Мондштадт — Город Свободы

— Будь осторожнее, — отголоски чужих голосов прозвучали в голове Итэра, когда он открыл глаза. Парень поднялся на кровати, тяжело вздыхая и смотря на свои ладони, лежащие на одеяле. Знакомые витражные окна, сквозь которые пробивались лучи заходящего солнца, высокие потолки и чёрно-белый пол. Итэр снова оказался в соборе. Подняв ладонь, чтобы прикрыться от мягкого солнечного света, парень осмотрелся по сторонам. По всей видимости, он не умер, потому как чувствовал себя паршиво, да и недавние царапины на животе давали о себе знать, как и ощущение пустоты и боль в кишечнике после недавних истязаний. — Ты как? — прозвучал голос Джинн, и Итэр опустил ладонь, тяжело вздыхая. — Что произошло? — спросил он. — Двалин оказался под влиянием Мага Бездны, — с грустью ответила магистр. — Он уничтожил Небесную Лиру, а затем… — А что с Венти? — Итэр опустил ноги с кровати и встал, едва пошатнувшись. — Нам нужно найти его… — Сначала мы должны расправиться с Магом Бездны, — Дилюк преградил путь парню своей рукой, заставив взглянуть на себя. — Единственный способ помочь Двалину — уничтожить источник зла. — Я поручу скауту Эмбер выследить его, — вступила Джинн, поднимаясь со стула у кровати. — В этом нет необходимости, — Дилюк опустил руку, посмотрев на магистра. — Недавно я уничтожил такой источник в одном из храмов Хранителей четырёх ветров. — Что?… — Итэр поднял свой взгляд на молодого господина. — Если вы собираетесь выслеживать этих чудовищ, то я буду использовать свои методы, — тот скрестил руки на груди, прикрыв глаза, и направился к двери. — Мистер Дилюк… — парень смотрел вслед уходящему Дилюку. — Я свяжусь с вами, — коротко бросил тот, на мгновение остановившись в проходе. — Магам Бездны пора понять, что их поведение в Мондштадте… Не останется безнаказанным. — Ох… — магистр только вздохнула, прикладывая руку к груди, а затем посмотрела на Итэра. — Поправляйся. Совсем скоро нам предстоит долгая битва. Джинн мягко улыбнулась и тоже вышла из комнаты, отправляясь по своим делам. У Итэра не было времени разлеживаться без дела. Ему нужно было найти Венти, нужно было поговорить, нужно было… Вот только… Зачем?… Парень остановился у собора, осматривая просторную площадь, наполненную людьми. Он так рвался к этому барду, что напрочь забыл о том, зачем. Словно в его памяти образовалась какая-то дыра, которую мог заполнить лишь Венти. Итэр помотал головой, пытаясь привести себя в чувства, но всё было бестолку. Парень совершенно не понимал, зачем ему так отчаянно понадобился бард. Он сел на ступени у собора и схватился за волосы, пытаясь вспомнить хотя бы что-то, восстановить хоть крупицы своей памяти. Но всё, что приходило на ум — это воспоминания об огромном драконе, сметающем всё на своём пути. Так и просидел Итэр на ступенях до глубокой ночи, теряясь в собственных догадках и тайнах, скрытых в глубинах его подсознания, пока наконец не пришёл в себя от мягкого прикосновения к своему напряжённому плечу. Парень вздрогнул, поднимая голову и замечая перед собой Барбару, мягко улыбающуюся ему: — Всё в порядке, почётный рыцарь? — Д-да, всё хорошо, — кивнул тот, натянуто улыбнувшись. — Пойдём, я сделаю тебе горячего чаю, и ты немного отдохнёшь, — девушка указала ему на дверь собора, проводя за собой в дальние комнаты. Аромат травяного чая разнесся по небольшой комнатушке, в которой были они вдвоём. Она была освещена парой свеч на светильнике, висящем прямо у двери. Барбара налила в чашку полупрозрачный напиток и протянула его парню. Итэр взял в руки угощение