Мир Грёз

Странный шёпот раздался в комнате. Дилюк почувствовал тяжесть на своём теле и резко открыл глаза.

«Дилюк»

— Кэйа? Перед глазами оказался принц, пристально смотрящий на человека.

«Дилюк, зачем ты так со мной?»

— Кэйа… Я не хотел этого говорить, правда.

«Ты ненавидишь меня?»

Он тихо захныкал в свои рукава. Эти всхлипы словно нож проходились по сердцу. Дилюк приподнялся и обнял холодное тело эльфа. — Нет, это не так, — сказал Дилюк шёпотом, поглаживая чужую спину. — Я бы не смог.

«Дилюк, мой милый»

Кэйа коснулся руками лица Рагнвиндра, смотря в красные, как рубин, глаза. Его руки гладили щёки, затем спускаясь так же нежно к шее. Кэйа улыбнулся и наклонился к уху, вышёптывая:

«Зачем ты врёшь, Дилюк?»

Холодные руки стали резко давить на горло. Тело внезапно онемело, что даже нельзя было шевельнуть мизинцем. — Кэ..йа… — из последних сил прокряхтел Дилюк, но этот шёпот становился всё громче.

«Полюби меня, дорогой»

«Полюби меня, милый»

«ПОЛЮБИ МЕНЯ!»

