Несчастные

— Амала, куда ты пропала? Рыжая девушка с недоумением взглянула на индолога, ожидая ее действии. Амала тем временем еще раз взглянула на труп торговца и с удивлением поняла, что уже привыкает видеть такое. Было в этом ритуальном убийстве нечто завораживающее, приятно щекоча нутро. Но как только Амала осознала свои ощущения, то тут же от них отмахнулась и поспешно взглянула на коллегу. — Да, я иду. Больше здесь оставаться она не хотела. Вместе девушки покинули место преступления. Оказавшись значительно дальше от трупа, Амала позволила себе глубоко выдохнуть. Она старалась всячески очистить свои мысли от увиденного. Время близилось к обеду. На улице было по-индийскому жарко, но совершенно непривычно для лондонских жителей. Поэтому группа, кроме господина Вайша, сразу зашла в тень, прячась от жары. Роуз взглянул на свои часы, а после обратился к коллегам: — Пока все свободны. Пожалуй, всем нам не помешает немного отдохнуть, поесть и привести мысли в порядок. Через три часа встречаемся в зале совещания в посольстве. Там я буду вас ждать. Обсудим дальнейший план и теории. — Хорошо, вы правы. — впервые за все это время согласилась Амала и усмехнулась. — Отлично, — вместо прощания ответил начальник и перед тем как развернуться, задержал свой внимательный взгляд на Киллиане, словно завел с ним мысленный разговор. Киллиан, глядя на него, нахмурился и кивнул, очевидно, догадавшись, что он имеет ввиду. И лишь после начальник гордо ушел к рикше, которая куда-то его увезла после. Амала не понимала такого поведения начальника и лишь неодобрительно проследила за исчезающей повозкой с ним. «Роуз не рассказал нам о предыдущих ритуальных убийствах, и даже сейчас он что-то скрывает от нас. Не нравится мне все это!» — подумала Амала. — Кажется, Роуз сегодня не в духе, — усмехнулась Лима. Амала фыркнула: — Он всегда не в духе. — Отнюдь. Сложно быть в хорошем настроении, когда с самого утра видишь такое зрелище, — вмешался Киллиан и задумчиво отвел взгляд, — Он, как и я, надеялся управиться с поиском дипломата быстрее, но обстоятельства будто против этого. — Это, несомненно, будет сложно. Намного сложнее, чем мы думали изначально, — согласилась Амала, — В Калькутте происходит какая-то чертовщина. И тот кровавый знак на стене почти такой же, как и в дневнике нашего дипломата. Это все как-то связано. Нужно ускорить наши поиски, иначе мы не сможем предотвратить международный конфликт! — Именно, — кивнул капитан. — Если позволите, я отмечу, что вам всем стоит немного отдохнуть и разгрузить голову. На вас сразу так много чего свалилось. — вдруг вмешался ранее молчаливый Рэйтан, — Вы только прибыли в Индию, а уже завалены работой. Пока ваш начальник позволяет вам отдых, воспользуйтесь этой возможностью. В Калькутте много интересных мест и вкусных блюд, которые стоит попробовать, пока вы здесь. Позже, со светлой головой вы сможете дальше приступить к своему расследованию. — Эх, после увиденного тяжело просто взять и расслабиться. — грустно вздохнула Лима. — Однако это вам необходимо сейчас. Киллиан молча расправил плечи, разминая их, готовясь к чему-то. — Хорошо, я согласен. Этот ответ удовлетворил Рэйтана, и он приветливо улыбнулся. — В таком случае посоветую вам посетить мемориал Виктории, там очень красиво. Недалеко есть магазины индийской одежды, где девушки могут купить себе сари. По пути также найдете небольшие ресторанчики, где вы можете испробовать нашу еду. — Звучит любопытно. Я хоть и продавала в Лондоне индийские товары, но для меня честь заглянуть в местные торговые рынки и попробовать здешнюю пищу. — улыбнулась Амала, — А мемориал Виктории считается одним из самых ярких местных достопримечательностей, — тут девушка задумалась, а после кокетливой улыбкой обратилась к проводнику: — Мистер Вайш, вы знаете эти места лучше меня. Составите мне компанию? В глазах мужчины на мгновение сверкнула загадочная искра. — Я не против, мисс Кхан. Уверен, это будет приятная прогулка. — Мне будет полезно попрактиковать бенгальский язык, поэтому буду признательна, если вы будете разговаривать со мной на этом языке. — Замечательно, — уже на бенгальском языке ответил Рэйтан. Нахмурившись, Киллиан серьезно обратился к проводнику: — Мистер Вайш, прошу вас проводить до дома мисс Кхан после прогулки. — Конечно, капитан Лайтвуд. — снова заговорил на английском. Амала и Рэйтан попращались с коллегами. Киллиан и Лима теперь остались одни. Взглянув на