Приключение по миру, ждите нас!

      Аффогатто сидел на стуле, привязанный. От долгой невозможности двигать руками те онемели, потому единственное, чем можно было себя занять в пустой камере — мотать головой и слушать звуки извне. Но скучно не было: скучно определённо не будет, если вне комнаты звучат всхлипы, крики и противные скрипы металлических дверей. Как же быть?.       Дверь в камеру кофейного распахнулась. Вайт Рейзин с маниакальной улыбкой перешла порог помещения и неспеша стала подходить к пленному.       –На-а-адо же, — протянула та. — Сам Аффогатто-куки прямо сейчас сидит передо мной, весь такой ограниченный в возможностях. Слабый, жалкий, неуклюжий!..       –Поверьте, мадмуазель, я искренне недоволен своим нынешним положением, однако я не способен что-либо с этим поделать, — максимально вежливо твердил беловласый, дабы не вляпаться в неприятности похлеще. Хотя куда уж хлеще, он вляпался в них, когда попытался выследить Карамель. — Впрочем это не значит, что я намерен выслушивать ваши оскорбления…       Его кошачьи глаза сщурились синхронно со слегка нахмурившимися бровями, на что Белый Изюм едко хихикнула.       –Твой статус в Королевстве Тёмного Какао ничего для меня не значит, и говорить я буду что хочу! Думаешь, меня заботит твоё ничтожное эго? — было ясно, что Белой было плевать.       –Полагаю, мне не избежать несладкой участи.? Раз так, то позвольте мне задать один вопрос, прежде чем вы приступите…       Печенька была не в силах бороться с судьбой, отчего сдалась, но вежливый настрой сохраняла:       -Каковы ваши мотивы? Для чего вы это делаете?       Изюм сморщилась.       –Это два вопроса, — увильнула она от ответов, доставая из кармана что-то.       Аффогатто громко сглотнул.       Уже вскоре по коридорам темницы раздавались крики от боли и мольбы о пощаде, эхом отскакивая от стен и проникая сквозь решётки клеток.

***

      Йогурт проснулась от мерзкого и столь знакомого скрипа. Она поднялась с холодного пола, приняв позу лотоса.       Через мгновение у её камеры появилась снова та печенька.       -Вставай! — сказала печенье приказным тоном.       Она достала связку ключей и начала возиться с замком. Йогурт поднялась с пола и подошла поближе к двери.       -Выходи. И без шуток, — приказала печенька.       -А можно мне взять Огни с собой? — спросила Йогурт.       -Обязательно? — прищурившись, спросила печенька.       -Ну…да — неуверенно ответила Йогурт.       Печенька недовольно отвернулась, но все же разрешила взять Йогурт её компаньона.       -Открыть даже не проси, — сказала печенька и махнула пойти за ней.       Йогурт взяла клетку и последовала за неизвестной ей печенькой.

***

      Услышав, что открыли дверь Йогуртовой, Карамель стала ждать своей участи. Она знала, что скоро придет Вайт Рейзин Куки и откроет ее.       Так и произошло. Белый Изюм открыла дверь и подняла Карамельную.       -Теперь твоя очередь, Карамель! — шепнула ей печенька.       -Очередь чего? Моя очередь для пыток? — безэмоционально спросила карамельная, выходя из камеры. — Не стоит утруждаться подобным, Вайт Рейзин. Я не собираюсь сбегать        В воздухе повисла давящая тишина, а Вайт Рейзин почувствовала неподдельный ужас на душе, ведь взгляд карамельной проник в ее душу.

***

      Йогуртовая вздрагивала от каждого крика и визгов, что разносились эхом в коридорах.       Печенька вела её куда-то.       -Как тебя зовут? — уже который раз спрашивает Йогурт.       -Заткнись! Моё имя тебе знать не обязательно! — Печенька уже не выдерживала бесконечных вопросов, что высыпались на неё «водопадом».       И вот они дошли до дальней двери в коридоре. Печенька открыла скрипучую дверь. Она толкнула Йогурт в комнату.       -Думаю тебе не надо объяснять, что делать, — сказала печенька с ехидной улыбкой и закрыла дверь.       По коридора раздался громкий визг, что с легкостью перекрыл все остальные возгласы.       Йогурт упала на пол и с ужасом таращилась на валявшегося почти неживого Аффогато. Точнее то, что лежало на земле лишь отдаленно напоминало ею давно ей знакомого мага.       Йогуртовая зарыдала навзрыд прижавшись к двери.       -Святой Ванилла. О да поможет нам твоё… - Йогурт, зажавшись, шептала молитвы.       Она не хотела верить в происходящее. Надеясь на то, что это просто страшный сон, который скоро закончится.

