Мондштадт — Город Свободы

Первое, что парень почувствовал, был лёгкий ветерок, едва колышущий траву рядом с его лицом. Итэр медленно открыл глаза, замечая перед собой яркие зелёные листья, сквозь которые просачивались тёплые солнечные лучи и виднелось голубое небо. Он протянул руку вверх, рассматривая, как солнечные зайчики скачут по его предплечью, когда по полю снова прошёлся порыв ветра. Отчего-то на душе было так спокойно и легко, словно все его заботы и проблемы канули далеко в прошлое. Итэр сел, упираясь руками в землю позади себя, и перевёл взгляд на барда, сидящего рядом и еле слышно бренчащего на струнах своей лиры. Венти лишь коротко улыбнулся очнувшемся парню и прикрыл глаза, наслаждаясь лёгким ветерком. Итэр глубоко втянул носом воздух, тоже прикрывая глаза и впервые за долгое время вздыхая полной грудью. В голове всплыли обрывки недавних слов барда. Кажется… Он говорил что-то про проклятье, Двалина и какой-то яд. — А как получилось, что ты тоже отравился? — тихо спросил Итэр. — Я пытался установить с Двалином контакт, но… Нам помешали, — также тихо ответил бард, откладывая лиру. — Я собирался исцелить его с помощью лиры согласно древней легенде, но вместо этого заразился сам. — С помощью лиры? — Итэр открыл глаза, удивлённо посмотрев на Венти. — Да, — кивнул бард, поднимаясь на ноги. — Но обычной лиры здесь недостаточно. Нам нужна особенная — Небесная Лира, которая находится в соборе. — В соборе? — Итэр едва нахмурился, на понимая, к чему ведёт Венти. — Да! — бард усмехнулся, хихикнув, и побежал по направлению к городу, когда его вдруг подхватил поток ветра, подняв над землёй, закружив, и унес в сторону Мондштадта. — Чего? — спросил ошеломлённый парень, поднявшись на ноги и побежав вслед за Венти, тут же останавливаясь, понимая, что теперь остался посреди равнины совсем один. — Что это… только что было?…

***

— Постой! — заметив знакомый зелёный плащ, Итэр, тяжело дыша, протянул руку ему вдогонку, останавливаясь перед собором. — Подожди… Венти остановился, разворачиваясь к парню и снова хихикнул, пряча свою лиру в небольшой футляр из самодельных ремней за спиной. — Ты говорил… о Небесной лире… — переводя дух, сказал Итэр, выпрямляясь и коротко выдыхая. — Самое драгоценное сокровище Мондштадта, — бард сложил руки на груди. — На этой лире играл сам Барбатос. Возможно, музыка Небесной Лиры поможет Двалину пробудиться от его чудовищного кошмара. — Ты правда думаешь, что музыка поможет остановить Ужас бури? — спросил парень, недоверчиво хмуря брови. — Я уверен в этом, — Венти хихикнул и озорно улыбнулся, подбоченившись. — Ты сейчас говоришь с лучшим бардом в мире. Мне знакомы все песни древности и современности! Что? Ты не веришь мне? — Звучит сомнительно, — честно признался Итэр. — И как же мы добудем Небесную Лиру? — Говорят, что она надёжно спрятана где-то в соборе, — улыбнулся бард. — Я собираюсь наведаться туда. Ты со мной? Парень недоверчиво посмотрел на Венти, но всё же решил пойти следом. Возможно, именно эта лира станет ответом на его вопрос об Архонте, управляющем этим городом. В соборе было тихо и пусто. Все местные жители всё ещё трудились на работе после обеда, так что дел у них хватало. Прямо по центру зала стояла монашка в белом платье до колен, белых колготках и туфельках. На голове у неё был белый чепчик с короткой фатой позади. — Предоставьте это мне, — усмехнулся бард, подходя к девушке, пока Итэр смиренно занял место на лавке и стал ждать. — Добрый день, сестра! — Да хранит тебя ветер, юный бард! Моё имя Геттлинда, — представилась сестра. — Чем могу помочь? — Знаете что? — хихикнул Венти, склоняясь к монашке. — Мне известна тайна, которая может спасти Мондштадт. — Ох! Хвала Анемо Архонту, — Геттлинда приложила руку к груди, облегчённо выдыхая. — Но тебе следует обратиться по этому вопросу к рыцарям Ордо Фавониус. Почему ты пришёл сюда? — Сестра, конечно же, я пришёл сюда не просто так, — бард посмотрел монашке прямо в глаза, ухмыляясь. — Ты можешь мне помочь. Я хотел бы одолжить священную лиру. Она может помочь Ужасу бури. — Пожалуйста, покиньте помещение, — вдруг сказала сестра, холодно посмотрев на Венти. — Но… — бард попытался возразить ей, но она коротко ответила ему: — Рыцари сами будут решать, что им делать с драконом. Мы не в праве стоять у них на пути. — Но они убьют его! Мы не можем