BOLO EFFECT

       Ополоснувшись и переодевшись, капитан Шепард отправился в переговорную для доклада Хаккету. По-хорошему он должен был связаться с адмиралом сразу после возвращения с Иден Прайм, но суматоха вызванная появлением Явика сбила все планы. Адмирал Хаккет ответил на вызов не сразу и, судя по внешнему виду, был здорово измотан. Отгремевшие на Цитадели переговоры с Советом и ему потрепали нервы. Впрочем, судя по словам адмирала, переговоры окончились вполне успешно. После чего он спросил:       - А как прошла операция на Иден Прайм?       - Вы мне не поверите. – ответил капитан и начал свой доклад.       Поначалу адмирал и правда не мог поверить в обнаружение живого протеанина, но присланные Шепардом записи и результаты первичного био-анализа сломили скепсис Хаккета. Жаль, конечно, что Явик не был протеанским учёным, поэтому почти ничем не мог помочь со строительством Горна. Но всё равно, он оставался крайне полезен своими знаниями протеанской культуры, языка и истории. Всё это могло помочь со скорейшей расшифровкой оставшихся чертежей Горна.       К сожалению, Явик совершенно не хотел осесть где-то в тылах, в защищённых исследовательских бункерах. И даже быть почётным гостем рас Совета не собирался. Напротив, он изъявил категорическое желание остаться на борту Нормандии в качестве боевой единицы. Сам капитан Шепард был не против такого расширения его боевой группы, но с точки зрения политиков Альянса такой шаг выглядел крайне… опрометчиво. С другой стороны, и адмирал, и коммандер могли представить себе всю ту боль и ярость, наполнявшие душу Явика. Протеанин желал лишь одного – уничтожения всех Жнецов, до последнего. И Шепард с Хаккетом были с ним полностью согласны. Поэтому, адмирал сказал:       - Ладно, Шепард, пока мы будем думать, что с ним делать, пускай остаётся у вас на борту. Но сообщить о такой находке в Совет вы обязаны, без вариантов. Да и представить его на Цитадели тоже.       - Сделаю, адмирал. Но что мне сказать Явику по поводу Лекса? Он ведь матёрый биотик, похлеще большинства азари. Так просто ему не наврёшь.       - Ах, да... это всё осложняет! Хм. По-хорошему, нам бы его изолировать, да отдать на изучение ксенобиологам… но их итак мало, а те что есть, загружены работой с рахни. – немного ворчливо отметил адмирал.       - С ними надеюсь, нет проблем? – заодно поинтересовался Шепард.       - Удивительно, но они ведут себя максимально послушно и тихо. Даже предлагают помощь в строительстве и добыче ресурсов. Но Парламент пока в раздумьях. Да и Совет нервничает из-за них. Что до Явика… Коли он так хорошо может считывать память и эмоции, скажите ему правду. Но без лишних подробностей. В конце концов…       - …у меня на корабле итак полно ксеносов в команде. – закончил за него фразу Шепард.       - Верно. А по поводу протеанина, я поговорю с Парламентом. Вам коммандер, я поручаю вести максимально подробный надзор за ним. И постарайтесь, чтобы он не погиб зазря. Его знания и умения могут нам здорово пригодиться потом.       - Я понимаю, сэр. Сделаю всё возможное.       - Рассчитываю на вас, коммандер. Хаккет, отбой.              ***              А у Совета Цитадели настала очередная бессонная ночь. Вместо отдыха после напряжённых переговоров с Альянсом (и последующих тайных разговоров со своими правительствами), пришлось организовать внеочередное срочное видео-совещание из-за новостей о нахождении последнего живого протеанина. Шепард умудрился в который раз удивить галактику.       Валлерн был до крайности заинтригован услышанным, Спаратус полон скепсиса, а Тевос искренне потрясена. А вот Удина, несмотря на усталость, напротив – был искренне горд тем, что: «Люди смогли найти и спасти последнего представителя исчезнувшей цивилизации!». Тактично не упоминая о том, что именно людской «Цербер» чуть не стал причиной гибели этого самого последнего протеанина.       Не смотря на весь спектр эмоций, Совет поздравил Шепарда с очередным успехом и спросил его о дальнейших планах. Формально, им следовало вызвать «Первого человека-СПЕКТРа» на Цитадель немедленно, но учитывая военную обстановку, они не стали требовать такого. Да и сами они не были готовы к встрече настоящего протеанина. Их даже радовало то, что Шепард не планировал тащить Явика на Цитадель «сию секунду». Шепард хотел прочесать несколько атакованных Жнецами систем, в поисках уцелевших войск и ресурсов, так что у Совета было время подготовиться к встрече Явика. Поэтому, никто не стал торопить человека-СПЕКТРа, просто попросили его уберечь протеанина от гибели. Но Шепард отметил, что Явик буквально рвётся на передовую:       - Он жаждет крови Жнецов и отмщения за его погибшую расу. Я постараюсь пока держать его подальше от передовой, но он чрезвычайно упёртый парень. Можете мне поверить. Хотя бы в этот раз. – со злой язвительностью в голосе сказал капитан.       Совет промолчал на этот упрёк в их адрес, и просто пожелал Шепарду удачи. После того как Шепард отключился, Совет ещё немного поговорил меж собой, после чего, окончательно измотанные Советники наконец позволили себе поспать. Пока у них окончательно мозги не вскипели.       Однако Советница Тевос ещё долго не смогла заснуть. Её продолжали обуревать мысли обо всём творящемся в галактике и о том, как сильно «старые расы» недооценили потенциал человечества. И как сильно, все они теперь зависят от милости землян. В этот момент она вспомнила об ещё одной проблеме, с которой могли бы помочь разобраться люди. Вернее, сам Шепард со своей командой. Собрав в кулак все оставшиеся силы, Тевос вновь вызвала Нормандию:       - Прошу прощения, коммандер. Но у меня есть для вас личное поручение. Вернее, искренняя просьба, переданная командованием Тессии. Просьба конфиденциальная, и я прошу сохранить её в тайне от остального Совета. По крайней мере – на ближайшее время. Вы можете дать мне слово? Как Советнику, и как представителю Тессии?       - Если речь не идёт об откровенном предательстве интересов Земли, то я буду молчать об этом разговоре. – сказал откровенно Шепард.       - Нет, можете быть уверены, никакой угрозы для Альянса нет. Более того, вы можете получить дополнительное расположение Матриархов Тессии.       - Я вас слушаю.       - Очень хорошо. Коммандер, вы ведь в курсе кто такие Ардат-Якши? – начала Тевос.       - Ещё как. – даже скривился Шепард от воспоминаний о Моринт. Тогда, на Омеге он здорово рисковал – только железная воля и нейро-имплантаты спасли его от ментального давления той смертоносной азари.       - Хорошо, это упрощает дело. В общем, существует особый Монастырь, в котором проводится надзор и уход за теми азари, у которых проявились признаки Ардат-Якши. На днях из монастыря пришёл сигнал бедствия. Мы направили туда несколько отрядов десантниц, для разведки и обеспечения безопасности. Но связь с ними пропала. Вообще, связь с той системой даёт постоянные сбои, но сведений о сколь-нибудь крупных флотилиях Жнецов не было. Мы до сих пор не знаем, что именно там произошло. Поэтому, Я очень прошу Вас разобраться в этой ситуации. Ваш корабль не так далеко от той системы и хорошо маскируется.       - Я вас понял, Советник. Мы займёмся этим монастырём.       - Высылаю вам координаты. Вся Тессия будем вам благодарна, капитан. С нетерпением буду ждать вашего доклада. Удачи Вам. – сказала азари и отключилась.              ***              Спустя сутки Нормандия уже приближалась к Месане. По пути туда, фрегат прочесал пару захваченных Жнецами систем. И хотя во время сканирования второй системы их едва не перехватили Жнецы, оно того стоило. Удалось обнаружить знамя прославленного Первого турианского полка и группу шахтёров-ворка. Казалось бы, мелочи, но в нынешней Войне был ценен любой ресурс, даже самый незначительный. Хотя, для турианцев возврат Знамени был чрезвычайно важен с точки зрения чести и боевого духа. По крайней мере, Гаррус так сказал.       Шахтёров удалось посадить на один из эвакуационных транспортов, уходящих в подконтрольные азари территории, где как раз наращивали добычу нулевого элемента. Выносливые и опытные ворка там будут явно не лишними. Кроме того, в ходе поисков удалось забрать бортовые журналы с тройки погибших кораблей. Мёртвых это не вернёт, но, по крайней мере, их родственники будут знать правду о случившемся.       И даже достигнув Месаны, Нормандия сначала сделала пару витков на орбите, для сканирования поверхности. Жнецов или каких-либо крупных кораблей нигде не обнаружилось, со стороны монастыря тоже никто на связь не выходил. Всё это молчание не радовало. На самом деле, Шепард был совсем не рад предстоящей операции. Ему слишком хорошо запомнилась мощь Моринт, и огромный список её жертв. Ардат-Якши и правда, устрашали.       А теперь его просят разобраться с целым монастырём таких азари!       Впрочем, успокаивало то, что в монастыре как раз обитали адекватные ардат-якши, добровольно согласившиеся на изоляцию в монастыре. А беспокоило то – что уже два отряда десантниц азари бесследно пропало в том монастыре! Но раз с орбиты ничего сделать больше было нельзя, оставалось только спускаться десантной группе. Вместе с Шепардом на планету отправились Лиара и Гаррус. Явик тоже хотел попасть на азарийскую колонию, но Шепард не разрешил. Учитывая специфику монастыря, он не хотел пугать местных появлением устрашающего четырёхглазого амбала. Ещё и похожего на легендарных Коллекционеров. Да и сам Явик ещё не до конца восстановился после неимоверно долгого стазиса.       