рыжую девушку, Лайтвуд поинтересовался: — Вас провести, мисс Берг? — А? — удивилась Лима, а когда поняла смысл сказанного, с улыбкой отрицательно помахала рукой, — Ох, нет, не стоит, спасибо. Я смогу добраться до отеля сама. Там и закажу для себя что-нибудь на обед. Увидимся, капитан Лайтвуд. — Хорошо. Увидимся, — кивнул мужчина вслед уходящей девушке. Несколько секунд он просто стоял в тени, а после уверенными шагами направился в посольство. Там его кое-кто ждал. Кучки важных бумаг хаотично разбросаны по совещательному столу. Роуз не спешно их перебирал и складывал их в соответствующую папочку. Его взгляд случайно остановился на досье дипломата. Из фото на него смотрел улыбающийся мужчина в возрасте, который сейчас неизвестно где. Эммет аккуратно взял этот документ и грустными глазами прошелся по строкам биографии дипломата. Вдруг сзади что-то щелкнуло, вырвав начальника из размышлении. Эммет тут же вздрогнул и обернулся. Около дверей он сразу увидел покорно ожидающего Киллиана. Его появление не удивило Роуза. — О, ты уже пришел? Присядь. Разговор есть. — Есть. Но что ты хочешь обсудить, Эммет? Это касается работы? — спросил Киллиан и послушно сел за стол напротив стоящего начальника. — Да. Я не стал тревожить девушек, потому что вопрос, который я задам, не относится к их компетенции. Это скорее по твоей части. — Что за вопрос? — У меня есть сильные опасения, что наш дипломат убит. При чем убит теми же руками, что обезглавили сегодняшнего торгаша, — Эммет руками уперся на стол и серьезными глазами, в зрачках которых бушевало искреннее волнение, взглянул на товарища: — Так вот, Киллиан, если окажется, что это так, какие будут последствия для двух стран? «Так вот, что тебя волнует», — сочувствующе понял военный атташе и задумчиво опустил взгляд. — Что ж, это все будет зависеть от того, кто убил. Было ли это преднамеренное убийство от лица самой страны, либо это сделала некая местная группировка, что по сути не влечет за собой серьезных последствии для обеих стран? В первом случае — это серьезный конфликт, который ложится уже на мои плечи. Как военный атташе, я обязан разобраться с этим с минимальными потерями. — А если это сделала преступная группировка? — Тогда можно оповестить об этом правительство Индии и презедента Нилама Сандживу Редди. Думаю, они окажут поддержку в расследовании во избежания международного конфликта. — Это было бы хорошо. Надо разобраться с этим, как можно скорее. — кивнул начальник, а потом его усталое тело осело на стул. Роуз, щурясь от фантомной боли, снял свои очки и помассировал свои закрытые веки. Сейчас он впервые за время нахождения в Индии выглядел таким уязвленным и изнеможденным. — Эммет, отдохни. Твой организм не выдержит таких перегрузок. — Не могу, Киллиан... Не могу... — почти прошептал начальник, так и не поднимая на него взгляд, — Я бы доверил это расследование другому человеку, если бы не тот, ради кого мы здесь. — Что?.. Ты знал дипломата? Эммет опустил руку и, наконец, посмотрел на коллегу. Его вид был пугающе серьезным. — Почти. Я не был знаком с мистером Хейзом достаточно хорошо, но мы не редко пересекались на работе и выпивали вместе в баре. Умный и веселый мужик. Он однажды помог мне найти обручальное кольцо, которое я хотел подарить своей девушке, — тут Эммет рассмеялся то ли от иронии, то ли от нервов, — Кольцо так и не пригодилось, она мне изменила еще до того, как я хотел сделать предложение и дать ей это украшение. Но все равно я чувствовал себя в долгу перед Хейзом, обещался тоже помочь ему чем-то..., — он ненадолго затих, будто вновь окунулся в эти беззаботные времена, а потом не сдержался и психанул, ударив кулаком по столу, — Дьявол! Теперь пропал и сам мистер Хейз, а я даже найти его не могу! Киллиан молча слушал его, изучая движение его рук, пытаясь разглядеть в них тайный психологический смысл. Он понял, что за внешним безразличием коллеги пряталась огромная волна переживании за пропавшего дипломата. Это не было для него открытием. Киллиан знал Эммета довольно давно и успел изучить товарища гораздо больше, чем себя. Единственное, что сжимало его сердце в тиски — это чувства. Безответная страсть к своему другу, неозвученная на устах, запрещенная для их общества, не смотря на официальное прекращения гонения на, так называемых, гомосексуалистов. Военный атташе внимательно смотрел на своего товарища и в лишний раз отметил, насколько красив он был, насколько прекрасны