Семья

— Мирабель? — детский голос отвлек девушку от шитья. Та обернулась. — Тонито! — она тотчас тепло улыбнулась и поманила младшего кузена к себе. Тот как-то очень быстро подбежал к ней и забрался на кровать. Точно котенок, он потерся о руку Мирабель – привычка, унаследованная от старшего братца. Девушка сначала с теплотой потрепала Антонио по кудрявой голове, а потом притянула к себе и крепко обняла. Мальчик чуть фыркнул и обнял в ответ. — Можешь поиграть со мной сегодня? — он умоляюще посмотрел на нее. После этих слов Мирабель отстранила кузена от себя и с беспокойством на него посмотрела. — Что-то случилось, mi vida? — А? — не понял Антонио. — О чем ты? — Разве ты не собирался погулять с ребятами сегодня?.. — Ну-у... — он замялся, прежде, чем ответить. — Сесилии и Хьюго не разрешили выйти — сказали, чтобы учились. А мне скучно одному! — Вот как, — Мирабель как-то отстраненно посмотрела в сторону. —Так… ты поиграешь со мной? — несколько раз дернув на себя рукав кузины, Антонио вынудил ее посмотреть на себя. И, конечно же, взору девушки предстало выражение брошенного котенка, жалобно просящего, чтобы его приласкали. «Кажется, я знаю, у кого он научился, — полностью признавая свое поражение, она внутренне усмехнулась. — Кстати, о нем…» — А где Камило? Разве у него не выходной сегодня? — Ну-у, — взгляд Антонио почему-то заметался. — Он сейчас… практикует свои превращения. — Вот как, — взгляд Мирабель ушел куда-то в сторону. Нависшее молчание почему-то казалось тяжелым — Боги, безалаберный, как всегда! — вдруг выдала она и тотчас боковым зрением она уловила ошарашенно-обиженное выражение Антонио. — Т-ты чего, Мирабель?.. — Постоянно он от своих прямых обязанностей сбегает! — с видом самого искреннего осуждения девушка уперла руки в бока. — Вон, даже с младшим братом посидеть чуть-чуть не может! А про меня и вовсе забыл! Она обиженно отвернулась. — П-п-погоди, Мира! — Антонио вцепился ей в руку. — Вы же буквально вчера отрыва… веселились вместе! На площади, когда музыканты играли и вы танцевали! — Он просто хотел покрасоваться, — Мирабель сокрушенно вздохнула. — Там было много красивых девушек, знаешь ли… про меня он едва ли подумал. — М-Мира! — Впрочем… наверное, не мне его винить. У него просто поменялись интересы, появились новые друзья. Это нормально, если ему теперь скучно со мной. Ее лицо потемнело, голова опустилась. Улыбка стала печальной, а потом и вовсе пропала. — И потом, — она с печальной улыбкой повернулась к кузену, — ты ведь такое солнышко! Естественно, он любит тебя куда больше, чем меня. Да и те ребята веселее меня… на самом деле, кто угодно веселее меня. Губы Мирабель задрожали. — Да, это ничего страшного, — она отвернулась, закрывая руками лицо, - так… так и должно быть… — Воу, воу, воу, воу, Мира! — перед девушкой тотчас возник Камило собственно персоной, живо схвативший ее за плечи, развернувший к себе и одновременно ошарашенно и взволнованно смотрящий теперь на нее. — Ты что, правда так думала? С ума сошла?! Ты – mi prima favorito, mi sol, mi querida hermana! Я бы ни за что не променял тебя на кого-то еще, даже на… ну ладно, Антонио действительно солнышко, и, возможно, в списке любимых он занимает место чу-у-уточку повыше, но… но Мира, это ведь не значит, что я больше не люблю тебя вообще! На протяжении всей его речи лицо девушки менялось. Сначала она казалась ошарашенной, потом смущенной, но все еще печальной, потом ее лицо озарила надежда, а затем… она засмеялась. — А? Камило непонимающе хлопал глазами. Мирабель смеялась. Смеялась звонко, беззлобно; смеялась так, что слезы брызнули. Сквозь этот смех она порой пыталась что-то объяснить, но в итоге махнула рукой и продолжила смеяться. Какое-то время парень ничего не понимал. А когда наконец понял, вспыхнул до корней волос и с нескрываемым возмущением посмотрел на кузину. — Поверить не могу!.. Он драматично откинулся на кровать, приложив руку ко лбу, и не менее драматично воскликнул: — Обманут! Унижен! Предан самым близким человеком во всем белом свете! Как ты могла, Мирабель?! — Прости-прости, — она протерла начавшие слезиться глаза и прокашлялась. — Извини, не смогла удержаться. Камило обиженно хмыкнул и сложил руки на груди, мрачно глядя в потолок. Чтож, он был унижен. Побит. Уничтожен. Раздавлен. Целиком и полностью. — Эй, ну ты чего? – Мирабель легла рядом. – Мило, ну нельзя же быть таким обидчивым! Тот что-то недовольно пробурчал себе под нос. Помолчав с минуту, Мирабель воспользовалось безотказно работающим средством: что есть силы обняла кузены и поцеловала в макушку. Тот фыркнул. — Ну прости, —она потерлась о плечо братца. Тот на мгновение взглянул на нее… и тотчас вспомнил, у кого в свое время позаимствовал взгляд побитого котенка. Это был провал. Снова. — Ладно, так и быть, — вздохнув, он приобнял Мирабель в ответ. Та хихикнула. Она знала, что Камило никогда не злился долго. — Кстати, спасибо. —Хах? — Твои слова. Это было очень мило! — Агх, не напоминай! — Почему? – она засмеялась. — По кочану! – Камило щелкнул ей пальцем по лбу.