Сломанный лотос

      После выписки Сичэнь, не слушая ничьих уговоров, вернулся в Облачные Глубины, чтобы навести там порядок - оставшееся без хозяев поместье представляло собой жалкое зрелище, требующее твердой хозяйской руки. Несколько дней ушло у братьев Лань, чтобы обновить штат сотрудников и навести порядок в поместье.       Когда основные работы были сделаны, Сичэнь отправился в тот самый домик с цветочной поляной, который не выходил у него из головы. Он собственноручно навел в нем порядок, оттерев пятна крови с пола и расставив по местам вещи. Уже закончив и обводя взглядом небольшое пространство, он услышал с улицы детские голоса и невольно вздрогнул, вспомнив тот злосчастный день. — Ух ты! Дядя Сичэнь, это же то самое тайное убежище! — дети небольшими ураганчиками пронеслись мимо него вглубь дома. — Не такое уж и тайное, как оказалось, — с грустью произнес Сичэнь. — Брат? Все хорошо? — Ванцзи с Усянем зашли следом за детьми. — Да... Да, все нормально, просто хотел сам навести здесь порядок. Тут раздался грохот, и взрослые поспешили на звук. Дети успели распотрошить огромный ларь, стоящий у дальней стены, в глубине которого нашли потрепанную коробку: — Сокровища, мы нашли сокровища, — радостно заголосила Юйли. Раскрыв коробку, близнецы с кислыми рожицами повернулись к взрослым: — Это совсем не сокровища, это какие-то старые бумажки. — Ну, как вам сказать, ребятки, — Сичэнь присел рядом с детьми, беря стопку пожелтевших бумаг, оказавшихся старыми фотографиями, — может быть, и сокровища. Давайте посмотрим. — Перебрав несколько фотографий, он задержался взглядом на одной, дети тут же заинтересовано вытянули шеи, заглядывая дяде через плечо. — Мамочка! Папа, посмотри, это же наша мамочка, — хором закричали близнецы. — Что? — опешил Сичэнь. Вэй Ин подошёл к детям и, посмотрев на фото, растерянно сказал: — Нет, крольчата, это не мама, просто очень похожа. Смотрите, какая фотография старая, да и как фото вашей мамочки здесь могло оказаться? Дети, поняв, что на фото не мама, быстро потеряли к ним интерес и убежали на улицу. — Вэй Ин, ты же говорил, что Мэйли умерла, как дети… — Лань Чжань пристально посмотрел на Усяня. — А? — Вэй Ин оторвался от фотографии, которую продолжал рассматривать. — Ну, мы сфотографировались, когда поженились, всего несколько фото сделали, дети их чуть до дырок не протерли, постоянно рассматривали. Но они и в самом деле похожи очень. Ванцзи взял фото в руки, рассматривая молодую женщину, изображенную на снимке. — Брат, а кто это? Сичэнь грустно улыбнулся: — Это наша мама, Ванцзи. — Мама?! — Да, ты не помнишь? Хотя… Ты же ещё совсем малыш был, когда она исчезла, поэтому и не помнишь её, наверное… — Мама… — растерянно произнёс Ванцзи, внимательно всматриваясь в снимок. — Да, — добавил Сичэнь, — у нее был такой же оттенок глаз как у тебя, Ванцзи. — Можно я еще раз посмотрю? — Вэй Ин, протянув руку, взял фотографию. — Что-то не так, господин Вэй? Вэй Ин нахмурился: — Глаза… Сичэнь, ты говоришь, у Лань Чжаня мамины глаза? — Да, такие же светлые, необычный и редкий оттенок. — Не такой уж и редкий, получается, я знаю еще как минимум двух людей с такими глазами, — Усянь внимательно посмотрел на братьев Лань. — Юйли и твоя покойная жена, — кивнул Ванцзи. — И они так похожи… — Усянь опять посмотрел на фото. — А что произошло с вашей мамой? — Я знаю не много, только то, что говорил дядя: она в один прекрасный день просто сбежала, бросив нас. Но насколько теперь можно верить словам дяди…? Усянь нахмурился еще сильнее. — Отец Мэйли рассказывал однажды, с печалью в голосе, что они с её мамой любили друг друга и собирались пожениться, но однажды она просто исчезла, появившись только через несколько лет. Он сам не знал подробностей, только то, что её насильно выдали замуж, а потом выгнали. — Возможно ли такое, что… — Сичэнь замолчал, что-то обдумывая. — Может ли так быть, что это и была наша мама? И тогда Мэйли наша сестра? А близнецы нам действительно племянники? Ванцзи решительно кивнул: — На эти вопросы может ответить только дядя. — Значит, нам нужно встретиться с ним!