Правда, вскоре после высадки, капитан пожалел о том, что не взял с собой сразу всех бойцов с Нормандии.              ***              Наземная операция началась как заправский детектив или ужастик. Челнок высадил их на верхней посадочной площадке, на которой уже был припаркован чей-то персональный аэрокар с ещё не остывшими двигателями. Никто их не встречал и не атаковал, а сам громадный монастырь был погружен во тьму. И хотя ночь была звёздной, вся окружающая обстановка выглядела весьма зловеще.       Взяв оружие наизготовку, отряд Шепарда отправился внутрь комплекса. Они прочёсывали залы и комнаты огромного тёмного монастыря, изучали записи в терминалах, пытались связаться с местными на всех частотах. Тщетно. Местами попадались следы перестрелки, и намертво заблокированные двери. Спустившись через лифтовую шахту, на нижних этажах им уже встретились первые тела погибших. Азари-десантницы, и перебитые ими хаски. Значит, Жнецы уже были тут. Вдобавок, откуда-то снизу раздался приглушённый устрашающий рёв.       Среди брошенного снаряжения десантниц удалось найти пару оружейных модулей, и немного кредитов. Одна из погибших даже оставила предсмертное послание, и Шепард со вздохом, скопировал его на свой инструментрон, чтобы потом переслать родне погибшей. Отдавать почести погибшим и исполнять их последние просьбы, давно стало для капитана нормой жизни. Так же как и сбор снаряжения и припасов с убитых. Многие назвали бы это банальным мародёрством, но для Шепарда это было обычной практикой, ещё со времён Блица. Мёртвым деньги ни к чему, да и против трофейного оружия он ничего не имел. В конце концов, если у твоего врага оружие лучше, то почему бы не воспользоваться им самому? Тем более, если ты сражаешься за правое дело?       Продолжив осмотр территории, отряд Шепарда наткнулся на смешанную группу хасков. Тут была кибернетическая нежить всех мастей – бывшие люди, турианцы, батарианцы… Даже пара бывших рахни встретилась. Разделавшись с ними, отряду пришлось постоянно быть наготове. Лёгкая прогулка закончилась. Начался подлинный штурм.       У ещё одной погибшей азари в записях нашлось сообщение о подготовке бомбы, которая должна была уничтожить весь монастырь. Радикальное решение, однако захват Жнецами не оставил им иного выбора. Но раз монастырский комплекс до сих пор стоял, значит, её не успели активировать. Посовещавшись с Лиарой, было решено закончить начатое десантницами. Оставалось только найти бомбу и активировать таймер.       Встречавшиеся по пути своры хасков, каннибалов и мародёров не особо беспокоили капитана. Их было не так уж много, да и команда Нормандии имела богатейший опыт борьбы с ними. Конечно, давали о себе знать нехватка мощного оружия (ведь весь старый арсенал, собранный капитаном ещё во время охоты за Коллекционерами, остался на Земле), но в целом, их небольшой отряд справлялся.       Капитана больше беспокоило то, куда пропали все здешние жители и персонал? В этом огромном монастыре должны были обитать сотни азари, без учёта охраны. А они пока видели лишь пару десятков тел, включая пропавших десантниц. Куда пропали остальные? И что за жуткий рёв они слышали у лифтовых шахт? К сожалению, пройдя пару залов, Шепард нашёл ответ на свой вопрос.       Ибо дальше начался форменный кошмар.       Посреди просторного, и когда-то очень красивого многоуровневого зала, отряд столкнулся с невиданными ранее чудовищами, когда-то бывшими азари. Более того, судя по обрывками одежды, они как раз и были здешними пациентками.       Преобразованные ардат-якши произвели на Шепарда донельзя жуткое впечатление (как и на его спутников). Капитан уже привык к уродствам всевозможных хасков, однако то, что произошло с азари, было ещё более отвратительным. Всё то, чем были привлекательны азари, был искажено и извращено. Конечности вытянулись, грудина впала, а живот наоборот набух. Гребни на голове превратились в длинные чёрные рога, и вкупе с омертвелым лицом они создавали поистине дьявольский образ. Ну и оглушающий жуткий рёв до кучи. Такая внешность уже сама по себе была оружием, и могла запугать кого угодно. Но в бою эти монстры, обозначенные в Кодексе как «Баньши», оказались ещё страшнее.       Биотическая мощь этих тварей была огромна. Они держали мощнейший барьер, постоянно метали поля «деформации», и к тому же, могли совершать стремительные биотические рывки, мгновенно достигая своих жертв. Будто этого мало, пальцы Баньши оканчивались огромными острыми когтями, способными прорезать даже бронированный нагрудник. Побороть даже одну такую тварь было чрезвычайно сложно, а уж совладать с двумя почти нереально. Благо хоть Шепарда прикрывали одни из лучших бойцов во всей галактике. Да и технические умения капитана оказались как нельзя кстати.       Боевой дрон отвлекал на себя внимание врага и бил по округе электрошоком, пока Гаррус бил из снайперской «Гадюки», а Лиара почти без перерыва применяла биотику. Шепард тем временем разбирался с толпой каннибалов, сопровождавших азари-монстров. Совместными слаженными усилиями, они всё же разделались с марионетками Жнецов.       - Надо скорее найти ту бомбу, которую готовили десантницы. – отдуваясь напомнила Лиара.       - Да, спасать тут, похоже, некого. – хмуро отметил Гаррус.       Однако предположение турианца оказалось не совсем верным.       Пробравшись в одну из застеклённых галерей, отряд наконец-то встретил выживших. Пару азари, одна из которых оказалась удивительно знакомой капитану.       - Самара?! – искренне удивился Шепард, узнав свою бывшую соратницу.       - Шепард?! Никак не ожидала увидеть Вас тут. Но никому другому я не была бы так рада! Рада видеть и ваших друзей в добром здравии. – удивительно спокойным и невозмутимым тоном поприветствовала их юстицар.       - Но как вы тут оказались?       - Я не могла оставить своих дочерей. Даже если вся галактика разваливается на части. Я их мать, и я отвечаю за них, покуда жива. – с грустью в голосе ответила Самара и повернувшись вполоборота, представила стоящую за её спиной молодую азари, - Это моя младшая дочь, Фалере. Я нашла её всего несколько минут назад…       Капитан кивнул, смотря на заплаканное лицо молодой (по меркам их вида) азари и попробовал осторожно расспросить её о произошедшем в монастыре.       - Фалере, я знаю тебе тяжело. Но можешь рассказать нам, что тут случилось?       - Жнецы… они ворвались в монастырь неделю назад! Они пришли прямо посреди ночи. Не знаю, почему не подняли тревогу. Но дальше был хаос! Мы с сёстрами бежали в разные стороны – но Жнецы были повсюду. Они хватали нас, а затем стали делать из нас… это! – произнесла Фалере и указала на лежащий за окном полуистлевший труп Баньши.       - А потом они стали грузить их на корабль!       - Тут был их корабль? – напрягся Шепард.       - Да, и он был огромен! Потом, корабль улетел. Забрав с собой наших сестёр. Остались только мы с Рилой. Но полчища их чудовищ так и остались в монастыре. Эти монстры убили десантниц, а мы с Рилой даже не смогли их предупредить! Нам самим оставалось лишь убегать и прятаться! – быстро проговорила девушка, едва не срываясь на плач, а затем обернулась к Самаре, - Мама, они схватили Рилу!       - Что? Когда?       - Не знаю! Это случилось ещё утром! Её утащили куда-то в главный зал, но я так и не смогла туда попасть! – окончательно разрыдавшись, проговорила азари.       - Главный зал? Про него ведь и десантницы говорили! – напомнила капитану Лиара.       - Значит, у нас две цели в одном месте. – справедливо отметил Гаррус.       Наконец, слово взяла и Самара:       - Шепард, ты поможешь мне найти мою вторую дочь?       - Не сомневайся в этом. – уверенно сказал капитан, - Только укажите дорогу. А с остальным мы разберёмся!       После чего, весь этот разномастный отряд направился прямиком в главный зал. Фалере выступала в качестве проводника, Самара всячески защищала её, а группа Шепарда выступала в качестве тарана, уничтожая всех встающих на пути. В итоге, уже минут через десять они достигли искомого зала с высоченными потолками и огромным панорамным остеклением.       Зал был почти невредим, но основательно напичкан взрывчаткой. Тут была не одна бомба, а целых семь, которых хватило бы, чтобы разнести весь Монастырь. У застеклённой стены, рядом с одной из бомб они обнаружили лежащую на полу азари. Эта азари была одета как послушница Монастыря и, судя по всему, была ещё жива.       Увидев её, Фалере с беспокойством в голосе крикнула «Рила!» и побежала прямиком к ней. Самара при этом сохраняла невозмутимость и молча следовала за ней. Сопартийцы Шепарда следили за периметром, а сам капитан проверил состояние бомб. Все они оказались исправны, но их детонаторы были выключены. Настроив их на одновременное срабатывание, Шепард направился к последней бомбе, рядом с которой Фалере тщетно пыталась разбудить свою сестру. Она беспрестанно тормошила её и умоляла очнуться.       - Фалере, Рила не слышит нас. – сказала Самара.       - Рила, очнись! Рила! – продолжала кричать ардат-якши.       Удивительно, но Рила всё же очнулась, и открыла глаза. Несколько мгновений она всматривалась в лицо сестры, а затем бросилась на неё, пытаясь задушить. Рефлекторно, Фалере отбросила сестру биотикой. От такого удара Рила вновь потеряла сознание.       - Почему она это сделала?! – прокричала Фалере со слезами на глазах.       - Потому что Жнецы уже начали обращать её. – сухо произнесла Самара, смотря на лежащую на полу дочь.       - Крайняя степень одурманивания. Похоже, уже началась трансформация. – вторила ей Лиара, смотря на показания своего инструментрона.       - Мне очень жаль, Самара. – искренне посочувствовал Шепард.       - Дела тут плохи. Нужно скорее взорвать бомбу. – отметил Гаррус, услыхав в отдалении рёв нескольких Баньши.       - Да, я понял. Гаррус, помоги мне с последним детонатором!       Когда Шепард закончил с таймерами, вновь очнулась Рила. Но на этот раз она не пыталась ни на кого напасть. Вместо этого она уставилась на свою мать и дрожащим голосом спросила:       - Мама, это и правда, ты? Ты, правда, пришла за нами?       - Да, Рила. Я здесь, с тобой. Прости что так поздно… Я вновь подвела вас. – сказала юстицар и крепко обняла свою среднюю дочь.       - Нет, всё хорошо, мама. Всё хорошо! – со слезами в глазах проговорила Рила и взяв за плечи, мягко отстранила Самару.       - Фалере, Мама! Вам нужно бежать! Я чувствую их, они уже идут сюда! – заговорила она со слезами в глазах, а затем достала из кармана пульт радиоподрыва.       - Ты о чём?       - Я задержу их! Я не дам им сделать с собой то, что они сделали с остальными! – зло процедила азари, на что Самара только кивнула в ответ. А затем схватила за руку Фалере и потащила за собой. К последнему рабочему здешнему лифту. К выходу из этого кошмара.       Сам Шепард был ошарашен таким поворотом, но всё же последовал за юстицаром. Он не мог помочь несчастной Риле, но он хотя бы выразил ей почтение, по-армейски отсалютовав ей. Уже совсем рядом раздался вой целой толпы Баньши.       У створок лифта Фалере чуть не вырвалась из стальной хватки матери, пытаясь вернуться к сестре. Но вмешался Шепард, удержав ардат-якши от побега. Совместными усилиями, насилу как, им удалось затащить плачущую Фалере в лифт.       - Я люблю вас! Бегите и живите! – крикнула напоследок Рила, прежде чем створки лифта сомкнулись, оставив обречённую азари один на один с надвигающимися монстрами.       Шепарду было искренне жаль обречённую Рилу, но в тот момент он беспокоился и за себя с товарищами – ведь если они не успеют убраться подальше, до взрыва, их вполне могло похоронить тут. Так что, после остановки лифта на финальном уровне, им пришлось ещё и бежать бегом к выходу из монастыря. Они даже не стали пытаться разделаться с попавшимися на пути хасками – только раскидывали их биотикой, да гранатами.       И даже так, их хорошенько толкнула в спину ударная волна, когда они уже были на улице. Благо, что персональные щиты и барьеры защитили от разлетевшихся по округе обломков. Но сам Монастырь перестал существовать. Центральная часть комплекса буквально исчезла в плазменном облаке, а верхние и боковые надстройки просто рухнули в образовавшийся провал. Поднялась огромная туча пыли, которая теперь медленно сносилась ветром в сторону. По крайней мере, ветер дул в сторону от посадочной площадки, так что Кортезу не придётся искать десантную группу наощупь. Чуть ли не единственный светлый момент за весь этот день.       И судя по тому, что бомба сработала раньше выставленного на таймере времени, Рила сама подорвала её. Обречённая азари всё-таки не позволила Жнецам поработить себя. И отправила в небытие множество их марионеток. Поистине героическая смерть, но это никак не могло успокоить последнюю из дочерей Самары.       - Мы… мы даже не смогли с ней проститься! – тихо плача прошептала Фалере.       - Мало кто может сбросить оковы Жнецов, хотя бы на мгновение. Рила была особенной. Как и её любовь к тебе.       - Но мы оставили её! Оставили её умирать!       - Рила сделала свой выбор. И сделала единственно правильный выбор. Она напомнила мне – что важнее всего. И почему я оставила привычную жизнь.       - И что же это? – спросила Фалере свою мать.       - Фалере, Кодекс гласит, что Ардат-Якши не могут жить за пределами Монастыря. Которого больше нет. – процедила Самара, смотря на дымящиеся руины. А затем взяла в руку пистолет.       - Ты что задумала? – напрягся Шепард, держа наготове автомат.       - Прости Шепард. Я всегда следую Кодексу Юстицара. А раз так… Есть только один способ спасти Фалере. – будто не обращаясь ни к кому, произнесла азари. Замолчав на несколько секунд, она посмотрела в глаза Фалере:       - Фалере, это не только для тебя. Я обращаюсь ко всем Вам. Дочери мои. Вы оказались намного сильнее, чем я думала. И я, правда, горжусь Вами. – сказала пожилая азари и внезапно приставила пистолет к своему виску.       - Мама, нет!!!       Шепард едва успел подскочить к Самаре и заломить ей руки. Удержать матриарха от опрометчивого шага.       - Ты что творишь? - крикнул он.       - Следую Кодексу. Ардат-якши не дозволено жить вне монастыря. Но я не могу убить свою последнюю дочь! – проговорила юстицар, – А значит, умереть должен юстицар.       Шепард даже не нашёлся, что возразить на такое рьяное и бескомпромиссное следование закону, но тут заговорила Фалере:       - Тебе не надо этого делать, мама!       - Фалере?       - Мама! Чтобы ни случилось, что бы ни произошло, я останусь тут, дома!       - …но без Монастыря… - ошарашенно зашептала Самара, но дочь парировала:       - Если бы я хотела, я могла бы сбежать из Монастыря давным-давно! Как это сделала Моринт. Но чтобы следовать Кодексу, здание не нужно! И если вдруг Жнецы вернутся, я им не сдамся! Как не сдалась им сестра! – твёрдо заявила азари.       - Тогда… Кодекс допускает такую возможность. – задумчиво произнесла Самара и оставила попытки вырваться из хватки Шепарда. Хотя, если бы она всерьёз захотела, она запросто отбросила бы капитана силой биотики.       - Больше так не делай, Самара. – сказал Шепард и отпустил юстицара.       Пожилая азари только кивнула и сказала дочери:       - Когда Война окончится, и если я буду жива, я обязательно навещу тебя. Как должно юстицару. Как должно матери.       После чего несмело обняла свою последнюю дочь.       - Тяжко быть юстицаром. – шепнул Гаррус на ухо капитану.       Шепард только покачал головой. Пожалуй, Кодекс юстицаров был одной из самых архаичных и тупо-бескомпромиссных форм закона во всей галактике. А может, просто Самара настолько рьяно следовала ему, с полной самоотдачей. Это всё напоминало религиозную фанатичность… Но в чём-то подобная преданность принесённым клятвам даже восхищала Шепарда. По крайней мере, до тех пор, пока не доходило до абсурда. Как было только что.       - Самара. Ты ведь можешь остаться тут, побыть со своей дочерью. – мягко отметила Лиара.       - Нет. Прежде всего – Война со Жнецами. Я не могу ставить свои желания выше моего Долга. И если вы позволите, Шепард, я бы хотела помочь вашему народу и вашим воинам. Как вы сейчас помогли мне.       - Почту за честь, рекомендовать Вас моему командованию, Юстицар.       После этого, удостоверившись, что в окрестностях монастыря более нет никого, отряд помог собрать уцелевшие припасы для дочери Самары. Провизия, аптечки, рации, одежда… всё это ей очень пригодится, ведь никто не знает – кто и когда сюда прибудет в следующий раз.       Где через пару часов, пришла пора окончательно прощаться. Капитан Шепард даже не знал, что можно сказать на прощание ардта-якши, поэтому просто сказал ей:       - Будь осторожна, Фалере.       - Я буду, капитан. И прошу вас об одном, капитан. Отомстите им. Отомстите Жнецам за мою сестру. И за всех погибших здесь!       - Будь уверена, все ваши жертвы будут отомщены! Обещаю. – твёрдо сказал первый человек-СПЕКТР.       - Спасибо, капитан. – тихо прошептала азари, после чего утёрла проступившие слёзы и повернулась к Самаре: - Мама, я…       Но вместо сотни слов, юстицар-матриарх просто подошла и крепко-крепко обняла свою последнюю дочь. Фалере вновь разрыдалась. И даже холодная и невозмутимая Самара позволила себе пустить слезу.              ***              Вернувшись на Нормандию, Шепард связался с советником Тевос и доложил о выполнении задачи и о разрушении Монастыря. Также предупредил о крайней опасности Баньши.       Тевос, посетовала на то, что ситуация в колониях азари ухудшается слишком быстро… и всё же она очень благодарна капитану за помощь. И заявила, что очередная группа азари-коммандос, которая должна была отправиться в Монастырь, теперь будет передана в помощь Альянсу. Ну и напоследок упомянула, что Совет ожидает встречи с протеанином.       Настала пора вновь посетить Цитадель.              ***              Всё это время, продолжалось спешное комплектование эскадры Динохром. Ударными темпами шёл ремонт кораблей, восполнялся боезапас и внедрялись новейшие модификации. Прибывали и новые корабли, выделенные из других флотилий. Кроме того, проводилось слаживание и реорганизация экипажей и десантников Динохрома, многие из которых были набраны из разбитых Жнецами подразделений.       