***

      Карамельную завели в пыточную с другой двери. Девушка никак не отреагировала на это. Однако, увидев, рыдающую Йогурт, девушка со всех ног кинулась к ней.       -Йогурт! Что они сделали?! — крикнула девушка, аккуратно прижав Маракуйю к себе, в попытках прекратить ее истерику.       Йогурт показала дрожащей рукой куда-то в угол, и карамельная перевела взгляд туда. Заметив Аффогато, который находился без сознания, девушка ужаснулась, увидев его чудовищное состояние. Он был истерзан, по всему телу царапины, а одна из рук почти развалилась на крошки.       Карамель сразу подскочила к шаману, чтобы хоть как-то улучшить его состояние. Йогурт, хоть и является целителем, не сможет при истерике нормально контролировать себя. Потому Карамель приподняла Аффогато на руках и создала несколько маленьких шариков с карамелью, чтобы помочь Аффогато почувствовать себя лучше.       Кофейный жутко прохрипел, подавая хоть какие-то признаки жизни.       Солтед приложила карамельный шарик к крошащейся руке шамана, растопила сладость и при помощи липкой субстанции попыталась «склеить» конечность воедино. Так получше, но текущий клубничный джем чуть-ли не из каждой щели никто не отменял.       Беловласый попытался разлепить глаза, что плохо получалось. Неимоверная боль не позволяла даже очи открыть, что тут говорить движениях или связной речи. Волосы мужчины были растрёпаны, местами отрезаны локоны.       Единственное украшение, оставшееся невредимым на шевелюре мага — пурпурная фата, закреплённая на небольшой палочке, усыпанной пунцовыми кристаллами. Всё, правда, покрылось грязью и пылью.       Поняв, что Аффогато все же жив, девушка спокойно выдохнула. Впервые она поняла, что привязалась к этому шаману, несмотря на то, что те постоянно враждовали, как и их племена.       Аккуратно приподняв шамана на руки, девушка подошла к Йогурт и приложила ее руки к телу посла, тем самвм позволяя ей залечить его раны. А Карамель придерживала того за руку, придавая тому спокойствие на душе.       Руки Йогуртовой сильно тряслись, но через силу она смогла залечить большую часть ран и остановить течение джема. Пускай шрамы остались, но теперь всё не так плохо.       –Как мило… — громко отчеканила Вайт Рейзин за их спинами. — Карамель, а теперь представь, что мы изуродуем твою горе-целительницу… И некому будет помочь ей! А потом и маленькую найдём, она-то похрупче будет… И кричать станет громче, ставлю свой запас желе на это! — с психопатской радостью Рейзин хлопнула в ладоши, после чего взяла в руки клетку с Огни. Тот явно запаниковал, стал метаться по своей мини-тюрьме и нашёптывать что-то. — …А у этого… Вырвем рога и пустим на корм гончим! РАЗВЕ ЭТО БУДЕТ НЕ ЧУДЕСНО, КАРАМЕЛЬ?       Карамель встала на ноги и поставила руки вперед. Над головой у белой резко появились два шара с липкой карамелью. Карамельная провела руками вниз, и шары обрушились на Вайт Рейзин, пригвоздив ее к полу.       -Ой, посмотри, как весело, не так ли? Ты хотела изуродовать Йогурт, пустить на корм гончим Огни, пытать Аффо на моих глазах? — звонко перечисляла девушка. В голосе не было безэмоциональности, была немного маниакальная радость. — Что же… Тогда посмотрим, как отреагируешь ты. Представь себе, мы ужасно изуродуем Синнамону, скормим Духи гончим, а кого же нам пытать на твоих глазах? Может, стоит пытать… Баттерскотч? Да, точно! Эта малышка всегда была очень чувствительна, а особенно к боли. Я буду упиваться ее криками агонии и твоим выражением лица, когда ты будешь смотреть на ее страдания! Так что твой выбор: или я пытаю тех, кто тебе дорог, или ты уходишь отсюда на ближайшие пару дней. Выбор за тобой, сестрица!       Вайт Рейзин, что наконец высвободилась из липкой карамели, с испуганным лицом кивнула и выбежала из пыточной. А Карамель сразу успокоилась. Рычаг давления был слишком велик, чтобы Вайт Рейзин успокоилась и оставила их наедине.       –Что… это… было-о?.. — прокашлялся Аффогатто, наконец приоткрыв глаза.       