этого допустить, — Венти подбоченился, горделиво задирая нос. — Это глупое создание предало восточные ветра, — сказала Геттлинда, приложив руку к груди. — Он не заслуживает прощения Анемо Архонта. — Ох… Пожалуйста… — бард сложил руки в молитве, обращаясь к монашке. — Нет, юный бард, — строго ответила сестра. — Эх… Ничего не поделаешь, — расстроенно сказал Венти, опуская голову. — Я не могу больше скрывать свою подлинную сущность! Возрадуйтесь, правоверные! Узрите явление Барбатоса! Итэр обречённо приложил руку ко лбу, просто выдыхая. — Я напугал тебя? — удивлённо спросил бард у монашки. — Разве ты не хочешь расплакаться от радости? Тебе явилось божество, которому ты служила всю свою жизнь. — Как я понимаю, тебе больше нечего сказать, — Геттлинда скрестила руки на груди, разворачиваясь в другую сторону. — Прошу прощения, но у меня ещё много работы. — Эй, постой! — обречённо крикнул Венти, опуская руки и сгибаясь в спине. — Как же так? Она и бровью не повела. Расстроенный бард сел на лавку рядом с Итэром, наблюдая за тем, как монашка протирает перила на лестнице. — Но я узнал всё, что хотел… — Венти озорно хихикнул. — Священная лира находится в соборе. Итэр! Ты — звезда Ордо Фавониус! Может быть, ты попробуешь поговорить с ней? — Ч-чего? Я?! — воскликнул парень, поднимаясь на ноги. — Да, ты, — хихикнул бард. — Или сочиню про тебя какую-то незамысловатую легенду, а после буду ходить и напевать её по всем Мондштадту. — Ну, уж нет, — парень нахмурился и направился к сестре. — Да хранит тебя ветер! — мило улыбнулась Геттлинда, смиренно складывая руки впереди. — Я почётный рыцарь Ордо Фавониус, Итэр, — начал он. — Я слышала о тебе, — сестра приложила руку к груди. — Ты и Эмбер спасли Мондштадт. Что привело тебя к нам? Поручение действующего магистра? — Ммм, да! — соврал парень. — Рыцарям понадобилась Небесная Лира. — Действительно? — Геттлинда искренне удивилась. — Странно. Один подозрительный бард тоже недавно приходил за лирой. Он нес какую-то чушь и даже притворялся Барбатосом. Точно что-то недоброе задумал. В любом случае, использование лиры строго регламентировано. Сейчас мы достаём её только на праздник — Луди Гарпастум. Чтобы получить доступ к лире, тебе понадобятся подписанные документы от магистра Ордо Фавониус, от сенешаля и народного представителя. У тебя есть все необходимые бумаги? — Бумаги? — Итэр удивлённо приподнял брови, явно растерявшись от её слов. — В любом случае, тебе понадобятся подписанные документы, — сказала сестра. — Если у тебя нет бумаг, я ничем не могу тебе помочь. Если тебе нечего больше сказать, то прошу меня извинить. У меня много работы. — Не вышло? Я так и думал… — сказал Венти обречённому Итэру, присевшему рядом с ним на ступени у собора. — Так и думал?! — парень гневно посмотрел на барда, но что тот только хихикнул, разводя руками: — Просто хотел узнать, насколько мало влияния у новобранца Ордо Фавониус. Лучшему воину полагается лучший меч, однако… Быть может, я сочиню об этом песню. — Ты на что намекаешь? — Итэр холодно поднял голову над бардом. — Думаешь, я недостаточно хорош? — Нет, — Венти снова хихикнул. — Во мне говорит разочарованность в Мондштадте, который не способен разглядеть величайшего воина. Ну что ж, раз у нас не получилось достать лиру законным способом… Нам придётся её украсть. Бард довольно скрестил руки на груди: — Я готов выслушать любые предложения. У кого есть идеи? Итэр только приподнял брови, скривив губы и, закатив глаза, отвернулся, не понимая, что он вообще здесь забыл. — Говори, не стесняйся! — хихикнул Венти, похлопав парня по плечу. — Для этого тебе дана свобода слова. — Я не собираюсь нарушать закон! — ответил Итэр. — Ха-ха. Чуть что, сразу на попятную, — бард вдруг стал серьёзным. — Но боюсь, что тебе всё-таки придётся это сделать. Я умею только петь и ничего более. Кроме того, в случае неудачи за меня некому будет поручиться. — Как можно поручиться за того, кого поймали на краже? — спросил парень. — Итэр — ты совсем другое дело, — Венти скрестил руки на груди. — Ты суперзвезда Ордо Фавониус! Даже если тебя поймают, тебе ничего не будет. Ночью собор не охраняется. Но всё же, если тебя поймают, то вряд ли отделаешься лёгким испугом… — Прекрати говорить, что меня поймают! — рассерженно ответил Итэр. — Что скажешь, Итэр? — спросил бард, смотря прямо парню в глаза.

