Цветочное проклятие.

За последние несколько недель произошло много всего, а особенно выделяется то, что Гарри теперь осведомлён о всей ситуации с Лордом, кроме, может, того, как тот сумел выжить после смертельного заклинания и отражения защиты, поставленной заботливой матерью на маленького Гарри Поттера. Он оставался в неведенье и, возможно, так и останется, ведь ни о какой встрече с Дамблдором и речи быть не может. За то он знает, куда его собираются отправлять и что, собственно, там от него ждут. Впринципе Гарри подумал, что, если бы его не подменили и он бы был настоящим Гарри Поттером, то, наверное, так бы и поступил. Теперь заботой мальчишки стало ежедневное выживание в семье в качестве личного слуги Дурслей, выяснение обстоятельств ухода Лорда и составление пособия по выживанию в магической школе «Хогвартс». И правда, как можно избежать непоняток, если ты — совсем не тот ты, каким тебя представлял величайший маг мира? Правильно, никак. Раз этот человек смог добраться до титула самого сильного, то, значит, он должен быть не только умел в магии и заклинаниях, но и довольно умён и хитёр, ведь, нужна не только сила, но и ум. Конечно, маг о всём догадается и наверняка захочет самолично «исправить» нечистого Поттера, подстроив того как ему угодно, ведь возможности магии всё-таки велики, а особенно когда эта самая магия в руках такого могущественного человека. Да, с виду он кажется добрым и тем, с кем можно спокойно договориться, но так ли это на самом деле? Ведь многие люди, даже те, что не владеют сильными заклятиями, способны прятать свои эмоции, заменяя их на доброжелательные или вовсе создавая себе образ ангела во плоти. Понять, настоящий ли характер человека, если он выступает на таком большом посту, стоит огромного труда и усилий, даже может оказаться и вовсе невозможным до того момента, как не познакомишься и не поговоришь с этим самым человеком лично. Может оказаться даже так, что он оправдает твои худшие ожидания, а может и не оправдает, а и в правду хороший и доброжелательный человек. Каким он окажется — решать только ему, да и не факт, что то кем он тебе покажется — это не симуляция. А ведь так похоже, что всеми любимый директор Хогвартса — хороший человек, что даже хочется верить в это всем сердцем. Уж библиотекарь-то не верил в эти сказки о доброте больше всего, поскольку уже имел довольно стойкие подозрения на счёт этого мага. Довольно сильно он интересовался Северусом Снейпом, что теперь работал на должности преподавателя зельеварения в школе под начальством Альбуса. Хотя, Гарри всё-таки хотел надеется на положительный настрой директора, ведь, если было бы так, то Поттеру значительно бы помогло товарищ в лице такого сильного мага. Все эти несколько недель он только и делал, что сидел в библиотеке и изредка бывал дома, где ему не особо-то и сильно нравилось хотя бы из-за издевательства над Поттером Дадли, которого так и хотелось головой о потолок стукнуть. Кстати, о библиотеке. Профессор Эриллэнс пару раз любезно одалживал Гарри свою палочку и учил его магии. Они успели провести всего пять уроков, но этого было достаточно, чтобы Поттер выучился самым основам. А вот от уроков зельеварения Гарри отказался. По самой, что ни на есть, неожиданной причине. Мальчик знал весь предмет наизусть. Он знал названия всех ингредиентов, всех реакций, всех веществ, знал, как правильно и сколько нужно варить каждое зелье, знал, чем заменить каждую составляющую так, чтобы зелье приготовилось быстрее или сильнее и знал, что будет, добавь ты в какой-нибудь отвар любой, по сути, ингредиент. Всё это было ему интересно и известно, как свои пять пяльцев. Это и было той «небольшой частью магии», о которой знал он в прошлой жизни. Всё, что ему было известно — это зельеварение, которым он очень любопытствовал. Он учился у Снейпа и мастерству готовки этих самых зелий, и добавкам, и даже самым мелочам — всё это тянуло к себе заболевшего смертельной болезнью юношу, словно увлекая в сад прекрасных весенних цветов. Это помогало ему на несколько часов, а то и дней, отвлечься от подступающей к горлу тошноты, тяжести в лёгких и шелеста цветочных лепестков под кожей. Это было не просто его хобби, но и дело, которому он смог бы без раздумий посвятить всю оставшуюся жизнь. Что он, впринципе, и сделал. Сейчас Гарри думал о том, что ему нужно сильно торопиться, если он собрался враждовать с ужаснейшим Лордом