Вне игры

Декабрь. Ебучий декабрь по мнению Эмиля. Ну или почти… Парень почувствовал облегчение, ведь, о боги, начались зимние каникулы! Эмильен как проклятый сдавал все долги, ещё и написал пробник по математике. Вот насчёт последнего он выложился по полной, ведь про спор всё ещё помнит: — Ну что? Первую часть хоть решил? — Дима первый раз за всё время звонит Иманову по телефону. И, конечно же, только ради того, чтобы узнать, как справился парень, ну вы что! — Да это ху… — уже хотел выплеснуть все свои эмоции наружу парень, но остановил себя. — Хуже, чем я думал, но я почти всё решил. Вот вторая часть долбанутая попалась. — Если это так, то молодец, — усмехнулся Масленников. — А я уже придумал желание, — игриво донеслось от Эмиля. — Чего? — Ну, мы же спорили, да? Вот, а я в своей победе уверен, поэтому и желание есть. — Ну и какое же? — Дима не переставал улыбаться. — Жду вас, о великий из умнейших и умный из величайших, Масленников Дмитрий Андреевич, на игре против соседской школы, чтобы болеть за любимого ученика в лице о великого баскетболиста — Эмиля Иманова. — Боже, — еле-еле сдерживал смех Дмитрий. — Я даже баскетбол не люблю. А Дима и не отрицал, что Эмиль — любимый ученик. Если раньше математик позволял Эмилю тянуться к себе, то сейчас Масленников сам ищет возможность побыть с парнем или просто поговорить. Дима даже стал комментировать его истории в Инстаграме, но без комплиментов в сторону школьника, хотя их так сильно ждал Иманов. — Интересно, почему же тогда мы играли месяц назад? Игривый голос Иманова так и сводит с ума. Вот сам же парень нарывается, а Дима так и чувствует, как Эмиль лыбится в трубку. — Спи давай, поздно уже. Завтра не проспи, а то без тебя уедем. — Но только не вы, Дмитрий Андреевич, доброй ночи, — Эмильен бесцеремонно сбрасывает, откидывая телефон в сторону. Следующая неделя на базе отдыха станет самой лучшей за последние несколько лет в жизни Иманова. Наконец-то можно расслабиться и выдохнуть, а рядом будет Масленников, который не имеет права ничего пискнуть по поводу математики и экзаменов. Присутствие Димы немного напрягает, но больше, конечно, радует.

***

— Ебать, вот как пахнет свобода. Никита вдыхает полной грудью, стоя на снежной горе. Четверо друзей чувствуют облегчение с того момента, как приехали на базу отдыха. Они, подготовившиеся к суровой погоде, уже были тепло одеты и закалены для отличного времяпровождения. Одиннадцатиклассники скатываются с горы на лыжах, только вот Тауланов жалуется на усталость, а Савекина в сотый раз просит его заткнуться, поэтому Данияру приходится катиться подальше ото всех. — Ну Даник, не жалуйся, иди к нам уже, а. Эмиль не скрывает своей радости, время от времени попивая горячий чай из термоса, который «любезно» одолжила Полина. Может, лыжи и не были его самым любимым занятием, но сейчас было абсолютно всё равно. Иманов, как и его друзья, весь в снегу, уже вспотевший и усталый, смотрит вдаль, жмурясь от ветра. Погода была просто замечательной, так что бесстрашный Эмиль даже и куртку не застёгивал, а потом об этом пожалел, когда почувствовал, как снег попал в худи. И вот, стоя на вершине небольшой горы, Эмиль уже готовился к спуску. Подняв палки вверх и согнув ноги в коленях, парень смотрит вперёд, а адреналин полностью захватил тело Иманова. Как назло взгляд парня попятился в сторону и, увидев вдалеке Масленникова в зимнем костюме, Иманов замер. Чёрт, баскетболист был готов поспорить, что даже издалека он видел, как штаны обтягивали стройные икры учителя, а парень сверлил его взглядом так, словно начал раздевать. Нога Эмиля предательски соскочила, и Иманов слишком поздно понял, что падает вниз. Он выбросил палки и, растопырив пальцы, выдвинул руки вперёд. Падение на живот было мягким, но неприятным: всё лицо Эмиля было окутано снегом, а после такого фиаско у