***

И зачем я согласился на эту авантюру? Итэр спускался в подвал собора по каменной лестнице. Пахло здесь, на удивление, свежо. Вышел парень на небольшой помост, оказываясь в просторном зале с множеством каких-то письменных столов, на которых были разложены какие-то свитки, бумаги и книги. Впереди — в самом конце комнаты — на высоком пьедестале находилась Небесная Лира. Итэр осторожно спустился с лестницы, выходя в зал, и направился налево, обходя множество деревянных столов, когда перед ним вдруг ни с того ни с сего возникло двое стражников. — А ты что здесь делаешь? — спросили они строго, хмурясь. — А я… — начал парень, ища глазами за что бы зацепиться. — А, это не тот самый почётный рыцарь? — один из стражников подошёл поближе, уложив свою крепкую ладонь на его плечо. — Светлые волосы, белая накидка на шее, коричневая одежда… — другой подставил палец к подбородку, задумавшись. — Да, это точно он. — Я… — попытался что-то сказать Итэр, когда крепкая ладонь опустилась с плеча на спину, проходясь вдоль позвоночника, и сжала его упругую ягодицу. — Ик! Постойте… Он попытался развернуться, когда второй стражник подошёл ближе, нагло укладывая ладонь на его оголенный живот и проглаживая его, медленно поднимаясь вверх. Итэр ухватил их обоих за кисти, останавливая и тихо шепча: — Нет… — Неужели ты хочешь, чтобы мы позвали сюда ещё больше стражников? — шепнул один из мужчин ему на ухо. — Разве не за этим ты пришёл сюда? — другой лизнул его шею у самого уха, смачно засасывая его нежную светлую кожу своими губами, пока его пальцы уже скользили под короткий топ, оглаживая плоскую грудь и едва теребя один из сосочков. — Я пришёл… — начал было Итэр, когда горячая ладонь скользнула под пояс его штанов, оглаживая ягодицы, и мужчина прошёлся пальцами по его промежности. — Зачем? — снова тихий шёпот ему на ухо и крепкая рука уже сжимает его член, а затем пальцы перекатывают яички. — Мм… — парень закусил губу, понимая, что если сейчас он ничего не предпримет, то, скорее всего, его новые знакомые пойдут дальше. — Подождите! Итэр сумел развернуться к одному из них, опуская ладонь на его пах, и присел на корточки, тем самым намекая на то, что готов послужить им своим ртом. Мужчина спереди похлопал его по щеке и достал из штанов свой член, тут же запихивая его в чужую глотку поглубже. Парень невольно поперхнулся, но не отпрянул, а наоборот, даже начал сам двигать головой. — Ты посмотри, какой настырный, — усмехнулся стражник позади, играясь с сосками Итэра. — Сосет как отборная шлюха, — подтвердил мужчина спереди, схватив парня за волосы и ускорив темп. Итэр сжал пальцами его бёдра, пошире раскрывая челюсть, принимая внутрь всё без остатка. Он чувствовал, как его слюна заполняет рот и стекает по подбородку на шею, делая влажным ворот его короткого топа. Парень застонал сильнее, когда почувствовал горячий язык между своих широко растянутых ягодиц. Он попытался дёрнуться, но соблазн был слишком велик. Умелые движения стражника заставили его коротко простанывать в такт. Когда горячая сперма заполнила его рот, он, не мешкая, тут же развернулся к другому стражнику, наспех расстёгивая его штаны и сразу же принимаясь сосать второй член. — Ты посмотри, какая неугомонная сучка, — усмехнулся стражник, наблюдая за голой влажной задницей Итэра, торчащей кверху. Он присел на корточки, звякнув доспехами, и широко развел ягодицы парня, наблюдая за сжимающейся розовой дыркой. Два больших пальца потянулись к анусу, входя внутрь лишь до первых фаланг, заставляя Итэра впереди невольно простонать и дёрнуться. Усмехнувшись, мужчина отпустил его ягодицы, а затем в воздухе раздался звук натягивающегося ремня. Парень зажмурился и едва вздрогнул, когда грубая кожа с силой приложилась о его задницу. — Смотри-ка, а он стал сосать усерднее, — ответил другой стражник, поглубже насаживая светлую голову на свой член. В воздухе прозвучал свист, и ремень оставил несколько багровых отметин на светлой коже, когда Итэр почувствовал знакомый привкус спермы во рту. Стражник спереди поднялся на ноги, предварительно похлопав парня по щеке за хорошо проделанную работу. — Счастливо оставаться, — они оба посмотрели на полураздетого, раскрасневшегося и измазанного своими собственными слюнями Итэра, сидящего на полу. — Как думаешь, бедняжка сможет сам получить удовольствие? — донеслось до ушей парня. — Не