На пыльных тропинках далёких планет

      — Тут вообще когда-нибудь спят? — в кухне снятого ими на самой окраине Тортуги домика появился недовольный, взлохмаченный Артём. — Всю ночь орут, визжат, музыка долбит… Капец какой-то!       — Доброе утро, — улыбнулась ему Светолика. — Не знаю, дорогой, сама почти не спала. Завтракать будешь или попозже, когда остальные встанут?       — Остальные, походу, не встанут никогда, — хихикнул парень, — Валька полночи таращилась в окно, изучая всех этих крылато-хвостатых нелюдей, а Марта в инете зависала. Так ладно бы одна, она ещё и мать туда потом притащила, прикинь? Они обе всю ночь пялилась в инфранет и чего-то там выискивали…       — Ясно, — кивнула принцесса. Понятно теперь, куда посреди ночи пропала вдруг Диана. — Тогда давай с тобой поедим, а если захотим, то с ними второй завтрак потом себе устроим, идёт?       — А то! Я голоден, как демон. Что у нас сегодня на завтрак? — мальчик подошёл к плите и сунул любопытный нос в сковороду. — Ой… Это ш…что?!       — Яичница, — натянуто засмеялась Светолика.       — Да ладно? Это чьё ж такое… странное яйцо? И… Свет, оно что, живое?! — ахнул Артём, когда один жёлтый глаз с тёмной точкой внутри вдруг закрылся и снова распахнулся. — Он… подмигивает?!       — Конечно живое, ведь яйца земных кур, например, это тоже зародыши, будущие цыплята, — согласилась Светолика. — Ты разве не знал, что из всех яиц, что откладывают живые существа на любой планете, появляются потом детёныши?       — Блин, Света! Куриное яйцо не такое, в нём просто желток и белок, а не глаза! — возмутился пацан. — Которые тебе ещё и подмигивают со сковороды! Как его можно есть-то, если он живой?       — Ну… Устриц на Земле тоже живыми едят… — пожала плечом Светолика. Если быть совсем честной, то и ей вовсе не хотелось есть притащенное вчера неугомонной Дианой с местного базара яйцо Катранской большой утки. Утка уткой, но ходили упорные слухи, что на пережившем глобальную катастрофу Катране именно эти самые утки были единственными, кто сумел выжить из живых существ, а некоторые — самые безбашенные — вообще утверждают, что до уровня уток откатилась некогда обитавшая там разумная птичья раса авесов…       — Впрочем, ты, пожалуй, прав, пусть этот «шедевр» наши засони едят, а нас с тобой и чай с бутербродами устроит, так ведь?       Артём облегчённо выдохнул и помчался умываться, пообещав себе непременно потом посмотреть, как мама или Марта будут есть эти глаза в яичнице! И будут ли вообще…       Первой из ночных полуночников на кухне появилась Диана часа два спустя. Ошалело взлохматив шевелюру, она наотрез отказалась завтракать подмигнувшей и ей тоже яичницей.       — Блять, никогда больше не буду покупать неизвестно что! — плюхнулась она на стул. — Светик, можно мне обычный бутер, а? И кофе!       — Бутерброды сейчас сделаю, а кофе сама вари, у меня он не выходит.       Диана покладисто кивнула, плеснула ледяной воды в лицо, чтобы хоть немного проснуться, и принялась колдовать над кофемашиной.       — Свет, скажи, а тройные имена приняты ведь только на Терре? — неожиданно спросила она, уже наливая одуряюще пахнувший напиток в чашку.       Светолика подняла на неё глаза и усмехнулась:       — Да. Только на Терре и только у правящей династии. Вообще-то, мы с тобой это сразу, вроде бы, выяснили, а что? Почему ты снова спрашиваешь об этом?       — Ну… — замялась вдруг Диана. — Понимаешь, тут такое дело… Марта вчера кое-что откопала в инете, аж меня разбудила, мелкая вредина, будто это не могло до утра подождать…       — Ого! И что же, интересно? — Светолика закончила делать бутерброды, уселась за стол, сложила перед собой руки и, устроив на них подбородок, уставилась на любимую.       — Нет, сперва ты скажи, вернее, расскажи про свою семью, — упёрлась Арбенина.       — Про семью? Эм… Да пожалуйста, а что именно тебя интересует? — нахмурилась принцесса. — И вообще, про мою семью в инфранете дофига всего есть. Чего ж вы там не посмотрели?       — Блин, Светка, вот, почему ты такая вредная, а? — цокнула языком бывшая наёмница. — Мы посмотрели, не переживай. Мне нужно услышать это от тебя. Что, например, ты знаешь про свою младшую сестру? Ой, ну что ты так смотришь? Я спрашиваю, потому что ты ведь очень давно сбежала и… В курсе ты того, что происходило после побега в твоей семье?       — Про Анжелину я знаю, — стала мрачной Светолика.       — Что именно?       — Ну, что они с мужем после свадьбы отправились в путешествие, из которого, увы, не вернулись… Это тебя интересует?       — Да, а подробности какие-то? — допытывалась Диана.       — Только слухи, только то, что писали в инфранете. А что? Дин, к чему этот… допрос? — поджала губы Света. — Что Марта там нарыла такого, что вы не спали до утра, и теперь ты ещё меня тут терзаешь?       — Марта взломала базу данных Таймани! — выпалила Арбенина. — Что? Я не знаю, зачем. У неё потом спросишь… — на ошалевший взгляд напротив, Диана поспешила объяснить: — Она нашла там имя Валенсии…       — Чего? Дин, ты эм… плохо соображаешь от недосыпа? Мы знаем, как её зовут вообще-то! — фыркнула Светолика.       — Нет, Свет, к сожалению, не знали, оказывается. До этой ночи… У нас была информация о том, как её записали во всеобщую межгалактическую базу данных, но, как выяснилось, это неполное имя, и вообще ей зачем-то присвоили другую фамилию. Видимо, тот, кто заполнял базу, был не дурак, или ему так велело начальство, не желая нажить себе потом проблем…       — Очень интересно… И…как же её зовут? — шёпотом, потому что голос отчего-то резко сел, спросила Светолика, хотя, кажется, уже догадалась, что сейчас услышит.       — Её настоящее имя Валенсия Мирабелла Августина… — Диана сделала секундную паузу, показавшуюся Свете целой вечностью. — … Кантервильская.       Последнее слово оглушило и будто ослепило Светолику. Тяжело дыша, она схватилась за сердце и прикрыла веки, потому как перед глазами всё завертелось, поплыли розоватые пятна…       — Света! — Диана мигом оказалась рядом. — Тебе плохо? Вот, выпей воды! Или ещё что-то надо?       — Нет, спасибо, всё хорошо, — выдавила непослушными губами кривую улыбку принцесса. Стуча зубами, она жадно глотала воду и пыталась собрать в кучку разбежавшиеся мысли.       — Уже отпустило, я просто перенервничала сильно. Всё хорошо, правда!       Видя, что любимая и правда, вроде бы, пришла в норму и даже слегка порозовела, Диана не утерпела и спросила:       — Я только не понимаю, если твоя сестра вышла замуж, фамилия же и у неё, и у ребёнка должна быть другая?       — Нет, у нас принято сохранять фамилию жены, если она королевской крови, — пояснила принцесса. — Господи… Валя моя племянница, получается, так ведь?!       — Точно, — кивнула Арбенина. — Получается так. По крайней мере, ясно теперь, отчего вы с ней так похожи. Только… Я ещё знаешь что не понимаю? Допустим, что нападение пиратов на крейсер, на котором они возвращались, это всё правда, но если молодожёны уезжали в медовый месяц, то как так оказалось, что твоей сестре уже вот-вот надо было рожать? Не долгий ли месяц получился?       — А вот это совсем просто, — рассмеялась Света, которой и правда полегчало, — кто сказал тебе, что свадебное путешествие королевских отпрысков длится всего месяц?       Диана сперва растерялась, но потом кивнула, соглашаясь. Ну да, это ж особы королевской крови, чего б им не попутешествовать!       — Думаю, они хотели вернуться домой как раз к моменту родов Анжелины, но…       Арбенина быстро присела рядом и, обняв любимую, мысленно закончила фразу за неё: «Но не смогли…»       — Господи, надо как-то аккуратно рассказать Вале обо всём и…       Светолика не договорила, но Диана и так поняла, о чём снова загрустила любимая женщина.       — Свет… Светуля… Я не сомневаюсь, что она выберет остаться с тобой…       — Не факт, у меня нет такой уверенности… — совсем пригорюнилась Светолика. — Сама посуди, что я могу ей дать? Кто я? Беглая каторжанка с неопределённым будущим! А там у неё будет красивый замок, бабушка с дедом, куча любящей родни и прислуги… Совсем другая жизнь, Дин…       — Валька остаётся с нами! — долетел от дверей звонкий голосок Марты, и обе женщины вздрогнули, обернувшись.       На пороге стояли дети в полном составе. Умытые, причёсанные и совсем не заспанные. Видимо, Марта уже давно проснулась сама и разбудила Вальку. Просто они не спешили появиться на кухне.       После недолгих молчаливых переглядываний, Валенсия отделилась от двойняшек и подошла к Свете.       — Я хочу быть только с тобой, — крепко обняла её малышка за шею. — Не надо мне никакой замок, слуг и всё остальное. Пожалуйста, только не отдавай меня им!       И Светолика не выдержала, разрыдавшись. Тогда обнимать и успокаивать её бросилось уже всё семейство.       — Спасибо тебе, дорогая, — прошептала Светолика, улыбаясь сквозь слёзы. — И вам всем тоже спасибо… Вы у меня самые замечательные!       Валенсия прижалась ещё сильнее и прошептала в самое ухо:       — А можно я буду звать тебя мамой?..       Новый поток слёз непроизвольно полился из глаз совершенно счастливой принцессы.       — Конечно, можно, — одними губами ответила она, но её услышали и остальные.       — А у нас, между прочим, теперь тоже нет второй мамы, — нахально заявил Артём.       — А одной меня вам мало? — мгновенно, совсем по детски, надулась Диана.       — Не мало, но две мамы всяко лучше одной, — нисколько не смутился мальчишка и снова обернулся к Свете. — Это я к тому, что мы тоже хотим звать тебя мамой… Ой, что вы на меня так смотрите все? Ну, мы же вместе будем теперь жить, одной семьёй. Так, почему нет?       — Хотите — зовите, — тепло улыбнулась Светолика, — если только Диана не против.       — Не против, — сменила гнев на милость Арбенина, выразительно посмотрев на Валенсию. По её логике, тогда и Валька должна называть её мамой. Бывшая наёмница уже хотела было озвучить эту мысль, но передумала, здраво рассудив, что ей сперва со своими оболтусами бы разобраться и наладить отношения, а Валя… Может быть, она её когда-нибудь потом тоже назовёт мамой…       — Ой, Марта! Я совсем забыл, там же твоя яичница уже почти остыла, наверное! Тебе положить? — с самой невинной улыбкой на лице спросил Артём.       Марта машинально кивнула.       — И мне! — отлепилась от новой мамы Валенсия. — Я такая голодная!       Напарницы переглянулись, но промолчали, позволив Артёму выложить на одну большую тарелку огромное яйцо с глазами. Уже взявшие в руки вилки девочки замерли, уставившись во все глаза на странную яичницу.       — Эээ… Эт-то что?! — просипела Марта, у которой отчего-то резко сел голос. Маленькая Валя вообще лишилась дара речи и только во все глаза таращилась на тарелку.       — Как что? Вы же сами вчера с мамой принесли с рынка яичко. Забыла, что ли? — продолжал Артём. — Смотри, какое оно большое и глазастое!       — Но он… Оно… Смотрит! — прохрипела девочка. — Оно что, живое?!       — Да не, что ты! Мама Света его пожарила! Ешь давай!       — Пошёл ты! Придурок! — выплюнула Марта и, прикрыв рукой рот, убежала в санузел.       — Тёма, что ты наделал? — укоризненно цыкнула на него мать.       — Вы правда жарили эти… живые глазки? — пролепетала Валенсия, с ужасом переводя затуманенный слезами взгляд с Артёма на Светолику и дальше на Диану.       — Нет, родная, — призналась наконец принцесса, — я только скорлупу расковыряла и вылила на сковороду, а жарить уже не смогла…       — Ой, а может, его тогда можно как-нибудь обратно? Ну, чтобы он птенчиком потом стал? — оживилась Валенсия. — Можно же, да?       И Светолика не смогла сказать нет, хотя понимала — фарш обратно в мясо не провернёшь.       — Конечно, смотри, вот от него скорлупка, — принцесса выудила из мусора оставшуюся почти целой скорлупу. — Сейчас мы его обратно вернём и всё — будем ждать птенца! Здорово?       — Ага! Спасибо! Ты такая добрая! — захлопала в ладоши девочка. — Пойду Мартишу обрадую!       Мелкая пулей выбежала из кухни, а Светолика обернулась к так и стоявшей с открытым ртом Диане.       — Вали на рынок и без яйца обратно не приходи!       Арбенина хмыкнула, наконец сообразив, что задумала Светолика, но спорить не стала, прекрасно понимая, что только так можно сберечь психику ребёнка. Разумеется, когда-нибудь она всё узнает и поймёт, но это будет потом — во взрослой жизни, а детство должно оставаться детством, несмотря ни на что…       Тем же вечером они все впетяром усердно сооружали инкубатор для — о чудо! — ставшего вновь целым яйца. Рядом суетились вездесущие лианы и мерно гудели, мешаясь под руками и ногами, шмелята.       В итоге, следующим утром, как всегда, проснувшаяся раньше всех Светолика обнаружила инкубатор намертво примотанным к столу заботливыми лианами, наверное, для того, чтобы не упал ненароком, а с двух сторон от яйца спали шмелята, решившие, что яйцу слишком мало тепла от какой-то там лампы…       — Кажется, в нашей семье пополнения ждут все, — хихикнула на эту идиллию Арбенина. — Пошли завтракать, — позвала она, — и учти, ухаживать за утёнком буду я!       — Это ещё почему? — удивилась Светолика. — На эту роль много претендентов, как видишь.       — За него, я просто обязана это сделать…— Арбенина с тоской выглянула в окно, где виднелся край мусорного бака, куда они ночью втихаря отнесли несостоявшуюся яичницу.       — Ааа, тогда конечно, — кивнула принцесса. — Думаю, ты будешь утёнку замечательной мамой…       — Угу. Свет, а вдруг он тоже окажется того… Ну, разумным? — состроила бровки домиком Диана.       — Да ну нет, это вряд ли. Снаряд в одну точку…       — Уже дважды попал! — фыркнула Арбенина. — А как говорят на Земле, Бог троицу любит! Нет, ну а что? Представь, найдём себе какую-нибудь маленькую планетку на самом краю галактики, где нас никто никогда не найдёт, построим дом и будем там растить детей и разумных существ с других планет, прикольно же?       — Динка! — рассмеялась принцесса. — Ну и фантазёрка же ты у меня, оказывается!       — А мне нравится идея, — буркнул сонный Артём, вваливаясь на кухню и нагло стаскивая у матери с тарелки блин.       — И я за, — Марта для справедливости ухватила блинчик из-под носа у Светолики.       — И я, и я! — мелкая не стала мелочиться и бесцеремонно стащила с каждой тарелки по блину, тут же запихивая в рот сразу оба.       — Идите умойтесь сперва, проглоты! Там много ещё…       Светолика встала из-за стола и направилась к большому блюду с блинами. Улыбка не сходила с её лица. Фантазёрка не фантазёрка, а раз об одном и том же думают сразу все члены семьи, то это уже не простая фантазия или мечта, а намерение, и Вселенной ничего больше не останется, как воплотить его в жизнь!..