Нас затянуло

Прим. автора: Фух, вот и я и сдала пробные экзамены и даже закончила четверть без троек. Я молодец, да. С Новым годом, друзья! Бесконечного счастья! Как оказалось позже, ситуацию с другой женщиной папа смог легко объяснить, выставив блок против яростных выкриков мамы и, как фокусник, извлекая путевки в Турцию на двоих. Мама, забыв, что давно не девчушка, с визгом бросилась к нему на шею. Конечно, две недели моря и солнца – лучший подарок. Сразу вспомнились и не купленные купальники, шлепки, кремы… О нас родители даже не забеспокоились только потому, что брату недавно исполнилось восемнадцать, мы окончили школу и могли полноправно считать себя взрослыми и самостоятельными. Стоял конец июля, экзамены были успешно сданы, мы Сержем могли дышать полной грудью. Единственное, чем были обеспокоены родители, так это тем, что мы тут поубиваем друг друга. Да, мы с Сережей все ещё делали вид, что не разговариваем между собой. Это было трудно, после молчаливого дня мы, крепко стиснув друг друга в объятиях, неистово целовались, наплевав на весь мир. Меня будоражили сексуальные фантазии, которые я с трудом гнал прочь. Абсолютно не понимаю, как можно не замечать любовь между нами. Мне кажется, что это светилось даже в редких взглядах! Наверно, никто так не ждал переезда от родителей, как мы… - Тёмка, - брат обнял, крепко прижимая к себе, - они уснули, давай сегодня ляжем вместе, я будильник заведу раньше маминого, чтобы не палиться. Я был только рад ощущать тепло тела любимого рядом. Не мешал даже каменный стояк, который хорошо чувствовали оба. - Хочу тебя, - тихонько проскулил я, еле сдерживая желание потереться пахом о простыню, когда мы уже лежали в одной постели. - Как будто я не хочу, - был ответ, - но вижу, что ты боишься меня. Я промолчал. Руки Сережи перестали нежно гладить мою спину, а залезли под резинку трусов и замерли, в ожидании реакции. Я глянул на брата, тот быстро поцеловал меня в лоб, крепче прижимая к себе, а рукой разминая мои ягодицы. - Не сейчас, - мой голос почему-то дрогнул. - Нет, конечно, не сейчас, - горячо зашептал брат, - пгосто тут нечего стесняться, мы же годные люди. - Родные, - пискнул я, расслабляя ягодицы, плавясь от жара его тела. Вдруг я услышал, как скрипнула дверь из родительской спальни, Сергей мигом залетел к себе на ярус. - Блин, что им не спится? - Вообще-то, они женатые люди, мало ли чем они там занимались, - улыбнулся я. - Пусть спят, им завтга лететь в Тугцию, вот там и будут заниматься тем же, чем и мы. Я вновь промолчал. Мне реально было страшно. Так как брат настаивает на сексе, то предложит мне быть снизу. А быть снизу больно. И жутко приятно. - Не дай бог… - Да, да, да, - не дал договорить маме брат, - пока. - Ладно,- легко согласилась мама. После чего мама чмокнула нас в щеку и ускакала. Весь вечер мы с ним смотрели фильм, ели пиццу, которая оказалось необычайно вкусной. Потом меня сморило, когда я проснулся посреди ночи от неудобной позы, оказалось, что на меня накинут теплый плед. Все это порождало дикую нежность по отношению к Серёже . Утром следующего дня мы решили полежать в джакузи, которое было любезно установлено у нас несколько лет назад. Я нежно мял податливые губы Сержа, который ласково, но настойчиво гладил мой зад - Что ж ты со мной делаешь, - выдохнул он, когда я почувствовал, как что-то упирается мне в бедро. Парень лег на меня, перебирая волосы, нежно шепча на ухо что-то очень приятное. - Пгодолжим в постели, мальчик мой? Я неуверенно кивнул. Мы вылезли из воды, Сережа ласково вытер меня полотенцем, присаживаясь на корточки, облизывая мой пах, не касаясь возбужденного члена. Я смотрел на него сверху вниз, перебирая мокрые волосы. Секунд через десять мы, яростно целуясь, вломились в родительскую спальню. Серж легонько толкнул меня на огромную кровать, я сел на край, не сводя с Сережи пристального взгляда. - Не смотги на меня, как кголик на удава, догогой, - усмехнулся брат, усаживаясь рядом, и, обвив мою шею, припал к губам. Ласково и очень нежно он гладил мой торс и грудь, ненавязчиво нажимая на напряженные соски. Я проводил кончиками пальцев между лопаток брата, от чего у того бегали мурашки. Сережа оторвался от моих губ, взял в ладони мое лицо и с улыбкой начал рассматривать меня, будто изучая. Я опустил глаза от такого пристального внимания, а он осторожно принялся целовать мою шею, изредка шепча, что я ломаюсь совсем как невинная барышня. - Мой… Только мой, - с этими словами Сережа поставил мне яркий засос на ключице и с силой надавил на мой торс, заставляя лечь. Я покорно опустился на мягкий плед, не спуская взгляд с брата. Он не спешил. Провел языком от кадыка до пупка, затем прошелся по мокрой дорожке поцелуями, а изредка и укусами. Я перебирал его волосы, теряясь и не понимая, что мне делать дальше, как доставить удовольствие и Серёже. Сергей чуток прикусил мои соски, играя с ними быстрым языком. Я заметил, что его член гордо стоит, чуток покачиваясь в такт движениям