знаю, это уже не наша забота… Парень облегчённо выдохнул, вытирая платком подбородок и шею. Ягодицы всё ещё саднили от недавних ударов. Он отполз к колонне, облокачиваясь на неё спиной, и взял свой член в руки. Итэр начал дрочить, чувствуя, как отзываются его ссадины на заднице. Парень попробовал подняться выше, но только сильнее почувствовал боль от ударов. Член в его руке невольно дёрнулся, а из головки потекла белая сперма. — Черт… — пробормотал Итэр, поворачиваясь набок, подгибая под себя ноги. Тот факт, что он кончил от боли совсем ему не нравился. Ровно как и то, как умело Итэр опустился на колени и раскрыл свой рот. Конечно, он предпочёл сосание долбёжке в задницу, но всё же… Мысли о том, что парень уже подсел на эту удочку, совсем его не радовали, а наоборот пугали. Выдохнув, Итэр поднялся на ноги и направился к Небесной Лире. Она была прекрасна — изящная и красивая, стоявшая на каменном пьедестале и манившая к себе своими тонкими струнами. Итэр уже было потянулся к ней, когда вдруг перед глазами промелькнула чья-то фиолетовая тень. Небесная Лира исчезла с пьедестала. — Что? Кто здесь? — испуганно сказал парень, замечая перед собой женскую фигуру в фиолетовом плаще с капюшоном и огромными торчащими из него фиолетовыми отростками, напоминавшими уши. Девушка приложила палец к губам, словно приказывая Итэру молчать. Он тут же бросился вперёд, когда она поклонилась перед ним и исчезла в воздухе фиолетовой вспышкой. Парень испуганно осмотрелся по сторонам, не понимая что произошло. Девушки рядом уже не было, а вот в коридоре послышались чьи-то шаги. Прежде чем Итэр успел сообразить, что к чему, стражник уже оказался в проходе перед ним, указывая на него пальцем: — Что ты здесь делаешь? — О нет… — он бросился вперёд, отталкивая его от себя, и стремглав побежал меж письменных столов, огибая препятствия. Позади уже слышался топот множества стражников и из звенящих доспехов. В большом зале собора было тихо и пусто. Только Итэр, не останавливаясь, нёсся вперёд к двери, а за ним бежала целая толпа стражников. Оказавшись на улице, он увидел Венти, мирно сидящего на перилах смотровой площадки и наблюдающего за звёздами. — Бежииим! — крикнул парень, сбегая по лестнице вниз, когда двери собора с грохотом распахнулись и оттуда выбежало несколько разъярённых стражников. — Скорее, за мной! — крикнул Венти, спрыгивая с перил и направляясь бегом в город. Итэру пришлось бежать за бардом, спрыгивая с высоких стен, минуя перегородки напрямую, пока они не добрались почти что в самый дальний уголок Мондштадта. Венти остановился перед дверью, заглядывая внутрь и уверенно ступая вперёд с лёгкой улыбкой на губах. — Мистер Дилюк, вот выручка за эту неделю, — Итэр перевёл взгляд на доносившийся сквозь гул голосов самый ближайший бас, замирая на месте. Прямо перед ними стоял тот самый человек с красными волосами, которого он видел тогда в подземелье с Кэйей. — Хм… Бедствие серьёзно повлияло на бизнес, — ответил господин в чёрном сюртуке. — Я надеюсь, что всё это безумие скоро прекратится, — снова ответил бармен за стойкой. — Приветствую! — вдруг сказал Венти, подходя ближе, заставляя их обоих посмотреть на него. — Мы бы не хотели сидеть у всех на виду… — На втором этаже всегда меньше людей, — тут же ответил господин с красными волосами и такими же красными глазами, складывая руки на груди. — Хм. Ты же бард. Разве ты не хочешь быть в центре внимания? — Ха-ха! — хихикнул бард в ответ, помахав рукой и направившись к лестнице. — Давайте договоримся о платном выступлении в следующий раз. — Приглядывай за ними. Этот бард выглядит подозрительно, — сказал господин бармену. — Я пока наведу кое-какие справки. — У кого? — удивлённо переспросил тот. — У защитников Мондштадта, — он посмотрел на бармена так, словно тот сам должен был догадаться. Оказавшись наверху, Итэр и Венти сели за стол, поодаль от края, когда дверь в таверну вдруг открылась и послышался знакомый звон доспехов. Парень испуганно поднялся, наблюдая за происходящим со второго этажа. — Ах, господин Дилюк, вы не видели здесь двух воришек? — спросил один из двух запыхавшихся стражников. — Что произошло? — господин сложил руки на груди, успев заметить сквозь приоткрытую дверь разгуливающих по окрестностям стражников. — Откуда эта толпа? — Разве вы не слышали, мистер Дилюк? Два вора пытались украсть Небесную