Существенные различия

      Чем ближе к эпицентру побоища подходил Неро, тем больше чавкающих трупов лежало вокруг. Где-то вдали уже слышались звуки битвы, а на горизонте виднелись какие-то шевеления. Неро припустил в ту сторону, хотя сам еще не совсем осознавал, какой бес его туда тянет.       Добив парочку окаянных по пути, он притормозил и стал разглядывать эпицентр сражения. Семерка уродливых чудищ вертелась вокруг восьмого — огромного рыцаря, закованного в черно-голубые доспехи. Тот, несмотря на свои размеры, лихо раскидывал бесов, разрывая их тела на части латными рукавицами.       Один из бесов отвлекся от рыцаря и кинулся к Неро, но пацан был не промах. Памятуя про оставленную розу и отсутствующую длань, он обнажил клинок и лихо изрубил тварь в лоскуты.       Битва затихла. Бесы и рыцарь уставились на парня. Неро смутился от такого внимания, но собранности не растерял. Оставшиеся шестеро бесов кинулись на него.       Сражаться малознакомым клинком с превосходящими силами было неудобно. Но он быстро втянулся. Подсобили Ямато и чужая память. И когда тело последнего беса распалось на две ровные части, на поле остались только Неро и рыцарь.       Они долго смотрели друг на друга, пока Неро не обвел пальцами свой подбородок:       — Вообще не похож.       — А почему собственно должен? — пророкотал двоящийся бас.       Неро передернуло от густоты звука. Он скривился:       — Ну, мне все говорили, что очень похож. Хотя всегда недостаточно.       — Зачем пытался?       Неро застыл, собирался съязвить, но рыцарь его опередил:       — Точно, любви хотел. Признания.       Неро вспыхнул от смущения:       — Да что бы ты понимал, — зло пробубнил он себе под нос.       — В этом мы похожи, — кивнул рыцарь. — Но мне безумно повезло. У меня есть брат, который принимает меня любым.       Неро снова хотел съязвить, но рыцарь, словно чувствуя, вновь перебил его:       — Что ты здесь делаешь?       — Тот же вопрос.       — Я покинул мир людей, зная, что ты остаешься. Почему ты пришел? Почему оставил его?       — Потому что ему нужен ты? — выбитый из колеи, в растерянных чувствах высказал Неро. Этот рыцарь неимоверно бесил его просто фактом своего существования. Он был всем, чем Неро никогда не будет. Недостижимым идеалом. Мечтой. — Он видел твою записку. Я удивлен, что он сам еще не здесь.       Рыцарь долго молчал, не двигаясь и, казалось, не дыша, но потом все же заговорил:       — Он бы и не отправился сюда. Я отозвал свою силу из печати. Здесь, — он сжал когтистую длань, — она мне нужнее.       Неро замер, сложил паззл и расстроился еще сильнее:       — Теперь это все равно не важно. Я застрял тут… с тобой, — скривился он иронии.       Рыцарь склонил голову к плечу и вопросительно хмыкнул.       — Что мычишь? Нет у меня Мятежника! Только Ямато.       Рыцарь замер, начал мелко трястись, а потом заржал во всю мощь своего бесовского горла.       — Агнус! Восемнадцать лет прошло, а ты так и не понял! — он все не унимался, что начало раздражать Неро.       — Эй, хватит ржать!       — Но это же так смешно! Ты не находишь? Человек, всю жизнь искавший обратного пути из ада, державший в своих руках ключ, слишком боялся спуститься сюда, чтобы проверить, работает ли он.       Неро нахмурился, а потом взглянул на Ямато в своих руках:       — Так… Мятежник не нужен?       — Мятежник не умеет открывать порталы. Он умеет лишь находить проблемы, — насмешливо произнес рыцарь.       — Оу… Ну, надеюсь Данте не будет сильно злиться.       — Главное вернись к нему.       — Вообще-то, я пришел вернуть ему тебя.       — Я не пойду с тобой. — Мотнул головой рыцарь.       — Что? Почему?       — Я попал сюда по злой воле, но нашел выход, которого и не искал.       Неро нахмурился:       — Ты о чем вообще?       Рыцарь окинул рукой поле, заваленное телами бесов.       — Каждый из них больше не сможет тронуть Данте.       — Ты с ума сошел? — вскинул бровь Неро. — Ты планируешь убить всех бесов, чтобы Данте не пришлось?       — Звучит контрпродуктивно, но весьма романтично.       — Данте не такой, — цокнул Неро, закатив глаза.       — Мы оба знаем, что именно такой, — усмехнулся рыцарь. — Но, в любом случае, я сумасшедший, а не глупый. Моей целью являются принцы.       