были его янтарные глаза. Когда Роуз затих, устало опустив голову, Киллиан встал и обошел товарища, оказавшись за его спиной. Он начал массировать его плечи своими сильными умелыми руками. — Роуз, тебе действительно нужно отдохнуть. Такими темпами ты не сможешь ничем помочь дипломату. Расслабься ненадолго. Умеренное надавливание вокруг шеи, круговые движения большими пальцами рядом с шейным позвоночником, поглаживания по плечам и их легкое сжимание. Киллиан знал, как делать массаж, чтобы позволить другу расслабиться. И это ему успешно удалось. Уже скоро Эммет блаженно сидел на стуле, а его тело стало таким послушным. — М-м-м-м... Киллиан, повезет же твоей будущей девушке. Ты делаешь такой расслабляющий массаж. «Он только для тебя» — мысленно уточнил Киллиан, глядя из-под полуопущенных ресниц на улыбающего с закрытыми глазами Эммета. Но вслух буднично сказал: — Этот массаж я научился делать благодаря тебе, поэтому и твоей девушке тоже повезет с тобой. Эммет впервые за несколько дней искренне рассмеялся. Этот смех был похож на внезапный гром, после которого молнией он пронзает в самое сердце, оставляя тебя с наэлектризованным телом. Шокирующее ощущение и парадоксально волнительное одновременно. Киллиан тоже улыбнулся его смеху, но внезапно ощутил ноющую боль ниже паха. Улыбка медленно спала с его лица, и он опустил взгляд. С немым ужасом он заметил выпирающий бугорок под своими штанами. «Черт! Только этого не хватало!» - испугался он и посмотрел на Эммета в страхе, что тот мог заметить его возбуждение. Но, к счастью, тот сидел по-прежнему с закрытыми глазами. Киллиан тихо выдохнул и продолжил массировать плечи товарища и на этот раз старался делать это аккуратно, одновременно испытывая неприятную боль от запертого в штанах возбужденного члена. — Киллиан, — вдруг прервал недолгую тишину Эммет. — Хм? — Ты скучаешь по прошлым временам? По тем, когда мы оба были наемниками? — По правде говоря... не сильно. Я рад, что благодаря тебе прекратил такую деятельность. Это гиблое дело. — Да уж... А я, честно, скучаю иногда. — Почему? — Мы были молодыми. В нас кипела жгучая кровь и жажда наживы. Это было крутое и свободное чувство, не то, что сейчас, — Эммет усмехнулся. Киллиан понял, что тот скучал не по наемнической работе, а скорее самому факту молодости и пережитому опыту, совершенным глупостям. — Хм... А помнишь, как тебя чуть не ранили тогда? — Хах, помню. Но меня не ранили, потому что ты вовремя прикрыл меня. Я многим тебе обязан за это спасение. — Тьфу, да забей ты. Ты мой друг, а я не мог поступить иначе. — За это я очень тебя уважаю. «И очень тебя люблю», — уже мысленно добавил Киллиан. Тут он почувствовал, как от всех этих, казалось бы, бытовых беседах, его возбуждение и жгучая страсть к Эммету все больше нарастали. Скрывать все это оказалось тяжело, и капитан тяжело выдохнул. Его горячее дыхание на своем лице почувствовал Эммет. Он удивленно раскрыл глаза и взглянул на полуспотевшего Киллиана снизу-верх. — Эй, Киллиан, с тобой все в порядке? Ты не заболел? — Нет! - слишком резко ответил капитан и прервал свой массаж, сразу сделав несколько шагов вперед к выходу и остановившись спиной к лицу Эммета. — Просто жарко тут. Я пойду проветрусь. — Хорошо. Позже вернись сюда, когда остальные придут, для общего обсуждения дела. — Обязательно. После этих слов Киллиан, буквально, выбежал из зала совещания, оставив начальника в одиночестве. По коридорам атташе бежал на возможной скорости до самого туалета, в котором сразу закрылся. — Это невозможно, — с тяжелым дыханием шептал он и положил свою ладонь на выпирающий бугорок между ног и сжал это место в кулаке. Стон сорвался с его губ, но он крепко закрыл свой рот другой ладонью. «Что я творю? Что я творю? Что я...» — без устали повторял он мысленно, при этом его рука опустила штаны, а потом нижнее белье. Твердо стоящий член сам вылез наружу. Киллиан почувствовал недолгое облегчение. Долго не медля он обхватил ладонью свой орган и медленно начал совершать плавные движения, чувствуя, как нежная плоть податливо реагирует на это. Чтобы быстро снять напряжение, он вспомнил сегодняшний труп. Во всех деталях представил его оголенное бледное тело без головы, мерзкий запах разложения и надоедливых мух, что уже учуяли трупчину. Этими образами Киллиан попытался вызвать у самого себя яркое отвращение, что помогло бы его отрезвить. Это потихоньку срабатывало но... «Очевидно, — добавил Роуз на