Лиру! — отозвался другой солдат. — Хм. Неужели… — господин Дилюк приложил палец к подбородку, задумавшись. — На этой лире играл сам Анемо Архонт. Это бесценное сокровище! — поднял голос стражник. — Зачем похищать то, что нельзя продать? — тихо сказал мистер Дилюк, едва нахмурившись. — В моих погребах можно найти много более простой наживы. Стражники неуверенно переглянулись между собой, словно не понимая, о чём речь. — Простите, это не относится к делу, — господин Дилюк выпрямился и указал рукой в противоположном от таверны направлении. — Эти двое побежали в ту сторону. — Так точно! — сказал один из стражников, схватившись за ножны и выбежав из таверны. — Спасибо, господин Дилюк! — крикнул второй напоследок, выбегая следом. Итэр облегчённо выдохнул, когда господин Дилюк поднял на него свой пронзительный взгляд. Парень едва отшатнулся от перил, попятившись назад, и испуганно уселся на стул, схватившись за него рукой. В груди громко билось сердце. Итэр мог чувствовать его удары, разносившиеся по всему телу, когда Венти вдруг поднялся и сам подошёл к нему, посмотрев вниз и ехидно усмехнувшись. — Кажется, всё закончилось, — сказал бард, развернувшись к нервно сглатывающему парню. — Я хочу стаканчик… Хихикнув, Венти сбежал по лестнице вниз, не оставляя Итэру и шанса подумать над тем, стоит ли ему идти следом или нет. Парень последовал за ним, оказываясь на первом этаже просторной городской таверны. Прямо напротив входа находилась барная стойка с множеством разнообразных напитков и разной вместимости стаканов. Слева от стойки было основное место для попоек, где стояло несколько столов с лавками для местных пьянчуг и гостей, которые решили пропустить стаканчик, другой. Сейчас в таверне было не так много людей, чтобы строгий голос господина Дилюка, обращённый к хихикающему Венти, стоящему у барной стойки, не остался незамеченным: — Верни на место бутылку, которую ты украл. Итэр замер на месте, переводя взгляд на господина Дилюка, и невольно сглотнул. Почему-то его голос вызывал в его теле непонятную реакцию. Ноги начинали дрожать, а тело словно становилось ватным и неспособным на какие-либо телодвижения. И в то же время, его алые глаза, казалось, вызывали где-то глубоко внутри неясный жар, расползающийся по всему телу и заставляющий его сгорать изнутри. — Чего-нибудь холодненького, — непринужденно сказал Венти, развернувшись к господину Дилюку. — Хорошо, — он кивнул бармену, и тот наполнил небольшой стакан холодной выпивкой со льдом, протянув его барду. — А сейчас вы ответите на мои вопросы. — Я всё возмещу! — усмехнулся Венти, слизывая с губ сладковатую жидкость. — Я дам бесплатное представление! — Я говорю не о деньгах, — строго ответил господин Дилюк, скрестив руки на груди. — Ты выглядишь слишком молодо, чтобы пить вино. — Об этом не переживайте, — бард весело хихикнул, разведя руки в стороны. — Я старше, чем выгляжу. — Венти… Кто это? — тихо спросил Итэр, подходя к Венти поближе, хватаясь пальцами за табурет позади него, словно ища опору. — Ты про него спрашиваешь? — громко ответил бард, хихикнув и указав бокалом на господина в чёрном сюртуке. — Это мистер Дилюк, хозяин этой таверны. Это имя знакомо каждому жителю Мондштадта. Кстати, вино из одуванчиков здесь просто отменное. Хотя обычно мне хватает денег только на пару бокалов… — Стражники рассказали мне о ворах, — вдруг сказал господин Дилюк, строго посмотрев на обоих парней. — Я восхищен вашей отвагой. Не каждый рискнёт украсть Небесную Лиру. Хоть вы и идиоты, но редкие смельчаки. — Мы ничего не украли! — вдруг сказал Итэр, сделав шаг вперёд, чувствуя, как по спине пробежала мелкая дрожь, опаляя кожу. — Лиру забрал кто-то другой. — У нас тут новоиспечённый рыцарь Ордо Фавониус, — Венти отставил бокал, подбоченившись и весело улыбнувшись. — Как же столь благородная особа может быть замешана в краже? — Рыцарь? — господин Дилюк посмотрел на Итэра оценивающим взглядом. — Так это ты… Значит, вы с бардом близкие друзья? — Не такие уж и близкие… — Итэр едва нахмурился, обернувшись к Венти. — Я только однажды слышал как он поёт. — Несмотря на то, что ты не отсюда, ты помог нашему городу в трудную минуту, — сказал господин Дилюк. — Ты слишком хорош для Ордо Фавониус. Рыцари слишком осторожны, они боятся сразиться с Ужасом бури. На дипломатической арене они тоже не показывают особых успехов. Впрочем, я не хочу