и тихо вздохнул, наблюдая за своим отражением в напитке. На вкус чай был довольно сладким, хотя сахара девушка не добавляла. Вероятно, это был какой-то особый сорт травы. Барбара присела рядом с парнем, подождав, пока тот выпьет сладкий напиток, а затем тихо сказала: — Знаешь, Итэр, я уже давно наблюдаю за тобой… — М? — он поднял голову и посмотрел на девушку рядом. Её белое платье сливалось с простынями, а милые светлые завитушки на хвостиках едва подрагивали, когда она говорила. — Все знают меня, как Барбару — сияющую звёздочку Мондштадта, — девушка смущённо потирала ладони друг о друга, пытаясь спрятать свое смущение в складках юбки. — И я всегда помогаю искателям приключений и обычным путешественникам, которые приходят в собор в надежде получить лечение и напутствия, но… Мне тяжело всё время быть яркой звёздочкой, и иногда мне хочется просто оказаться где-нибудь в самой гуще событий. Понимаешь, о чём я? Девушка подняла на него смущённый взгляд, и Итэр непонимающе кивнул, делая вид, что всё понял, и отставил пустую чашку на тумбу. — Эмбер рассказывала мне о тебе… — девушка отвела взгляд, едва прикрыв свои голубые глаза ресницами. — Мм… Понимаешь ли… Я всё время нахожусь в соборе и иногда… Иногда мне хочется отвлечься от всей этой рутины и почувствовать себя свободной. Я всё время по уши нахожусь в работе, но сегодня, когда я снова увидела тебя спустя столько времени, я поняла, что… Что хочу стать немного ближе к тебе, Итэр… Барбара подняла свои глаза на парня: — Каждый раз, когда ты появляешься здесь, моё сердце готово выпрыгнуть из груди и разорваться на множество маленьких осколков… Я… Я не так опытна, как Эмбер, но, может быть… Может быть мы сможем… Хотя бы один раз… Итэр осознавал происходящее только по мере того, как Барбара оказывалась всё ближе и ближе к нему. Он едва отклонился назад, но было уже поздно. Её мягкие губы накрыли его в коротком, детском поцелуе, едва касаясь. Парень ответил так же, ощущая сладковатый привкус закатников на своих губах. Он приоткрыл губы, целуя девушку уже более откровенно, когда та вдруг вздрогнула и отстранилась, прикладывая палец к своим губам и краснея. — Я ещё никогда так не целовалась… — прошептала она, снова приближаясь к Итэру. — Можно мне… Ещё разок… — Чт… — он не успел ответить, как она накрыла его губы своими, едва приоткрыв для поцелуя. Итэр тут же подался вперёд, не в силах противиться этому сладкому аромату. Он целовал её мягко и нежно, словно сокровище. Она же отдавалась ему в поцелуе, покорно вторя его движениям, временами тихо вздыхая или тоненько постанывая. — Итэр… — пискнула Барбара, наконец отстраняясь от него. — Итэр, я хочу… Чтобы ты был первым… Прежде чем парень понял, что сказала девушка, она уже скинула со своих плеч свое платье, оголяя девственную грудь. Её ладонь сама скользнула по ладони Итэра, привлекая её к своим плечам. Нет… Я не могу… — Итэр… — тихо простонала она, когда его пальцы спустились ниже, к мягким грудям. Нет… Только не я… Только не сейчас… — Барбара, — прошептал парень, в надежде остановить её, когда девушка прильнула к нему в поцелуе снова. Если она увидит меня… Я не могу!… В таком состоянии… Я слишком испорчен для тебя, Барбара! — Итэр, пожалуйста, — он приоткрыл глаза, понимая, что лежит на постели, а над ним возвышается юное тело пастора Ордо Фавониус. — Барбара… Нет… Не смотри на меня! Не нужно… Ты слишком светлая для всей этой грязи… — Барбара, пожалуйста, — прошептал он, когда её руки скользнули вдоль его тела, а с её розовых губ слетел очередной тихий стон.