Неро огромными глазами вылупился на Верджила.       — Что прости?       — За эти восемнадцать лет от моей руки легло девять из тринадцати. Осталось еще четверо.       — Но Данте ждет тебя! Сейчас!       — Он ждал меня восемнадцать лет. Не думаю, что будет проблемой подождать меня еще немного.       — Но!..       — Тем более, что у него есть ты.       — Я не нужен ему! Ему нужен ты!       Рыцарь вздохнул:       — Какое поразительное упрямство. Я могу уничтожить армию голыми руками, но противиться ереси в твоей голове я не в силах.       Неро разозлился:       — Ты ничего обо мне не знаешь! Ты совершенно другой человек! Вообще-то ты один виноват во всем дерьме в моей жизни!       — Если тебе так будет проще, — развел руками рыцарь. — Повторюсь. Мне безумно повезло. Просто посмотри, на что похожа моя жизнь, когда в ней нет Данте.       Неро хотел хоть что-нибудь ответить, но слов не нашлось.       — Так что оставь мне худшую часть, а сам возвращайся за тем, что причитается тебе.       Неро надулся, сжимая в своей руке рукоять Ямато:       — Сколько раз мне повторить? Мне нет там места! Данте ждет тебя. И я не уйду отсюда, пока ты не согласишься пойти. — Он всплеснул руками. — Если тебе так важна эта чушь с Дьяволами, я останусь здесь и сделаю всю работу, но не заставляй меня быть твоей заменой! Я… я просто не вынесу этого.       — Данте… — пророкотал рыцарь, — он когда-либо заставлял тебя чувствовать себя заменой? Намеренно?       — Он любит тебя, — совершенно сдувшись ответил Неро. — Я… зачем ему копия, когда есть оригинал?       Рыцарь вновь замер. Его доспех раздулся и снова сдулся, будто бы он очень глубоко вздохнул:       — Я завидую тебе.       — А? Чему тут завидовать?       — Тебе еще так много предстоит узнать. О Данте, о его способности любить и прощать. О его огромном сердце и бесконечной преданности, — произнес рыцарь, вплотную подойдя к Неро. Парень отшатнулся на несколько шагов, но местность подвела. Он поскользнулся на кровавом обрубке и полетел на задницу, как рыцарь вдруг выстрелил в него своей рукой, выхватывая у него Ямато.       Неро попытался вернуть Ямато обратно, но взмаха бесовских крыльев за спиной рыцаря хватило, чтобы его снесло. Прямо в открытый портал.       Он со всего размаха впечатался в стену лаборатории Агнуса. Следом в его грудь вонзился Ямато, пришпиливая, словно бабочку. Холодные мурашки пронзили его руку от плеча до кончиков пальцев. Неро так и не снимал перчатки, но ощущал, что рука вновь стала другой.       Память о прошлой жизни вновь заволокло дымкой. Неро потерял сознание.               Он очнулся от того, что кто-то хлестал его по щекам.       — Эй, малыш? Ты со мной? Ответь мне. Давай же крысеныш, вернись ко мне. Ты мне нужен. — Слова звучали так нежно и так ласково, что Неро не сразу осознал, что обращаются к нему.       — А? Данте? Что… что произошло?       — Ты вылетел из портала, тебя проткнуло Ямато, а потом ты потерял сознание. И твоя рука снова…       — Рука? — удивился Неро, поднимая длань над собой. — Как ты заметил? Я ж не снимал перчатки.       Данте пожал плечами:       — Ну, знаешь… это одна из тех вещей, которые невозможно не заметить.       Неро решил не уточнять. Переведя взгляд за спину Данте, он увидел трясущегося от священного ужаса Агнуса.       — Чего это с ним? — удивился Неро.       — В прострации от осознания того, что все это время мог войти и вернуться.       — Точно, — нахмурился Неро, — там что-то было о его семье. — В фрагментированной памяти остались только краткие искры.       — Жену и дочь утащили демоны, — пожал плечами Данте. — Он верил все это время, — помог он подняться Неро.       — Там… — едва слышно пробубнил Агнус, — там есть… есть?       Неро с тоской взглянул на фанатичного ученого и сочувственно помотал головой:       — Только бесы кругом. Ни еды, ни воды, ни укрытия. — Неро положил руку на вмиг постаревшего мужчину. — Мне жаль, старик.       Агнус не выдержал, свалился на колени и тихо завыл. Неро поджал губы и обернулся к Данте:       — Я хотел сказать…       — Ничего страшного, — прервал его Данте. — Тебе не нужно сочувствовать или соболезновать. Я понимаю, что ты не любил его. Просто…       — Он твой брат, — хмыкнул Неро, возвращая Ямато в ножны и протягивая их Данте.       — Типа того, — невесело улыбнулся Данте, приняв меч.       — Ты любишь его?       Данте ухмыльнулся и кивнул:       — Этого засранца попробуй не любить, — подкинул он ножны и двинулся в помещение, где Агнус спрятал Мятежник.       — Каким он был? — Неро отчего-то захотелось знать.       — Ну… добрым. Заботливым, — Данте забрал меч. Они миновали все еще скорбящего Агнуса и пошли прочь из лаборатории. — Он знал все на свете и любил попрекать меня тем, чего не знаю я.       — И это, по-твоему, доброта и забота?       — Я люблю соперничать, — пожал плечами Данте. — Ему приходилось во всем быть лучше меня, чтобы я развивался. А это было не просто, знаешь ли. Я ведь гений!       — О Спаситель, сохрани! Мы снова вернулись к этому!       — А что! Мы ведь с ним действительно смогли поставить печати. С первого раза, без чьей-либо подсказки!       — Я уверен, что всю работу сделал он.       — Но тогда бы перестали работать оба пистолета!       — А ты проверял Айвори?       — Дерзишь, крысеныш? — хитро прищурился Данте.       — Понять пытаюсь, как он выносил твое заносчивое седалище.       — Обычно спиной вперед, — прокомментировал Данте, припоминая.       — В смысле? — не понял Неро.       — Ну, спарринги. Он никогда мне спуску не давал. Ты бы видел его довольное лицо, когда я впервые смог его… победить… — радость сползла с лица Данте, сменяясь осознанием. — Ах он мелкий говнюк.       — Поддался? — предположил Неро.       — А? Не, он бы никогда. Он просто… дождался момента, когда больше не нужно меня защищать. А потом свалил.       — Заботливый, говоришь? — фыркнул Неро. — Что ж он тогда свалил?       — Агнус правильно сказал. Ради меня он это, — грустно улыбнулся Данте.       — Думаешь?       — Знаю. Я б ради него так же поступил.       Неро глубоко вздохнул и уставился на дорогу перед собой.       — Чего пыхтишь, крысеныш? Я б и ради тебя так поступил!       — Потому что я — его копия, — не вопрос, констатация.       Данте схватил его за локоть и развернул к себе. Разъяренный взгляд заставил Неро втянуть шею и прикрыться другой рукой в защитном жесте. Увидев реакцию, Данте тут же сдулся и сменил гнев на сожаление. А затем просто бросил мечи на пол и притянул Неро в сокрушительные объятья.       — Потому что ты спас пьяницу на улице. Потому что не проломил череп придурку, который отнял твое сокровище. Потому что вымыл все агентство за тарелку еды. Потому что дал зверю шанс. Потому что напомнил мне, чего стоит мое слово. Потому что вернул мне дом. Потому что делаешь все, чтобы тобой гордились. И потому что ради меня ты сделаешь все. Поэтому, Неро, я сделаю все для тебя. И первое, что я сделаю, заставлю тебя поверить в себя.

***

      Около восьми лет спустя.       Они оба валялись на диване и ели пиццу. Данте наловчился делать домашнюю, поэтому сейчас в приемной стоял невероятный аромат.       — Как думаешь, сегодня кто-нибудь позвонит? — лениво болтая свешенной с подлокотника ногой, спросил Неро.       — Было бы неплохо, — хмуро ответил Данте. — Работы уже с месяц не было. Такими темпами мы просто без денег останемся.       Неро подскочил:       — Месяц? Ты серьезно? — закусив кусок зубами, он кинулся к столу, вытащил журнал, пролистнул его и сверил даты. — Тридцать четвертый день. — Пробубнил он, откусывая. — Что за околесица, куда они все подевались-то?       — А бес их знает, — отмахнулся Данте, чем навел Неро на одну неприятную догадку.       Решив обдумать ее, он вдруг вспомнил об одном очень старом разговоре:       — Данте, а вот представь себе такую ситуацию. Бесов больше нет. Изгонять некого. Чем бы ты тогда занялся?       — Я? — удивился Данте. — Хм, дай подумать. На ум приходит несколько идей.       — Например? — дожевал он остатки куска.       — Агентство по защите предприятий.       — Охранником? — удивился Неро.       — А что, защищать ведь можно не только от демонов, — развел руками Данте.       — Тогда уж инкассатором.       — Тоже вариант. О, о! Или телохранителем у каких-нибудь богатых шишек.       