say you need me

Пасмурный день всё меньше радовал, но решение Джерарда усиливалось с каждым сказанным словом. - Сделай же мне это чёртово тату, прошу тебя! - Уэй обнимает Фрэнка все сильнее. - Ты ведь знаешь, что я не отстану! Я ни о чем так сильно тебя не просил, как об этом безобидном рисунке на моей коже! - Зелёные глаза с оранжевыми крапинками смотрят парню чуть-ли не в душу, пытаясь прожечь того насквозь. - Ты точно уверен, Джи? Как я помню, ты уверял меня весь этот год, что боишься иголок и не хочешь потом жалеть о произошедшем. - Айеро просто знал, как быстро можно измениться мнение его возлюбленного, поэтому уже битый час наотрез отказывался от просьбы, дабы потом не оказаться виновным во всех бедах этого мира. - С чего вдруг тебе взбрело в голову набить красную розу на бедре? - Ты разве не помнишь, что моя тогдашняя болезнь так сильно сблизила нас, и мы до сих пор вместе! Разве это не мой шанс побороть страх? - Джерард взял руку Фрэнка, сплетая их пальцы воедино. - Ну же, Фрэнки! Я даже могу тебе заплатить! - Так, этого мне ещё не хватало. Брать с тебя денег, вот ещё. - Татуировщик немного нахально отвернул голову вбок, мол, не желаю такого слышать. Все-таки покумекав недолгое время, Айеро соглашается. - Хорошо. - Фрэнк переходит на полу-шепот, приближаясь к уху мальчика. - Натурой отплатишь. Художник усмехается, радостно целуя парня в щеку. ~ Парню казалось, что прошло не так много времени с их первой встречи, но на деле минул год. Он был разнообразным, наполненным огромным количеством событий и людей, тесно с ними связанными. Для начала, болезнь ушла, не оставив за собой ни капли следа. Разве что остатки кровавых разводов на полу, которые со временем стёрлись. Джерард переехал к Айеро, так как им очень хотелось жить вместе, а обитель Уэя не сильно подходит для двоих. Снимать совместную квартиру они собираются, когда Джи найдет хорошую работу. Совсем недавно он устроился в магазин комиксов. Зарплата не такая большая, как хотелось бы, но тоже ничего. В университет парень тоже вернулся, практически сразу же, после окончательного исправления недуга. Фрэнк познакомил Рэя с Джерардом через неделю их отношений, ибо тот расправился со всеми проблемами и был готов отрываться вместе с лучшим другом. Что же, сейчас на одного друга больше. Торо прекрасный человек, милый, заботливый, весёлый и отличный приятель. В общем-то жизнь начала налаживаться. Уэю пришла идея высечь на себе рисунок, когда парни сидели в гостиной, смотря очередной ужастик, который шел марафоном вместе с остальными. Выходной всегда приятно провести в окружении любимого человека. "Шедевр мировой индустрии" прервался на рекламу цветочного магазина, где крупным планом показали розу. Сама она выглядела так, будто только что прошел дождь. Капельки воды медленно стекали по растению, после падая куда-то в небытие. Лепесток этой розы полетел за каплей, явно не желая от нее избавляться. Через несколько секунд кадр сменился. Перед глазами появилось огромное количество цветов, разного окраса и различных видов. Следует название компании "A million petals"¹, а в голове Джерарда зреет план. Безусловно, пройтись по невинному участку кожи иглой с краской невероятно жутко. Особенно впервые, при наличии трипанофобии.² Все, о чем он желает на протяжении нескольких дней, о тату на бедре. Роза, с падающим вниз лепестком и надписи под ней. "Say you need me". Скажи, что я тебе нужен. Вот, о чем просил Джерард, когда Айеро впервые занимался с ним любовью. - Я тебе нужен?.. - Красновласый извивается под Фрэнком, прерываясь на тихие полустоны. - Просто скажи, прошу. - Нужен. - Мужчина одаривает ключицы Уэя нежными поцелуями, аккуратно двигаясь в нём, а чуть позже ускоряя темп. - Я люблю тебя, Джерард. Парень, находящийся под любимым, не выдерживает от сказанного, и изливается себе на живот, притягивая Фрэнка. Легонько кусает за ушко, всё ещё продолжая постанывать. Айеро прижимается губами к Джи, затыкая. Втягивает в