***

Итэр резко открыл глаза, садясь на кровати, и тут же перевёл взгляд на девушку, мирно спящую рядом. На улице было раннее утро. События вчерашнего вечера пронеслись в голове ураганом, и парень тут же приподнял одеяло, замечая свои наполовину расстёгнутые штаны и совершенно голую девушку рядом. Вздох облегчение сорвался с его губ, когда он вспомнил, что все их ласки закончились только наружными поцелуями. Его утренний стояк настойчиво говорил ему о том, что он так и не побывал вчера в этом сочном влажном и девственном влагалище. — Ох… — Итэр поднялся с постели, наспех натягивая одежду и сбегая, как паршивая девчонка. На улице было свежо и сыро — ночью шел дождь. Верно, он помнил, как крупные капли дождя тарабанили по окнам, когда его губы ласкали нежное тело Барбары. От этих воспоминаний хотелось скрыться, спрятаться и убежать куда подальше, навсегда забыв о том, что произошло этой ночью. Тяжело дыша, парень оперся о деревянную стойку, когда к нему вдруг обратился милый женский голос: — Ох! Эм… Прошу прощения, у вас к Тимею какое-то дело? Итэр поднял глаза на юную девушку невысокого роста, стоящую прямо перед ним. У неё было хрупкое телосложение и выглядела она довольно женственно. Её глаза были медово-оранжевого цвета, но внимание парня привлекли её необычные светло-зелёные волосы с голубой прядью в чёлке. Они были коротко стрижены по всей голове, но несколько длинных прядей всё же остались сзади и были собраны в хвост. Одета она была в короткий чёрный комбинезон с тёмно-синими вставками и воланами по бокам и белый пиджак с расширенными рукавами и длинными фалдами. Ворот её пиджака был скреплён у шеи бирюзовым камнем. Также на ней были серые чулки, которые поддерживали подвязки, белые короткие сапожки с золотой и синей отделкой, белые перчатки и белый с синим и золотом берет. Но самым заметным её аксессуаром были очки с полукруглой роговой оправой. — К Тимею? — переспросил Итэр, чуть нахмурившись, не припоминая никого с таким именем. — Ну, да, — девушка неловко усмехнулась, неуверенно продолжив. — Парень, что постоянно стоит здесь у алхимического станка. Альбедо послал за ним, и он ушёл, а я осталась приглядывать за лавкой. Меня зовут Сахароза. Я ассистент Альбедо. Обращайтесь ко мне по любым вопросам, связанным с алхимией. Я… постараюсь вам помочь всем, чем смогу. — Ах, хорошо, — кивнул Итэр, мягко улыбнувшись. — Не нужно так нервничать… — Что? Я… я нервничаю? — ещё более смущённо ответила та, замотав руками. — П-прошу прощения. Я редко выхожу из своей лаборатории. А в ней мне разговаривать особенно не с кем. Если что-нибудь понадобится, просто позовите. Если нет, я… я буду вон там, читать книгу. Мгм. — Хорошо, — парень облегчённо выдохнул. — А меня зовут Итэр. — Что?! Итэр?! — Сахароза покраснела, удивлённо уставившись на Итэра. — А ты случайно не тот самый легендарный путешественник, который избавил наш город от Ужаса бури? — Ну не такой уж я и «легендарный»… — попытался оправдаться парень. — Я слышала о тебе много разных историй и всегда хотела изучить тебя поподробнее, — откровенно призналась девушка. — В каком смысле «изучить»? — удивлённо переспросил Итэр. — Ой! Прости, что это я такое говорю… — поспешила оправдаться она, снова замахав руками. — Однако, ты безусловно сможешь помочь Альбедо. Ведь это же ты. — Альбедо… Альбедо… — парень пытался вспомнить хоть что-нибудь об этом человеке, но ничего не приходило ему на ум. — Мне не знакомо это имя… — Прошу прощения, я забыла его представить, — смущённо извинилась Сахароза. — Альбедо — главный алхимик Ордо Фавониус. Он обучал Тимея и меня. — Главный учитель, получается? — усмехнулся Итэр. — Верно, — кивнула девушка. — Он посвятил свою жизнь познанию истины и сделал много важных открытий. Часто к нему обращаются за помощью алхимики из далёких краев. Они говорят, что даже небольшие указания господина Альбедо помогают им решать самые непостижимые проблемы. — Ого! — удивлённо сказал парень. — Угу, — скромно поддержала Сахароза. — Но мне кажется, что недавно он столкнулся с какими-то трудностями в своём исследовании. Каждый раз, когда я его вижу, он выглядит весьма озадаченно. — Я бы и рад помочь… — начал Итэр. — Но не думаю, что я смогу чем-то помочь такому алхимику. — Уверена, Альбедо хотел бы услышать о твоих невероятных подвигах, — ответила девушка, всё ещё с