Нечистые

Глава 26 Прохлада Сколько время? Время страданий. И яркости жестокой жизни. Голова болела так сильно, будто на неё приземлился кирпич. Только вот остался вопрос. Как он выжил? Его тело всё болело, ноги особенно, будто их связали. Он приоткрыл глаза и увидел лишь полумрак и чью-то спину. Август не смог присмотреться к одеянию тени. Снова закрыв глаза, он проснулся через несколько минут позже. Резкий пинок по животу заставил распахнуть свои глаза и застонать от боли. Скривив своё лицо, он задрыгался. -Доброе утро, урод. Ну как утро? Поздняя ночь. Удар в то же место не заставил себя ждать. -Как спалось? Фигура присела и схватила мальчишку за волосы. И ударила его об стену. Теперь, Август окончательно проснулся. Он посмотрел на него. И узнал его в миг. Его полное лицо в веснушках, белобрысые волосы... -Узнал? -Ах ты ублюдок... Парень засмеялся и отвесил Августу пощёчину. -Скучал по мне? Сукин сын. Подёргав руками, вампир только сейчас осознал что они завязаны, а ноги прикованы к стене. От оков была цепь. Сама комната была из бетона, будто они под землёй. Холодный пол явно не намеревался ласкать теплотой ноги. Во всей комнате были только они вдвоём, исключая странную тележку за мужской спиной. -Хочешь повеселиться? -Ты ебанутый... Отпусти меня, говна кусок! -Закрой рот. Вновь удар по его лицу, но уже кулаком, Павел решил не останавливаться и действительно "разукрасить" грубияну лицо. -Ещё одна такая выходка, обещаю, я сделаю тебе хуже. Его глаза смотрели на лежащего на полу Густа. Он слышал как он вдыхал кровь внутрь своим носом. И с его рта немного текла алая жидкость. Он видел своими уставшими глазами его ущербный и беспомощный вид. Теперь он точно никуда не убежит. -Почему? За что? -Знаешь, ты как обуза в жизни других людей. Ты всем только мешаешь. Только умеешь закрывать свою задницу, не волнуясь о других. -Что ты несёшь. Это глупо. Прекрати это, Павел. -Я не Павел. Меня не называли Павлом. Он покачал головой и отдалился. -Я не Павел. Пройдя к тележке, он упал возле неё. Было видно его усталость и одержимость, он странно хихикал, грохнувшись на пол. Из его тела что-то вырывалось. Было как в спине что-то проползло. Оно будто стало увеличиваться. Белобрысый заорал на всё помещение, оглушая Августа своим ужасным криком. Вдруг, резко его тело разорвалось в клочья. Куски его мышц и кожи лежали на полу. Его кровь стекла по стенам, немного запачкало Августа. А на том месте сидел совсем непохожий на него человек. Он жутко застонал. -Сложно переносить трансформацию. Его кроткие тёмные волосы были подстрижены под ёжик. Сам он был худощав и сидел без одежды. Его кости были видны очень хорошо, будто это скелет, а не реальный человек. Он встал и вышел из комнаты, оставив вампира в негодовании. Мужик зашёл в пространство спиной. Будто не хотел, чтобы Август видел его лица. Был он одет в чёрную футболку, серые джинсы и в кроссовках. Выглядел жутко, ведь был ростом почти метра два. Тут мальчишка и задался вопросом: "Человек ли Павел? И вообще, Павел ли он?". На его ушах держалась медицинская маска. Парень стоял у той самой злощастной тележки. Такая, перевозная, как в операционных. Он что-то перебирал там, и, иногда, был слышен звук скрежета тем, что он брал в руку и резал стену. Густ сразу догодался, что это были острые предметы, и его сердце забилось сильнее. -Эй! Кто ты? Фигура усмехнулась. -Тебе этого знать не нужно. Последний скрежет по стене прошёл, и мужчина развернулся. В его руке был длинный скальпель. Он был очень хорошо наточен и выглядел очень опасно. -Хочешь мы поиграем? -Я не хочу играть. Парень усмехнулся и начал приближаться. -Я всё равно не планировал заканчивать. Тихие и четкие шаги раздавались по бетону, отдаваясь дрожью в теле Августа. Он попытался влиться в стену, чтобы хоть как-то отдалиться от опасности. -Отойди, пожалуйста, не трогай меня. Не Павел прополз к нему. Его глаза стали острыми, жаждущими крови и криков от боли. -Уйди! Уйди от меня! Тень коснулась его футболки и приподняла её вверх. -Наслаждайся. Клин вонзился несильно, но так, чтобы остался сильный шрам, который никогда не заживёт. Скальп проехался от верха таза до живота. Август закричал в агонии боли и страха. Слёзы ринулись с глаз. А он всё ехал, ехал, ехал, ехал... Выше, выше, выше и выше. С огромной раны струилась густая кровь. Страдания усилились. Его голос стал громче. Ава брыкался в конвульсиях словно эпилепсик, мешая резать его тело дальше. -Прекрати брыкаться, сука! Он снова попытался прорезать мышцы дальше. Но в момент зубы вампира вонзились в его щёку и сдёрнули с него маску. На лице остался след от укуса, ножичек выпал. -Аааа! Сука! Август, сука! Он взвыл и мальчик уставился на его лицо. И почти сразу же догодался, кем на самом был Павел. Тем молодым человеком, пропавшим в одном маленьком городке. Значит, это он так жестоко расправился со своей семьёй. Как и предполагали Август с Лизой. Он глядел него и осознавал, с кем сейчас. С тем, кто его не пожалеет, кто убьёт при малейшем звуке. -Приятно познакомиться, Густ. вымолвил он сквозь зубы. Но нетопырь снова скривил и закрыл глаза, чувствуя адское жжение по всему туловищу. Его лицо было наполнено испугом. Мальчишке было тяжело дышать. Но Эдик не остановился и снова сел рядом. Вцепившись в его ухо, он сказал: -Помнишь, что ты сделал с ним? Август вскликнул и попытался оттолкнуть его от себя. Но парень настолько сильно схватил его, что брыкаться было больно. Особенно с глубокой раной. Скальпель прорезал ухо, и крики снова возобновились. Лезвие проходило очень глубоко, как по маслу. Было настолько больно, что кричать уже нет сил. Только бесконечные слёзы и мучения, яркие, как огонь. Вдруг скальпель свернулся. Не получилось отрезать всё ухо. Порез не такой глубокий, как казалось. Но новых укус на теле Эдика не заставил себя ждать. Именно вампир предотвратил полное его отрезание, вцепившись ему своими клыками в руку, но поплатвшись за это куском ушка. Мужчина завопил от боли и попытался отдёрнуть его голову, но не вышло, так как Густ просто намертво въелся ему в кожу. Лишь удары по лицу смогли освободить руку. Уже через несколько таких взмахов парень вырубился и не подавал признаков сознания. Кисть кровоточила, словно водопад. Его клыки ещё настолько молоды, но так больны и остры, что оставят за собой шрам. Так они и закончат обмен шрамами, но кто знает, вдруг появятся ещё несколько?