В угольках | In the embers

Восемнадцать лет (часть 2)

      Первой девушку заметила Дот, чей низкий смешок заставил Джона оторваться от её шеи. На мгновение его глаза расширились в испуге, но затем он улыбнулся за партнёршей и засмеялся. Пьяный идиот.       — Чёрт. Послушай, малышка, — начал бормотать он, сильней прежнего сжимая бёдра Дот, — мне жаль. Дот просто помогала мне кое с чем...       К горлу подкатывал ком, и Клэр прислонилась плечом к дверному косяку. Откуда вообще взялась Дот? Они с Баки расстались несколько месяцев, и до сегодняшнего дня о ней ничего не было слышно.       — Прости, милая, — низко и развязно произнесла Дот. На её щеках играл румянец, а руки обвивали шею Джона. — Я закончу с ним через минутку, потом можешь забирать его.       Это было слишком. Комната вертелась, словно центрифуга, ноги едва держали Клэр, а взгляд застилали слёзы. Отсюда необходимо было убраться.       Она развернулась слишком резко и споткнулась у выхода из туалета, но вместо пола встретилась лицом с твёрдыми мускулами грудной клетки. Сильные руки удержали девушку.       — Воу. Спокойней, Листочек, — голос Баки лучился лёгкостью, но сквозь мутную пелену Клэр видела беспокойство на его лице. — Ты в порядке?       Девушка прижалась к нему, позволяя себе оклематься в крепких объятиях. Уронив взгляд в пол, она помотала головой и промямлила:       — Мне нужно свалить отсюда.       — Эй, эй, — Баки наклонился, пытаясь найти глазами её. — Что не так?       — Просто... — голова Клэр не переставала качаться, — Просто я пролила напиток на себя и хотела застирать блузку, но...       Парень метнул взгляд на приоткрытую дверь и, не убирая рук с плеч Клэр, заглянул внутрь. Рот его приоткрылся в изумлении лишь на миг, а затем Баки яростно стиснул челюсти, играя желваками, так сильно, что Клэр заволновалась о сохранности всех его зубов.       Он подлетел к девушке, чтоб заключить её дрожащее тело в объятия ещё раз. Голубые глаза прожигали в Клэр дырку.       — Листочек, послушай меня. Очень жаль, но уйти домой не получится. Ты слишком пьяна, и мамам не понравится, что от тебя несёт бухлом. Поднимайся в мою комнату, я приду через минуту. В комоде есть чистые футболки. Выбирай любую и переоденься, хорошо?       Клэр кивнула, закусив нижнюю губу, и послушалась его слов.       На втором этаже её встретила оглушительная тишина. Звуки вечеринки в подвале полностью растворились за дверью. Посетив дом Барнсов множество раз за всевозможными празднествами, включая Воскресные ужины, девушка с лёгкостью ориентировалась в тёмном помещении, настолько, что даже внушительное количество алкоголя в крови не могло её помешать. Спустя два пролёта и один тёмный коридор Клэр принялась нащупывать выключатель в комнате Баки.       С тех пор, как она была тут последний раз, прошло без малого пять лет. В памяти живо всплыли фигурки Стива, её и Баки, видевших на полу и рубившихся в приставку часами напролёт. Клэр даже послышались их счастливые возгласы, когда они побеждали босса.       Баки вырос, изменилась и его комната. На стенах было меньше постеров, но видеоигры всё равно составляли внушительную коллекцию. Кровать поистине королевских размеров была застелена бордовым покрывалом, а не пледом со Звёздными войнами. В воздухе витал аромат ванили — на комоде стояла свеча.       Точно. Комод. Нужно взять майку. Девушка выдвинула ящик, сделанный из тёмного дуба, и начала рыться, пока не отыскала красную футболку с длинным рукавом, украшенную рядом пуговок по центру ворота. Клэр невольно вспомнила, как играют мышцы Баки под этой тканью и как она никогда не могла оторваться от этого зрелища вовремя.       Крики, раздавшиеся со двора, привлекли внимание Клэр, и она подняла окно. Через передний двор, спотыкаясь и оборачиваясь, бежал Джон. Голова его была повёрнута через плечо. Затем девушка заметила Баки, несущегося за Джоном и трясущего рукой в угрожающем неприличном жесте. Победитель направился в дом. Джона уже и след простыл, но его образ стоял у Клэр перед глазами. В туалете. С Дот.       