об этом сейчас говорить. — Похоже, вам не очень нравится Ордо Фавониус, мистер Дилюк, — хихинув, заключил Венти. — У нас с ними разные подходы, — ответил тот. — Я вижу развитие города по-своему. Теперь, скажите мне. Зачем вам Небесная Лира? — Вы уверены, что хотите знать? — бард вдруг стал серьёзным, сделав шаг вперёд. — Возможно, у вас будут проблемы с рыцарями. — Для рыцарей я и так одна большая проблема, — усмехнулся господин Дилюк, с улыбкой хмыкая. — Тогда позвольте поведать эту историю в песне, — Венти достал из-за спины свою лиру, готовясь играть. — Хм. Ну, давай, — согласился господин Дилюк. — Могу ли я рассчитывать на достойное вознаграждение? — поинтересовался хитрый бард прежде чем задеть тонкие струны своими пальцами. — Зависит от твоей истории, — коротко ответил господин Дилюк. — Отлично. Представление начинается… — Венти ударил пальцами по струнам, и Итэр почувствовал отголоски незначительной боли где-то глубоко в своём подсознании. Бард начал петь ту самую песню, что парень впервые услышал у собора. О драконе, который защитил Мондштадт и погрузился в глубокий сон, а когда проснулся, город уже давно позабыл о нём. Песня Венти напомнила Итэру о том дне на площади. Парень смотрел на барда и не понимал, почему его внутреннее чутьё привело его именно к нему. Возможно, он был подсказкой к тому, кто когда-то давно поднял свой меч на его сестру? Ответа на этот вопрос пока ещё не было. И даже когда прозвучали последние аккорды песни, всё вокруг словно застыло в тишине. Голоса в таверне тоже стихли, когда господин Дилюк задумчиво произнёс: — То, что я сейчас услышал… Похоже на некую тайну. Почему ты решил довериться мне? — Почему? Хм, — Венти развел руками в стороны. — Может быть, ветер поменял своё направление. Итэр вдруг схватился за голову, почувствовав резкий приступ боли. — Что скажете, мистер Дилюк? — улыбнулся бард. — Интересно, — коротко ответил тот. — Дайте мне немного времени. Мне нужно связаться кое с кем. Как член ордена, ты вне подозрений. Господин Дилюк коротко посмотрел на Итэра, кивнув, и продолжил: — В описании похитителей значатся только светлые волосы, тебе нечего бояться, — он перевёл взгляд на Венти. — А что касается барда… Будет лучше, если он останется в таверне. — Без проблем, — усмехнулся бард, подбоченившись. — Мне нравится в таверне. — Увидимся здесь после закрытия, — коротко сказал господин Дилюк.

***

На улице была глубокая ночь. Где-то вдалеке всё ещё были слышны голоса стражников. На улицах было темно и пусто, только одинокие фонари освещали выложенную каменной кладью дорогу. Итэр вышел на свежий воздух, с шумом втянув носом прохладный влажный воздух. Пахло домашней едой и цветами, хотя все вокруг, казалось, давно уже спали. Глоток ночной свежести оказался как раз кстати. Парень оперся ладонью о пустой стол с деревянными чашками и медленно выдохнул. Головная боль понемногу прошла, оставив место только отголоскам нечётких воспоминаний. Итэр направился домой, когда вдруг из переулка появился знакомый изящный силуэт, преградив ему дорогу. — Как прошло знакомство с моим братом? — спросил Кэйа, подбрасывая в руке монетку. — Братом? — удивлённо спросил парень, выставив одну ногу немного вперёд, едва присев и заняв оборонительную позицию. — Да, — ледяной взгляд Кэйи сверкнул в вечерней мгле, — мистером Дилюком, хозяином самой известной в Мондштадте таверны. Итэр на мгновение потерял дар речи. Он вспоминал алые глаза владельца таверны, его строгий и выдержанный стиль, его умелую и временами резкую манеру разговора, и никак не мог себе представить его рядом с Кэйей — одноглазым, скрытным и холодным капитаном кавалерии. Мало того, что они и внешне были совершенно непохожи, так и по всем критериям были абсолютно противоположны, как чёрное и белое. — Не переживай ты так, — Кэйа словил ладонью монетку, раскрывая пальцы и смотря на рисунок сверху. — Он мне не родной брат. — Кэйа, что ты здесь делаешь? — вдруг послышался низкий женский голос сзади, и Итэр интуитивно обернулся, замечая перед собой высокую девушку со скрещенными под крупной грудью руками. У неё были светлые бордовые волосы спрятанные под митрой с ободом из острых шипов, а также очень бледная кожа, в тусклом свете фонарей придающая её лицу сероватый оттенок. Один глаз был спрятан за длинной тёмно-красной прядью чёлки, а другой имел светло-бежевый цвет. Для