лёгким румянцем на щеках. — Это должно вдохновить его на что-то потрясающее. Альбедо — настоящий джентельмен. Я не сомневаюсь, что награда будет соразмерна твоей помощи. — А… Он сможет сделать меня сильнее? — поинтересовался Итэр. — Почему бы и нет? — Сахароза приложила ладонь к груди. — В конце концов, поиск предела человеческих способностей — одна из областей исследований Альбедо. Прямо сейчас Тимей с Альбедо проводят исследования в горах. Я бы с радостью отвела вас двоих прямо к ним, но кто-то должен присматривать за магазином. Придётся вам самим отправиться к подножию Драконьего Хребта на их поиски. Ищите утончённого джентельмена с внешностью настоящего учёного, и… ммм… Прошу прощения, я не знаю, как его ещё описать. Тебе придётся полагаться на свое чутьё. А она нервничает гораздо меньше, когда говорит об алхимии и исследованиях… — Не переживай, — улыбнулся Итэр. — Я справлюсь! Интересно, все учёные такие?…

***

Путь к Драконьему Хребту занял довольно много времени. Пришлось проходить сквозь небольшую теснину, пролегавшую как раз рядом с Долиной Ветров, а при подходе к ущелью Дадаупа нужно было свернуть направо. Там, на подъёме, находился небольшой лагерь искателей приключений. Здесь можно было встретить пару путешественников и местных жителей, занимающихся готовкой и ковкой, а в отдельной палатке находился командный пункт гильдии, где можно было взять себе задания с Драконьего Хребта. — Эй, путешественник! — окликнул его мужской голос у поварского стола. — Идёшь на Драконий Хребет? Прихвати с собой мой особый горячий суп. Он поможет тебе справиться с лютым холодом, свирепствующим там. Три бутылочки всего 10000 моры! — Ухг, как дорого… — пробормотал Итэр, чувствуя порыв холодного ветра. Парень поднял взгляд вверх — над высокой заснеженной горой сгущались серые тучи. На самой вершине была снежная буря, а ближе к подножию шел лёгкий снегопад. Итэр поёжился от холода и потянулся к сумке, покупая всё-таки предложенные ему три бутылки горячего супа. — Он сделан по особой технологии с использованием зелья! — кричал ему вслед мужчина. — Юный путешественник, не забудь взять с собой тёплый плащ, иначе ты наверняка замёрзнешь в горах! — обратилась к Итэру молодая девушка. — Сегодня специально по скидке — всего 150000 моры! — Сколько?! — у парня чуть челюсть не отвисла. — О, в своей лёгкой накидочке тебе нечего делать на Драконьем Хребте, — поспешила объясниться она. — Даже с супом, ты вряд ли протянешь там и день. Так что, не скупись, бери. Цена совсем мизерная! С тяжёлым сердцем Итэр отдал ей нужную сумму, надевая на себя меховую накидку, оказавшуюся, на удивление, действительно довольно тёплой. Поблагодарив девушку, он посмотрел на оставшийся полупустой мешочек с морой и тихо вздохнул. Сахароза была довольно милой девушкой, да и Альбедо мог помочь ему стать сильнее, так что парень надеялся, что риски и траты будут наверняка оправданы. Он спустился с пригорка, замечая у полуразрушенного каменного моста девушку, стоящую к нему спиной. Итэр удивлённо уставился на неё, сходя с дороги и прячась за огромным валуном, ведь это была та самая девушка, которую он встретил ночью, когда Кэйа пытался предупредить его о своём брате. — С-сестра Розария, вот вы где! — парень услышал знакомый милый голосок и притаился за камнем, неловко съёживаясь, наблюдая за бегущей Барбарой. — Хор скоро… — Я же говорила, что не собираюсь принимать в этом участие, — холодно ответила сестра Розария, поворачиваясь вполоборота к девушке, махнув подолом своего мехового плаща, на мгновение выставляя напоказ свои массивные бёдра в сетчатых колготках. — У меня есть более важные дела. — Но ведь… это памятное событие, — Барбара сжала свои кулачки, выражая своё недовольство. — Церковь надеется, что все сёстры будут на нём присутствовать. — «Надеется»?! — холодно бросила сестра, отворачивая голову и поднимая взгляд на заснеженный пик. — Я не припомню, что обязана исполнять чьи-то «надежды»! В моём контракте об этом не сказано ни слова. — Да… Я понимаю, но… — Барбара подошла ближе, протягивая руку вперёд, когда Розария резко обернулась, заставив её тут же прижать к себе замёрзшую ладонь: — Но что? Ты организатор события, не так ли? Не находишь это забавным? — Что именно? — непонимающе спросила девушка. — Так далеко от Мондштадта, в такой-то час… — сестра скрестила руки