Колени всё-таки подкосились, и она мягко приземлилась на кровать, уставившись на красную кофту, лежащую на бёдрах, и пытаясь побороть новую волну слёз.       Конечно, ему хочется такую, как Дот. Красивую, худую. Её наградили всем тем, что отобрали у меня.       Тебя никто не полюбит. Просто прими это.       — Листочек? — Баки стоял в проёме, опустив голову и дожидаясь сигнала, когда Клэр будет готова с переодеваниями и можно будет войти.       — Прости, — всхлипнула она. Голос предательски дрожал. — Я даже не переоделась.       Его взгляд молнией рассёк комнату, когда он уловил страдальческий тон в голосе девушки, и в мгновение ока Баки пересёк комнату и оказался рядом с ней на кровати, протягивая руку, чтобы накрыть руку Клэр. Костяшки были разодраны, кисть представляла зрелище не для слабых желудком. Девушка застонала.       — Не волнуйся об этом, — промурлыкал он, большим пальцем поглаживая её костяшки. — Просто должен был кое о чём позаботиться.       — Я видела, — прошептала девушка. — Ты не обязан был этого делать.       Мышцы челюсти Баки напряглись, искра злости блеснула в глазах.       — Обязан. Он сволочь, и, будь слово за мной, я бы и похуже его разукрасил.       — Всё нормально, Баки, — пожала плечами Клэр. — Как будто кого-то эта история удивила. Зачем нужна я, если ты... Если он может быть с кем-то вроде Дот?       — Что, чёрт возьми, это значит? — выражение лица Баки сменилось на изумление.       С губ сорвалось фырканье прежде, чем Клэр подумала.       — Бак, ну, давай не будем разыгрывать дурачка. Посмотри на меня, — руки девушки провели вдоль тела. — Ты же тоже с ней был и знаешь, как она выглядит. Она идеальна, — по щекам заструились слёзы, и у Клэр не было больше сил их держать. — Я была удивлена, что кому-то могу понравиться, и не верила в это даже после двух лет с Джоном. А это — я одинока? Это больше похоже на правду.       Лицо Клэр расколола пополам горькая улыбка. Внезапно Баки убрал руку и прошёл в середину комнаты, зарываясь пальцами в отросшие волосы и оставаясь к девушке спиной. Художницу накрыло волной стыда за то, в какое неприятное положение попал Баки. Было несправедливо выворачивать на него личное ведро помоев, хотя он просто старался успокоить Клэр.       — Мне жаль, — наконец произнёс он.       — Всё в порядке, Ба... — девушка хотела встать и извиниться, но парень резко обернулся.       — Я не закончил, — голос его был низкий и хриплый. Баки приблизился к ней. Глаза его имели необыкновенно мягкое выражение. — Во-первых, ничего не в порядке. Джон ёбанный мудак, и ты ничем не заслужила такое отношение к себе. Никто не заслужил, а особенно — ты, Клэр, — упоминание имени девушки разожгло в груди жар. — Если бы я только знал, что ты чувствуешь, то начистил бы ему рыло ещё сто лет назад, потому что если кто-то не способен разглядеть чёртов бриллиант в куче людей, то он попросту не стоит твоего времени. Тебе нужно было... — парень на мгновение прервался, задрав голову к потолку, но затем снова уставился на девушку и продолжил: — Тебе нужен кто-то, кто видит, насколько ты идеальна, Клэр. Да, я был с Дот, но она и рядом с тобой не стояла. Не она оплот всех звёзд Вселенной в человеческом обличье. А ты. Если б я только знал, как ты себя чувствуешь все эти годы, то говорил бы тебе это каждый день. Вот поэтому мне жаль.       Прежде, чем девушка успела что-то ответить — учитывая ещё и заторможенность реакций и речи после алкоголя, — Баки обвил её руками, положив подбородок ей на темечко. Клэр прильнула лицом к его груди, вдыхая знакомый аромат свежего льна и кедра, смешанный на этот раз с потом и пивом.       Они стояли в обнимку несколько минут, затем парень отстранился.       — Как себя чувствуешь?       Клэр кивнула, ощущая тяжесть век.       — Голова болит, и немного подташнивает.       Баки кивнул в ответ, не убирая руки с её плеча, наклонился к кровати и взял красную кофту.       — Почему бы тебе не надеть её и не устроиться покомфортнее? Я принесу воды и аспирин.       — Спасибо, Баки.       