Бочжани Сквозь Годы / Yizhan Through The Years

Чжань посмотрел в камеру, и словно по сигналу, мужчина направил камеру на него. Он строго, и в то же время равнодушно, посмотрел на оператора, не отводя взгляд. И совершенно не удивился, что тот даже не попытался с ним заговорить, поскольку все его внимание все еще было приковано к Ибо. Это было очевидно, потому что он снова повернул камеру в его сторону. — Ты следующий, — широко улыбнулся оператор, когда на сцену позвали Хайкуаня и Юй Биня. — Хм, — Ибо потер руки и кивнул. — Ты нервничаешь? — оператор снова высунул голову из-за камеры, и неверяще посмотрел на Ибо. — Совсем немного, — смущенно улыбнулся Ибо. — Не надо, диди, — прежде чем оператор успел сказать и слово, Чжань подошел к Ибо ближе, и похлопал его по плечу, помассировав изгиб шеи. — Хм, — Ибо широко улыбнулся и счастливо посмотрел на Чжаня. «Все его внимание на мне, как и должно быть. Глупый оператор». Ибо посмотрел на Чжаня, но затем резко отвернулся, когда перед его глазами пронеслись события сегодняшнего утра, напомнив ему какими они были обнаженными и взмокшими совсем недавно, и как внезапно они были прерваны. Он чувствовал, как его гормоны снова бушуют, но вздохнул с облегчением, когда его имя было объявлено следующим. «Сосредоточься, Ибо» — напомнил он самому себе, выходя на сцену. Стоя за кулисами, Чжань поправил рукава рубашки, ожидая своего выхода. Он не отрываясь смотрел на оператора, разглядывая того с головы до ног. — Значит, ты фанат Ибо? — наконец нарушил он молчание. — О, да, — смутился оператор. — А кто нет? — А ты знаешь, чей фанат Ван Ибо? — Чжань ухмыльнулся, когда было объявлено его имя. — Эээ... нет... Чжань наклонился к нему, и прежде чем бросить на него последний суровый взгляд и выйти на сцену, он прошептал: — Мой.

***

Чжань вышел на сцену злясь на самого себя за свое поведение. «Как ты мог это сделать?! Что из того, что он фанат, и даже флиртует с Ибо!? Ибо ведь не флиртовал с ним в ответ! И как ты мог такое сказать?! Что, если он неверно истолковал это? Но… это ведь именно то, что ты хотел дать ему понять!? Как глупо. Наверное, это все из-за накопившейся неудовлетворенности» — Чжань хмыкнул, и подошел к Ибо. «Подожди, я даже не поклонился!? Блять» — Чжань неловко остановился, поклонившись в последний момент. «Что случилось с Чжань-гэ?» — Ибо в замешательстве посмотрел на Чжаня. — «Он странно себя ведет». Пока продолжалась пресс-конференция, ведущий задавал им кучу вопросов об их драме и о том, каково им было сниматься в ней. Интервью было хорошо организовано, и они точно уложились в отведенные на это 45 минут. — Думаю, теперь нам надо идти на репетицию, — вздохнул Чжань, идя рядом с Ибо. — Наверное… — Ибо уныло поджал губы. — О, ты не поверишь, что мне сказал Юй Бинь! — Что? — Он думает, что у нас проблемы, потому что он почти не видел нас вместе все утро, — Ибо прикрыл рот рукой и хихикнул. — Оу! — Чжань усмехнулся и покачал головой. — Ну… технически… он не ошибся… у нас ведь были проблемы, — он кашлянул, чтобы скрыть выражение своего лица. Они возобновили свою обычную болтовню, когда их снова стали снимать на камеру. Чжань одним глазом следил за оператором, но тот после его ненавязчивого предупреждения больше не обращал на Ибо особого внимания. Выйдя на сцену они снова словно потерялись в своем собственном мире. Даже слушая инструкции о том, как будет проходить концерт, они постоянно находили друг друга глазами. Ибо не сводил с Чжаня глаз, наблюдая за тем, как тот внимательно слушает звукорежиссера и музыкального директора. «Черт, он выглядит так сексуально, когда он такой серьезный. Я просто хочу взять его прямо здесь и сейчас. Хочу целовать эти пухлые губы и оставить засосы на его шее». Ибо сглотнул и отвернулся, поняв, что смотрит на Чжаня гораздо дольше, чем следовало, и что вокруг них полно камер. «Просто нужно пережить эту репетицию, Ибо. У нас обязательно будет хотя бы час перерыва перед фанмитом!» Пока они исполняли песню, они оба не могли перестать улыбаться друг другу. С каждой новой строчкой, которую они пели, сердце Ибо трепетало все больше, когда Чжань улыбался ему, поднимал большой палец вверх, одобрительно кивал, когда он брал высокую ноту, и смотрел ему в глаза, когда они пели совместные строчки. «Боже, я так его люблю» — подумал Чжань. — «Он нужен мне прямо здесь и сейчас. Я так соскучился по нему. Соскучился по его худощавому, подтянутому телу. Соскучился по его большим рукам. Соскучился по всему, что касается его… нет… ты не можешь думать об этом здесь. Терпение. Терпение».