Волдемортом, ведь, если он всё-таки жив и просто спрятался с глаз магов, наверное, чтобы устроить засаду, то это может быть очень-очень опасно. Да и магическое сообщество вряд ли поверит Поттеру, хотя он и известный легендарный «Мальчик-который-выжил». Было понятно, что уж кому-кому, а министерству не нужны проблемы с великими злодеями и паникой в магическом сообществе. Единственные претенденты на роль того, кому можно рассказать о неверии в смерть Лорда, были Альбус Дамблдор, Эриллэнс Рей и бывшие Пожиратели Смерти, которые вряд ли захотели бы мирно поговорить с человеком, который уничтожил их лидера. Так же, второй уже знал о догадках Гарри, но ничем подтвердить или доказать их не мог, ведь сам не знал о состоянии Лорда на данный момент. Это было плохо. Они зашли в тупик, а выбраться из него можно только с помощью директора Хогвартса, который неизвестно как настроен по отношению к новому Поттеру, или Пожирателям Смерти, которые тоже не питают тёплых чувств к нашему герою. Тогда Поттер решил покопать немного в другом направлении — он стал узнавать о прошлом Лорда из различных газет, но и это оказалось полностью бесполезно, ведь ничего полезного так и не нашлось. Больше вариантов эффективнее никто не придумал, поэтому библиотекарь предложил Гарри проводить уроки магии чаще, а Поттер и не против. Теперь, под начальством такого опытного человека, как Лэнс, Гарри точно успеет пройти весь первый год обучения в Хогвартсе за несколько дней, а то и перейти на второй, ведь обучение библиотекаря явно казалось простым и до боли понятным. Все заклятия были подробно описаны, было так же описано, как это заклинание правильней использовать и где, для кого или для чего оно подходит, а для чего неприемлемо или нежелательно; на какие вещи действует отлично от других. Оказалось, что даже у самых простых заклинаний есть интересная сторона, которая открывает новые возможности полезного использования магии. Так же Эриллэнс не стал тянуть, а сразу перешёл к основам и тёмной магии, истории магии и даже изучению древних заклинаний и родовой магии. Гарри сам его попросил поспешить, ведь уже через полгода он отправится в школу и больше не сможет посещать библиотеку целый год, не считая летних каникул, а если он будет возвращаться на зимних, осенних и весенних каникулах, то это будет как минимум странно, ведь дома, как все будут считать, его ждут злые приёмные родители, которые заставляют его делать работу по дому и запирают в комнате под лестницей. Ни кто же не знает, что помимо надоедливых родственников у Поттера есть дорогой профессор Лэнс, вместе с которым они решают проблему с возрождением Лорда Волдеморта, и который является лишь единственным человеком, который верит в его, на трезвый, как считают волшебники, взгляд магического сообщества, безумные и невозможные идеи и предположения и даже пытается их доказать. Один раз упорный Гарри Поттер всё-таки нашёл одну интересную страничку газеты. Это была одна вырезка, в которой говорилось о странной находке, совершённой преступной бандой под названием «Заходящее Солнце». В результате нескольких самых неопытных бандитов захватили, а предмет находки просто пропал. Буквально исчез и рук полицейских. Говорят, что это был янтарный сияющий камень, а некоторые даже утверждают, что это был целый человек. Поттер читал это всё с весьма заинтересованным видом, а под конец повернулся к шокированному библиотекарю и заявил, что «эта находка точно может оказаться полезной. Лэнс кивнул, а в голове у него мимолётном пронеслось: «Да, это и правда полезная находка, Гарри Поттер. Только немного не в том направлении, в котором ты ищешь информацию…» Скорее, лучше же было библиотекарю просто этого не вспоминать, но всё сложилось против самого мужчины. Иногда всплывает то, чего ты не желаешь больше всего, и оно оказывается на поверхности как раз-таки в самый неподходящий для этого момент. К счастью, Гарри Поттер не умеет распознавать эмоции других людей или читать их, словно открытую книгу, как это делают обычные маги, начиная свою карьеру с того, что изучая способы распознавания настроя и эмоции собеседника. Если ты — сильный и могущественный маг и не владеешь такими банальными навыками, то дорога на важные посты тебе точно закрыта, что уж говорить о министерстве. Хотя, наверное, к министерству это отношения не имело, но всё же не очень хорошо общаться с людьми, не зная их намерений.