Через пару мгновений он вернулся, и за весь вечер его глаза зажглись впервые, когда он увидел Клэр в его любимой футболке. Девушка стеснялась, понимая, что ткань обтягивает сильнее нужного, плотнее, чем кофта сидела бы на других девушках. Её пугало, что округлости выпирали, и совершенно не в том горячем смысле, как это случалось с телом Баки. Но затем Клэр заметила сияние его улыбки, и её накрыла волна облегчения.       Баки протянул стакан с таблеткой, и девушка тут же её выпила. Парень поставил стакан на тумбочку и мягким жестом пригласил Клэр прилечь.       — Отдохни немного. Я сказал Саре, что ты в порядке, а Стиву — что ты у Сары, — он зарделся. — Надеюсь, это не смутит тебя. Не хочу морочить тебя заботой, если тебе некомфортно...       — Всё отлично, Баки. Спасибо, — от всего сердца произнесла Клэр, понимая, что не готова к разговору с подругой о сегодняшнем вечере.       Он просиял, затем схватил с кровати одну из подушек и присел с ней на пол.       — Что ты делаешь? — нахмурилась Клэр.       — Укладываюсь спать.       — Баки, встань. Ты не будешь спать на полу собственной комнаты. Пожалуйста, дай это сделать мне.       — Ни за что, Листочек. Ты останешься в кровати. Я в порядке, клянусь.       Девушка села и скрестила руки на груди, заплетающимся языком выговаривая угрозу:       — Джеймс Бьюканан Барнс, если ты со мной не поменяешься, я просто пойду домой, а наши матери надерут тебе задницу, потому что я пьяная и в твоей одежде.       — Ну, — глаза парня расширились, и он поднялся с пола, — спать на полу я тебе не позволю.       — Э-э, — сердце в груди Клэр ёкнуло, — мы могли бы спать на одной..? Если только ты не будешь чувствовать себя странно, тогда нам, конечно, не...       — Окей.       — ...Да?       — Да. В смысле, если только тебе не будет некомфортно...       — Нет, всё нормально.       Баки прочистил горло, выключил свет и принялся устраиваться в кровати. Его лицо остановилось в каких-то десяти сантиметрах от Клэр.       — Что ж, спокойной ночи, Баки.       — Спокойной ночи, Листочек.       Они глядели друг на друга в темноте, пока сон не поборол обоих.

Наши дни

      Её немедленной реакцией было закрыть лицо руками, чтобы защититься от невыносимой жары, пока гигантское пламя продолжало распространяться по задней части бара, звуки разбивающегося стекла от бутылок, поддающихся высокой температуре, смешались с грохотом огня в почти — если бы Клэр не боялась за свою жизнь — прекрасной симфонии пожара. Воздух быстро стал густым от дыма, щипавшего глаза, и её зрение затуманилось от слез. Паника и страх захлестнули девушку, учащая дыхание и тем самым загоняя больше дыма в лёгкие. Комбо сработало, и она закашлялась.       Сфокусируйся, Клэр. Выбирайся отсюда нахуй.       Девушка побежала к тяжёлой деревянной двери и приложила вес всего тела, чтобы открыть её.       Дверь не поддалась.       Клэр толкнула снова, на этот раз с ещё большей силой.       Ничего. Подкрадывалось чувство, будто что-то подпирало дверь снаружи. А служебный выход был полностью отрезан от Клэр ярким пламенем.       Она издала слабый всхлип.       Подбежав к тому окну, через которое бросили шар, с барным стулом, она ударила им по уже разбитому стеклу, чтобы расширить отверстие. Наблюдая за своей работой, по зазубренным краям стекла Клэр поняла, что выбраться наружу будет на грани возможного. Она обернулась, осознавая, что языки пламени глодают три стены и медленно подползают к ней.       По крайней мере, открытое окно могло бы помочь вывести часть дыма наружу       Её настиг очередной приступ агрессивного влажного кашля. По мозгу плыла дымка, схожая с той, что висела в баре, мешая думать.       Телефон. её телефон. Она вытащила его, вслепую набирая 9-1-1. Ответила милая женщина, и она буквально прокашляла ей адрес "У Уилсона".       Огонь разгорался, и кожа горела от непростительной близости к агрессивному, неумолимому теплу, и в глазах медленно темнело, пока её поглощали боль, истощение и тошнота.       Вернув внимание к разбитому окну, она забралась на стол, осторожно положив руку на подоконник, чтобы избежать осколков стекла. Девушка просунула ногу в отверстие, за ней последовал торс.       