Работа кишела круглосуточно, но пока для Боло не было подготовлено подходящего боевого транспорта, его вместе с кораблями сопровождения оставили у Цитадели. Из приятных мелочей – флот охраны Цитадели перестал держать Боло на мушке. Но и далеко от него не отходили.       Вообще, Лекс испытывал искреннее сожаление от того, что «вынужден простаивать в тылу, вдали от поля боя», и даже заявил об этом капитану Шреберу. Но тот совершенно справедливо отметил, что Цитадель является одной из важнейших точек Галактики, а значит, Лекс может считать, что находится «в дозоре на стратегическом объекте». Тем более что это затишье ненадолго, и совсем скоро их бросят в бой. В ответ на это Боло попросил прощения за свою несдержанность, «бросающую тень на честь всего полка».       Справедливости ради, даже здесь в тылу, Боло не терял времени даром. Лекс поглощал и обрабатывал огромные массивы данных, выдавал подробные рекомендации технологам и командующим Альянса, совершенствовал и настраивал свой программный арсенал. Даже отсюда, он помогал людям, да и всей галактике противостоять Жнецам. Заодно, отслеживал и пресекал многочисленные попытки взлома и разведки его конструкции со стороны самых разных организаций: ГОР, СПЕКТР, агентов Серого Посредника и даже некоторых банд. О чём он также оповещал Альянс.       Большинство этих попыток проводилось с помощью дронов и пролетающих мимо звездолётов, но в одном случае попытка сканирования была произведена промо на борту «Мадагаскара». Не смотря на тщательный отбор команды, карантинные меры и постоянную работу контрразведки, среди экипажа нашёлся один предатель. Старший инженер Анджей Венгулис.       Безупречный послужной список, выслуга лет, реальный боевой опыт… и, не смотря на всё это, он оказался вражеским агентом. Воспользовавшись своими полномочиями и знаниями, Анджей вполне официально отправился в ангар с БОЛО, под предлогом проверки электропроводки. Работал он споро, уверенно и точно, так что никто из внутренней охраны ничего не заподозрил. Корабельные офицеры тоже полностью ему доверяли, так что старший инженер совершенно спокойно занимался «прозвонкой» здешней электросети, почти не смотря на громадину БОЛО. Вот только в действительности, инженер Венгулис не просто проверял электросеть, а внедрял в неё целую вереницу практически не обнаружимых миниатюрных «жучков». Он получил их днём ранее, причём «посылка» пришла к нему в руки настолько хитрым способом, что контрразведка Альянса вообще ничего не заметила. Процедура их установки тоже была продумана до мелочей, так что всё должно было остаться в тайне. Вот только диверсант не учёл, насколько хорошо БОЛО видит не только звёздные дали, но и мельчайшие детали под своими гусеницами. Уже на установке второго «жучка» Лекс выявил истинную деятельность Венгулиса, и сразу же принял меры.       Из открывшихся серв-шлюзов БОЛО вылетела четвёрка дронов, которая в мгновение ока обезвредила шпиона разрядами электрошока. Патрульные в ангаре едва успели выхватить оружие, как дронами уже были обезврежены и все запасённые Анджеем «жучки». Опешившие охранники взяли дронов на прицел, но открывать огонь не стали. Всё же махина Боло, занимавшая почти весь ангар корабля откровенно пугала большинство членов команды. Впрочем, тут заговорил Лекс, объяснивший причину атаки на мистера Венгулиса. Одновременно с этим, он сообщил о произошедшем ЧП своему командованию. Шребер, находившийся в этот момент на совещании на Цитадели, был донельзя раздосадован случившимся, и сразу же связался с корабельными офицерами, а затем и с главным штабом.       Немедленно началось внутреннее разбирательство. Боло более не проявлял никакой агрессии, и вернул серв-дронов обратно в свои недра. Обезвреженного шпиона вместе со всеми его вещами немедленно отправили под конвоем в контрразведку Альянса на допросы. Но и Лекс сохранил в своей памяти копию содержимого инструментрона шпиона. Для собственного независимого анализа. Но уже первые часы расследования указали на вероятного хозяина рассекреченного шпиона.       Цербер. Похоже, главная террористическая организация галактики сильно заинтересовалась Боло. А значит, стоило ожидать новых попыток шпионажа с их стороны.       Будто данных событий было мало, на следующий день «висения» у Цитадели, боевая машина запросила разговор с адмиралом Хаккетом. Адмирал хоть и был постоянно перегружен неотложными вопросами, но всё же ответил на запрос ИИ.        - Адмирал Хаккет, прошу прощения за беспокойство, но у меня есть к вам персональная просьба.       - Слушаю тебя, Лекс. Что случилось?       - Сэр! При изучении инфосетей Цитадели и Альянса, я обнаружил сведения о работах доктора Гаррета Брайсона. Насколько я могу судить, его исследовательская группа «Аврора» занята поисками древних легенд и свидетельств о Жнецах. Приоритет – поиск уязвимостей Жнецов и оружия, способного их победить. Большая часть работ группы засекречена, рабочие материалы изолированы. Я хотел бы изучить собранные Авророй данные и по возможности, пообщаться с доктором Брайсоном. Я рассчитываю на взаимовыгодный информационный обмен. Полагаю, вы имеете достаточно полномочий, для организации такой встречи, сэр.       - Хм. Вообще-то, я думал ознакомить Шепарда с их наработками. Но сейчас капитан итак завален задачами, ещё и этот Явик… ладно, я поговорю с доктором Брайсоном. Если он согласится, я организую для вас официальный допуск к архивам лаборатории.       - Премного благодарен за содействие, адмирал. В таком случае, могу ли я воспользоваться мобильной платформой типа «ЛОКИ» из группы корабельной охраны для непосредственного взаимодействия с доктором Брайсоном?       - Это ещё зачем? – не понял просьбы адмирал.       - Во избежание нарушений пятнадцати действующих Положений Цитадели и Альянса о секретности, защите информации и противодействия кибер-угрозам. Я бы не хотел без крайней необходимости нарушать эти бюрократические нормы, во избежание скандалов и разбирательств в высших политических кругах. В то же время, используя ЛОКИ в качестве мобильного терминала, я могу вести на Цитадели инфо-обмен без нарушения установленных норм.       - Справедливое замечание. Хм… ладно, думаю, мы решим этот вопрос. Но пойдёте в сопровождении офицеров Динохрома! И естественно без оружия!        - Не имею возражений, адмирал.              ***       Спустя час, с руководителем группы Аврора неожиданно связался Стивен Хаккет, и предупредил о том, что в лабораторию прибудет особый гость, с которым стоит поделиться результатами исследований. Одновременно пришло официальное разрешение на допуск к секретной информации, на имя «БОЛО Марк.34-А2М №1408-LKS, позывной «Лекс». У доктора Брайсона глаза на лоб полезли от таких формулировок, но ещё больше он удивился, когда спустя пять минут, в лабораторию прибыл и сам указанный в документе Боло. Вернее, не сам Боло, но полностью управляемый им сторожевой андроид ЛОКИ, в сопровождении пары офицеров Альянса.       Брайсон был чрезвычайно сильно удивлён просьбой Хаккета, и самим «гостем», однако быстро вернул самообладание и перешёл к делу. Гаррету было откровенно неуютно и странно общаться с ИИ, тем более на фоне войны со Жнецами. Однако наличие вооружённой охраны и учтивость Лекса понемногу успокоили историка. Спустя десяток минут, их разговор пошёл в куда более свободной и откровенной форме.       Лекс сразу оценил наработки исследовательской команды, и проявил особый интерес к сведениям о «Левиафане из Диса». Тем более что схваченный ранее СБЦ Балак тоже говорил на эту тему. Да и сам доктор Брайсон был искренне увлечён данной темой:       - Левиафан из Диса. Кто-то или что-то убило того Жнеца в незапамятные времена. И судя по некоторым легендам, этот «убийца Жнецов» может быть их ровесником. И мы пытаемся понять – кто же тот самый «Лефиафан»? И где он сейчас?       - Полагаете, им может быть Жнец-отступник? – предположил ИИ.       - Эм… да, такой вариант мы тоже рассматриваем. Но слишком многое не сходится. Например, наши полевые группы совсем недавно нашли…       Однако, посреди увлечённого рассказа учёного, внимание Лекса захватил стеклянный шкаф, стоящий за спиной Гаррета. Вернее, не сам шкаф, а отражение, в котором было видно ассистента Хэдли, вскидывающего пистолет в сторону своего начальника.       Мысленно Лекс успел посетовать на примитивность и ограниченность средств наблюдения у платформы ЛОКИ, отчего он обнаружил эту внезапную угрозу почти случайно. Не оставалось времени даже предупредить его спутников-офицеров, для которых Хэдли тоже оставался в «мёртвой зоне». Доктор Брайсон также не успел бы среагировать на предупреждение БОЛО. Оставалось действовать самому, исходя из крайне посредственных возможностей робота-аватара.       