глубокий, тем не менее нежный поцелуй. Язык татумастера проникает все дальше, не имея желания прекращать. Уэй, у которого в багаже есть большой опыт в поцелуях, несмотря на его некую застенчивость. В конце концов, скромняжки ценятся. Как правило, более нежны и внимательны к партнеру, чем более страстные. К художнику это не относится. Джерард настойчив, требователен. Собственно, эти его черты проецируются и сейчас. Он шарится в ротовой полости возлюбленного, сплетая их языки вместе. Поцелуи - отдельная мантра для Уэя. Фрэнк, совершая предпоследние толчки, облизывает ореолы сосков художника, слегка посасывает. Как только он почувствовал приближение оргазма, остановил сей обряд, вновь приближаясь к лицу парня. Своего парня. Финал. Половой акт успешно завершён. Удовольствие принесено обоим. Айеро, напоследок чмокает Джерарда в губы и ложится рядом. Живописец кладет голову тому на грудь, выводя пальчиком узоры на его животе. И ведь он обводит тату, украшавшие тело брюнета. Слегка длинноватую челку пришлось убрать за уши, чтобы понять, какой номер на этот раз выделывает Уэй. - Ты невероятно красивый, Фрэнки. Я ведь говорил тебе об этом? - Говорил. - произносит Фрэнк, слегка поглаживая художника по волосам. - Скажу это ещё раз. - Джерард приподнимается на локтях, поворачиваясь лицом к Айеро. - Ты самый красивый парень из тех, что я встречал. Могу даже с гордостью уверить, из всех существующих. Я хочу запечатлеть тебя сотни тысяч раз на миллиардах холстов. Я люблю тебя, Фрэнк Энтони Томас Айеро-младший. - Уэй улыбается, смотря своими глазками парню в душу. - Ты самый замечательный парень из всех, что я знаю. Из всех, что могли бы существовать. Из тех, что живут на планете Земля. - Фрэнк подтягивает личико художника к себе, нежно чмокая в лоб. - Я тебя тоже люблю, Джерард Артур Уэй. ~ Сегодня тот самый день, когда на девственной коже Джерарда появится рисунок, который останется с ним навсегда. Если, конечно, он не захочет свести его. По утру глаза Уэя слипались, а поясница ныла, напоминая о прошедшей ночи. Фрэнк находился на кухне. Жарил вкуснейший омлет, который только доводилось пробовать Джи. Так как Фрэнк веган, в его холодильнике находится много продукто-заменителей. Например, вместо обычного коровьего молока, в рационе Айеро находилось исключительно кокосовое и миндальное. К счастью, для художника, Фрэнк относится к особому виду вегетарианцев, употребляющих в пищу яйца. Именно поэтому омлет у мужчины особенно вкусный. Два перепелиных яйца, ореховое молоко, специи, а, то есть, немного соли и перца, идеально сочетаются меж собой. Джерард, успевший привести себя в порядок, по крайней мере умыться и почистить зубы, неспешно шёл к любимому. Чтобы не отвлекать того от дела, Уэй постоял в дверном проёме, ожидая, что Айеро сам его заметит. Чудо свершилось. Закончив приготовление блюда, Фрэнк обернулся и поставил тарелки на стол. Завидев Джерарда, у него на лице непроизвольно появилась милая улыбочка, которой мужчина одаривал своего любовника каждое утро. Буквально каждое. Художник, сонно, но чуть игриво глядя на человека, что будет сегодня его истязать, подошёл, приобнял за талию, нежно целуя. - Доброе утро, мистер Айеро. - отстраняясь от Фрэнка, произнес Джерард. - Помните какой сегодня день? - Парень дотронулся до щеки возлюбленного, слегка поглаживая. Тот начал ластиться, как настоящий котёнок, в ответ гладя руку Джерарда своей, разрисованной большим количеством тату, но такой мягкой и ласковой, словно ангел, спустившийся с небес, поощряет смертного. - Погоди, сейчас вспомню.. - Фрэнк вздумал поиграться. - День независимости уже был, твой день рождения тоже, мой через два месяца, твоей матери через парочку... День рождения отца? - Айеро усмехается, продолжая нежиться о ладошку Джи. - Конечно, именно он. Ты приготовил подарок? - Голос Уэя становится в разы серьёзнее, чем был раньше. Он замечает, что глаза Фрэнка округлились, а движения вовсе прекратились. - Я