на груди, подпирая свою массивную грудь, позволяя плащу раскрыться достаточно, чтобы можно было рассмотреть её упругое тело. — Держу пари, что даже если выдвинуться сейчас же, ты все равно не успеешь к церемонии открытия. Кто знает… Может, кто-то хочет выставить тебя на посмешище? — Что?! — испуганно воскликнула Барбара. — Нет! Они не такие! — Ха! — Розария опустила руки, ехидно усмехнувшись. — Людей определяют их поступки, а не твои впечатления. Эх… Может быть, ты доверяешь всем без разбора? Не волнуйся, даже если ты вернёшься ни с чем, никто тебя винить не станет. Не могу представить, что кто-то кроме тебя, будучи в здравом уме, решил, что я там появлюсь. Но если ещё немного задержишься — обязательно опоздаешь. — … Ты права! Это памятное событие очень важно. Если я опоздаю… — Барбара задумалась, опустив голову, а после развернулась, тут же побежав в сторону города. — Н-ну, я пошла! Как она мастерски её… — Я заметила тебя ещё на подходе, — Итэр вздрогнул, замечая на себе взгляд светло-бежевого глаза. — Кто ты такой? Чего это ты тут подслушиваешь? — А сама-то? — отпарировал он, выходя из своего укрытия. — Стоишь тут совсем одна, словно злодейка. — Да ну? — сестра скрестила руки на груди, посмотрев на Итэра свысока. — Я давно состою в Соборе Фавония. А ты неизвестный чужеземец, пришедший в наш мир невесть откуда. И кто из нас опаснее? Парень лишь молча стиснул зубы, медленно потянув руку к рукояти меча, приготовившись к нападению в любой момент. — Хм, так вот ты какой, — Розария едва прищурилась, перекатив вес на левую ногу. — Почётный рыцарь, спасший нас от Ужаса бури. Учитывая твой титул, расспрашивать тебя, почему ты подслушивал, я не стану. Иначе, в зависимости от твоих ответов, в худшем случае я бы могла арестовать тебя прямо здесь. — Что?! — опешил Итэр. — С каких это пор монахини могут арестовывать людей?! — Смотреть сквозь пальцы на скрытые угрозы нельзя, — объяснила сестра. — Или ты откажешь монахиням в чувстве справедливости? — И не поспоришь ведь… — тихо пробормотал парень, отпуская рукоять меча и смотря на Розарию. — Поговорим лучше о тебе, — она посмотрела прямо в его глаза. — Зачем ты пришёл в горы? — Я ищу Альбедо, — ответил он. — Если ты ищешь его, то на твоём месте я бы обратила внимание на следы, — сказала сестра. — После метели здесь много кто прошёл. Надеюсь, следы ещё не засыпало снегом. — Так… Ты тоже его ищешь? — спросил Итэр. — Нет, это просто моя профессиональная привычка, — ответила Розария. — На тех следах я почувствовала налёт магической энергии. Немного бдительности никогда не повредит. — Для монахини ты слишком загадочна… — Мне всё равно, что ты там думаешь, — она опустила руки, холодно посмотрев на парня. — Идём. Я хочу посмотреть, чем он занимается. Итэр направился вслед за девушкой, замечая на земле отпечатки светящихся золотистым светом следов, направляемых такими же золотистыми потоками. Розария шла прямо вдоль этих следов, но, кажется, совсем не различала их на земле, а скорее, руководилась каким-то внутренним чутьём, так как её взгляд блуждал по земле, словно выискивая какие-то зацепки. Знай она, что следы находятся прямо здесь на земле, вряд ли бы шла наощупь, поэтому, вероятнее всего, видеть их мог только Итэр. Но делиться своим открытием с сестрой парень не спешил. Погода в горах значительно отличалась от погоды в Мондштадте и его окрестностях. Здесь было очень холодно, небо было серым и повсюду лежал белый снег. Вдоль тропы стояли деревянные треноги с горящими углями в своеобразных тарелках. Они помогали заблудшим путешественникам или искателям приключений согреваться во время своих странствий. Да и рядом с ними было гораздо теплее в такую непогоду. — Ты видишь их? — вдруг остановилась Розария, посмотрев на Итэра. — Что? — испуганно переспросил парень, поднимая взгляд от земли. — Что вижу? — Оставленные магические следы на земле, — сестра нахмурилась. — Я могу только почувствовать остатки магической энергии, поэтому руководствуюсь своей интуицией, но ты, по-видимому, точно знаешь, куда ведут следы, верно? Она кивнула ему на дорогу, указывая, чтобы тот пошёл первым. Итэр перевёл взгляд на заснеженную землю и направился по видимым лишь для него следам. — Знаешь, твоя способность очень любопытна… — сказала сестра, следуя за парнем. — Эм… Да? — неловко спросил он, сворачивая на