И не смотря на безоружность и медлительность своей марионетки, Лекс успел среагировать – схватив со стола чайную кружку, робот успел метнуть её в Хэдли, да так резко, что заклинило сервопривода руки. Кружка прилетела прямо в висок Дерека, отчего его буквально повалило вбок. Рефлекторно мужчина всё же нажал на спуск, но пуля прошла выше и левее плеча Гаррета. А следующий выстрел он просто не успел сделать – подскочил один из сопровождавших Лекса офицеров и повалил стрелка на пол. Второй офицер в свою очередь, секундой позднее без раздумий повалил на пол аватар Лекса.       - Что за хрень?! – ничего не понимая крикнул перепуганный Гаррет.       - Ваш ассистент, Дерек Хэдли пытался вас застрелить. – спокойным, но громким голосом пояснил Лекс, даже не пытаясь оказывать сопротивления сдерживающему его офицеру. В то же время, упомянутый Хэдли отчаянно пытался вырваться из крепкой хватки первого офицера.        - Возможно, имеет место случай индокринации. – невозмутимо добавил Лекс, уставившись на метущегося Дерека. Сдерживающий ассистента офицер Лехновски зло ругался и пытался выбить пистолет из руки неудачливого стрелка.       - Офицер Перес, рекомендую вам отпустить меня и оказать помощь офицеру Лехновски. – сказал Лекс, обращаясь к навалившемуся на него офицеру.       - ТЬМА ДОЛЖНА БЫТЬ НЕПРИСТУПНА. – пробормотал в этот момент Хэдли и потерял сознание.       Поскольку Лекс не предпринимал никаких действий, офицеры сосредоточились на несостоявшемся убийце. Вдвоём они быстро скрутили беспамятного стрелка и положили на диван. Однако привести его в чувство пока не удавалось.       - Погано. Нужно вызвать медиков и наших безопасников! – заявил офицер Перес и активировал инструментрон.       - СБЦ тоже придётся сообщить. Протокол требует. – хмуро добавил Лехновски.       - Дерьмо… - только и пробурчал напарник, добавляя ещё одного адресата к вызову.       О произошедшем покушении сообщили на самый верх и теперь ждали приказов командования. Ну и приезда отряда СБЦ. А Лекс тем временем решил продолжить разговор с доктором Брайсоном, пока его не утащили на расспросы в качестве свидетеля.       - Доктор Брайсон, я понимаю ваш шок, однако нам нужно разобраться в ситуации. Вас только что попытались убить. Причём, вполне вероятно, что покушавшийся на вашу жизнь мистер Хэдли оказался одурманен.       - Но как так получилось? И почему именно сейчас? – недоумевал Гаррет, тщетно пытаясь уложить всё произошедшее в голове.       - Вероятно, ваши исследования достигли определённого успеха. И поэтому, вас хотят немедленно ликвидировать.       - Чёрт возьми, но и если и так… Что это может быть? У нас же до сих пор одни догадки на руках!       - Полагаю, произошло что-то важное относительно недавно. Постарайтесь вспомнить, случилось ли что-нибудь необычное за последнюю неделю?       - За исключением того, что я сейчас разговариваю с ИИ шастающем по моей лаборатории? Или помимо того что мой помощник чуть меня не застрелил?! Хотя погоди. Сфера… мне прислали один артефакт совсем недавно. От доктора Гарно! – оживился от своей догадки Гаррет и повернулся к той части лаборатории, где на постаменте был водружён причудливый сферический артефакт.       - Что вам о нём известно?       - Артефакт не оказывал никакой активности, но он очень древний, и его происхождение загадочно. Гарно просил внимательно изучить сферу, но больше он на связь не выходил.       - Доктор, можете передать мне результаты анализа данного артефакта?       - Да, конечно. – машинально ответил учёный и подошёл к терминалу. Но уже через несколько секунд он разразился отборной руганью, немало удивив даже видавших виды офицеров, всё ещё стерегущих беспамятного Хэдли. Затем историк пояснил причину своего негодования:       - Проклятье! Хэдли стёр всю информацию по проекту! Когда он успел?! – гаркнул мужчина, просматривая журнал лаборатории.       - Чрезвычайно досадно. Мне стоило связаться с Вами гораздо раньше, доктор. – с интонацией сожаления в голосе сказал Лекс, - Но позвольте мне подключиться к серверу напрямую. Возможно, мне удастся восстановить хотя бы часть данных.       - Правда? Пожалуйста, постарайтесь! Тут же годы исследований!       И пускай Лексу пришлось работать через «тройную ретрансляцию», да ещё с использованием здешних примитивных вычислительных систем, но кое-что из уничтоженных Хэдли сведений, удалось спасти. Спустя пару секунд, проанализировав все доступные сведения, Лекс заявил Брайсону:       - До выяснения всех обстоятельств, я настоятельно рекомендую изолировать данный артефакт. С высокой вероятностью, он может быть причиной Одурманивания.       - Чтоб меня! Если вы правы… то эта штука могла и меня одурманить!       - Вполне возможно. Поэтому я рекомендую немедленно изолировать артефакт, и приставить к вам несколько человек охраны, на тот случай, если вы потеряете над собой контроль.       - Проклятье! Вместо работы, сплошная паранойя какая-то! – с нервным смешком произнёс Брайсон. Но затем он резко нахмурился и спустя несколько секунд размышлений, напряжённо продолжил: - Но если сфера и правда на такое способна, то… и Гарно мог попасть под Одурманивание!       - Соглашусь. Необходимо предупредить доктора Гарно. И тщательно изучить место обнаружения данного артефакта.       - Но я так и не смог с ним связаться после получения сферы! Он работал в районе Разлома Калестон, и там тоже были замечены силы Жнецов!       - Необходимо изучить место обнаружения данного артефакта и эвакуировать доктора Гарно. – сказал Лекс, смотря на таинственную сферу.       - И я должен предупредить Энн, на тот случай, если она столкнётся с чем-либо подобным!       В этот момент в лабораторию прибыла опергруппа СБЦ, вместе с отрядом медиков. Впереди ожидалось несколько часов работы криминалистов, так что Лекс предпочёл отключиться от своего аватара-ЛОКИ и немедленно связаться с командованием. Ему нужно было очень многое обсудить.              ***              Нормандия как раз подошла к промежуточному реле, когда Боло через Хаккета передал на Нормандию подробный отчёт о случившемся в лаборатории Брайсона. К этому отчёту было приплюсовано и срочное сообщение от Энн – дочери доктора Брайсона. Она тоже участвовала в проекте Аврора и занималась раскопками на планете Намакли, в туманности Пилос. Женщина прислала сообщение о том, что её группа обнаружила сферу, аналогичную той, которую нашёл Гарно. Энн также обнаружила, что сфера обладает воздействием на разум человека, но её исследования прервали силы Жнецов, вторгшиеся на планету. Как назло, связаться с мисс Брайсон после получения этого сообщения, так и не удалось.       Если для эвакуации Гарно Альянс ещё смог отправить отряд бывших «Корсаров», то для спасения дочери Брайсона и её коллег свободных кораблей попросту не было. Поэтому адмирал Хаккет попросил Шепарда помочь с эвакуацией отряда археологов. Брайсон явно напал на след Левиафана, и его нельзя было потерять.       Капитан с готовностью кивнул и запросил координаты искомой планеты. Цитадель с её Советом могла ещё немного подождать. Преследуемые Жнецами археологи – нет. В который раз, Нормандия сменила курс и на всех парах оправилась к новой приоритетной цели.       Пока фрегат пересекал бездну космоса, Шепард успел обойти весь корабль и переговорить чуть ли не с половиной команды. И чтобы просто обсудить последние события, и чтобы немного успокоиться. С самого начала Войны Шепарда регулярно мучали кошмары, после которых он просыпался откровенно разбитым и отчаянным. Только железная воля и поддержка товарищей помогали ему оставаться в форме. Гаррус, Лиара, Чаквас, Джокер… да даже новичок Вега помогали капитану сохранить трезвость мысли и веру в победу. Без помощи и поддержки своих соратников, Шепард сломался бы давным-давно. Но был один не-человек на борту, общение с которым хоть и было чрезвычайно интересным, оставляло в душе Шепарда тяжёлый осадок.       Явик.       Когда он только появился на Нормандии, он был почти невыносим в общении, но за прошедшие дни немного обтесался. Да он всё ещё вёл себя высокомерно и надменно, проклинал отсталость нынешних цивилизаций, но понемногу осваивался с местным бытом и культурой. Он всё лучше говорил на интерлингве, и научился пользоваться выданным ему инструментроном. Не забыв естественно бранно высказаться о том, какими «отсталыми технологиями» ему приходится пользоваться в этом Цикле. Его физическое состояние тоже стало куда лучше, чем на Иден Прайм.       Судя по записям камер наблюдения, он почти не спал за эти дни, но зато очень много сидел в экстранете. Хотя в первые часы знакомства с экстранетом он проклял тех идиотов, которые могли тратить огромные технические ресурсы и время на общегалактическую рекламу, цифровую экономику, порнографию и онлайн-игры. Всё это разжигало в нем праведный гнев, но своевременно вмешавшаяся Лиара смогла направить протеанина в те уголки экстранета, которые действительно могли быть ему полезны. В ответ протеанин буркнул что-то неразборчивое. То ли поблагодарил азари, то ли тихо послал. Но в любом случае он надолго погряз в изучении истории нынешних рас галактики, существующего сейчас оружия и сводок с фронтов Войны со Жнецами. Большинство прочитанных вещей вызывали у него или гнев или недоумение, но некоторые его явно заинтересовали. Особенно – вклад Шепарда в нынешнем противодействии Жнецам.       