хозяина. - Ты такой красивый, - не выдержал я, притягивая Сережу к себе ближе. - Гасслабься, - шепнул мне Сережа, мигом облизывая ухо. - Я стараюсь, - прижал его к себе я сильнее, голос почему-то получился жалобный, почти плачущий. - Не бойся, не бойся, - гладя мои бока, говорил брат, - это же я, кот. Сережа высвободился из моих объятий, спустился ниже и раздвинул мне ноги. Я зажмурился. Вдруг брат ненавязчиво провел языком по стволу моего члена, заставляя вздохнуть от накатившего наслаждения. Открыв головку, Сережа принялся зацеловывать её с такой яростью, что я от удовольствия прикусил губу. Парень взял мой член в рот, словно конфету и принялся сосать. Нет, сосать - это грубое слово… Сережа нанизывался на мой стояк, помогая рукой, сдвигая плоть, лаская уздечку. Я не выдержал и несколько раз махнул бедрами, чтобы проникнуть чуть глубже, но Сережа не совсем был готов к этому, поэтому мне пришлось унять эти порывы, вцепившись в простыню. - Как же я хочу тебя, - поднимая глаза, прохрипел брат. Я видел, что он быстро водит рукой по своему красно-бордовому члену, переминая поджавшиеся яички. Сережа снова облизывал мой член, помогая рукой, до тех пор, пока я, застонав сильнее, чем обычно, закричал: - Кончу… Ещё пару секунд… Сережа мигом отреагировал, сжав мой член у основания. Я застонал от неудовлетворенности. Брат встал и начал рыться у мамы в тумбочке, держась за свой возбужденный член, приговаривая: - Да где же… Должно же что-нибудь быть… Наконец, он психанул и, вытащив ящик стола, вывалил все его содержимое на пол и ухватил какой-то крем. Я в это время лежал с широко разведенными коленями, сжимая свои яички и порывисто дыша от возбуждения. Сережа выдавил белый крем себе на пальцы и снова лег ко мне. Теперь наши глаза были на одном уровне. - Не бойся. Его рука дотронулась до моих ягодиц, которые судорожно сжались. Но Сережа осторожно раздвинул их, дотрагиваясь до узкого колечка мышц, нанося на него крем. Я вздохнул, стараясь расслабиться. Это мало получалось, кровь стучала в висках. Любимый с легкостью ввел один палец в меня, не причинив мне никакого дискомфорта. - Мне неудобно, - шепнул он. После этих слов встал, придвинул меня чуть ближе к краю кровати, еще шире развел мои ноги и опустился на колени. Одной рукой он осторожно гладил мой зад, изредка похлопывая по нему. А пальцу второй руки, видимо, стало скучно, поэтому Сережа добавил кончик второго. Стало больно, но не настолько, чтобы просить прекратить. Он ввел пальцы глубже. А вот теперь стало больно, да так, что я громко застонал. - Тише, тише, - успокаивающе зашептал брат и принялся целовать мои ягодицы, а второй рукой осторожно гладить член, который немного приуныл от болевых ощущений. Мне стало и больно, и приятно одновременно, но потом, когда брат добавил третий палец, боль победила, я заорал: - Остановись. - Я стагаюсь остогожно, малыш… Зачем ты так мучительно вращаешь пальцами внутри меня?! Прекрати… Сережа абсолютно невозмутимо надрачивал мой член, не давая тому опуститься. И вдруг его пальцы дотронулись до какой-то точки, я громко вскрикнул, буквально становясь на лопатки от удовольствия. Я стонал, мычал, кусал губы от странной боли, которая сопровождалась диким удовольствием. - Я уже не могу, - срывающимся голосом пробормотал брат. После чего поставил меня на колени, натянул откуда-то взявшийся презерватив и пристроился сзади. У него не было возможности трогать мою возбужденную плоть, поэтому я сам быстро задвигал рукой между ног, постанывая от удовольствия. - Будет больно, - коротко бросил брат. Его головка дотронулась до колечка, пытаясь проникнуть внутрь. Снова стало больно, я отпустил свой член и уперся руками в кровать, комкая простыни. Очень медленно, не слушая мои крики, Сереежа входил в меня. Наконец, его бедра соприкоснулись с моими, я почти выл от боли. Назад. Вперед. Назад… Больно… Как же больно… Но все же начали прокрадываться проблески удовольствия. Ох. А теперь стало хорошо. Да так, что я снова начал постанывать, а потом и кричать от удовольствия и наполненности. Мои руки, не переставая, мяли член. Сережа, не помня себя, вдалбливался в меня, его бедра хлопали о мои, а сам он рычал от удовольствия. Через несколько минут я вскрикнул в последний раз, пачкая простыню несколькими сильными струями белого семени. Брат вышел из меня, и я без сил лег на спину, смотря за его быстрыми движениями руки. Он закатил глаза, что-то шепча, а потом, охнув в последний раз, испачкал мои бедра спермой. Тяжко дыша, Сережа упал рядом со мной, зачем-то хватая мою руку. - Это было нечто… - Согласен. Мы медленно целовались под потоками воды, Сережа гладил мою многострадальную задницу, а я прижимался к нему, чувствуя, что сердце готово выскочить из груди от переполнявшей нежности. Любимый выдавил немного шампуня к себе в ладошку и намылил мои волосы. Я повторил за ним, вкладывая всю любовь в эти движения. - Ты – ты мое всё! – шепнул мне Сережа. И от этих слов мое сердце заколотилось ещё сильнее.