Нас затянуло

ЭПИЛОГ Прим.автора. В общем, ничего, кроме такого, мне в голову не пришло. Не знаю, чем, но навеяно, нравится мне такая фишка… - Почему? – я смотрел на Сережу с дикой обидой и злобой. - Пгости, так получается, - нервно ответил брат, расхаживая по комнате абсолютно голым. Прошло шесть лет с тех пор, как мы окончили школу, институт тоже был за плечами. Теперь снимали квартиру у какой-то подслеповатой бабушки, которая, наверно, и не представляла, за сколько нужно на самом деле сдавать жилье. За все время учебы в институте никто даже не заподозрил, что мы пара. Понятное дело, что ни о каком общежитии речи идти не могло, ибо мысли о раздельном проживании мы сразу отмели. Так вот. Вернемся к голому Сергею. - И почему ты сообщаешь мне это в самый последний момент?- поинтересовался я. - Ну не обижайся, Агтем, так вышло. Я абсолютно не виноват, что меня отпгавили на дежугство в новогоднюю ночь. Я только нашел эту габоту, что мне остается делать? Я обязан выполнять пгиказы Альбегта, - Серж подошел ко мне и запустил руку в волосы. Пришла ревность. - Почему ты его называешь по имени? – раздраженно переспросил я. – У тебя с ним что-то было? - Да, конечно, он тгахает мне мозги каждый божий день. Пгекгати, - расстроенно зашептал парень, обнимая. Я легонько оттолкнул его от себя. - Оденься уже, чудо в перьях. - Как хочу, так и хожу, - буркнули мне в ухо. - Я же не пойду никуда без тебя, - протянул я, - послушаю обращение и лягу спать. - Спасибо, что понимаешь, - Сережа тихонько поцеловал меня в губы. Не знаю, почему, но, несмотря на наши многочисленные ссоры, мы все равно дышим в унисон. Каждый раз, приходя домой после трудного дня, мы кидаемся друг к другу, как умалишенные. Как будто не виделись два года. Это непередаваемо. Но самая главная ночь будет без Сережи. Не хочу так. Но придется потерпеть, ради него. Кстати, когда родители узнали, что мы снова вместе после стольких лет вранья… Был скандал. Тряслось небо, земля, воздух… Это произошло тем летом, когда они уехали отдыхать и вернулись, не предупредив. Конечно, наши спящие сплетенные тела привели их в шок. Мы кувыркались на их кровати. Это норма. Дальше следовала дикая истерика с моей стороны. Я не ожидал, что Сережу отправят до конца лета к нашей бабушке в деревню, чтобы мы не пересекались. Я не просто выл. Я орал от тоски, наплевав на удивленные взгляды мамы и укоризненные слова отца. Мне. Было. Плохо. Мама, плюнув на все, сама привезла мне Сережу. Стыдно признаться, что я ревел у него на плече около часа, недельная разлука доконала меня. - Мой хороший, мой родной, мой любимый, не отдам. Моё. Не смейте забирать. Уходите. Семейство, наблюдавшее эту душераздирающую сцену, удалилось, качая головами. - Вот что ты твогишь, идиот? - дрожащим голосом спросил меня тогда брат, прижимая к себе и целуя в красный, мокрый от слез нос. - У меня просто сдали нервы… Я вспоминал этот случай с содроганием. Ненавижу разлуки с Сережей. Ненавижу. Не люблю. Не хочу. Сережа уехал рано утром 31 декабря. Я слонялся по квартире, смотрел новогодние фильмы, пытался приготовить хоть что-то приемлемое для новогоднего стола. Потом плюнул на все, решив, что шампанского для меня будет достаточно. День тянулся медленно, я поговорил с родителями по видеосвязи, оправдываясь, что снова мы не смогли навестить их. Они, в отличие от меня, собирались гулять на полную мощь, в комнату то и дело заглядывала мамина подруга Тата и ее трехлетний сын Боря, который тыкал пальцами в экран, в надежде уцепиться за мои волосы. Звонили бывшие одноклассники, телефон буквально дымился. Но после девяти вечера звонки прекратились, видимо, народ уже начинал праздновать. Я уныло лежал на диване, смотря «Новогодний вечер», поражаясь тупости некоторых личностей на голубом экране и слушая, как кто-то взрывает петарды за окнами. Но в половину двенадцатого мой мобильный завибрировал. - С наступающим, - шепнул Серж в трубку. - Привет, - ответил я, кидая взгляд на разложенный диван, где пустовало законное место Сережи. - Соскучился я, - проговорил он. - И я уже, - вздохнул я, падая на диван и делая звук телевизора тише. - Как же я хочу быть сейчас гядом. Обнять бы, поцеловать. Да? - Да, - улыбнулся я, - в четверг обнимешь. - Хочу тебя, - бормотнула трубка. Я только сейчас заметил, что моя рука тихонько водит у себя между ног. Неужели меня так завел его голос? - И я тебя. Мои руки уже шалят, - признался я. - Мои тоже. Пгедставь, что я сейчас гядом. Ты сидишь в кгесле, а я, залетев в комнату, начинаю ягостно тебя целовать… - Я… я бы ответил, - забормотал я, стягивая спортивные штаны и хватаясь за свою плоть. В комнате стало жарко. - Я целую тебя в губы, потом в шею, кусаю мочку уха… - Глажу, - я сглотнул, - глажу тебя по спине, сжимаю зад… Трубка задышала. Я гладил свой член, закрыв глаза и слушая, как любимый продолжает шалить. - Я сгываю с тебя брюки… Он стоит? - Давно… Я уже без памяти водил рукой по стояку, забыв, что, может, тоже должен что-то говорить. Хлюпающие звуки становились громче, Сережа услышал их и буквально застонал от удовольствия. - Ещё, - зачем-то прохрипел я. - Ласкаю пальчиком твою дыгочку, газминаю её, поглаживая дгугой гукой член… отстганяюсь, между головкой и моими губами повисает тонкая ниточка слюны…Поднимаюсь к тебе, вылизываю твои соски, гукой быстго вожу по члену. Ты почти, не так ли, догогой? Все-то он знает. - Да-а-а… - И я. Тихо застонав, я кончил, испачкав живот и грудь. - Я все, - еле дыша, сообщил я. - Я тоже. Давно так в одиночестве не возбуждался. Кстати, с Новым годом. - Уже? - Представь. Я тоже не заметил… - Я ещё хочу, - вдруг жалобно прошептал я. - Эй, чудак, ничего больше не делай без меня, жди приезда. - Мы сломаем кровать? - Сломаем.