монашки её наряд был абсолютно нетипичным и слишком откровенным: светлая блузка с оголенными плечами и спиной, длинные перчатки выше локтя и тёмная юбка с высокими разрезами по обе стороны, оголяющие её сочные бёдра, обтянутые тёмными колготками в сетку с парой затяжек посередине. На ногах у неё были высокие сапоги до середины икр, а на груди зиял алый кристалл, вероятно некое подобие ожерелья. — Ничего, просто прогуливаюсь, — Кэйа направился вперёд, подходя к Итэру. — Давай быстрее, сегодня был тяжёлый день, — сказала она, застучав своими массивными каблуками по городской каменной плитке. — Если судьба свела тебя с Дилюком, поверь, — крепкая ладонь Кэйи легла на плечо парня, — не стоит надеяться на счастливый конец. Он не побрезгует и собственным братом ради достижения своей цели. — Это угроза или предупреждение? — Итэр нахмурился, сделав шаг назад и сбросив чужую руку со своего плеча. Кэйа коротко усмехнулся, подбрасывая монетку парню и непринужденно направляясь к таверне: — Это уже тебе решать, почётный рыцарь, — последние слова он сказал особенно чётко, ровно в тот момент, когда Итэр поймал золотую монету в ладонь. — Советую сначала заглянуть в ущелье Дадаупа и улучшить свои боевые навыки. К сожалению, это была самая обыкновенная копейка, на которой был выгравирован самый маленький номинал в сто моры. Посмотрев вслед входящему в таверну капитану, Итэр развернулся в другую сторону и, сжав монету в руке, направился домой.

***

Как ни странно, Эмбер дома не оказалось. И её не было практически до самого утра. Почему-то Итэр не мог уснуть и всё продолжал крутить в пальцах эту злосчастную золотую монетку, когда дверь в коридоре тихо приоткрылась, и он смог рассмотреть в темноте знакомый силуэт. Эмбер не пошла в кровать сразу, а направилась в ванную, по пути снимая с себя всю одежду. Парень невольно приподнялся на кровати, словно желая увидеть продолжение, но девушка уже успела исчезнуть в узком дверном пролете. Итэр коротко усмехнулся, мотнув головой, и откинулся назад, облегчённо выдыхая. Кажется, ночь обещала быть не такой уж и смутной, за исключением того, что в его воспоминаниях вдруг всплыли сегодняшние события из собора. И почему только он повёл себя подобным образом? Словно какая-то безотказная проститутка. И самое страшное, что он даже и мысли не допустил о том, чтобы вытащить меч или защититься. Этот город что-то сделал с ним. И продолжал делать, только вот Итэр всё никак не мог найти этому причину. Парень словно находился в каком-то беспросветном омуте, выхода из которого не было от слова совсем. Итэр сидел на кровати, пялясь на золотую монету в своей руке в темноте, не понимая, почему в момент, когда впереди показалось двое стражников, в его голове промелькнула мысль о том, что драться и убивать — это плохо, и было бы лучше, если бы они все предпочли разойтись мирно. Больше всего было не по себе, когда он думал о том, что позволит им сделать с ним что угодно, лишь бы ему не пришлось доставать меч и убивать их. Почему?… — Ещё не спишь? — знакомый голос отвлек его от размышлений, и Итэр поднял голову. Эмбер стояла перед кроватью совершенно без одежды и просушивала свои длинные каштановые волосы полотенцем, — Нет… — тихо ответил Итэр, когда она забралась на кровать, мягко прикладывая свою ладонь к его щеке и оставляя на губах короткий поцелуй. — А ты почему так поздно? — Решала кое-какие важные дела вместе с Джинн и Лизой, — ответила девушка, снова коротко целуя парня. — Какие? — Итэр почувствовал, как её ловкие пальцы скользят по его груди и плечам, опускаясь к рёбрам. — Некоторые были связаны с обустройством города, некоторые, непосредственно, с жителями, — Эмбер опустила веки, скользнув взглядом по телу парня, осторожно отодвигая тонкую ткань покрывала и беря в руку едва приподнявшийся член. — А некоторые… Даже немного касались тебя… — Уух… — Итэр коротко выдохнул, когда девушка начала массировать его яички. — Эмбер… Она приподняла свободной рукой его подбородок и впилась в его губы настойчивым поцелуем. Парень не стал ждать и ответил с той же страстью, выпуская монетку из рук и запуская пальцы во влажные тёмные волосы. День был слишком напряжённым, чтобы зацикливаться над чем-то ещё в такой момент, поэтому он просто отдался в знакомые объятия, уложив девушку на спину и с особым пристрастием изучая ладонями знакомые изгибы её тела.