Как раз в тот момент, когда она собиралась соскользнуть на тротуар, услышала звуки приближающихся сирен.       Прежде чем Клэр смогла издать крик облегчения, она ещё раз услышала звук бьющегося стекла — нет, взрывающегося, — а затем почувствовала разрывающуюся картечь ноющей и режущей боли в предплечье и щеке. Эта западня застала Клэр врасплох, и она, потеряв равновесие и осторожность, начала падать, ухнув на тротуар.       На тротуар, усеянный стеклом, выпавшим после удара стулом.       Каждая часть её тела болела от столкновения, но это быстро прошло, поскольку мозг всё слабей ориентировался в пространстве и заплывал "вертолётами". Истощение от адреналина и дыма, которым надышалась девушка, быстро настигало её.       Клэр перевернулась на спину с низким стоном, понимая, что надо встать и переместиться подальше от горящего здания, но не находя в себе сил. Она хотя бы выбралась наружу. К тому же, сирены выли всё громче, возвещая скорое прибытие спасателей. Можно было полежать минуточку и насладиться прохладным свежим воздухом.       Оранжевое свечение становилось всё ярче и ярче. Огонь продолжал распространяться по бару.       Сара разозлится, что я ненарочно бар спалила.       Клэр вяло усмехнулась, веки устало опустились. В тот же момент красно-синие мигалки осветили тёмную древесину фасада бара.       — Клэр!       Знакомый, полный боли голос разорвал темноту, и её глаза открылись.       — Баки, — прохрипела она, поворачивая голову к парковке. Она была усеяна пожарными, скорыми и полицейскими машинами, и фары их мигали так ярко, что приходилось щуриться, чтобы отыскать бегущий к ней силуэт.       Через мгновение Баки был на коленях подле неё и схватил её лицо руками, и девушка не могла видеть ничего, кроме чистой, неподдельной паники в его великолепных глазах цвета океана.       Стоп, она не должна была так хорошо видеть его глаза. На нём должна была быть балаклава. Клэр пару мгновений осматривала парня, скользя взглядом вверх и вниз и отмечая, насколько небрежно было надето его защитное снаряжение. Куртка была застёгнута не полностью, на руках не было перчаток, у него не было этой матерчатой штуки, которая должна была закрывать голову и шею.       — Баки...       Он тихонько всхлипнул от звука её голоса, и лицо прорезал лучик маленькой улыбки облегчения. Его большой палец нежно погладил её левую щеку.       — Это я, Листочек, я здесь. Не волнуйся, я с то...       — ...Ты форму надел неправильно.       Глаза Баки сузились, он осмотрел снаряжение и снова поглядел на Клэр. Звуки мужских криков и различных грохотов и ударов отдавались слабым эхом на заднем плане. Всё её внимание было сосредоточено на пожарном перед ней.       — Ты только что выпрыгнула из горящего здания на осколки стекла и решила указать на недостатки моей формы? — нахмурился он.       Девушка нашла в себе крупицы сил, чтобы закатить глаза.       — Твоя безопасность... Тоже важна... Мне... — фраза была прервана очередным приступом, и Баки словно вышел из ступора.       — Да, ну, то же могу сказать и я. Давай, Листочек, — он расположил руки за её спиной и под сгибом колен, и Клэр застонала. Парень застыл, лихорадочно рыская взглядом по её телу. — Прости-прости, где болит?       — Слишкм тжело, — выдохнула девушка, тщетно пытаясь держать глаза открытыми.       — Что?       — Тебе слишком тяжело, Бак.       Настала его очередь закатывать глаза, и Клэр заметила в уголках слёзы.       — Листочек, я люблю тебя, но тебе нужно заткнуться и дать мне доставить тебя в безопасное место.       С этими словами он поднял девушку, бросившись прочь от бара к одной из машин скорой помощи, в то время как пожарные бежали в обратном направлении с массивными шлангами в руках, готовые потушить пламя.       Клэр ухмыльнулась, глядя на тлеющие искры, летящие сквозь дым в ночное небо, к звёздам. Затем её глаза закрылись, покинутые последней крупицей энергии.       — Я тоже тебя люблю, Бак, — прошептала она за мгновение до того, как все шумы исчезли из отключившегося сознания девушки.

