Сокрытие

Се Ляню понравилось наряжать своего мужа. Но ещё больше нравилось его раздевать. - Гэгэ не наигрался в детстве в куклы? - дразнился его муж, пока Се Лянь бережно снимал с него тонкое-тонкое верхнее ханьфу, выполненное из яркого, травянисто-зеленого шёлка. Восемь слоёв, и каждый тоненький как лист бумаги, даже сейчас все вместе они неприлично прекрасно облегают тело его мужа. - Сань Лан дразнится, а ведь этот бог всего лишь наслаждается заслуженной вечностью с любимым. Может быть у Хуа Чэна и серебряный язык, но Се Лянь всегда был хорош в обучении. А потому, отбросив глупый стыд, с удовольствием смущает мужа столько, сколько захочет. - Гэгэ вовсе не стар, - бормочет, отвернув лицо, пока Се Лянь добрался уже до третьего слоя. Пройдёт ещё очень много времени, прежде чем он обретёт терпение делать это медленно. - Разве старик смог бы так безупречно обезвредить демона? Дёргает связанным руками. Жое будто смеётся и щекочет его ладонь, отчего Сань Лан дёргается. Се Лянь улыбается и оставляет на его шее очередной поцелуй. Осталось два слоя, и через них, нежные, зеленовато-мятные так чувственно просвечивает кожа, что умереть можно. Се Лянь умирает с каждым взглядом и воскресает с каждым поцелуем. Его муж, такой красивый и неуверенный, дрожит так явно и кротко. Поцелуи спускаются ниже, тонкие шелка становятся влажными. Сань Лан стонет тонко, на выдохе, когда зубы смыкаются на шёлке и затвердевшей от ласк горошинке. Это восхитительно. - Гэгэ, - стонет жалобно. - Развяжи. - М, - Се Лянь отстраняется и поудобнее усаживается на твёрдых бёдрах. Смотрит задумчиво, касается пальцем сухих от быстрого дыхания губ. Ведёт от одного уголка к другому и чуть оттягивает вниз. - Я так не думаю. Хуа Чэн совершенно разочарованно стонет и кусает его за этот палец. - Гэгэ жесток, - скулит чуть неразборчиво. Се Лянь жалеет, что не умеет рисовать. Такую картину он бы носил с собой. Раскрасневшийся, беспомощный и жаждущий, его муж самый красивый на свете. Наклоняется, целует, не вынимая пальца и озвучивает эту неприложную истину прямо в губы. Бедра под ним крупно вздрагивают и взлетают вверх. - Пожалуйста, - хриплое, и молитва врывается в голову, едва не заставляя потерять сознание от удовольствия. - Пожалуйста, что? - Пожалуйста, ммм, ах! Пожалуйста... - вскрикивает, задыхается, когда ласки становятся настойчивее и сильнее, шёлк трётся о чувствительную плоть. - Пожалуйста, что, мой самый преданный верующий? Дразнится, ведёт кончиком языка по солёной шее, одной рукой удерживает вздувшиеся плечи, второй сжимает и продолжает ласкать. Чувство любви, нежности, страсти и власти переплетается и сплавляется во что-то невероятное. Не перестаёт целовать, касаться, дотрагиваться везде, куда достанет. Хуа Чэн под ним стонет так сладко, что хочется остановить время. Особенно резкое движение рукой, и от того, как сильно подбрасывают бёдра, проезжается по ним и едва удерживается в сидячем положении, когда волны удовольствия пронзают его тело и разум одна за другой. Сань Лан под ним кричит от удовольствия и дрожит так, что Се Лянь сваливается на кровать. В себя он приходит спустя какое-то время. - Гэгэ, холодно и руки болят, - жалобно хныкает муж, поводя напряжёнными плечами. Жое скользит по запястьям, и Се Лянь даже ещё мутным от оргазма зрением видит красные полосы на них. Вопреки всему тому хорошему, что думает о нём муж, ему совсем не стыдно. Наоборот, от жалобного тона, от того, как подрагивает остывающее тело, в животе снова заманчиво потянуло жаром. Хуа Чэн целует его ладонь, когда Се Лянь тянет его за подбородок поцеловать. - Так гэгэ развяжет меня? - спрашивает дразнящим тоном. - Жое, - и лента сползает со связанных рук на своё привычное место. Се Лянь разглядывает эти алые полосы, и во рту сваливается слюна. Успевает поймать мужа за воротник до того, как тот сбежит с кровати одеваться. - Куда? Взгляд заметался, и Се Лянь покрепче вцепился в прозрачный шёлк. - Гэгэ... Ваше Высочество... - М, Моё Высочество желает, чтобы муж остался рядом. Со мной. В этой одежде. - Гэгэ, разве ж это одежда? - его лисёнок пытается сбежать, вывернуться, но Се Лянь настойчиво и бережно заталкивает мужчину под себя и наваливается сверху. Отодвигает волосы и целует за ухом. - Да, самая подходящая для моего Сань Лана. Хочу тебя всегда таким. Его муж признает поражение, выдыхает с тихим стоном и заманчиво проводит бёдрами. - М, но гэгэ всё ещё не раздел своего Сань Лана. Брюки на месте, два слоя ещё тоже. Се Лянь целует улыбающиеся губы и проводит дорожку вниз, кожа начинает дрожать прямо под его языком. - Я это исправлю.