За прошедшие дни Явик изучил досье на все нынешние расы галактики и очень удивился истории Рахни. Как он рассказал Шепарду, Протеанская Империя сама использовала рахни в качестве военной силы. Его предки подчинили древних рахни и стали вести среди них отбор самых яростных королев. Долгое время протеане с успехом пользовались рахни на поле боя, но потом гигантские насекомые взбунтовались. Чтобы подавить то восстание, пришлось опустошить почти 200 планет. Но как видно, рахни пережили даже это и успели навести ужас даже в нынешнем Цикле. И после всех действий Шепарда, рахни вновь воскресли. Это и пугало и в чём-то восхищало Явика. Решение Шепарда о спасении последней Королевы Рахни протеанин раскритиковал, правда отметил, что Жнецам потребуется немало времени, чтобы истребить инсектоидов. Может быть, это поможет выиграть немного времени для более ценных современных рас.       А вот истории кварианцев и гетов он ничуть не удивился. Как он рассказал, его Империя неоднократно сталкивалась с угрозой враждебного ИИ. Это и пример расы Жа, с её творениями Жа’Тил, и беспощадная Война Метакона, забравшая миллионы жизней протеан. В той войне протеане победили, и поверили, что органики превосходят синтетиков. До тех пор пока не пришли Жнецы.       С точки зрения Явика, весь этот опыт однозначно доказывал, что никакого мира между органиками и разумными синтетиками невозможен в принципе. Этим простым фактом протеанин и объясняет свою нетерпимость к СУЗИ и вообще любым ИИ.       Шепард пытался переубедить Явика, рассказав о том, сколько раз им спасала жизнь СУЗИ, и как им помогал Легион в противостоянии Коллекционерам. И о том, что истинные геты готовы даже помириться с кварианцами. Суд адмиралов над Тали это наглядно доказал.       - Ну и где же ваши союзники-геты теперь?! – зло усмехнулся Явик.       На несколько секунд Шепард и правда стушевался, поскольку контакты с Легионом были давно потеряны, да и сами кварианцы с самого начала Войны проводили какую-то мобилизацию, у самых границ Вуали Персея. Что там сейчас происходило и вовсе было загадкой. Это само по себе беспокоило Шепарда, но и надменному протеанину тоже надо было как-то ответить. И тут Шепард вспомнил очевидное:       - А как же Боло? – усмехнулся Шепард.       Вот тут уже Явик сильно помрачнел и напряжённо уставился на капитана:       - Я вообще не понимаю, как вы могли принять это чудовище к себе на службу! Я читал про его мощь и думал, что это наглая ложь. Но в экстранете уже столько свидетельств о гибели десятков Жнецов у Палавена… И он правда ИИ?!       - Да, он ИИ. И чертовски сильный, между прочим. Похоже, любого Жнеца заткнёт за пояс. – скрестив руки на груди сказал Шепард.       - Невозможно! И ваши правители явно лгут о его происхождении! У Вас не может быть такой мощи! Все ваши цивилизации отсталые!       - Пускай наши политики и не говорят всей правды, но сути это не меняет. Лекс сам пришёл к нам на помощь, посреди безнадёжно проигранного сражения и сразу нанёс Жнецам такой урон, которого они никогда не получали! И знаешь – мне совершенно плевать, кто его сделал и где! Для меня главное – что уже перебил кучу Жнецов, и будет делать это впредь!       - А если он заодно со Жнецами?! Если это просто уловка?!       - Больно дорогая уловка получается, коли он перемолол чуть ли не сотню Жнецов, и помог удержать Палавен! И если бы Лекс захотел, я уверен, он уже мог бы размолоть половину наших флотов, и Цитадель на сдачу! – зло подытожил Шепард, глядя протеанину в глаза.       После чего их диалог окончательно сошёл на нет, и капитан вышел вон, оставив Явика наедине со своими мыслями. Продолжать этот бестолковый спор у Шепарда не было никакого желания.              ***              На следующий день протеанин немного «остыл», и даже стал проситься в десантную группу, на очередную высадку Шепарда. Явик рвался в бой, но Шепард с трудом отбился, прямо заявив:       - Ты ж мне там весь народ перепугаешь! Дождись приёма на Цитадели, а потом уж можно будет на передовую! Жнецов на твою долю хватит!       - Проклятая, бесполезная дипломатия! – зло рыкнул Явик и вышел из ангара.       - Чем-то он мне напоминает Гранта. – отметил Джокер, видевший всю эту сцену через внутреннюю сеть.       - А я его понимаю. – признался Шепард и полез в челнок, вслед за Лиарой и Джеймсом.       Им нужно было спасти сотрудников проекта «Скарабей».              ***              Утреннее небо Намакли буквально кишело от Сборщиков, с неба сыпались всё новые десантные сферы с хасками, а где-то на горизонте вспыхивали огни главных калибров Жнецов. Да, эту эвакуацию нужно было провести как можно скорее. Иначе спасать будет уже некого!       Отряду Шепарда даже пришлось прыгать с Кадьяка на ходу, поскольку прямо по пятам за челноком неслась пара Сборщиков. Ну и дальше всё бегом, бегом, бегом… Под постоянными атаками врага и угрозой сорваться в пропасть. Весь этот комплекс стремительно разрушался, множество надстроек уже сорвалось вниз, поэтому путь к убежищу археологов вышел весьма извилистым и напряжённым. Пришлось одолеть с десяток резервных лестниц, истребить множество хасков и даже громадного Сборщика, прежде чем они достигли последнего прибежища археологов.       К огромному сожалению, из всей команды учёных удалось спасти только Брайс и Хопкинса. Остальных всё же достали Налётчики. Хопкинс был ранен и его раны пришлось обработать панацеллином. Здоровяк Вега вместе с дочерью Брайсона понесли раненного, а Шепард с Лиарой расчищали для них путь. На этом ярусе хасков было поменьше, так что отряд вполне справлялся. Даже учёных смогли уберечь от вражеских обстрелов. Однако по пути к посадочной площадке произошло нечто из ряда вон выходящее.       Завернув за угол горной тропы, они наткнулись на участок раскопок, набитый хасками. Причём порождения Жнецов буквально толпились у какой-то каменистой осыпи. Что-то привлекло внимание хасков настолько, что они даже не поворачивались в сторону отряда живых. Команда Шепарда предусмотрительно заняла укрытия.       - Артефакт! Такой же прислал на Цитадель Гарно! – крикнула Лиара, указав на торчащую из стены сферу, которая слегка переливалась внутренним свечением.       - А ведь верно! – кивнул капитан, всматриваясь в торчащую из осыпи сферу.       Один из жнецов-налётчиков тоже был окутан свечением, и проводил какие-то манипуляции со сферой.       - Чёрт возьми, что они творят? – невольно спросил Вега, уже держа наготове гранату.       - Они его активировали? Как? У меня ничего… - так и не закончила фразы Энн и внезапно встала в полный рост и зашагала в сторону сферы.       - Энн! Вы что?!       - ОНИ СЛИШКОМ БЫСТРО УЧАТСЯ. ТЬМА ДОЛЖНА ОСТАТЬСЯ НЕПРИСТУПНОЙ. – процедила женщина не своим голосом.       - Вырубай их, Вега! – рявкнул Шепард, а сам схватил мисс Брайсон и одёрнул её назад.       Взрыв брошенной Джеймсом гранаты разметал троицу налётчиков, а остальных тварей подхватила сингулярность, вызванная Лиарой. Всё ещё светящаяся сфера не выдержала всех этих ударов и звонко лопнула, рассыпавшись на множество мельчайших осколков. После чего Энн Брайсон вышла от транса.       - Ч-Что… что-то случилось? – пробормотала девушка, хватаясь за голову.       - Похоже, сферы действительно влияют на людей! – крикнула Лиара, – Похоже, вас индокринировали!       - Но я…       - Расспросы потом! Сначала надо убраться с этой планетки! – зло гаркнул Шепард, смотря на тела погибших здесь людей.       У одного из мёртвых охранников в руках оказался зажат знаменитый батарианский дробовик – Грабитель. Тяжёлое и мощное оружие, лишь немногим слабее кроганского Клеймора. А теперь ещё и редкое – после гибели Гегемонии. Так что, попросив прощения у мёртвого солдата, Шепард взял оружие из его рук. Оно ещё послужит живым. Тем более что врагов в округе оставалось в избытке.       Достигнув точки эвакуации, их отряду пришлось расчищать посадочную площадку для челнока. Пришлось попотеть, чтобы одолеть толпу всевозможных хасков, усиленных очередным огромным Сборщиком. Но даже этот кибернетический монстр пал, сражённый перекрёстным огнём. Хотя Шепарда, оказавшегося слишком близко от чудища, даже контузило при взрыве Сборщика.       Только после этого челнок смог приземлиться и подхватить отряд. И сразу помчался вверх, уходя от приближающихся подкреплений врага. За время подъёма до орбиты, Энн окончательно пришла в себя. Она стала расспрашивать отряд Шепарда о том, как она вела себя во время «транса». Капитан постарался подробно описать, что творилось у сферы и как вела себя в трансе Энн. И что её транс прервался, как только была уничтожена сфера.       - Похоже на то, что случилось с Хэдли. – отметила Лиара, ещё раз перечитывая полученный от Боло доклад.       - С Хэдли? Дереком Хэдли?! Но он же работал с отцом в лаборатории! Что там произошло? – забеспокоилась девушка.       - Он пытался застрелить вашего отца. Повезло, что там был Бо… хм, были офицеры Альянса. Все остались живы, но мистер Хедли сейчас в больнице под охраной. Похоже, он был одурманен. Саму сферу сейчас постарались максимально изолировать. – рассказал СПЕКТ.       - Поверить не могу… Дерек стрелял в отца… Какой кошмар! Но что же с доктором Гарно? Это ведь он отправил отцу сферу! Я пыталась с ним связаться, но так и не смогла.       - За Гарно отправили другую команду Альянса, они должны его эвакуировать. – сказал Шепард, - Будем надеяться, всё обойдётся. Но за вами, придётся установить особое наблюдение, уж простите. Если вас индокринировали, мы должны соблюдать осторожность.       - Да, я понимаю. Чёрт возьми, как же это страшно! – произнесла женщина и невольно обняла себя за плечи.       - Энн, не бойтесь. Кто бы ни стоял за этими артефактами, мы с ним разберёмся. – твёрдо сказал Шепард, хотя в действительности был весьма напряжён.       - Спасибо, капитан. – искренне поблагодарила его мисс Брайсон и утёрла проступившие слёзы.       По прибытию на корабль, Хопкинса и Брайсон сразу же отправили в лазарет, под опеку Карин Чаквас и пары солдат-охранников. На всякий случай. Но если Энн уже через полчаса отпустили, то со вторым археологом доктору Чаквас пришлось всерьёз поработать. И скорее всего, весь путь до Цитадели Хопкинсу придётся пробыть в лазарете.       Энн Брайсон приняла успокоительных, чтобы хоть немного вернуть самообладание и отправилась на разговор с Шепардом. Она хотела подробно рассказать ему обо всех недавних открытиях, совершённых её группой. На тот случай если она вновь потеряет над собой контроль и попытается уничтожить архивы, как это уже сделал Хэдли в офисе отца.       Шепард с большим интересом выслушал Брайсон, но потом в каюту капитана зашла Лиара в компании с Явиком. Их обоих тоже до крайности интересовало – что обнаружила группа Аврора, и как это может помочь в Войне.       Энн была глубоко потрясена, увидев на борту Нормандии живого протеанина. На минуту у неё пропал дар речи, а затем она засыпала капитана расспросами. Шепард устало ответил лишь на часть из них, предложив Энн просто поговорить с самим Явиком. Но без излишнего напора – ещё одной Т’Сони протеанин явно не стерпит.       Удивительно, но и Явик согласился обсудить с мисс Брайсон несколько вопросов по теме Жнецов и легенд связанных с ними. Лиара тоже участвовала в обсуждении – и как участник, и как страховка – на тот случай если вдруг Энн опять «возьмут под контроль». Но всё обошлось. Более того – даже Явику было действительно интересна эта спонтанная беседа, а мисс Брайсон заявила, что протеанин дал пару хороших идей для дальнейших исследований. После трехчасового диалога, его участники, наконец, разошлись по своим каютам. Очередной изматывающий день Войны подошёл к концу.       Нормандия взяла курс на Цитадель. И Шепард искренне надеялся, что хотя бы в этот раз, ему не придётся в последний момент срочно менять маршрут.              ***              К этому моменту, наконец-то пришёл приказ о воссоединении Лекса с Динохромом. Основные работы по ремонту кораблей эскадры были завершены, а кроме того, к ней были прикомандированы корабли турианцев и азари. Саларианский союз тоже подумывал предоставить свои корабли, однако из-за споров с далатрессой, решение так и не было принято. Всё же обида госпожи Дантисс на людей, из-за исцеления кроганов и спасения рахни откровенно ослепляла её.       В любом случае, огневая мощь обновлённого Динохрома возросла втрое, если не вчетверо. Теперь в ней насчитывалось аж два дредноута (один из которых был спешно переоборудован для перевозки Боло), два полноразмерных авиа/космоносца и целых семь крейсеров. Весьма серьёзная сила, даже без учёта Лекса.       Но и предстоящая задача у эскадры стояла неординарная. Эскадре Динохром предстояло отбить у Жнецов системы в скоплении Гаммы Аида, чтобы сохранить промышленные центры Альянса. Ну и заодно, спасти бессчётное число жизней от Жатвы. Командовать эскадрой, как и прежде должен был Михаиль Шребер, но в помощники ему выделили пару опытных капитанов. Плюс, капитаны прикомандированных ксеносовских кораблей тоже имели богатый боевой опыт. Все корабли были заправлены, заряжены, и готовы к бою. Боло также полностью восполнил свои запасы и стремился поскорее вступить в бой, о чём в который раз напомнил Шреберу.       Однако буквально за несколько минут до отбытия с Цитадели произошло ещё одно важное событие. Боло наконец-то смог взломать шифр церберовского шпиона и получить доступ к его переписке с куратором. К сожалению, Боло так и не нашёл конечного адресата «куратора», но зато обнаружил ещё одного местного агента Цербера, пользовавшегося тем же тайным инфо-хабом. Анализ переписки этого второго агента сразу же вызвал крайнюю обеспокоенность Лекса. Ситуация была настолько потенциально опасной, что Боло решил немедленно обратиться к Хаккету, даже минуя своего непосредственного начальника. Адмирал Пятого флота был очень удивлён внезапным звонком Боло. Стивен сразу напрягся, ведь опыт показал, что Боло по пустякам звонить не будет:       - Лекс, что случилось?       - Адмирал Хаккет, у меня появились чрезвычайно важные сведения, касающиеся обороноспособности всей Цитадели!       - А именно?       - Сэр. Изучая цифровые архивы ранее нейтрализованного шпиона Венгулиса, я смог их расшифровать и получить полный доступ к его переписке, и тайному инфо-хабу. Анализ подтверждает, что этот шпион работал на враждебную организацию Цербер. Но важнее то, через этот же инфо-хаб шло общение с ещё одним агентом Цербера. Через этого агента передавались сведения о недостатках работы СБЦ, схемы технологических проходов в Цитадели, коды доступа к Президиуму, а также подробные сведения обо всех Советниках. Предполагаю, что всё это готовилось для осуществления полномасштабной атаки на Цитадель, с целью ликвидации Совета и разрушения военно-экономических межрасовых связей. Изучив все сведения, я смог определить, кто был этим агентом.       - Кто? – сухо спросил адмирал, уже нутром чуя, что ответ ему не понравится.       - Исполняющий обязанности Советника от Человечества, Доннел Удина. – холодно сказал ИИ.       - Проклятье! – сжав кулаки процедил адмирал, - А ты не ошибся? Может, это и вовсе – подстава? Намеренная дезинформация?       - Вероятность дезинформации крайне мала, поскольку искомые переговоры велись через высокоуровневое шифрование. Мои методики криптоанализа только сейчас позволили его взломать. Более того, я сопоставил методику применённого шифрования. Её использует именно Цербер. Отчёт проведённого крипто-анализа высылаю на ваш персональный адрес. Остальные доказательства также прилагаю в передаче.       - Дважды проклятье! Хорошо, я тебя понял. Пришли мне эту переписку, об остальном я сам позабочусь. И никому ни слова! Ни в коем случае! Ни Шреберу, ни кому! Просто продолжай выполнять текущую задачу, понятно?!       - Понял вас, адмирал. Продолжаю следовать ранее утверждённому плану. Но хочу отметить, что в последнее время мистер Удина перестал отвечать на вызовы с «той стороны». Возможно, он отказался от идеи предательства Совета. Либо он пытался самостоятельно играть роль двойного агента. Но сыграл её весьма неудачно.       - Я понял тебя, Лекс, и благодарю за предупреждение! Но дальше мы сами справимся. А ты… просто бей Жнецов! Так же безжалостно, как и раньше! Если этот рейд Динохрома пройдёт успешно, это сильно приблизит освобождение Земли!       - Сделаю всё возможное, адмирал. Будьте уверены.       - Ещё раз спасибо, Лекс. И удачи тебе! Хаккет, отбой.              ***              Призрак стоял у огромного экрана, занимавшего всю стену кабинета, и курил.       Призрак, не моргая, читал ползущие по экрану строки текста.       Призрак негодовал.       Ситуация в галактике медленно, но неуклонно менялась. Причём, так как совсем не хотелось Церберу. Галактика, едва не растоптанная первыми ударами Жнецов, начала всё сильнее сопротивляться синтетикам. Шок первых дней Войны отступил, разворачивалась повсеместная мобилизация войск и промышленности, проводились планомерные эвакуации и перегруппировки. Да и сами силы вторжения ощутимо сбавили напор, расползаясь по десяткам второстепенных систем и скоплений.       А успешные контрнаступления на Палавене и вовсе внушили народным массам ложную надежду. Надежду на то, что Жнецов можно победить. Как наивно и глупо! Жнецов нельзя победить. А даже если и можно было бы – то это стало бы главным поражением Человечества. Жнецы это сила. Величайшая сила в Галактике. А источник силы нужно не уничтожать, нет-нет. Силу нужно использовать для своего блага!       Именно этим и занимался Цербер. Именно на достижение этой цели были брошены все ресурсы организации. Да, сопутствующие потери были огромны, не говоря уже о полном игнорировании вопросов совести и морали. Но цель, их великая цель оправдывала любые преступления. И даже если Цербер принесёт в жертву миллиарды людей, это будет не зря. Ведь итогом этого станет ВОЗВЫШЕНИЕ всего человечества. А такой итог, стоит любых страданий и потерь.       Хотя, по правде говоря, потери некоторых активов Цербера, вызывали у Призрака (когда-то давно известного под именем Джек Харпер) искреннее сожаление. А за прошедший год было потеряно много, непозволительно много.       Девид Арчер. Миранда Лоусон. Нормандия СР-2 и СУЗИ.       И сам коммандер Шепард.       Потеря капитана была особенно болезненна для Призрака. Он чувствовал огромное сожаление от того, что он не смог удержать Шепарда в организации. Но Призрак понимал, что по-другому и быть не могло.       