***

      Должно быть, в отключке она пробыла совсем не долго, потому что очнулась она привязанной к каталке в задней части машины скорой помощи, а рядом с ней двое санитаров осматривали порезы и проверяли жизненно важные показатели. На лице была кислородная маска, делавшая воздух намного вкуснее, чем несколько мгновений назад.       — Баки, — выдохнула она, разразившись мокрым, отвратительным кашлем.       Внезапно он появился на другом конце скорой, прыгнул между врачами и взял её за руку. Его куртка и шлем были брошены на то место, где он сидел, и он был просто в своей темно-синей футболке и рыже-коричневых штанах.       — Эй, Листочек, — прохрипел он, глаза его всё так же были полны слез, но он ободряюще улыбнулся. Его свободная рука покоилась на её волосах, большой палец нежно поглаживал лоб. — Ты в порядке? Как себя чувствуешь? Могу я принести что-нибудь...       — Баки, — со стоном отрезала она. — Я в порядке, если не считать того, что всё болит.       Его глаза расширились, он отдёрнул руку от головы, боясь, что этот жест причинял боль.       — Не волнуйся, Листочек. Мы почти в больнице, там помогут справиться с болью и проведут обследование.       — Можете ли вы определить конкретные области, где вы чувствуете боль, Клэр? — спросила одна из врачей скорой помощи, хватая стетоскоп и прижимая его к груди девушки.       Она закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на болезненных ощущениях внутри тела, но большая часть усилий уходила на то, чтобы сосредоточиться на чем-то, кроме Баки, державшего её за руку, и его большого пальца, потиравшего костяшки её пальцев.       — В основном голова и рука. Спину тоже немного задело, но я думаю, что буду жить.       Баки издал звук, напоминавший одновременно смех и всхлип. Врач кивнула, и Клэр посмотрела на её коллегу, строчившую показания в специальный блокнот. Медики слабо улыбнулись.       — Хорошо, Клэр, — начал второй врач скорой помощи, — мы собираемся очистить порезы, быстро осмотреть вашу спину и убедиться, что у вас нет сотрясения мозга, как только доберемся до больницы, но пока, похоже, вы в относительном порядке, учитывая ситуацию. Вы пришли в сознание относительно быстро после подачи кислорода, разум не затуманен, речь связная и чёткая, что свидетельствует о нормальном функционировании когнитивных отделов.       — Пульс в норме, — добавила первая врач, убирая стетоскоп, — и не похоже, что в лёгких есть вода или осадок.       Баки улыбнулся Клэр, сжимая её руку, и девушка ответила тем же. Затем пришло осознание ситуации.       — Бар, с ним всё в порядке? Знает ли Сара? Стив был там?       — Бар всё ещё стоит, — ещё раз сжал ей руку Баки, кивая полученным вопросам. — Мы с тобой уехали довольно быстро, но ещё при нас команда была близка к тому, чтобы потушить пожар. Я позвонил Стиву и Нат, они встретят нас в больнице и позвонят Саре по дороге. Я, эм, — он смущённо опустил глаза. — Звонить Стиву было тяжело, и я не был уверен, что смогу выдержать ещё один звонок, чтобы рассказать, что случи...       — Всё в порядке, Баки, — пришла очередь Клэр подбадривающе сжимать руку, — я здесь. Я в порядке. Стив и Нат справятся с остальными делами. Ты здесь, со мной, и это главное. Это то, что мне нужно.       Баки сглотнул, уголки его рта дёрнулись, словно он боролся с сильной волной эмоций. Затем он кивнул.       Остальная часть поездки прошла в относительной тишине, если не считать ревущих сирен скорой помощи и звуковых сигналов с мониторов. Врачи скорой помощи продолжали проводить обследования и задавать вопросы, пока автомобиль, наконец, не замедлил ход и не остановился.       Девушка попыталась встать, но врач скорой помощи покачала головой, сказав, что по протоколу она должна оставаться на каталке. Баки держал её за руку всю дорогу, пока, наконец, она не оказалась в кровати, закрытой со всех сторон шторками.       