, рассыпались серым пеплом. Я стиснула почему-то уже обнажённый торс мужчины, повиснув и впившись ногтями в кожу; та сразу же покрылась мурашками. Такое приятное чувство... - Стрекоза моя ненаглядная, - выдохнул мужчина мне прямо в лицо. Я закашлялась. Что это? Сигаретный дым? Его лицо - такое родное и близкое. Так хочется прижаться к нему губами, смахнуть эту маску грусти и... перегара. Вдруг действие конкретно поменялось. Мы находимся в моём классе, одни. Вокруг только стены и карты - что характерно для кабинета географии. На мне уже короткая юбка и белая блузка, которая сильно просвечивала. Я хитро улыбаюсь. - А хотите я вам Гваделупу покажу? В следующую секунду я срываю с него рубашку, а он с меня блузку. Слишком быстро, слишком быстро! Но мне это чертовски нравится. Уложив меня на ближайшую парту, директор начинает меня яростно целовать, оставляя алые засосы. Я извиваюсь змейкой под ним, наслаждаясь своеобразной лаской. Кадр сменился кадром. Нет, не надо! Это были мои мечты! Не надо, оставьте!.. Теперь я сижу на коленях Виктора, провокационно целуя его в шею. - Семпай, - шепчу, сползая чуть ниже. Удивительно, откуда взялось это слово? Никогда в жизни не увлекалась Японией... - Возьмите же меня... Опять новая картинка. Кто-то бы это назвал десятым сном. Мужчина от меня убегает, а я со зверской рожей бегу с дробовиком за ним и ору "Русские не сдаются!". Его лицо не могу рассмотреть в темноте, но я отчётливо вижу сочные ягодицы. Они буквально заставляют истекать слюной! Вокруг заснеженный город. Сияют миллионами огней рестораны и кафе, а мы как сумасшедшие бегаем по гололёду в одних пижамах... Несколько выстрелов. Ну я мазила! До своей цели я почти добежала, протягиваю руку, хватаю и... поскальзываюсь, падая под лёд. Меня тянет на дно, дышать нечем. Пытаюсь отбросить ружьё, но оно словно приклеено к моим ладоням. Я умираю, захлёбываясь собственным криком. Я вскочила с кровати, широко распахивая глаза. Это сон, это просто сон! Снится какая-то херня в последнее время... брр! Даже смешно. Сон извращенца, да! И... никогда такого не будет, что Витя от меня убегать будет... Не будет такого!