***

Сичэнь прошел в небольшую комнату с зарешёченными окнами. Лань Цижэнь поднял взгляд, глядя на посетителя, но тут же поджал губы, увидев, как из-за плеча старшего брата выходит младший: — Зачем пришли? Поглумиться над стариком? — Нет, дядя, — братья сели за стол напротив старшего родственника. — Не больше пятнадцати минут, — напомнил охранник и вышел за дверь. Лань Цижэнь проводил его взглядом и посмотрел на племянников: — Так что же вам от меня еще надо? Все, что могли, вы уже сделали, загубили и свои жизни, и мою! Ванцзи сжал кулаки, Сичэнь положил руку ему на плечо, успокаивая. — Все, что с тобой сейчас происходит, результат твоих действий, никак не наших, дядя. Лань Цижэнь какое-то время разглядывал племянников: — Значит, ты все вспомнил, — обратился он к Сичэню, демонстративно отвернувшись от его младшего брата. — Да, дядя, как бы ты не желал обратного. Цижэнь поджал губы. — И мальчишку этого, Цзяна, тоже? — Дядя, я не понимаю, чем тебе не угодила семья Цзян, но да, и Цзян Чэна я тоже вспомнил. На какое-то время в комнате повисла напряженная тишина. — Брат... — Ванцзи напомнил Сичэню цель их визита. — Да, да, конечно, — Сичэнь достал фотографию и положил её перед дядей. — И что вы хотите знать об этой недостойной? — с презрением спросил мужчина. — Дядя! — не сдержал гнева Ванцзи. — Что?!! Что дядя?! — в свою очередь повысил голос старший. — Ты вообще неблагодарный щенок! Я, я тебя вырастил и воспитал! У меня было столько надежд на тебя! Но, — он махнул рукой, — изначально стоило понять, что из тебя ничего путного не выйдет, ты слишком похож на нее, и не только внешне! Сичэнь отчетливо услышал, как скрипнули зубы брата, настолько сильно он сжал челюсти в попытке сдержаться. Успокаивающе сжав руку Ванцзи, Сичэнь обратился к дяде: — И все-таки, мы можем узнать, что с ней произошло? — Что произошло? — пожал плечами Лань Цижэнь. — Она цинично бросила вас. Ванцзи был еще совсем маленький, когда однажды ночью она просто исчезла из Облачных Глубин и мы больше о ней не слышали. — Дядя, это правда? — Зачем мне врать? Столько лет прошло. Лань Чжань открыл рот, чтобы что-то сказать, но Сичэнь его остановил. — Хорошо, раз ты так говоришь... Тогда расскажи, как отец познакомился с ней? — Зачем вам эти древние истории? И опять Хуаню пришлось останавливать брата. — Мы просто хотим побольше узнать о наших родителях. Ты... — он запнулся. — Ты скоро предстанешь перед судом и приговор вряд ли будет мягким. Возможно, это последний наш шанс поговорить с тобой. — Поставили уже, значит, на мне крест, — усмехнулся Цижэнь, — ну, раз так... Ваш отец был гордостью нашей семьи, умный, талантливый, у него было блестящее будущее, пока он не вернулся из какой-то глухой деревни, в которой был волонтером, и не признался, что нашел любовь всей своей жизни. С тех пор все разговоры были только о ней, все мысли, все устремления. Но эта неблагодарная девка даже взглядом не удостоила моего брата! Как она могла?! — Цижэнь сжал кулаки в приступе искренней злости и непонимания. — А он начал медленно угасать, его перестала интересовать учеба, семейное дело, да даже жизнь! И тогда я решил во что бы то ни стало вернуть брату радость жизни!!! — И ты выкрал несчастную девушку... — глухо обронил Сичэнь. — Да, практически из под венца, — ровно произнес Цижэнь, — и я ни о чем не жалею. Брат тогда расцвел буквально на глазах. А как он радовался, когда родился ты, Сичэнь. Но, — голос старшего Лань снова помрачнел, — эта недостойная не хотела быть благодарной за то, что ее приняла такая семья, как наша! Они все чаще ссорились с братом, он опять потерял блеск в глазах. Мне пришлось взять на себя все заботы семьи, потому что ему все перестало быть интересно. Я думал... Я был уверен, что рождение второго ребенка взбодрит его, но, видимо, было уже поздно, он уже был полностью отравлен её равнодушием, и вскоре после рождения Ванцзи ваш отец заболел и умер. — А мама? — воскликнул Лань Чжань. Цижэнь пожал плечами: — Мне она больше не была нужна, я дождался, когда ты окрепнешь, и выгнал ее из поместья, приказав больше не возвращаться. — Дядя! — братья Лань одновременно вскочили, пораженные словами старшего. — А что вы удивляетесь? Она была обыкновенной деревенской девкой, недостойной воспитывать детей семейства Лань! Но, видимо, её дурная кровь взяла верх, раз вы тоже связались не пойми с кем, особенно ты, Ванцзи, — дядя с укором посмотрел на младшего племянника. — У меня было столько надежд в отношении тебя, но стоило появиться этому отребью... — ХВАТИТ! Все пораженно замерли, глядя на Ванцзи, который впервые в жизни так повысил на кого-то голос. — Прекрати! Послушай себя, дядя, что ты несёшь?!! Дурная кровь? Достоинство семьи Лань?! Да в тебе же не осталось ничего человеческого!!! Я рад, что ты будешь надёжно изолирован и от нас с братом, и от любимых нами людей! С этими словами младший Лань повернулся и, не оглядываясь, вышел из комнаты. Сичэнь какое-то время смотрел на дядю, но, так и не найдя слов, пошёл вслед за братом. Уже взявшись за дверную ручку, он, повернувшись в пол-оборота, тихо сказал: — Недавно мы с Ванцзи узнали о сестре и племянниках. Думаю, вам интересно будет знать, кто это. — Зачем мне это знать? Они наверняка такое же отребье, как и... — Сестра, к сожалению, умерла, — перебил Сичэнь дядю, — а племянники... Это близнецы, дядя. Те самые близнецы, дети Вэй Ина. Какая насмешка судьбы — вы, сами того не зная, хотели вернуть в семью Лань дурную кровь! Прощайте, дядя. — Отвернувшись, Сичэнь открыл дверь и вышел. Лань Цижэнь с ненавистью смотрел на женщину на фото, и на мгновение ему показалось, что она победно улыбнулась.