Шепард не просто был храбр, умён и поразительно удачлив. Он был удивительно коммуникабелен и харизматичен со всеми расами галактики. Это создавало ему по жизни много врагов, но и множество союзников. И как подтвердил опыт борьбы с Коллекционерами, Шепард обладал настолько выдающимися лидерскими навыками, что смог объединить под своим началом самых разных бойцов и специалистов со всей галактики. Люди, азари, кроганы, турианцы… Да что там! У него в сопартийцах даже гет оказался!       Таланты Шепарда как воина и тактика тоже были выдающимися. Имея под командованием крайне ограниченные силы, он умудрялся достигать потрясающих успехов, даже в боях с многократно превосходящими силами врага. Его несгибаемая воля, храбрость и открытость в общении с соратниками, только усиливали этот эффект. Люди и ксеносы под его командованием, не просто готовы были драться насмерть, но и умудрялись выбираться живыми из самых безнадёжных битв. Битва на базе Коллекционеров, по-хорошему, должна войти во все учебники военного дела! Победить врага на его территории, и даже спасти свою пленную команду, не потеряв безвозвратно НИ ОДНОГО из своих солдат – это просто невероятно! Так что Призрак никогда не жалел о том, сколько усилий и затрат ушло на проект «Лазарь». Шепард полностью оправдал все потраченные на него ресурсы. Более того, капитан не был чужд и прагматичного подхода – потому он и сохранил Базу Коллекционеров, а не уничтожил. Правда, он рассчитывал на то, что базу начнут исследовать силы Альянса, а не Цербера. Но это мелочи.       Однако идеализм Шепарда был вреден. Капитан не мог отказаться от совести, а сейчас именно это и требовалось. Он не смог бы пойти на то, на что пошёл Призрак. И на что пошёл Кай Ленг. А жаль. С таким талантом и харазмой, Шепард вполне мог бы стать достойным приемником Призрака… но об этом поздно жалеть. Цербер просто должен продолжать начатое.       Ещё столь многое предстоит сделать…       И хотя работы мистера Лоусона по теме «Контроль» шли достаточно успешно, остальные направления не могли похвастаться особыми успехами. Даже боевые операции последних недель в большинстве своём окончились провалами.       Провал у Академии Гриссома.       Провал на Сур’Кэш.       Провал на Тучанке.       И ко всем этим провалам так или иначе причастен Шепард! А теперь, после провала на Иден Прайм, к Шепарду в руки ещё и попал живой протеанин! Мало того, капитан даже смог наладить с ним контакт! Крайне неприятная новость. Это не просто упущенная для Цербера возможность, это лишний козырь в руках Альянса и Совета. Они ведь наверняка попытаются использовать его для создания Горна.       Горн. Ещё одно сокровище протеан, буквально выскользнувшее из рук Цербера. Проклятый Горн, на который делали ставку правительства галактики, мог порушить всё то, над чем работает Цербер. Похоронить шанс на верховенство Человека во Вселенной. Этого нельзя было допустить! Призрак и его люди пожертвовали всем ради их великой цели, и они не могут предать свою мечту!       Нужно было срочно исправлять допущенные ошибки.       В первую очередь требовалось как можно скорее разрушить коалицию ксеносов и людей, чтобы максимально затормозить или даже отменить строительство Горна. В идеале – развязать войну между бывшими союзниками. Едва ли не лучшим вариантом для этого было бы убийство нынешних Советников. Но и здесь возникли проблемы.       Доннел Удина, на которого так рассчитывали, внезапно разорвал все контакты с Цербером. И не оттого, что его раскрыли или ликвидировали. Нет. Возникло ощущение, что старый политикан сам передумал помогать Церберу. Возможно, он и правда поверил в то, что нынешняя «Коалиция» сможет одолеть Жнецов. Если так, то он дурак! Старый глупец, предавший Человечество в час наибольшей нужды! А ведь Джек Харпер возлагал на Удину большие надежды.       В первые дни после падения Земли, Призрак сам обратился к Доннелу. Воспользовался своими агентами на Цитадели, чтобы тайно связаться с советником. И Харпер хорошо запомнил тот день.              ***              Когда включился коммуникатор, на экране возникло изображение кабинета Советника, погружённого в сумерки. Удина сидел пьяный за своим столом и беззвучно плакал. Он даже не понял сразу, что включился коммуникатор и только сжимал руками голову, опершись локтями на стол. Рядом стояла опустевшая бутылка бренди, а справа валялся треснувший планшет, на экране которого всё ползли и ползли бесконечные ряды имён погибших. Землян и колонистов. Военных и гражданских. Взрослых и детей. Мужчин и женщин. Людей.       Людей, которых должен был защищать Альянс, и которых он всех подвёл. И Доннел тоже их подвёл. Не смог ни подготовить, ни защитить их от самой страшной беды в истории. Даже не смог заставить клятых ксеносов помочь отразить нападение. А теперь Земля пылала и миллионы людских жизней сгорали день за днём.       А затем, он внезапно услышал незнакомый мужской голос:       - Теперь-то вы понимаете, насколько в реальности слаб Альянс. Вот почему и существует наша организация. Мы делает ради человечества то, что не может никто иной.       Когда до Удины дошло, кто ему позвонил, он оторопел. Доннел едва не сбросил вызов, но в последнюю секунду почему-то остановился.       А Призрак всё говорил и говорил. О слабости и нерешительности Альянса, о предательстве Совета, о неудержимости Жнецов. Даже про талантливого, но наивного Шепарда упомянул.       И в конце своего монолога, Призрак озвучил простой вывод.       Никто не поможет человечеству, оказавшемуся на краю гибели.       Только Цербер может сделать это.       И в ту ночь, Доннел согласился помогать Церберу.       Он никогда не уважал Цербер, даже проклинал его за то, что тёмные делишки Призрака постоянно портят репутацию людей в галактике. Но в этот момент Доннел был совершенно разбит и сломлен. После падения Земли, он буквально утратил веру в то, что Альянс сможет сделать хоть что-то в этой чудовищной Войне. А Цербер дал ему надежду, надежду на то, что он сможет спасти и сохранить человечество. Неважно, какой ценой.       И надо признать, передаваемые Удиной сведения очень помогли Церберу в первые недели Войны. К сожалению, как только остатки Парламента Альянса реорганизовались, влияние Удины резко уменьшилось. Даже в рамках галактической Коалиции его голос уже не был решающим. Можно сказать, в своих полномочиях он вернулся к статусу «Исполняющего обязанности Советника». Только на Цитадели влияние Доннела Удины оставалось полновесным, и Призрак намеревался воспользоваться этим козырем «на все 100».       Но когда Удине оставалось сделать последний шаг, он струсил. Возможно, на него повлияли уцелевшие сотрудники Парламента. Возможно, он ободрился после побед на Палавене. А может быть, его заела совесть. В любом случае, он идиот! Теперь, из-за предательства Удины, сама возможность проведения операции «Гильотина» подвисла в воздухе. Притом, что уже были подготовлены корабли, десант и агентура на Цитадели. Были проработаны планы атак и диверсий, подготовлены пути отхода и развёрнуты сети слежения. А теперь всё это могло стать бессмысленным.       Разумеется, с учётом всей основательности подготовки операции и военных ресурсов, шансы на успех всё ещё сохранялись… но 100% уверенности не было. А рисковать попусту своими войсками Цербер уже не мог.       И пускай благодаря Святилищу у Цербера пока было достаточно живой силы, надолго её не хватит. Поток ресурсов от компаний, принадлежащих Церберу, тоже снижался день ото дня. А работы впереди было ещё очень много. Им больше нельзя было ошибаться. Тем более, что помимо Горна, существовала ещё одна, и быть может, даже более важная и опасная угроза для планов Призрака.       Боло.       Эта поразительная, невероятная боевая машина уже сильно повлияла на галактику. Именно этот бронированный гигант был причиной столь разительных перемен на фронтах и в головах. Это он виновен в том, что Палавен до сих пор не пал. Это он сохранил жизни тысячам никчёмных политиканов из Парламента. И это он заставил укрепить связи ксеносов с Альянсом. Разумеется, это сделал не он сам, а его потрясающая огневая мощь и защита.       Да, сила его была поистине невероятна.       Политики и генералы Альянса просто использовали его силу. Хотя и использовали крайне бездарно и ограниченно. Даже пытались с его помощью помогать иным расам, что вообще стоит считать полным предательством интересов Человечества. При этом Альянс откровенно лгал Совету о происхождении Боло. Харпер это сразу понял. Никто в Альянсе не мог создать ничего подобного. Да и вряд ли кто-либо из рас Галактики мог.       Но откуда тогда взялся Боло? Кто его создал? Есть ли ещё такие машины? И как ими управлять?       Всё это были вопросы без ответа.       Подобная неопределённость раздражала. Тем более сейчас, когда решалась судьба всей галактики и будущего всего Человечества. Требовалось как можно скорее разобраться в ситуации. Церберу было необходимо или отобрать у Альянса эту потрясающую машину, или полностью уничтожить её.       Обдумав всё это, Призрак отдал распоряжение секретарю:       - Вызовите мистера Ленга и мисс Грумер. Нам нужно серьёзно поговорить.