***

Шейм снова стоял в одном из тёмных переулков, что ему так симпатизировали. Он не слишком жаловал людные места, а в светлых просторных кафе было неуютно. Такое ощущение, что все эти официанты смотрят на тебя с презрением и вот-вот вызовут в своё дорогое заведение полицию, испуганно крича в трубку, что их магазин посетил знаменитый террорист и разведчик по совместительству известной группировке «Заходящее Солнце». Вот не знаю, как другим участникам, но Шейму это название правда казалось странным и немного детским. Ну кто взрослый, в здравом уме и твёрдой памяти, будет называть свою опасную вооружённую группировку «Солнцем», а? Да ещё и специально покупать и заказывать маски, как униформу, в которой должен ходить каждый, кроме, может, самых низких работников. Шейм усмехнулся. «Бюджета не хватило, » — пошутил у себя в мыслях тот, туша о бетонную стену сигарету. Он посмотрел на свет, на пустую, безлюдную улицу. Оторвавшись от холодной стены парень вышел из знакомого до боли переулка. Он направился на очередное задание, по пути оглядывая изредка проходящих мимо людей и оценивая их, как казалось самому Шейму, враждебные и вовсе не доброжелательные взгляды. Войдя в широкую арку хвойного парка, что круглый год остаётся хорошим местом для передачи важной информации: через густые иголки и толстые стволы высоких деревьев не видно ни участников передачи, ни передаваемого предмета; парень направился к одной из пустующих скамеек. Так же эти самые иголки и защищают от звука голоса, и, если сильно не прислушиваться, то и не догадаешься вовсе, что в паре метров от тебя происходит передача информации одной из самых разросшихся банд магической, да и немагической, Британии. Да, «Заходящее Солнце» занималось не только секретной разведкой о мифическом Янтаре, но и плотно укоренилось в сфере грабежа и воровства. Эта группировка славится своими проворными разведчиками и ворами, которые, казалось, способны украсть всё, что только пожелаешь, где бы эта вещь не находилась. Передвигались люди «Заходящего Солнца» бесшумно, их невозможно заметить ни в тени, ни в ночных потёмках, хотя они не снимая носят яркую маску кицуне, которой закрывают своё лицо. Ходили слухи, что эти самые маски дают агентам какую-то неведомую мифическую силу, которая позволяет им скрываться в тени, но Шейм-то прекрасно осведомлён, что это всё — чистой воды выдумка. Никакой магической силы нет и не будет ровно до того момента, как его начальник найдёт какой-то там легендарный камень. Про то, что его хозяин ищет «какой-то магический камень» Шейма любезно просили не распространяться, но не надо хорошо знать этого человека, чтобы сразу догадаться, что он успел разболтать это половине коллег. Конечно, никто из ничего из сказанного не понял, да и Шейму за это влетело по самое не могу, но он считает, что «это хотя бы было весело», хотя, я бы с ним не согласился. «Заходящее Солнце» — сумасшедшая организация, и даже сам Шейм предугадать не может, что начальник выкинет в следующий раз и проснётся ли парень завтра утром в своей любимой кроватке.

***

И вот наступила совсем недолгожданная зима. Шумные улицы непривычно стоят полупустые, тишина, нарушаемая редким скрипом снега, опустилась и заволокла вакуумом заснеженные улочки и дворы необычно притягивающих своих теплом домов. Поттеру стало чересчур трудно добираться до излюбленной библиотеки, а срок уже наступал на пятки: осталось всего-то жалких полгода, а никакого продвижения дела и замечено не было. Только лишь пару лишних заметок о непонятном «Заходящем Солнце», да снова какие-то вульгарные дуэли в подворотнях. Что-то взорвали, кого-то покалечили, и всё это должно каким-то образом вести к затейнику всего этого бесчинства тонкими, но прочными и верными ниточками. Но только что-то не получалось у ниточек вести юного Гарри Поттера по своей неизведанной дорожке. Скорее, это можно было назвать не «вести», а «протаскивать», ведь, кроме жалких клочков бумаги и недосыпа, у Поттера ничего не осталось. Слава богу, уроки Эриллэнса не прошли даром, и теперь юнец смог незаметно выбираться из дома, не оставляя следов на бегом снегу, но вопрос скорее был не в следах, а в верхней одежде. Что же скажут Дурсли, если обнаружат отсутствие куртки Гарри Поттера? Верно, ничего не скажут, а просто запрут его в каморке под лестницей, но и этого будет достаточно для того, чтобы затруднить его весьма свободное передвижение по дому. По крайней мере, теперь бедному Гарри пришлось бы каждый раз