Часть 8
15 июня 2022 г., 11:32
В первую ночь после встречи с Броком Клэр не спалось.
Было легко вести себя жёстко и уверенно перед Баки, но как только она оказывалась наедине с собой, тревога брала верх. Так ли она была уверена, что маньяк-бывший не попытается добиться её ещё раз посреди ночи?
Любой звук — будь то громкий порыв ветра или удар ветки о окно — заставлял её нервно подпрыгивать на месте.
Тем не менее, ночь перетекла в день, и ничего не произошло.
Баки первым делом написал ей утром, чтобы убедиться, что всё в порядке, в чём девушка его заверила. Клэр провела утро перед работой в подавленных поисках квартиры. Несмотря на то, что она откладывала почти каждую свободную копейку, денег не хватало, чтобы позволить даже самую ужасную квартиру-студию в городке.
Сегодняшняя смена была с Сарой, большую часть времени щебетавшей о том, как Кэрол восхваляла тандем Клэр и Ванды на Осеннем фестивале.
— Не представляла, что ты так хорошо ладишь с детьми! В смысле, очевидно, что Касс и Эй-Джей любят тебя, но все остальные детишки, которые заходили, говорили, что с тобой было супер весело тусоваться. Если будешь здесь в следующем году, тебе обязательно нужно поучаствовать снова.
Клэр просияла, не переставая мотать шейкером, смешивая мартини для клиента.
— Знаешь, я правда могла бы остаться. Похоже, моя карьера художника закончена, и я, скорее всего, буду работать на тебя вечно, чтобы накопить денег и наконец-то съехать от мамы. Ты никогда не сможешь избавиться от меня.
— Клэр, дорогая, ты чего, — Сара наклонила голову и осмотрела подругу. — Мы обе знаем, что твой потенциал не исчерпан. Не пойми меня неправильно, я думаю, что работа здесь действительно пошла тебе на пользу, и не только потому, что ты всё время видишься со мной, — на этих словах девушки посмеялись. — Но это не значит, что ты застряла. Если тебе нравится в баре, оставайся хоть навсегда. Если хочется чего-то другого, не отвергай это.
Клэр стиснула челюсти, чтобы ненароком не расплакаться. Она достала стакан и опорожнила в него шейкер, остановившись в миллиметре от края стакана.
— Просто искусство было моим коньком. Это было занятием, помогавшим чувствовать себя лучше и сбежать от проблем, но потом всё исказилось, и появилось ощущение, что единственный способ быть достойной — моё искусство. Я не заслуживала ничьего уважения или внимания, если мне было нечего им дать. Без моих творений я была никем, — она поморщилась, осознавая, что повторяет слова бывшего. — Имея такую установку в течение стольких лет, трудно избавиться от неё.
Клэр схватила оливку щипцами и поместила её в стакан, протягивая его заказчице. Когда девушка вернулась, губы Сары вытянулись в тонкую линию.
— Я убью этого Брока.
Внезапный смех, вырвавшийся из уст Клэр, заставил Сару нахмуриться в замешательстве.
— Просто ты не первая, кто говорит мне это за последние 24 часа.
— Кто ещё?
— Баки, — пробормотала она, и улыбка девушки померкла. Она отвернулась, чтобы собрать посуду.
— Кто? — настойчиво и громко спросила Сара.
— Баки, — ответила Клэр с той же громкостью, ощущая, как к лицу приливает кровь, и оттирая несуществующее пятнышко с прозрачной поверхности стакана. Краем глаза она заметила, как Сара сложила на груди руки.
— Баки угрожал убить Брока?
— Ну, не в лицо ему. В тот момент он уже ушёл...
— Подожди, — сказала Сара, качая головой в удивлении и замешательстве, — когда, черт возьми, Брок был здесь?
Клэр сморщилась, подбирая ещё один "грязный" стакан, и принялась рассказывать о событиях прошлой ночи. К тому времени, как она закончила, всё в радиусе полутора метров от неё сочилось чистотой.
— Вот и всё, я звоню Баки, и мы вдвоём тащим задницы в Лос-Анджелес и убиваем этого человека, — Сара сжала губы, её ноздри раздувались в ярости.
— Придержи мне место! — отозвался Громила с другого конца бара. Клэр повернула голову, чтобы пристально посмотреть на него.
— Никто не будет его убивать, я не хочу разувать из его приезда проблему. Брок исчез, я в порядке, никому не следует волноваться.
— В любом случае, я рада, что Баки был рядом, — вздохнула Сара и понимающе кивнула, положив руку на плечо подруги.
— И я.
— Он часто стал бывать рядом с тобой, — пальцы на плече Клэр легко сжались.
— Он мой сосед, Сара, — попыталась отшутиться девушка, ощущая, как к щекам приливает жар. — И лучший друг Стива. Он часть семьи.
Её голова снова склонилась набок — она была хороша во взгляде с биркой "я всё знаю", — глаза сверлили девушку.
— Девочка моя. Он приходит в бар постоянно, только когда знает, что ты работаешь, а когда его нет, твой телефон постоянно разрывается, потому что он тебе пишет. И я не знаю, заметили ли вы вообще, но вчера я была там, в пожарной части. Я могла видеть слюни, чуть не капавшие у тебя изо рта, и я видела, как всё его лицо, черт возьми, осветилось, когда он увидел тебя.