развилке влево. — С её помощью ты мог бы выследить любого, кто имеет в своём теле хоть каплю магии, а это, на минуточку, каждое живое существо из Тейвата, — ответила Розария. — Похолодало что-то, — поёжился Итэр, подходя к огромному засохшему во льдах и покрытому снегом дереву, обходя его и останавливаясь у тренога, грея руки. — Розария, тебе не холодно? — Мне? — удивилась сестра. — Со мной всё в порядке. Действовать в суровых погодных условиях мне не впервой. — Кто бы мог подумать, что монахини Собора Фавония способны даже на такое… — Итэр спрятал руки и направился дальше, поднимаясь на пригорок. Следы вели прямо, спускаясь с возвышения. Особой атмосферы этому месту придавали заснеженные ели и высокие сосны, напоминавшие далёкие сказочные земли. Итэр остановился внизу тропинки, замечая впереди троих танцующих вокруг какого-то светящегося камня хиличурлов. За ними, по ту сторону, можно было разглядеть стройного молодого человека у мольберта, задумчиво выводящего что-то кисточкой в своей руке. Роста он был невысокого, со светлой кожей, такими же светлыми волосами и светло-голубыми глазами. Волосы у него были собраны в хвост на затылке, а свободные пряди спадали на лицо. Одет он был в черно-белый плащ с серебряной цепью и сине-золотой жилет. Его костюм дополняли длинные, чёрные, окантованные золотом перчатки и чёрные сапоги. — Это Альбедо? — тихо спросил Итэр. — Что ему в таком месте понадобилось? — Говорят, Альбедо — большой любитель рисования, — Розария скрестила руки на груди, осматривая открывшийся им вид. — Ради красивого пейзажа он пойдёт куда угодно. Как не посмотри, отсюда открывается прекрасный вид. — Но… А что насчёт тех хиличурлов? Ему не грозит опасность? — обеспокоено спросил парень. — Ой-ой! Хиличурлы схватили свои дубинки, яростно вскрикнув, замечая нежданных гостей, и ринулись на Итэра и Розарию, желая вступить в бой. — Кажется, мы их спугнули, — сказал парень, скидывая плащ и доставая свой меч, вступая в схватку. — Позже поговорим! Сестра тоже не осталась в стороне, доставая длинное копьё, и встала на помощь Итэру. Они вместе в два счёта расправились с врагами, замечая смотрящего на них Альбедо. — Кто вы? Зачем вы их потревожили? — спросил алхимик мягким, размеренным голосом. — К счастью, я как раз закончил набросок. Было бы очень жаль оставить этого хиличурла незаконченным. — Так ты рисовал хиличурлов? — удивлённо спросил Итэр. — Но зачем? — Хм… Боюсь, объяснить это будет не так уж просто, — ответил Альбедо. — Почему бы вам не взглянуть на рисунок? — Эм… — парень посмотрел на нарисованных хиличурлов, сидящих вокруг одного из них и, по всей видимости, слушающих его рассказ или песню. — Неплохо… — Хиличурлов можно увидеть повсюду, и особого интереса они не заслуживают, — сказал алхимик, поворачиваясь к Итэру. — Но взгляните на эти образчики. Их комплекция, волосяной покров… Перед нами творение выдающейся жизненной силы. Так в цикличном существовании примитивных сообществ проявляет себя эволюция. Эволюция, а именно переход от небытия к существованию, от известного к неизвестному… — Сбавь обороты, — перебила его Розария. — Чую, нас ждёт целая лекция, на что терпения у меня не хватит. Сестра развернулась, делая несколько шагов вперёд, и подхватила с земли свой плащ, накидывая его на покрывшиеся инеем плечи. — Вы своего человека нашли, — холодно сказала она. — Мне пора уходить. — Так тебя привела сюда сестра Розария? — спросил Альбедо, подходя к Итэру и мягко укладывая ладонь на его спину, указывая рукой на дорогу впереди. — Удивительно. Я даже не успел поблагодарить её. Возвращаясь к разговору… Судя по её словам, ты искал меня? — Да, — ответил парень, накидывая на свои замёрзшие плечи холодный плащ, следуя за алхимиком. — В Мондштадте я встретил девушку по имени Сахароза. Она сказала, что твое исследование застопорилось. — Выходит, вас сюда послала Сахароза… — Альбедо задумчиво приложил палец к подбородку, медленно следуя по тропе. — Значит, если я не ошибаюсь, ты тот самый почётный рыцарь, о котором последнее время только и говорят в Мондштадте. Я слышал о твоих действиях при нападении Ужаса бури, о твоих необыкновенных способностях, и ещё много чего загадочного… Я сразу перейду к выводу. Возможно лишь одно — ты из другого мира, верно? — Именно так, — кивнул Итэр, осматривая высокие горы и скалы вокруг, покрытые