парня даже не было желания подниматься. — Он был таким молодым, — плаксивым голосом произнесла Полина, похлопывая по спине Даника, который вытирал с щёк ненастоящие слёзы. В следующее мгновение Сударь, заранее сняв лыжи, упал в сугроб недалеко от своего товарища. — Вот это я понимаю настоящая дружба! — поддержал страдания Поли Даник, уже готовый прыгнуть к парням, однако его заставили передумать подходящие Масленников и Столяров. — Вы чё валяетесь? — Алексей встал около Никиты, который после голоса физрука поднялся чуть ли не за секунду. — Отдыхаем, Алексей Викторович, — Сударь глупо улыбался, пиная Эмиля. — Ай, больно вообще-то, — недовольный Эмиль уже поднял голову, но снова замер, когда увидел, как Дима повелительно смотрит на него сверху вниз. Не, ну это вообще был пиздец. Дима как ни в чём не бывало улыбался, причём так хитро и властно, что Эмиль ощущал давление со стороны мужчины. — Ну всё, пора валить, — Поля взяла под руку Данияра, отводя его в сторону, а Резнев сверлил их недовольным взглядом. — И долго ты будешь лежать? — Масленников протягивает парню руку, на что Иманов делает то же самое. Парень встаёт рядом с Димой, невинно смотрит вниз, но его глаза поднимаются, когда он ощущает, как учитель аккуратно оттряхивает лишний снег с куртки подростка. Снова показывает свою заботу? — Вот балбес, ещё и расстёгнут. — Да мне не холодно, — его слова уже ни на что не влияют, ведь Дима уже вжикает молнией вверх. — Так лучше. А потом он снова лыбится и уходит со Столяровым к другим подросткам, чтобы поинтересоваться, как у них дела. Дмитрий Андреевич, а вы не хотите спросить, как поживает ваш краснеющий от неловкости Эмиль? Оставшийся вечер прошёл удачно. Точнее, для всех остальных, кроме Эмильена. Они все вместе решили посидеть в общей комнате парней, чтобы просто повеселиться. Обычно одиннадцатиклассники разделены по группам, но здесь были все, кто дотянул до вечера, а в том числе компашка Эмиля и баскетболисты в лице Артёма, Егора и Стаса. Обе группы чаще всего контактировали, Эмильен даже забыл, что когда-то ненавидел Чернеца — сейчас им очень комфортно общаться. По крайней мере Иманов пытается отвлечься на друзей, потому что, сука, мысли опять о Масленникове. О Диме, который сначала может тебя игнорировать, а потом без конца лезть и сводить с ума. О Диме, который кажется просто учителем, а потом вы становитесь донельзя близкими. О Диме, который просто обычный Дима. — Ребята, — от Никиты доносится радостный голос. — Ликуйте, я пронёс алкоголь. Кто спалится — убью лично нахуй. Все сразу же довольно заорали и побежали к Сударю, Эмиль остался один сидеть на холодном полу, рассматривая свои чёрные носки. Всё начиналось с того, что Иманов считал Масленникова пидором, а дальше он вместо физкультуры ходил к мужчине, играл с ним в баскетбол, ездил на машине, в которой они чуть ли не поцеловались. Или это казалось только Эмилю? Из-за Димы слишком много ненужных мыслей, парню было страшно выглядеть по уши влюблённым. Наивный, наивный Эмилька. — Братан, будешь? — Никита протягивает другу водку. Парень хоть и знал, что Иманов до этого почти не пил, но всё же надеялся, что этот вечер — исключение. — А давай, — Никита всё же оказался прав. Эмиль правда не хотел пить много. Было лишь одно желание — хотя бы оставшийся вечер не думать о Диме, а алкоголь — хороший способ уйти в отрыв вместе с друзьями. Иманову по началу было страшно, пил он совсем чуть-чуть, что уже хорошо выпивший Никита толкал друга в локоть, чтобы тот не стеснялся и оторвался по полной. А действительно, вот что мешает Эмилю напиться в дрова как Сударь? Возможно, завтрашняя головная боль, но это утром, а сейчас надо жить моментом и наслаждаться этим. Потому что у Иманова только одни планы — напиться. Парень без задних ног падает на диван и растекается по нему, но спать почему-то не