Как только медсестра подошла и решила, что девушка уже достаточно пришла в себя, чтобы стоять и двигаться, она дала сорочку, чтобы та переоделась, и оставила их с Баки наедине. Они смущённо переглянулись, заплывая румянцем. Баки почесал шею сзади и уставился в пол.       — Тебе, эм, — он заикнулся, — тебе помочь переодеться?       Клэр помотала головой, хотя помощь в переодевании наверняка облегчила бы боль. Но ей не хотелось, чтоб Баки видел её настолько... Оголённой.       — Нет, я в порядке. Спасибо.       — Я буду прямо здесь, если понадоблюсь, — сказал он, мягко улыбнувшись и выходя за шторку.       Как только сорочка была надета, медсестра вернулась, чтобы начать обрабатывать раны, Баки вошёл, как только она дала ему добро, и сел на складной стул рядом с кроватью. Каждый раз, когда она шипела от жгучего проникновения антисептика в рану, Клэр ловила краем глаза, как парень морщился.       Девушке потребовалась всего пара швов. Один красовался у линии волос на лбу — от взрыва бутылок, — и ещё два наложили на руку, пострадавшую от падения на стекло. Болело сильно, но когда Баки взял её за руку, стало значительно легче.       Стив с Нат появились в середине сканирования мозга. Брат-великан ворвался с широко раскрытыми и остекленевшими глазами в маленькую комнату со шторами вместо стен. Баки немедленно отпустил её руку, но Нат опустила взгляд ровно туда, где она мгновение назад покоилась, затем взглянула на Клэр, ничего не сказав.       — Клэр! Боже мой! Ты в порядке? — Стив притянул сестру в слишком крепкие объятия, и она тихонько ахнула от боли, заставив его немедленно отшатнуться в ужасе. — Извини! Мне так жаль!       — Всё в порядке, я в порядке. Не о чем беспокоиться, просто братские медвежьи объятия придётся отложить на время, хорошо, Стиви? — она ободряюще улыбнулась ему.       Он кивнул, неуклюже присаживаясь на край кровати.       — Извини, что нам потребовалось так много времени, чтобы добраться сюда. Мы были на другом конце города у одного парня и...       Клэр заметила, что его язык чуточку заплетался. Глаза девушки сузились, а улыбка расцвела от внезапного осознания.       — Стив, ты пьян?       Лицо Стива покраснело, он старательно избегал встречаться с ней взглядом. Нат встряла, положив руку на плечо жениху:       — Сегодня я за рулём. Он немного переборщил с веселительным. Видели бы вы его полчаса назад. Он сильно протрезвел с тех пор, как нам позвонили.       — Я худший брат на свете, — пробормотал Стив.       Клэр растаяла и положила руку на его.       — Это неправда. Откуда ты мог знать, что такое произойдёт? Я была там и не представляла, — усмехнулась девушка.       — Что вообще произошло?       — Понятия не имею. Какая-то ужасная шутка или типа того? — солгала она.       Баки издал горький смешок, стиснул челюсти и помотал головой, а затем посмотрел на Клэр.       — Листочек, это бред. Мы оба знаем, кто сделал это.       — Что это значит? — Стив нахмурился.       — Баки, пожалуйста...       — Нет, — оборвал он её, сжав кулаки. — Я ни за что не позволю этому мудаку выйти сухим из воды.       — Может кто-нибудь, пожалуйста, рассказать нам, что происходит? — Нат скрестила руки на груди, склонив голову набок.       Бросив последний взгляд на Баки и глубоко вздохнув, Клэр рассказала Стиву с Нат о визите Брока на прошлой неделе.       — Это не значит, что виновен он, — закончила девушка, стреляя взглядом в Баки. Он ответил ей немым: "Ты издеваешься?"       — И ты думаешь, это совпадение, что он только что был здесь, умоляя тебя вернуться в Лос-Анджелес, и вдруг твоё рабочее место чуть не сгорело дотла? — поспорил он. — Это определённо то, что сделал бы такой подонок, как он.       — Есть какие-нибудь доказательства? — спросила Нат.       — Сомневаюсь. Всё произошло после закрытия бара, так что вокруг никого не было.       — Должно быть что-то, что мы можем сделать, — Стив сочился злостью: лицо его было красным, он не переставая мотал головой.       — Я не знаю, — пробормотала Клэр, пряча лицо в ладони в приступе тревожности. — Всё навалилось в один момент.       — Мы можем побеспокоиться об этом позже, — вмешался Баки более мягким тоном, одарив Клэр приятной улыбкой. — Извини, что перегрузили тебя. Давай лучше сосредоточимся на твоём выздоровлении, хорошо?       — Кто-нибудь сказал маме? — девушка повернулась к брату.       — Мы позвонили ей по дороге сюда, перед звонком Саре, — ответила за него Нат. — Она постарается улететь домой как можно скорее, — её губы сжались в линию. — Однако есть проблема. Оказывается, прямо сейчас над Флоридой навис сильный шторм. Она сказала, что большинство рейсов отменено, поэтому она не знает, сколько времени потребуется, чтобы вернуться.       Клэр сжала челюсти, борясь со слезами. Это была детская реакция, ведь мама появится, как только сможет. Но девушке очень хотелось как можно скорее оказаться в успокаивающих объятиях мамы.       — Всё хорошо, Листочек. И глазом моргнуть не успеешь, как она появится.       Она закивала, ничего не ответив, сражаясь с разрушительным потоком всех эмоций, разом захлестнувшим её.       Было очевидно, что травм тяжёлых она не получила, и врач решил позволить ей вернуться домой, что привело к большим спорам.       — Ты ни за что не отправишься домой одна, — возразил Стив, его слова всё ещё были немного невнятными. — Ты пойдёшь со мной и Нат.       — Я хочу свою кровать, Стив, — замотала головой Клэр. — И, без обид, но я думаю, что тебе нужно завалиться на собственную кровать, чтобы ты не был ещё более несчастным, когда проснёшься завтра с сильным похмельем, которое уже надвигается на тебя. Со мной всё будет в порядке.       — Этого не произойдёт. Почему бы мне не отвезти Стива домой, а потом приехать переночевать к тебе? — вмешалась Наташа.       — Ты и так уже напахалась за сегодня, — простонала Клэр. — Я большая девочка, ребята. Я могу провести одну ночь в одиночестве.       Хоть она и не особо этого хотела. Девушке просто не хотелось быть ещё большей обузой.       — Я могу переночевать у тебя, — предложил Баки, его голос был мягким и робким.       — Баки, ты не должен этого делать...       — У тебя нет джипа, так что мне всё равно пришлось бы отвезти тебя домой, если ты отказываешься от помощи этих двоих, и я ни за что не оставлю тебя одну. Кто знает, может быть, врачи что-то пропустили и тебе нужна помощь?       Что, если Брок не уехал и попробует сделать то же самое у неё дома?       После случившегося Клэр не могла больше отрицать эту возможность. Опасность была значительно ближе к ней, чем ей казалось каких-то пару часов назад.       — Ты уверен, что тебя это устраивает, Баки? — спросил Стив. Баки кивнул, и брат улыбнулся. — Честно говоря, мне было бы легче, если бы он был там с тобой, сестрёнка.       — Ты знаешь, — пожал плечами парень, — что за эти годы было много-много случаев, когда я спал на вашем диване. Клянусь, он удобнее моей кровати. Я не возражаю, Листочек, серьёзно.       Девушка пристально смотрела на него, пытаясь распознать хоть тень нежелания, но не смогла найти ничего. Он был искренен в словах. Наконец, после затянувшегося состязания в гляделки, она кивнула, наконец-то соглашаясь на предложение Баки.       Друзья подождали за шторкой, пока Клэр переодевалась в прежнюю, покрытую кровью и сажей, одежду, и выдвинулись в путь. Стив и Нат нежно обняли её на парковке, прежде чем направиться к своей машине. Так девушка осталась с Баки наедине.       Он одарил её ещё одной маленькой улыбкой и протянул руку, которую Клэр приняла без тени сомнения, отчаянно нуждаясь в комфорте, исходившем от прикосновений этого мужчины.       — Давай отвезём тебя домой, Листочек.