белым снегом, льдом и инеем. — Великолепно. Думаю, с твоей поддержкой моё исследование будет ожидать прорыв, — Альбедо посмотрел на парня своими светлыми глазами. — Какое исследование? — тот нахмурился в ответ. — Ах, прошу прощения, я не хотел сбить тебя с толку, — мягко улыбнулся алхимик, уложив ладонь на плечо Итэра, останавливая его на мгновение. — Как бы это объяснить?.. Хм… Пожалуй, начну с природы жизни. — Постой, но это слишком абстрактное понятие! — Хм… Ты прав, — Альбедо задумался, убирая ладонь с чужого плеча. — Что ж, вместо того, чтобы рассказывать, я лучше тебе покажу. Например, пробуждение жизни. Оживление засохших ветвей. Алхимик сорвал с заснеженного куста голую ветвь, поднимая её для демонстрации на уровень глаз, когда та вдруг на мгновение загорелась золотистым цветом, вытягиваясь и распуская нежно-розовые листья, после растворяясь и исчезая в воздухе, рассыпаясь на множество золотистых крупиц. — Алхимия поистине чудесна, — завороженно сказал Итэр. — Однако… — начал Альбедо, продолжая свой путь. — У меня есть особое семя, на которое упомянутый метод не воздействует. Оно, как и ты, пришло из другого мира. Вопрос, как его прорастить, как заставить цвести, поставил меня в тупик. В этом мне твоя помощь и нужна. — Если это не под силу тебе, то куда уж мне? — неловко улыбнулся парень, следуя за алхимиком. — Осмелюсь не согласиться, — запротестовал Альбедо. — Формы жизни вне этого мира моему пониманию недоступны. Но ты-то из другого мира. Если я как следует тебя изучу, то наверняка найду способ это семя прорастить. — Выходит, я стану объектом исследования? — спросил Итэр, останавливаясь перед лагерем алхимика в небольшом углублении в горах, уставленном множеством самых разнообразных приборов. — А это опасно? — Возможно, — алхимик скрестил руки на груди. — Но я сделаю всё, чтобы гарантировать твою сохранность. Но перед тем как мы приступим к проведению эксперимента, хочу пригласить тебя в мою скромную обитель выпить немного чаю. Ты наверняка замёрз после долгой дороги, да и немного подкрепиться не помешает. Альбедо подошёл к каменной стене, обойдя доску с закреплёнными на ней исследованиями, и нажал рукой на небольшой выступ в скале. Ровная доселе поверхность вдруг очертила нечто похожее на дверь и подалась назад, пропуская алхимика вместе со своим подопытным внутрь. — Похоже Альбедо и путешественник нашли общий язык, — коротко хмыкнула Розария, наблюдая за постепенно исчезающими трещинами в скале. — Интересно…

***

— Прошу, — Альбедо поставил на стол чашку с ароматным чаем. — Спасибо, — Итэр недоверчиво посмотрел на напиток, едва пригубив его. Он разительно отличался по вкусу от всех тех, что парень пробовал ранее. Утончённый, мягкий вкус, отдающий терпким послевкусием и мускусным привкусом. Это не было похоже ни на снадобье Лизы, ни на вино Дилюка, ни на чай Барбары. Этот напиток был чем-то новым, и Итэр продолжал пить его маленькими глотками с перерывами, чтобы проверить, оказывает ли оно на него какое-то действие или нет. — У меня вопрос, — спросил парень, переводя взгляд на сидящего впереди Альбедо, также пьющего горячий напиток. — Что из этого семени вырастет? — Не знаю, — просто ответил алхимик. — Я считаю, что тут важен не конечный результат, а сам процесс. Если я с помощью алхимии смогу прорастить семя из другого мира, то совершу огромный скачок в понимании природы жизни. После пробуждения жизни станет возможным даже созидание. — Эм… — нахмурился Итэр, пытаясь вникнуть в сказанные ему слова. — Всё ещё не очень понятно, да? — мягко улыбнулся Альбедо. — Д-да, — неловко усмехнулся парень, прикладывая ладонь к своей шее. — Если оно даст изысканные фрукты, я непременно с тобой поделюсь, — сказал алхимик. — Вау… Так просто, — прошептал Итэр удивлённо. — Всё потому, что… иногда мне приходится приглядывать за ребёнком, — объяснился Альбедо. — Долго объяснять. Будем считать, что это — один из несвязанных с алхимией навыков, в которых я хоть немного преуспел. Предметом моего первого исследования была магическая сила. В это мире каждый человек наделён магической силой, которая влияет на его физические, психические и духовные составляющие. Люди, рождённые в этом мире уже имеют магический запас энергии, сгенерированный силами нашего мира, но ты — чужеземец, пришедший из другого мира, и мне непонятно, как ты