Неро фыркнул:       — Думаешь тебя возьмут?       — Уже брали, — развел руками Данте. — Так что считай в резюме опыт уже есть.       — А может лучше в ФБР? — предложил Неро, возвращаясь к дивану. — У них и без бесов чертовщины много, — усмехнулся он.       — Тоже можно. Представь меня в форме ФБР, — оскалился Данте.       Неро представил себе и закусил губу.       — Выглядело бы внушительно.       — О, да? И что бы внушало?       — Ну, не знаю. — Подобрался Неро, соблазнительно изгибаясь у подлокотника. — Религиозные чувства и зловещую тоску одновременно?       Данте, уже немного распаленный, вдруг замер, обдумывая комплементы, а потом осознал:       — Ах ты мелкий паршивец! Давно по заднице не получал?       Неро звонко засмеялся и рухнул на колени к Данте. Тот улыбнулся в ответ и растрепал короткий ежик.       — А еще думал про школу боевых искусств.       — Детишек стращать?       — Можно и детишек, — нежно погладил его щеку Данте. Они потянулись друг к другу и целомудренно поцеловались.       — А еще ты бы мог открыть собственную забегаловку с фирменной кухней. — Прошептал ему в губы Неро.       — Э, не, — улыбнувшись, прошептал в ответ Данте, — я тебя, проглот, прокормить не могу, куда мне еще рты?       — Не так уж много я и ем, — надулся Неро.       — Конечно нет! Молодой растущий организм. Тебе нужно много еды, чтобы хорошо выполнять свою работу, — совершенно серьезно заметил Данте, чмокнув Неро в лоб.       Они вернулись к тому, с чего начали. Но за это время Неро уже все решил. За эти восемь лет он действительно узнал Данте. О его безграничной способности любить и прощать. О его огромном сердце, в котором есть место для всех, и его бесконечной преданности тем, кого он любит. Каждому, и никому не в ущерб. Неро был слепым волчонком, которому Данте дал шанс. И которого научил быть человеком.       По мнению Неро, Данте заслуживал всего самого лучшего. И, если рядом с ним появится еще один человек, который будет любить его так же преданно, как сам Неро, то это сделает Данте, а значит и самого Неро, лишь счастливее.       — Данте.       — Да?       — У меня для тебя есть сюрприз.       — Какой? — тут же оживился тот.       — Мне потребуется немного времени, чтобы показать его тебе.       — О, ладно. От меня что-нибудь требуется?       Неро встал с дивана и улыбнулся:       — Только дождаться.       С лица Данте сошла улыбка. Он неуверенно посмотрел на Неро.       — Это надолго?       — Думаю, обернусь за пару часов, но чем бес не шутит, — пожал плечами тот. — Просто дождись. Я обязательно вернусь домой.       — Обещаешь?       — Для тебя — все… — он осекся, вспоминая, как так же в свое время уходил тот, другой он. — Я обязательно вернусь, Данте. Я обещаю тебе.       Данте улыбнулся. Несмело, но все же улыбнулся.              Неро ушел ночью, пока Данте спал. Переоделся в удобную форму. Все-таки спускаться в ад в домашних штанах и майке — не лучшая идея.       Взяв Ямато со специальной подставки, с любовью вырезанной Данте, он обнажил клинок, представил образ и взмахнул дважды.              С той стороны.       Рыцарь стоял посреди поля, усеянного трупами. Неро едва нашел пятачок, где можно устойчиво встать.       — Здравия! — салютнул он рыцарю. — Ты тут как?       — Последний остался, — степенно пророкотал рыцарь. — Поможешь?       — Это кто это? — Неро сложил ладошку козырьком, чтобы увидеть того самого последнего. Там, вдалеке, среди скал, по пояс в кровавой реке бесновался белый Дьявол.       — Отродье, убившее нашего отца.       Неро нахмурился, вскинул бровь и уставился на рыцаря:       — Того самого?       Рыцарь кивнул.       — Тот самый?       Рыцарь снова кивнул.       — Ну, давай помогу. — Он протянул Ямато рыцарю, начиная разминать плечи.       — Уверен? — удивленно пробасил рыцарь, нежно обхватывая рукоять Ямато.       — Уверен-уверен, — отмахнулся Неро, призывая собственную бесовскую форму. — Если управимся до завтрака, то Данте сделает блинчики.       Рыцарь очень глубоко вдохнул и со сладким предвкушением выдохнул:       — Я почти тридцать лет не ел блинчиков.       — О, ты многое потерял, — усмехнулся Неро и, хрустнув спектральными кулаками, раскрыл крылья. — Приступим?