шучу, дурачок. Мы сегодня набиваем мне татуировку, ты ведь помнишь? - Помню конечно, но ты меня правда припугнул. - Айеро отстраняется, отодвигая стул для художника, приглашая присесть и отведать любимый омлет. - Я надеялся, что ты отказался от этой идеи ещё вчера. Зря я так выкладывался. - Несильный удар в плечо кулаком и усмешка со стороны красноволосого заставляют Фрэнка улыбнуться. - На какое время у тебя нет записи? - Джерард берет в руки вилку и нож. После аккуратно отрезает кусочек пищи. - С трёх до пяти абсолютно никого. У нас будет время. - Фрэнк подмигивает любовнику, в ответ получая заразительный хохот, распространяющийся на обоих. - Извращенец ты, Фрэнки. Но такой, зараза, красивый. Ещё и готовить умеешь. - Аппетитно уплетая завтрак, Уэй ухмыляется, как бабка на базаре, у которой ты согласился всю клубнику скупить. Айеро действует на него весьма забавным образом. - Мне с тобой, все же, повезло. - парень доедает последний кусочек, встаёт из-за стола, моет тарелку. Позже треплет возлюбленного по голове и уходит наряжаться в универ. Сегодня у художника всего три пары, поэтому освободится он к двум, как раз успеет. А если даже не успеет, сбежит с последней. Слоган "Сейчас или никогда" твердо засел в его голове, на протяжении всего дня отдаваясь эхом. Фрэнк, прикончив свой омлет, помыл за собой тарелку, и принялся собираться на работу. За этот год он заметно подрос в умениях, тем более, иногда мужчина сидел с Джерардом до последнего, пока тот писал очередные картины. Порой Уэй брал руку любимого в свою, вычерчивая что-либо на полотне. Будь то облака, колосок пшеницы или портрет какого-нибудь человека. Чаще всего именно Фрэнка. Их уговор до сих пор в силе, даже спустя столько времени. Джерард, чуть-ли не ежедневно делал наброски, связанные с Фрэнком. Реже писал полноценные творения. Их совместную жизнь свободно можно назвать счастливой. *** Время в университете тянулось мучительно долго, утягивая за собой кучу неприятных моментов. Юный художник часто задумывался о сегодняшнем предстоящем событии, за что получал колкие фразочки от преподавателей. Например, "Я понимаю, что мои лекции недостаточно важны для такой величайшей особы, как Джерард Уэй, но стоило бы хоть притвориться, что вы заинтересованы, юноша." Конечно же, смешков по аудитории слышно не было, так как многие находящиеся там сами грешили подобным поведением. В ответ на данное высказывание Джи лишь закатил глаза, начиная выписывать в тетрадь предложения, которые проговаривал педагог. Друзей в университете, как таковых, у Джерарда нет. Только пару человек, с которыми он иногда пересекался в свободном времени от пар. Линдси Баллато, девушка с черными волосами, падающими на ее женственные плечи. Всегда с гордой походкой, ровной спиной и множеством проблем позади. Умело со всем расправляется, порой пальцем даже не пошевелив. В общем, жизнь её любит. Ещё один парень, Боб Брайар. Высокий широкий блондин, с присущей многим сорокалетним мужичкам бородкой. Так и не скажешь, но он ровесник Джерарда. Контраст, на котором держится их общение, можно увидеть из далека. Последним фактором можно заметить их считающиеся между собой характеры. Боб всегда сдержан, нечасто выставляет эмоции на показ, обычно он просто слушает бесконечные монологи Джерарда о татуировках своего бойфренда. Брайар иногда закатывает глаза, но явно в шутку. Он должен признать, что и сам теперь заинтересован в том, как выглядит некий Фрэнк Айеро, у которого татушек больше, чем у всех вместе взятых здесь учеников. Раньше они не общались, ибо Джерард был занят поиском себя, мотивации к рисованию и внешним видом. На данный момент его волнует лишь последнее, потому что первые два пункта были безоговорочно выполнены, когда в его жизни появился Фрэнк. Всё-таки мучительный день в образовательном учреждении был окончен, и Уэй, с улыбкой на лице, забыв попрощаться с новоиспечёнными приятелями, ринулся в сторону автобусной остановки. На часах без пятнадцати