смог выжить и твое тело не разорвало от влившейся в него магической энергии. Я хотел бы определить, почему ты так непринуждённо можешь находиться в Тейвате, да ещё и обладать удивительными навыками боя. Поэтому у меня к тебе несколько вопросов. Первое, есть ли у тебя органы, которых нет у других? Например, второе сердце, четвёртый желудок и тому подобное. — Насколько мне известно, нет, — Итэр коротко мотнул головой. — Удивительно, — Альбедо скрестил руки на груди. — Нет ли у тебя каких-либо наружных органов, о которых мне следует знать? — Нет, ничего такого. — Тогда эту возможность мы исключаем, — алхимик приложил палец к подбородку, склонив голову, и задумался. — Возможно ли, что магической силой тебя наделил кто-то из нашего мира? Но тогда бы это означало, что своей силой этот человек мог бы пробить валун толщиной до десяти метров или заставить водопад к югу от Спрингвейла падать вверх. Хм. Это определённо невозможно. В таком случае, твое тело устроено также, как тела людей в нашем мире. Очевидно, что в мое исследование закралась погрешность, а значит ответы смогут дать лишь эксперименты. Альбедо поднялся из-за стола, посмотрев своими светлыми глазами на Итэра. Парень неуверенно поднялся следом. Алхимик развернулся к двери и направился вдоль по каменному коридору, освещённому факелами. Здесь было парочку дверей, ведущих либо в отдельные комнаты, либо в такие же лабиринты. На удивление, здесь не было холодно. Возможно, потому что это место снабжалось алхимическими приборами, которые гарантировали тепло и безопасность. Наконец, Альбедо остановился и достал ключ, отпирая дверь. — Прошу, входи, — улыбнулся алхимик, пропуская парня вперёд. Сделав несколько шагов, Итэр замер на месте, осматривая просторную комнату с кроватью для утех, устланную красными простынями. По бокам стояло несколько тумб, стол и шкаф с полочками. Под потолком сеткой были протянуты железные поручни. Справа от кровати было небольшое углубление в каменном полу. В нём был встроен кран, вероятно для подачи воды. — Разве это комната не чудесна? — размеренный голос Альбедо прозвучал у самого уха Итэра, заставляя его вздрогнуть и невольно обернуться, почувствовав прикосновение чужой ладони к своему плечу. — А теперь… Подойди сюда… Алхимик прошёл вперёд, снимая с себя свой светлый плащ и оставляя его на спинке стула. Он смиренно сел на стуле, закинув ногу на ногу, и принялся пристально смотреть на Итэра, стоящего у двери. Так вот, какого рода эксперимент он хотел провести… — Я знаю, что тебя тренировали для Фатуи, — сказал Альбедо, не отводя своего взгляда. — Ты прекрасно знаешь, что следует за непослушанием. Не стоит забывать, что я алхимик, и сейчас меня волнует один вопрос: сначала вырезать твою печень или наглядно исследовать, как стучит твое сердце. Так что, как насчёт того, чтобы для начала отсосать мне? Итэр коротко сглотнул, сбрасывая с себя плащ. Он подошёл ближе, поджав свои губы, и опустился на колени, расстёгивая ремень на штанах алхимика. Парень взял в руку его расслабленный член, сделав несколько движений ладонью, а после таки взял его в рот, начав двигать головой, временами помогая себе руками. Его техника не была наилучшей, но Альбедо всё-таки смог возбудиться, пока Итэр размазывал свои слюни вдоль его возбуждённого органа. — Возьми его глубже, — приказал алхимик, и парень попробовал сделать это, неуклюже поворачивая голову, упирая чужую головку в свою щёку. — Ещё глубже… Сделай так, чтобы он терся о твое горло, а не о твою щёку… Нет, не так… Вот так. Альбедо обхватил своими ладонями голову Итэра и с силой насадил его на свой член, заставляя взять глубоко до самого конца. Парень упёрся руками в чужие бёдра и интуитивно одернул голову, кашляя и вытирая свой обслюнявленный подбородок. — Я понимаю, что тебе тяжело, потому что ты долгое время находился с Фатуи, — размеренно говорил алхимик своим мягким голосом. — Но твоя техника довольно слабая. Я научу тебя, как правильно, так что постарайся запомнить всё. Я уверен, что ты справишься. Ты очень быстро понимаешь, что к чему. Я считаю, что ты особенный. Альбедо уложил ладонь на голову Итэра, мягко проглаживая его по волосам, всё ещё переводящего дыхание от того резкого толчка внутрь. — А теперь мне нужно, чтобы ты снял свою одежду, — прозвучал в пустой комнате всё тот же мягкий размеренный голос.