***

После репетиции они снова отправились в отель, и вскоре уже торопливо шли к лифту, когда наткнулись на остальных актеров Неукротимого, отдыхавших в холле отеля. — О Боже, только не они снова! — застонал Ибо. — Если бы кто-нибудь сказал мне, что однажды я буду ненавидеть своих коллег по Неукротимому, я бы только посмеялся над ними, — недовольно пробормотал Чжань. — Но это именно то, что я сейчас испытываю к ним. Правда. Друзья обрадовались, увидев их двоих, и жестом пригласили их присоединиться к ним. Чжань нерешительно помахал рукой и направился к ним, а раздраженный Ибо остался стоять позади, вытащив телефон, и делая вид, что очень занят, пока обдумывал, как бы скрыться от коллег. — Все нормально? — мягко спросил Хайкуань, подходя к Ибо, Юй Бинь тоже последовал за ним. — Хм? — У тебя и Сяо Чжаня… — Юй Бинь говорил, что у вас двоих какие-то проблемы. Мы все здесь для вас, если вам нужно поговорить… — О… да… — Ибо ухмыльнулся про себя, когда его внезапно осенила идея. — Нам… нужно… нам нужно поговорить об этом… это может занять много времени… так что, нам следует… пойти… в нашу комнату… — Я понимаю… удачи, — Хайкуань похлопал Ибо по спине. — Да, братан, — кивнул Юй Бинь с озабоченным выражением лица. — если мы можем что-то сделать… просто позволь нам… — Нет, ничего! — выпалил Ибо. — Просто оставьте нас одних… то есть, я хочу сказать, дайте нам немного времени… наедине… чтобы поговорить… это все так сложно… Ибо сохранял на лице бесстрастное выражение, пока оба мужчины кивали ему с искренним пониманием и сочувствием на лицах. Он подошел к Чжаню, стоящему рядом с другими актерами, и поспешно оттянул его в сторону. — Чжань-гэ... идем в твою комнату… сейчас же. — прошептал он. — А какой смысл? — надулся Чжань. — Кто-нибудь снова придет и побеспокоит нас. Как будто вся вселенная сговорилась против нас! — Я позабочусь об этом, — ухмыльнулся Ибо и направился обратно ко всем остальным. — Ибо… нет… что ты собираешься делать… — Чжань нервно последовал за ним. — Эй, ребята, — обратился Ибо к актерам, — как вы все, наверное, уже заметили, Чжань-гэ и мне нужно… поговорить, — он посмотрел на Чжаня с мрачным, и почти страдальческим выражением лица. — Да… мы не хотели ничего говорить, но… мы надеемся, что у вас все нормально… вы кажетесь немного взвинченными… будто злитесь друг на друга… иногда. — Чжочэн невинно посмотрел на них. — Чжань-гэ, все в порядке? Чжань вздрогнул, до него, наконец, дошло, что задумал Ибо. — Да, — ответил Ибо. — То есть, нет… не все… поэтому мы собираемся пойти сейчас в комнату Чжань-гэ. И я был бы очень признателен, если бы вы все дали нам время, чтобы во всем разобраться… Чжань подавил улыбку, следуя за Ибо, краем уха слушая подбадривания парней: «да, конечно, чувак», «конечно, мы понимаем», и «не торопитесь, ребята». — О, мы не будем торопиться, — пробормотал Ибо себе под нос. — Мы с пользой проведем это время.