замечания своих коллег насчет увиденного...» Воспоминания шибануло его по голове, заставив вспомнить, как своими руками он массировал плечи друга, и все пошло по-новой. — Проклятье! Несколько минут ранее. Когда Киллиан на удивление быстро покинул зал, Эммет несколько секунд смотрел на двери в немом раздумье. Позже он встал и открыл ящик, из которого достал ключи. Покрутив их между своими ловкими пальцами, он подошел к дверям и просунил ключи в замочную скважину. Щелк. Щелк. Взял за ручку двери, поддергал ее и убедился, что все закрыто. Удовлетворенно кивнув, он положил ключи на стол и слегка прикрыл окна шторами. После всего этого он облегченно сел обратно на свое место и растянулся на стуле. Эммет спокойно закрыл глаза, в то время как одна его рука опустила штаны, достав оттуда стоячий член. Мужчина выдохнул и запрокинул голову назад. С тяжелым горячим дыханием, он начал двигать рукой, доводя себя до исступления. В голову отчего-то пришло воспоминания о крепких руках Киллиана, что делали ему массаж, и сам Киллиан, смотрящий прямо ему в глаза... Преривистое дыхание Киллиана сжимало ему легкие от переизбытка кислорода, но капитан не мог остановиться. В его глазах и мыслях уже стоял оголенный и такой манящий образ Эммета Роуза со шрамом на все туловище, полученным по его вине. Вместо собственных рук предстало полное убеждение, что это делает именно его друг, а от этого становилось еще жарче. Возбуждение только усиливалось. Но так было хорошо. Растегнув рубашку, он начал ласкать свои соски, воображая, что это делает Эммет. Как же чувственно... «Не останавливайся» — мысленно попросил Киллиан образ Эммета, и тот послушно руками капитана начал ласкать все его тело. «Так тебе будет хорошо?» — тем временем спросил Эммет свой образ Киллиана. Он успел сменить свою позу, и теперь склонился перед столом, одним локтем упираясь о него, а другой лаская свой член, двигая бедрами, усиливая стимуляцую. Глаза его были закрыты. Ему необязательно было видеть, потому что воображение рисовало такого родного человека, но с которым не суждено быть вместе. Препятствием для этого были его собственные убеждения. Такие сильные чувства к представителю своего пола он считал противоестественным, так как ранее был убежденным в своей традиционной ориентации. Сейчас же он в этом сомневается, но полностью принять свои чувства еще не решается. «Я люблю тебя, Эммет. Очень люблю» — говорил Киллиан вооброжаемому любовнику. Как же хотел он сказать это вслух перед этим человеком, но боялся. Боится и сейчас. Киллиан немного слукавил, когда говорил, что не скучает по временам наемничества. Отчасти. По самой работе он не скучает, но ему бывает грустно от осознания, что, когда они поднялись по карьерной лестнице каждый в своей стезе, они перестали видиться, как раньше. Каждый был завален своей работой. Возможно, это было к лучшему, но из-за разлуки Киллиан понял, насколько ему был дорог Эммет. Лишь эта миссия по поиску дипломата вновь объединила их, заставив прочувствовать во всей красе прежние эмоции. Они были близко, но так далеко. Когда Киллиан почувствовал приближение пика, он сделал последний рывок, отчаянно шепнув имя Роуза. Его белая смазка выстрельнула, испачкав дверь, но и на этом не скоро закончилась. — Проклятье! — процедил капитан, открыв глаза, и с недовольством взял туалетную бумагу, об которую вытрал свои руки и следы своего непотребства. По тихим коридорам посольства послышались отчетливые шаги. Это шел незнакомый человек в красном одеянии с капюшоном на голове. Его глаза пугающе светились красным, его поза и походка были вольными и уверенными. Он направлялся в сторону зала совещания. Оказавшись напротив нужной двери, он протянул ладонь к его ручке, но тут же остановился, так как услышал странный звук по ту сторону. Он прислушался. — Ах...Ах... я...скоро кончу..., — находясь на сдерживаемом пике, тихо простонал Эммет. Не зная всей картины, можно предположить, что он развлекается с девушкой, но на самом деле он ублажал себя, представляя, как его ласкает мужчина. Из-за вытекающей смазки ладонь стала влажной. В зале от этого отражались пошлые звуки шлепков. — Киллиан... С этим именем на устах Эммет кончил, обессиленно припав к полу, держась за стол. Его тело дрожало, а дыхание постепенно приходило в норму. Руку, намеривающей ранее открыть двери, незнакомец убрал, а после быстро скрылся из виду еще до того, как сюда начали приходить другие члены группы.