***

Я проснулся в холодном поту. Вокруг меня было тихо и без изменений. Это был всего лишь сон. Похоже, что он заставил меня проснуться прямо посреди ночи, но встал бы я в любом случае, ведь почти сразу же услышал стук в дверь. «Кто это? И в такой час — возник вопрос в моей голове. — Может Мона? У них получилось?» Не заставляя гостя долго ждать за порогом, я открыл дверь. Каково было моё удивление, когда там была ни Мона, ни Венти, ни даже этот заносчивый слуга. Это был ты. — Кэйа? — я удивлённо посмотрел на тебя. Ты стоял передо мной в какой-то ночнушке. Твои волосы были распущены и разлетелись на худых плечах. Ты не дал мне опомниться, как сам вошёл в комнату, не дожидаясь приглашения. — Ты должен вернуться в свою комнату. Меня беспокоило твоё состояние, поэтому и сказал это, но ты никак не реагировал. Ты продолжал смотреть в пол, и мне показалось, вдруг ты лунатишь. — Люк… — ты произнёс так тихо, а потом моё тело внезапно перестало слушаться меня. — Милый. Ты начинаешь гладить меня по щеке, пока я снова пытаюсь вырваться из твоих чар. — Ты опять за своё? — Будешь меньше сопротивляться, так и привыкнешь быстрее. Я неосознанно пошёл к своей кровати, хотя нет, это ты меня к ней повёл. Ты заставил меня лечь на неё, но мне уже было всё равно, ведь я чувствовал, как твоя магия улетучивается. — Что бы ты не делал, это бесполезно, — сказал я тебе. — Заткнись, — вдруг ты ответил. — Ты вечно так жесток со мной. Будь добр хотя бы закрыть рот. Ты запрокинул мои руки и сжал их, а сам спустился к шее. Я чувствовал, как ты нервно елозишь на мне, и как дыхание твоё сбивается возле моей шеи. Но также я чувствовал, как мой контроль над телом возвращается. Не давая тебе фору, я вскакиваю и меняюсь с тобой позицией. Теперь я сверху, сжимаю твои руки, а ты подо мной, полностью обездвижен. Ты шокировано взглянул на меня и начал брыкаться. — Отпусти! — С чего бы? Не я врываюсь в чужую комнату, подчиняя чужое тело. Ты всё не прекращаешь ёрзать. Твои волосы так растрепались, что скрыли пол лица, не давая увидеть твоих эмоций. Наконец ты сдался. — Отпусти меня, — Хоть я и не видел лица, я услышал, как задрожал твой голос. — Я противен тебе, не правда ли? Почему же… Почему ты не сказал раньше? Будто бы от этого был толк. Да и не правда это. Я не могу тебя ненавидеть. — Я не ненавижу тебя. — Ложь! — внезапно с шёпота ты перешёл чуть ли не на крик. — Ты всегда так смотришь укоризненно, смеёшься надо мной, всегда ворчишь, когда я рядом. А тогда ты сказал, что это ошибка. «Глупая ошибка». Последние слова резали слух. Отрезал бы мне кто язык в ту ночь. — Я так хотел, чтоб ты полюбил меня. Но верно, человек никогда не полюбит эльфа. Твой голос снова перешёл на шёпот, и ты, как ёжик, сжался подо мной. Своей рукой я решил поддеть твою челку, но ты моментально среагировал, схватив меня за руку, восклицая: «Не надо!», но меня это не остановило. Перед собой я увидел твоё милое, заплаканное лицо. Слёзы были такие же чистые, как вода вокруг замка, и на меня устремилась прекрасная пара синих глаз. Глаза василькового цвета сияли в этой тёмной комнате. Ты был так прекрасен, даже заплаканный. — Не смотри, — ты мигом отвернулся. — Я не хочу, чтобы ты видел меня таким. Но я не смог совладать с собой. Я взял тебя за подбородок и поцеловал в твои припухшие губы. Это было почти невесомо, но сравнимо с чем-то криминальным. Я в панике отстранился от тебя, касаясь своих губ, а затем посмотрел на тебя, ты делал то же самое. Наши взгляды встретились в этот момент. Мы смотрели друг на друга, не понимая, что делать, и ты тогда приблизился ко мне, вовлекая в новый поцелуй. Я не стал сопротивляться. Ты целовал меня долго, глубоко. Я уже не помню, когда ты снова оказался на мне. Ты разорвал поцелуй, чтобы пополнить запас кислорода, а мне всё было мало, тогда я и начал целовать твою тонкую шею, вдыхая запах. Признаться честно, я скучал по нему после того дня, когда пытался украсть твой ключ. Ты обвил меня руками и запустил одну из них в мои волосы. Ты начал громко вздыхать и моститься ближе, прижимаясь ко мне. Тогда моя рука скользнула под ткань твоей тонкой сорочки. На удивление ты был еле тёплый, неужели так зелье на тебя действует? Я с волнением посмотрел в твои глаза. — Тебе холодно? — спросил я, целуя твою холодную руку. — Думаю, ты сможешь меня согреть. Это был прямой намёк от тебя. От моего решения зависели дальнейшие действия, теперь я не совершу ошибку. Я вновь касаюсь твоих губ своими, прижимая твою талию так близко, насколько возможно. Твоя ночнушка спадает с красивых плеч, и я покрываю поцелуями обнажённые места. Руки скользят по твоим бедрам, поднимаясь всё выше, и я замечаю, что на тебе нет нижнего белья. — Любишь ходить без трусов? — спрашиваю я, а ты довольно улыбаешься мне в ответ. — Рядом с тобой они не нужны. Позволь мне, — ты облизнул два своих пальца и потянулся вниз. Не отрывая глаз с меня, ты начинаешь сам себя растягивать. Твои прерывистые вздохи раздаются громче, постепенно превращаясь в сладкое мычание. Кэйа, что я сотворил, заслужив любоваться столь прекрасным видом твоим? Пока ты, распалённый, трогаешь себя, я целую твою прекрасную грудь. Как жаль, что я не мог касаться её раньше. Ты издаёшь сладкий стон сквозь зубы, когда я оставляю на тебе метку. Затем ещё одну. Ты уже весь вне терпения и касаешься меня внизу. Тогда я понимаю, что ты готов. Приподнимая тебя, я спускаю свои штаны. Ты удивительно смотришь на него, и решаешь прикоснуться. Я рычу в твою шею, ведь от одного касания чувствую невероятное возбуждение. Я беру тебя за бедра и ты осторожно, медленно садишься на меня. Я не успел войти даже наполовину, а ты уже ахаешь мне над ухом. — Люк, — ты сладко зовёшь меня, и я целую твои мягкие губы, не уставая, и наконец, полностью оказываюсь в тебе. Чувствую, как дрожит твоё тело. Вижу, как краснеют твои острые уши. Слышу, как ты мычишь мне в губы. Я знаю, как давно ты этого хотел. Я признаюсь, я хотел того же. Ты находишь в себе силы начать двигаться. Хватаешься за меня, будто в страхе потерять, но я ещё крепче держусь за тебя. Твои сладкие стоны разрушают тишину, твои нежные губы касаются моих щёк, а твои прекрасные, синие глаза не перестают манить меня. Как бы это не было эгоистично, но я хочу, чтобы ты смотрел так лишь на меня. Только на меня. — Кэйа, — произношу я, задыхаясь, — люби меня. Люби только меня. — Я люблю, — так же судорожно отвечаешь ты, — люблю только тебя.

Люби меня.

Люби меня, Кэйа.

— Люк, ах.. Дилюк, — продолжаешь ты меня отчаянно звать, и тогда я смотрю в твои глаза и вижу. — милый. Снова. Снова это фиолетовое сияние. Почему же? Почему всё так? Ты продолжаешь улыбаться и кусать мои мочки, а я насаживаю тебя глубже, сильнее, слушая твой звонкий голос. Ты продолжаешь звать, стонать моё имя. Но ты ли это? Нет, эти синие глаза как внезапно появились, так внезапно и пропали. Теперь больше всего на свете я хочу вновь увидеть блеск твоих васильковых глаз.

***

Наконец утро. Я открываю глаза и вспоминаю нашу прошлую ночь. До сих пор мне трудно в это поверить, но я чувствую что-то тёплое у себя под боком и замечаю тебя. Ты тихо сопишь, уткнувшись в меня носом, а твой вид даёт мне понять, что та ночь не была сном. Она была реальной. Твои синие локоны рассыпались по мне, щекоча нос. Я не могу понять, когда ты стал мне так близок?