хотелось. Эмиль на удивление ещё что-то соображал, был намного лучше Никиты, который уже второй час как ни в чём не бывало спал в кровати Даника. Подростки ещё в силах веселиться, звонко орать и играть в бутылочку, отчего у Иманова трещит голова. В комнате давят стены, становится невыносимо шумно и громко, поэтому парень с большим трудом ставит ноги на холодный паркет и, держась за спинку дивана, пытается встать с места. Ноги уже ватные, но парень уверенно идёт к выходу, пытаясь растолкать своих бухих одноклассников с дороги. Парень прячет руки в карманы и сразу же находит сигареты, к которым так давно не прикасался. Уже интуитивно Иманов берёт упаковку, но обнаружив пропажу зажигалки, чертыхается, пытаясь вспомнить, где она может быть. Кажется, он вспомнил, что мог случайно обронить её во время катания на лыжах, поэтому и решил устроить ночную прогулку по базе. На улице ни одного смертного, а на душе на удивление так спокойно и беззаботно, если сравнивать с предыдущими днями. Эмиль перестал париться из-за своей «несчастной любви», пусть всё идёт свои чередом, а Иманов примет любой исход. Зажигалки не оказалось: Эмиль агрессивно пинает снег, громко матерясь. — Сука, — громко выкрикивает Эмиль, запрокидывая голову назад. Возможно, ему получится обмануть Диму, но самого себя — невозможно. Не примет, нихуя не примет. — Неужели Масленников спёр? Пойти к своему возлюбленному а-ля учителю почти в час ночи, да ещё и бухим за зажигалкой — не самое лучшее решение. А что говорить? У вас случайно нет огонька, тогда почему вы такой горячий? Закурить сейчас Эмилю пиздец как хотелось, а мозг, кажется, полностью отключился. Немного шатаясь, парень направлялся к дому Масленникова, в котором на удивление горел свет. Остановившись у его двери, разум, кажется, стал кричать Эмилю мол пора остановиться и идти поспать. А Иманов настырный, никого не слушает, даже самого себя иногда, вот же придурок. Вытерев ноги об коврик (да, даже пьяным он помнит о манерах, ну он же не животное какое-то), ему хочется постучать, но он теряет этот момент, когда видит, как Масленников уже открывает дверь сам, наверное, из-за того, что услышал странные и подозрительные звуки на улице. — Эмиль? — Дима сразу же отходит в сторону, пуская Иманова в тёплую комнату, но на самом деле Эмилю сильно приглашение и не нужно было. — Ты чего так поздно? — мужчина сразу же закрывает дверь на замок. — Зажигалка, — произносит лишь одно слово парень, оглядываясь по сторонам. — Я её потерял. — А я то здесь причём? — Дима садится на кровать, пока Эмиль всё крутится у двери. — Стоп, Иманов, ты пьяный что ли? Совсем обнаглел? — Это я обнаглел? Я может и немного выпил, но совсем чуть-чуть, да и действия свои контролирую, — Эмиль, опираясь об стену, смотрит по сторонам, всё ещё ища зажигалку. Парень почему-то был уверен, что Масленников её прячет. — Иди проспись сначала, завтра найдёшь. — Вот ты всегда прогоняешь меня, да? — вот и всё, Эмиль сорвался. И далеко не из-за зажигалки, причина была намного серьёзней. — Я же тоже человек, у меня есть чувства, а ты то тут, рядом со мной, то опять между нами пропасть. — Это алкоголь в тебе такое говорит? — Нет, это я, Эмиль, — парень отлепляется от стены, делая несколько шагов к сидящему на кровати и охуевавшему от происходящего Масленникову. Теперь Эмильен смотрит на него сверху вниз, это даже нравится парню. — Я пытался разобраться в себе, думал, что я такой неправильный, а как же ты? — Эмиль, давай поговорим об этом завтра, пожалуйста, ты пьян. — Зато сейчас я настоящий, — фыркает Иманов. — Я не алкаш какой-то, а просто отчаянный подросток, который четвёртый месяц бегает за своим учителем. Эмиль почувствовал своё превосходство над Масленниковым, который и слова не мог вымолвить. Они смотрели друг другу в глаза, словно боялись испортить момент, пытаясь