восстанавливать замок на двери и затем опять самостоятельно его ломать. Ох, так ещё и эти звуки открывания щеколды на двери… Уж кто-кто, а Гарри точно отлично знал, как это самые звуки могут разбудить кого-то из неприятных родственников. Иногда в самой комнате под лестницей становилось слишком холодно, и Поттеру приходилось колдовать себе одеяла или повышать температуру в помещении с помощью выученных заклинаний Лэнса. Выходить из дома зимой Гарри строго запрещали, а надо было хоть как-то пытаться продвинуть дело с Лордом. Было ощущение, что чего-то в газетах недоговаривают, а это самое «что-то» и было причиной смерти великого мага. Казалось, что другие люди вообще не задумывались над тем, как Мальчик-который-выжил усмирил Тёмного Лорда. Как будто за десять лет нельзя было задуматься о том, как же был уничтожен этот злодей. Не мальчик же сам его пристрелил? А Лэнс однажды, к концу декабря, под Новый Год, прислал Гарри сову, в которой говорил о том, что отправляется поговорить с Пожирателями Смерти в Азкабане, по поручению Дамблдора. Поттер, к слову, отреагировал на такой шаг с большими сомнениями, ведь директор Хогвартса, как мы все уже знаем, не может полноценно считаться союзником Поттера, как и его врагом. Может, конечно, Лэнс собирался договориться и склонить Альбуса на сторону Гарри, но, к сожалению, никакой информации, ни о дополнительной цели поездки, ни о миссии Дамблдора, Эриллэнс не дал. Да и сова его улетела сразу же, как передала Гарри письмо, будто специально над ним насмехаясь. Единственное, что было известно юному Поттеру, так это дата возвращения обратно библиотекаря: двадцать четвёртое января. Надеется, что всё пройдёт гладко Гарри хотел всем сердцем, но никакой счастливой информации до конца срока поездки он не получил. Наконец настал тот самый день поездки, и Гарри решился рискнуть своей шкурой и проснулся раньше домашних, дабы уйти до недовольных вскриков брата о том, что «этот идиот Поттер опять сбежал, мама, сделай что-то!» и недовольного бурчания приёмного отца. Он завязал на шее тёплый, вязаный шарф и удалился в направлении библиотеки, не оставляя на чистом блестящем утреннем снегу глубокий следов. Когда Дурсли проснуться, наверное, придут в бешенство, думая, что Гарри заперся в комнате под лестницей, ка это было в прошлый раз, когда он решил сбежать по белому снегу, используя магию, чтобы заметать следы. Впрочем, тогда бедному Гарри пришлось не очень весело. Но сейчас Поттеру надо было думать не о его грядущем наказании, а о возвращении Лэнса к высокому зданию библиотеки, в котором мальчик сейчас стоял, снимая шарф и вешая на одну из вешалок, закреплённых на стене около входа. Убрав холодный снег с непослушных волос, брюнет исчез за одним из уходящих к потолку книжных стеллажей. Сейчас был ранний рассвет, словно в то утро, когда они с Эриллэнсом впервые встретились. Гарри ещё помнит, как в тот день через высокое стеклянное окно в потолке на стены и полки книг падали алые солнечные лучи, как ему в нос сразу ударил запах страниц старых книг, как он неловко попросил профессора одолжить ему парочку, и как с интересом исследовал толстые кожаные корешки фантастических книг. Гарри провёл по одному из них рукой, наблюдая за преломляющимися лучами утреннего солнца, что лежали на светлом полу библиотеки, в самом центре, к которому стремились все коридоры между крепкими стеллажами. Он опустил руку и пошёл к самой круглой свободной площадке. Шаги отдавались бегущим эхом, нарушая спокойную тишину этого тёплого места. Гарри встал прямо под стеклянное окно и глянул вверх, на небо и поверхность окна, где отражались солнечные блики. Вдруг послышались чьи-то приближающиеся, но размеренные шаги. На площадку вышел мужчина, одетый в весьма официальный костюм, брюнет с чёрными прямыми волосами до плеч, некоторые из которых были собраны в небольшой пушистый хвост чуть выше затылка, сам мужчина был высок, но выглядел уставшим и явно давно сдружился с сильным недостатком веса, имел тёплые, янтарного оттенка светло-карие добрые, чуть прищуренные от рассветного солнечного света, глаза и тонкую, бледноватую кожу. На вид был чем-то серьёзно болен, возможно, с летальным исходом. Руки его были облачены в белые перчатки, а в левой руке он аккуратно держал свою верхнюю одежду: тёплую чёрную мантию, что обычно носил как накидку, и тёмно-красный лёгкий шарф, который прекрасно сочетался с его галстуком. — Профессор Лэнс! — обрадовался Гарри оборачиваясь на улыбающегося гостя.