два, их отпустили немного раньше, чем все ожидали, и парню срочно нужно попасть домой, чтобы хоть немного привести себя в порядок, после потного денька в универе. Подводка, нарисованная над и под веками немного растеклась, создавая ощущение, будто Джерард рыдал безостановочно на протяжении часа, либо искупался в море, в промежутке между парами. Одна девушка даже подошла к нему, и звонко сообщила: "Крутой смоки айс!", а другая девушка прямо во время лекции, спросила в порядке ли с ним все, и не нужна ли ему помощь. Первую он сухо поблагодарил, не желая возражать или спорить, а второй просто покачал головой в ответ, пытаясь этим сказать, что он в норме. На часах двадцать минут третьего, а значит через каких-то 40 с лишним минут он безвозвратно станет "фриком" для старшего поколения. Хотя погодите. Таковым он и являлся. Разве крашеные в яркий цвет волосы и лёгкий макияж на парне не считается чем-то осуждаемым? Как раз-таки наоборот! Многие пожилые люди косились на него, иногда бросаясь обидными высказываниями в его адрес своим собеседникам. Казалось бы, двадцать первый век, рассвет толерантности в обществе, но все не так радужно, как хотелось бы. Отписавшись Айеро пару мгновений назад, парень стал вытирать карандаш с глаз, успешно размазавшийся чуть-ли не по всему лицу, задевая и тональный крем. А что это значит? Значит, ему придется заново наносить тон! Благо, салон, в котором работает Фрэнки, находился в десяти минутах ходьбы, да и он бы подождал, сколько бы времени не понадобилось на сборы. Фрэнк в любом случае не отменит ближайшее веселое мероприятие. Отвечать на сообщение мастер не стал, ибо расправлялся с клиентом, что был у него на записи. Еле-еле ему удалось прочитать "Я дома, уже собираюсь!", так как смотреть в гаджет, и при этом набивать кому-то тату, не из самых простых задач. Как минимум, это неприлично, как максимум, не особо стерильно. Но будет ли это колышить Фрэнка, если сообщение от Джерарда? По идее, должно, но никто не говорил, что он из самых компетентных. Просто тату получались несоизмеримо прекрасными, именно поэтому у него все ещё были клиенты. Джерарду удалось накраситься, приодеться, насколько позволяла погода. Глиттер, находящийся в районе его носа и под веками, красиво блистал на солнечном свете. Июнь в самом разгаре, двадцать четыре градуса тепла неплохо припекали красную головку. Хоть мейкап и все равно растечётся после проведенного времени с Фрэнком, но походить красивым хотя бы минут тридцать не помешает. Болотного цвета шорты открывали его тонкие, немного женственные ноги. Волос на них не было, ибо Джерард за собой ухаживает, даже несмотря на то, что он мужчина. Небольшое количество родинок в районе коленок и икр ловко переливались, можно было заметить их даже не приглядываясь. Сероватая футболка, ничуть не облегающая, развевалась, пока Джи шёл в сторону салона. Фрэнк уже освободился, о чем сообщил Уэю через мессенджер. Художник успел притопать в здание, когда до сеанса оставалось чуть меньше пяти минут. Девушка на ресепшене мило улыбнулась ему, поприветствовав. Кэссиди, так написано на бейдже. - Здравствуйте, мистер. Чем могу помочь? - Здравствуйте, мне к Фрэнку на запись. - произнес Джерард с улыбкой на лице. В его глазах легко читалось волнение, но он старался сохранять невозмутимый радостный вид. Не успела девушка сообщить Айеро о клиенте, как он уже вышел из комнаты, в которой происходят ужасающие, но при этом завораживающие действия. Мужчина подошёл к Уэю, приобнял за талию и нежно поцеловал. - А, так вы Джерард Уэй! - послышалось из-за стойки, где стояла Кэссиди. - Откуда вы... - нехотя оторвавшись от Фрэнка, сказал художник. - Фрэнк рассказывал. Ты не представляешь, как много он о тебе говорит. Лучше даже не начинать с ним диалог, если не хочется слушать тираду о том, какой ты прекрасный. - А ещё лучше, если ты помолчишь минутку, Кэсси. - На щеках Фро появился едва заметный румянец, а глаза стали метаться сверху вниз, лишь