разглядеть что-то. Иманов тонул в карих очах, а математик, кажется, растворялся в Эмиле. Не сдерживаясь, баскетболист, наклонившись к лицу Димы, взглядом поедал учителя. — Пожалуйста, врежь мне, — шёпотом произносит Иманов. — Иначе я не остановлюсь и продолжу. — Я не буду тебя бить, — Дима также стал говорить тише. — Ударь, прошу, — чуть ли не молящим голосом просит парень. — Ты же знаешь, чем это кончится. И мужчина, конечно, прекрасно знал и должен был остановить подростка, который ещё и пьяный, но никак не смог. Он чувствует горячее дыхание парня, а в комнате настолько тихо, что Масленников может слышать, как Иманов сглатывает и томно вздыхает. Как должен вести себя учитель в этой ситуации по отношению к своему ученику? Остановить? Наказать за пьянку? Но была одна проблема — Дима уже давно не воспринимал Эмиля за ученика. Для баскетболиста это был сигнал: в его голове загорелась красная кнопка, которая так и кричала: «Давай, действуй!». Парень сильно кусал себя за внешнюю сторону губы, язык, но ничего не помогало. Эмиль, совершенно бесцеремонно и так быстро, что никто и ничего понять не успел, полностью сократил расстояние между ними и требовательно затянул Диму в поцелуй. Иманов сгибался в три погибели, при этом упираясь руками об кровать, но не жаловался, ведь чувствовал долгожданный привкус губ Масленникова. У Димы, кажется, в этот момент даже не было никакого шока, ведь у мужчины полностью отказали тормоза. Он совершенно забыл о том, что Эмиль пьян, что он сейчас целуется со своим учеником. Дима быстро забирает инициативу на себя, отвечая на поцелуй взаимностью, прикрывая глаза. Чувствуя, как Иманов пытается изгибаться, Масленников резко дёргает парня за руки и, придерживая Эмиля за бёдра, усаживает его к себе на колени. Парень сладко мычит, обнимает ногами широкую спину Димы, пока чужие руки уже блуждают по его телу. Он чувствует себя слишком хорошо под влиянием алкоголя Дмитрия, который никак не может успокоиться и отпустить Эмиля. Воздуха становится всё меньше и меньше, Масленников даёт перерыв обоим, когда прислоняется к шее парня, кусая её во всех местах, отчего Эмильен закатывает глаза и опрокидывает голову назад. Сейчас, когда Дима оставляет поцелуи и не может остановиться, потому что так долго ждал этого момента, парень не понимает, как же до этого он жил и существовал без Масленникова. Вдруг двое мужчин слышат звук в дверь, Эмиль уже матерится у себя в голове и, вскакивая с колен Масленникова, думает, какую порчу навести на того, кто отвлёк их. Он стоит около кровати, весь взъерошенный и смущённый, со стояком, ещё и должен держать себя в руках? Диме тоже нежданный гость в час ночи уже не нравился (ну, кроме Эмиля, конечно — парню он всегда рад). Масленников уже открывает дверь нараспашку и видит счастливого Столярова, улыбающегося во все тридцать два. — О, Дим, ты не спишь? — Лёша заходит внутрь, но видя позади стоящего Иманова, сразу же меняется в лице. — Так, Эмиль, а ты что тут весь красный такой стоишь? — Я? — испуганно спрашивает Эмильен. — Так я зажигалку искал… здесь. — Нашёл? — интересуется физрук, пока Дима смотрит то на одного, то на другого. — Нет, пойду в другом месте поищу, — уже хочет уйти Эмиль, пытаясь скрыть от Столярова не только своё опьянение, но и бугорок в штанах. — Да, давай, нам тут поговорить нужно, Эмилька. — А до завтра не подождёт? — перебивает друга Масленников, незаметно хватая со спины Эмиля за худи так, что парень чуть не падает. — Это важно, я ненадолго. Дима неохотно отпускает парня, грустно, но при этом с теплотой смотря на баскетболиста, а во взгляде читалось сожаление об этом казусе со Столяровым, но Иманов ничего не ответил, а лишь кивнул на прощание, пытаясь поскорее выбежать из комнаты. А Иманова всё ещё шатало из стороны в сторону, как будто от Масленникова он ещё больше опьянел.