— Сара, это ничего не... — затрясла головой художница.
— Это что-то значит, Клэр! Ровно об этом я говорила в средней школе. Пиздострадания между вами двумя, повторюсь, абсолютно нелепы и неоспоримы.
Шоты текилы, разливаемые Клэр, выглядели всё более соблазнительно. Может, компания, что их заказала, не заметит отсутствия одной рюмочки...
— Я знаю, что ты сказала тогда. И на секунду я согласилась. Но ты была там. И знаешь, что произошло.
— Однако всё меняется! Вы оба были детьми. Может быть, на этот раз всё по-другому...
Бутылка текилы опустилась на стойку с диким грохотом, едва не разбившись.
— Прекрати, — грубее, чем хотела бы, отрезала Клэр, не имея повода и возможности успокоиться. — Я ценю твои советы, но ты должна остановиться. Я не могу позволить себе так думать. Я не могу... Не могу пройти через это снова.
Вспышки последствий того лета пронеслись в её мозгу. Когда она свернулась калачиком в своей постели. Плакала перед сном каждую ночь в первый год учёбы в колледже. Не питаясь. Глядя в зеркало и ненавидя отражение сильнее прежнего, утопая в мыслях, что её невозможно полюбить. Потребовалось так много времени, чтобы забыть Баки, отойти ото сна, внезапно обратившегося в настоящий кошмар.
Теперь, с колотящимся сердцем и покрасневшим лицом, она поняла, что была слишком близка к тому, чтобы вернуться во время, когда всё ещё надеялась, что Баки мог чувствовать то же самое.
Он не чувствовал. Конечно, он любил Клэр. Но не в том смысле, в каком она любила его.
— Прости, — прошептала она, глядя на Сару. — Я не должна была так реагировать.
Лучшая подруга грустно улыбнулась и обняла девушку сбоку.
— Нет, это ты прости. Мне не следовало давить.
— Люблю тебя, — Клэр положила голову ей на плечо.
— Люблю тебя, — Сара прислонилась к её затылку щекой.
***
Следующая неделя, к счастью, была значительно менее эмоционально выматывающей. Всё вернулось на круги своя. Клэр продолжила работать, потихоньку притрагиваясь к рисованию, следила за домом и веселилась на очередном Воскресном ужине со Стивом, Нат и Баки. Мамы не было дома ещё пару дней, а остальным было лень готовить, так что в этот раз обошлись заказной пиццей. Клэр попросила Баки не рассказывать Стиву с Нат о происшествии с Броком, чтобы ситуация снова не накалялась, учитывая, что до менеджера дошли слова девушки и он оставил её в покое. Всё, чего хотела художница — забыть всё плохое и перелистнуть страницу. Баки согласился, но она ощущала, что он всё равно на грани. Он ежедневно ей написывал, удостоверяясь, всё ли в порядке, и заглядывал в бар во время её смен. На Воскресном ужине он тоже не покидал её, держась не дальше, чем за пару метров от неё. Это было... Слишком. Клэр переполняли противоречивые чувства, но часть её была в восторге от его опеки. Она так легко отрицала свои прорастающие чувства при Саре и уверенно утверждала, что Баки к ней ничего не чувствует. А потом он был заботливым и защищающим, смотрел на неё так, что в животе сами собой завязывались узлы, и всё это слишком опьяняло Клэр, чтобы она хотела задуматься о причине его поведения. Тем не менее, она знала, что ей придётся попросить Баки успокоиться. Девушка стремительно летела к точке невозврата и понимала: если её сердце разобьётся ещё раз, она не сможет собрать его по осколкам, как бы сильно ни старалась. Оставалось надеяться, что она найдёт пристанище, в котором сможет держать себя подальше от Баки, всё станет проще. И она надеялась.***
Клэр была одна на ночной смене, вытирая лужицы выпивки со столов и готовя бар к закрытию. Громила Дуган забрал куртку, кинув купюры на стойку. — Доброй ночи, Клэр. Она взглянула на него через плечо и улыбнулась, дёрнув в знак прощания подбородком. — Тебе тоже, Громила! Продолжим наш чемпионат по Джин-Рамми? — Захвачу свою удачливую колоду, — ухмыльнулся он. — С радостью оставлю её себе как победный трофей! — отозвалась девушка, когда мужчина открывал дверь наружу. Его смешок застыл эхом в опустевшем пространстве, и Клэр, подходя к передней двери и запирая её, следила через окна, как он шагает к машине. Как только время на телефоне показало час ночи, девушка развернула ночную рутину по танцам со шваброй под грустный плейлист, предаваясь мечтаниям о том, что она главный герой своей истории. Ба-бах! Взгляд Клэр метнулся к одному из окон, в котором зияло отверстие размером с мяч для софтбола. Затем она развернулась к стойке. Мерцающий красный предмет разбил бутылки с ликёром. Не мерцающий. Подожжённый. Шар огня, окружённый лужей горючей смеси, в которую превратился алкоголь, лежал на деревянном полу. Бар был объят пламенем.
