These Violent Delights: не вошедшее

Ты пробиваешься к бару и прислоняешься к стойке рядом с девушкой. Чуть повернувшись, пытаешься закадрить её взглядом, но она прикидывается скромницей. — Ну давай, удиви меня, — усмехается она, её выговор идеально чёток. — Пардон? — Используй тот невероятно крутой подкат, который возник в твоей голове, пока ты на меня пялился. — Собирался подойти и поздороваться, но сейчас этот вариант кажется мне несовершенным. Она хихикает и ты подзываешь бармена. — Выпьем? Всё ещё улыбаясь, она кивает: — Чёрт возьми, почему бы и нет. Она не похожа на Софию. Шикарнее, но менее искренняя, симпатичнее, но не настолько смелая. Впрочем, для сегодня сойдёт. Ты озаряешь её своей наиболее презентабельной улыбкой: — Часто здесь бываешь? Она улыбается, и, пока ты не опомнился, обвивает ладони вокруг твоей руки. Девушка не слишком утомляет светскими беседами, что тебя очень даже устраивает, а, когда через пару минут она предлагает выйти на улицу, тебя не приходится звать дважды. Она элегантно соскальзывает с барного стула — выше, чем ты предполагал, на своих высоких каблуках она имеет преимущество в росте над всеми остальными. Но тебя это не особо колышет. Ты следуешь за ней на улицу, к тёмной пустой парковке, и она оборачивается. Прежде чем она успевает что-то сказать, ты хватаешь её и целуешь. Однако она не отвечает на поцелуй, просто кладет руки тебе на плечи и издаёт протестующее ммф. Поэтому ты немного отстраняешься и испытующе смотришь на неё. — Прости, я неправильно интерпретировал сигналы? — спрашиваешь ты. — Думаю, тебя может ждать небольшой сюрприз, — говорит она с небольшим придыханием. — Ах, это? — твоя рука опускается к тому, что определённо является выпуклостью, коей у женщины быть не должно, и она, он, неважно, вздыхает. — Ага, я не привередливый. — Ты… — он удивлённо моргает, а затем его голос становится на несколько октав ниже. — Ты не против? — с любопытством спрашивает он. — Конфетка, если бы я был против, меня бы здесь вообще не было. А теперь, скажи, хочешь, мы найдём местечко и закончим то, что начали? Или… — ты поднимаешь руки и отступаешь на шаг назад. — Ты желаешь прерваться? — Интересно, — бормочет он, и, ладно, немного странно слышать такой низкий баритон из накрашенного красным рта, но, эй, ты жаждешь попробовать всё на этом грёбаном свете. — Я не из тех, кто хвастается, — лениво сообщаешь ты, беря его за шею и проводя большим пальцем по кадыку. — Но поговаривают, что ебарь из меня что надо. Он склоняет голову набок. — Хорошо. Покажи на что ты способен. Ты улыбаешься и втягиваешь его в страстный поцелуй. *** Где-то через два года Джим показывает тебе фотографию человека, которого он называет Девственником, и ты давишься пивом.