Он знал, что Карамель способна быть жестокой, иначе как бы она стала слугой Дарк Какао — но чтобы настолько?! А ещё он понял, что во время вспышек эмоций у родословной Солёной, маниакальное поведение — обыденность.       Йогурт, положив елё двигающегося кофейного на пол и кинулась к отворившейся клетке, что была небрежно брошена на пол. К счастью, Огни был цел и невредим, пускай и до чёртиков напуган.       -Простите, я не сдержалась, — сказала Соленая Карамель. — Пусть мы с ней и родственницы, я ни за что не позволю такой, как она, прикасаться к моим близким! Даже к тебе, шаман, — последняя фраза была произнесена с легкой усмешкой и добротой. — Ты хоть как себя чувствуешь? А то состояние было у тебя действительно ужасающим. Что тебе сделала Вайт Рейзин?       Посмотрев на радостную Йогурт, девушка подсела к шаману и стала наблюдать.       –Лучше. Мне… Лучше. — отстранённо проговорил раненый, всё ещё слегка напуганный. — На твоём месте я предпочёл бы не знать, что эта… дамочка… со мной вытворяла. — слово «дамочка» было произнесено с искренним отвращением.       Аффогатто приподнялся на локтях с большими усилиями, после чего принял сидячее положение. Одежда была в плачевном состоянии.       –Могу лишь сказать, что она приговаривала ужасные вещи… Как она будет пытать меня снова и снова себе на потеху, а потом показывать тебе и выпытывать из тебя информацию!.. Ужасно. Кстати, кто были те личности, которым ты угрожала своей… Сестрице?..       Каждое упоминание Белой теперь давалось лохматику с большим трудом.       -То были две моих сестры и воздушный «дух», если ты об этом, — проговорила Карамель, подзывая Йогуртовую, ведь она могла своей радостью разнести всю комнату. — Не думаю, что тебе будет полезна эта информация.       Наблюдая за радостью младшей, из Карамель вновь вырвался смех, что на этот раз показался довольно родным каждому из обитателей комнаты.       Растрёпанный отвёл взгляд, больше не находя в себе сил что-либо сказать. В его мыслях крутилась ужасная картина, которая и довела его до полумёртвого состояния.       Признаться честно, было бы даже лучше, если бы он никогда не пытался выследить Карамельную, а продолжал бы сидеть в стенах Северного Королевства и пытаться забрать престол. На кой чёрт ему вообще далась эта Карамель?.. или всё-таки…       Размышления прервала Маракуйя, присевшая рядом со старшими. Её маленький круглый компаньон сидел у той на коленях, пока девочка успокаивающее гладила его по макушке.       –…Солёная Карамель-куки. — начал шаман, бросив беглый взгляд на Йогуртовую — Скажи честно. Нас вызволят отсюда? Здесь не очень-то комфортно.       Йогуртовая с надеждой взглянула на Карамель надеясь на положительный ответ на вопрос шамана.       Огни жо сих пор не мог прийти в себя и слегка дрожал.       -Я хочу кушать, — жалобно протянула Йогурт.       А ведь и вправду команда давно уже позабыла когда они вообще в последний раз что, то ели.       -Эх, я даже не знаю, сможем ли выбраться. Да и вызволить нас некому, я ведь для них преступница и предательница, а вы — рычаги для давления.       Карамель резко прошиб холод, и печенька призадумалась. Холод наступил слишком резко, за шиворот словно засыпали дробленого льда… стоп, лед?!       -Подождите… Шейвед Айс! — лицо старшей вдруг озарило счастье, а улыбка не сползала с лица. — Она ведь ушла за Вайлдберри! Думаю, она скоро вернется к Рейзин Вилладж и постарается найти нас!       Меланхоличность резко пропала, и Карамель думать, как бы подать знак Строганной, что они под деревней.

***

      Строганная вместе со своими компаньонами зашли на территорию Изюмовой Деревни. Девчонка обеспокоенно оглядывалась по сторонам, ища подсказки, где могут быть её друзья.       Вайлдберри стоял, скрестив руки на груди и перекидывал взгляд с одной постройки на другую.       –Рейзин Вилледж… Гиблое место. — задумчиво проговорил тот.       Княженика шагнул вперёд.       –Они могут быть где угодно, их поиски могут занять целую вечность… Но чем быстрее мы начнём — тем быстрее закончим. — настрой у красновласого был что надо.       Это подбодрило Льдинку, она легонько улыбнулась ему и пошла вперёд всех, ёжась от мороза.