***

— Откуда она здесь взялась? — Эмбер лежала на кровати, подняв одну согнутую ногу и прикрыв тонкой простыней свой живот, и рассматривала в сумерках небольшую золотую монетку, поднятую ей с постели. — Из тебя уже деньги сыпятся? Девушка тихо засмеялась, повернув голову к Итэру. Парень коротко усмехнулся, лежа на боку совершенно голый, и мягко коснулся её щеки своими пальцами, проводя по подбородку, приподнимая и оставляя лёгкий поцелуй на её влажных губах. — Видать, выпала, когда ты кричала особенно сильно пару минут назад, — усмехнулся Итэр, забирая монету у Эмбер и откладывая её на прикроватную тумбу, и снова потянулся к девушке за поцелуем, в этот раз, привлекая её к себе, обняв за талию. — Куда приведут тебя твои странствия сегодня? — тихо спросила она, несколько минут рассматривая лицо парня, опершись своей мягкой грудью на его. — Думаю, направиться в ущелье Дадаупа, — также тихо ответил Итэр, проглаживая Эмбер по волосам, когда та послушно легла на его плечо. — Это опасное место, — она зевнула, устраиваясь поудобнее. — Многие путешественники и искатели из гильдии приключений приходят туда отточить свое мастерство. Из-за этого у Барбары так много работы… Итэр только улыбнулся в ответ. Говорить больше не было сил. Небо озарялось лучами восходящего солнца. Сон сам нашёл его, мягко забирая в свои объятия.

***

Итэр… Итэр… Итэр, ты должен идти… Итэр… Парень резко открыл глаза, испуганно осматриваясь по сторонам. Вокруг был бескрайний луг и простирающиеся на всю окрестность высокие холмы, укрытые россыпью самых разнообразных трав. — Итэр… В груди неприятно кольнуло. Знакомые тёплые ладони коснулись его щёк, обращая его взгляд к себе. Он поднял голову, чувствуя как глаза наполняются слезами. Перед ним сидела Люмин, его сестра. Такая живая и такая родная. Итэр ухватился за её кисти, будто это был сон, и она могла исчезнуть в любой момент. Но девушка была так же реальна как и он сам. Парень испуганно схватился за её предплечья, а затем подался вперёд, крепко обнимая свою сестру, слыша как спокойно бьется её настоящее, живое сердце. Итэр сжал её ещё сильнее, сдерживая рвущиеся наружу рыдания. Люмин осторожно коснулась пальцами его шеи, вплетая их в светлые волосы, и медленно отстранилась. Она прогладила его по лицу, вытирая взмокшие щёки и убирая тонкую прядь с его лба. Итэр смотрел на девушку, словно на мираж, который играл с ним злую шутку. Но Люмин была сейчас здесь, с ним. Он чувствовал её тепло, ощущал её тело под своими пальцами, знал, что она рядом. Это было давно забытое, и такое родное, чувство. — Люмин… — тихо прошептал Итэр, наконец смотря ей в глаза и сжимая её ладонь в своей. — Люмин… Он приложил их руки к её груди, боясь, что биение её сердца в любой момент может остановиться, и она снова просто исчезнет. — Люмин… — парень коснулся её щеки, сжимая, и быстро прильнул к мягким губам, целуя их долго и нежно, как будто оно не виделись с ней целую вечность. — Итэр… — она мягко улыбнулась, проглаживая его по голове. — Тебе нужно идти… — Нет… Нет…! — парень испуганно замотал головой, прижимая к себе Люмин ещё сильнее, чувствуя, как её силуэт медленно просачивается сквозь объятия, утекая куда-то далеко. — Нет!!! Он закричал, резко открывая глаза, испуганно соскакивая с кровати, отчаянно осматриваясь по сторонам в поисках знакомого лица. Но Итэр всё ещё был в Мондштадте, в их с Эмбер квартире, а от зелёного луга и приятных воспоминаний не осталось и следа. Парень обречённо упал на колени, согнувшись, и с силой ударил кулаком по полу, громко завопив от отчаянья. Рана, которая осталась после смерти сестры, всё ещё саднила и кровоточила. Боль и горечь заполнили его сердце, и сколько бы времени не прошло, этот шрам никогда не затянется полностью. И всё, что ему остаётся, это молча наблюдать за тем, как Люмин изредка является ему во снах или видениях в этом мире. В мире, который Итэр поклялся разрушить, чтобы отомстить за смерть своей сестры.