бы избежать пытливого взгляда Уэя. Джерард лишь усмехнулся, думая о том, как они между собой похожи. - Проходи на кушетку, у тебя же эскиз с собой? - Айеро хотел сказать это более серьезно, но не смог избавиться от улыбки, что так и пыталась исказить его личико. - Конечно. - Джерард достал из заднего кармана шорт рисунок, который в последующем будет красоваться на его бедре. Фрэнк улыбнулся и открыл дверь в ту самую комнатушку. Уэя охватила небольшая паника, затряслись руки, начало казаться, что в помещении до невозможности душно. Он вытер пот со лба и прилег, словно собирался в гроб. Взяв из рук Джерарда рисунок, Айеро двинулся распечатать его на принтере, чтобы потом перенести на кожу. - Боишься? Сядь нормально. - Фрэнк протирал салфетками новую иголку в машинке. - Джи, все будет хорошо. Не беспокойся, я постараюсь причинить тебе как можно меньше болезненных ощущений. - Ничего, Фрэнки, я справлюсь. В конце концов, я давно хотел тату. - Умница. - Айеро напоследок поцеловал Джерарда в губы. - А теперь, снимай шорты. Джерард сделал то, что от него требовалось. Смущение, которое должно быть, внезапно улетучилось. Его разум занимала только мысль о том, что иглы невероятно ужасающие. Фрэнк же принялся аккуратно протирать участок кожи Джи антисептиком. После всех приготовлений, и когда наконец роза была перенесена на бедро Джерарда специальным средством, Фрэнк включил машинку. - Ничего не бойся, возьмись за мою левую руку, закрой глаза, чтобы не видеть. - Айеро подал ладошку Джерарду, крепко сжав. Уэй сожмурил веки посильнее, чтобы избежать мгновенной смерти от фобии. - Начну насчёт три. - Фрэнк начинает отсчёт. - Раз... - Джерард в предвкушении, смешанном с тревогой. - Два... - Художнику ждать так долго уж совсем не в моготу, поэтому чуть ли не со слезами на глазах, он совсем безрадостно произносит. - Да хуярь уже, Айеро! Не мучай меня!! - Джерард называет мужчину по фамилии лишь в одном случае, когда очень зол. Тем более, из уст парня прозвучало нецензурное слово. Фрэнк понимает, что пожалеть Уэя не получается, он делает только хуже. Именно поэтому машинка прилегает к телу парня, начиная пачкать краской его ногу. Живописец всхлипывает, сильнее сжимая руку любимого, когда игла делает больнее с каждым разом всё больше. Айеро ловкими движениями, по мере набивания тату, стирает лишнюю краску с кожи антибактериальными влажными салфетками. Он решается приоткрыть глаза, пока контур рисунка до сих пор наносится. Уэй прибывает в немом шоке, постепенно понимая, что это билет в один конец. Фобия прогрессирует, у Джерарда трясутся руки, он плачет, тихо всхлипывая. Фрэнк, завидев, что что-то не так, быстро вытирает ещё немного излишки и глядит на художника, с красными заплаканными глазами, непрерывно наблюдающими за рукой мастера. - Тише, Джи. Успокойся, выпей водички. - Айеро протягивает стакан с водой, заранее приготовленный, зная из рассказов Уэя о его боязни. Джерард трясущейся рукой берет стеклянную тару, делая глоток. - Ты знал на что идёшь, я предупреждал. Терпи. Осталось совсем немного. Художник молча кивает, закрывая глаза. Фрэнк продолжает работу. Дальнейшие действия происходят без происшествий. Айеро набивает рисунок на тело, а Джерард старается терпеть, как только может. Последний штрих и тату готово. Мужчина накладывает пленку, отправляя своего парня к зеркалу, любоваться шедевром. - Хоть это и чертовски больно, но так прекрасно, Фрэнк, боже.. - Уэй рассматривает покраснённый участок тела с восхищением, похлеще чем если бы ему поставили оценку "отлично" за контрольную по математическим наукам. - Я знаю. - Айеро усмехается, вставая позади Джерарда, приобнимая его за талию обеими руками. Потом целует в шею, улыбаясь. Уэй поворачивается лицом к Фрэнку, целуя его в губы с такой нежностью, которая только присниться может. - Я говорил что люблю тебя? - произносит художник в губы татумастера. - Скажи ещё раз. - Я люблю тебя, Фрэнк Айеро. - И я тебя, Джерард Уэй. The end.