Лабиринт забвения

«Они с Морни попали в окружение». Дверь в палату закрылась. Некоторое время — вечность, хотя прошло не больше десяти секунд — Кер-Со тупо смотрел перед собой. В голове не шевелилось ни единой мысли. Какие они должны были быть? Мон-Со его предал, а судьбы предателей никого не волнуют. Кер-Со с силой опёрся о дверную ручку и вылетел в коридор. Палата осталась позади прежде, чем он понял, что сорвался с места. Ильсор не успел уйти далеко. Он стоял у круглого окна в конце коридора и зло смотрел на экран лиофона. Рядом, на подоконнике, шипела рация. Повернувшись к Кер-Со, арзак посмотрел на него с каким-то отвратительным пониманием, словно говоря: я вижу вас насквозь. Впрочем, к его чести, Ильсор сразу же сменил это выражение на совершенно непроницаемое. — Можете присутствовать на собрании, если хотите. Никто не станет препятствовать. Отвратительное чувство понимания вернулось на место. Лицемер. С чего бы им понимать друг друга хоть в чём-то, если они встретились впервые в жизни? Или изображение понимания — выверт арзакской вежливости? Тряхнув головой, Кер-Со скупо произнёс: — Благодарю за доверие. — Не за что. «Он ваш брат, что бы вы там себе ни думали», — закончил за него Кер-Со. Собрание проходило в другом здании, до которого пришлось долго петлять по кривым улицам среди похожих на скалы однообразных домов. Унылое место — хуже Наа-Хит в конце зимы. Кер-Со ожидал, что его проведут в какой-нибудь штаб, что было бы глупо, но казалось для арзаков в порядке вещей. Однако они удивили: здание служило для чего-то другого, а собрались вообще в зале со сценой и потрёпанным пианино посередине. Разруха — всё, что там осталось, хотя когда-то должно было быть красиво по арзакским меркам: ярко и броско. Многие из собравшихся были менвитами: Кси-Лей, капитан Лин-Хес из зорновой экспедиции, якобы казнённый Кау-Рук, мальчишка, похожий на Рес-Кая. Его сын? Что здесь вообще делает ребёнок? Остальные — арзаки — заставляли насторожиться. Ильсор, Киан, невысокая даже для арзаков девица в тёмно-зелёном платье и с чёрными ногтями, странный парень с выцветшими волосами, почти не моргая, таращившийся на Кер-Со из тёмного угла, ещё трое. Двух из них, как и неморгавшего, Кер-Со всё же опознал: опять экспедиция. На всех были одеялообразные плащи — эллеты, Кер-Со уже сталкивался с таким. На их фоне настоящее одеяло, оранжево-бирюзовое, выданное ему вместо куртки, особо не выделялось. Собрание проводилось, разумеется, на арзакском. Однако к Кер-Со почти сразу подсел Кау-Рук, который принялся переводить. Кажется, даже дословно. — Зачем? — Раз уж вы здесь… — Кау-Рук пожал плечами. Говорили про Камтари. Ильсор наутро собирался туда. Девушку в зелёном, казалось, не слишком огорчало произошедшее с Мон-Со. Кау-Рук успевал переводить и спорить. — Утром туда летит поисковый отряд, — сообщил он. — Кер-Со, вы полетите? — спросил Ильсор. — Я бы не советовал, — вклинился Киан, который почти всё время молча стоял у окна и смотрел в темноту. Наверняка он говорил с точки зрения врача, а не человека. Врач был прав. — Я полечу. Его собирались отправить туда в разведку, значит, там было нечто, заслуживавшее внимания Энар-Таари. Потом задание заменили из-за Ламиэре, но вряд ли изначальная задача полностью утратила актуальность. Конечно, он полетит. — Я зайду за вами, — пообещал Ильсор. Наутро ныли рёбра. «Конечно, вы же ломаете их второй раз за полгода!» — сварливо заметил Киан, словно читая мысли. Кер-Со его проигнорировал. На вертолётной площадке — то есть, видимо, на главной городской площади — развели суету. В вертолёт загружали какие-то баллоны и костюмы химзащиты, впрочем, самого низкого уровня. — Что это? — спросил Кер-Со. Крайне невыспавшийся арзак (Бейни, вероятно, если, конечно, у них не было других химиков) ответил: — Маскировочный газ вроде того, который использовался на «Диавоне». Концентрация заметно слабее, правда. К сожалению, в Ламиэре нет ресурсов института Хан-Ир. Кер-Со показалось, что арзак действительно об этом сожалел. Наверное, не зря — в институте Хан-Ир были собраны самые передовые технологии даже по меркам Энар-Таари. Ирмель пока производила впечатление безнадёжно отставшей в техническом плане. «Поисковый отряд», если не считать Кер-Со, состоял всего из четырёх человек: Кау-Рука, капитана Лин-Хеса, Ильсора и Кэлена. Последний летел в качестве техника — приложения к вертолёту. Весь полёт Кер-Со смотрел в иллюминатор. В Ирмели было много лесов и мало дорог. Города возникали где-то далеко на горизонте — штурман специально строил маршрут подальше от них — и тут же исчезали. В какой-то момент Кер-Со поймал себя на мысли, что не отказался бы увидеть равнинные арзакские города поближе. Издали они казались совсем непохожими на Ламиэре, с которым он был знаком. С началом пустыни даже подобие жизни испарилось. В Энар-Таари города и дороги вдавались в пустыню, вгрызались в песок и подминали его под себя. В Ирмели пустыня оказалась отгорожена от жизни стеной деревьев. Лишь серые кубические постройки нарушали это разделение. Возле одной такой из песка торчала пирамида. Вертолёт завис прямо над ней. — Бункер? — бросил Кау-Рук. — Я сверился со схемой у Лиены, — сказал Ильсор. — Здесь не должно быть бункера. Она уже, скорее всего, сообщила в Валлею, но пока они доберутся… — Маскировку будем применять? — Кто бы там ни был, они всё равно заметят, что происходит что-то не то… Но испытать бы не помешало. Насколько знал Кер-Со, чтобы сделать звездолёт незаметным для радаров, требовалось выпустить маскирующее вещество из специального отсека. Поисковый отряд решил упростить схему и сбросить баллоны на землю. Либо химик Бейни сильно исказил информацию, либо Кер-Со по-прежнему был плох в химии. Вертолёт сел в некотором отдалении от поднявшегося серебристого облака. Отряд, надев химзащиту, двинулся в его эпицентр.

***

Больше всего хотелось паниковать. Серебристый туман скрадывал очертания пирамиды, и она отчего-то казалась больше и страшнее. А что — внутри? Ильсор запретил себе об этом думать хотя бы до того момента, когда он окажется в пристройке. Вокруг никого не было: то ли ушли, не оставив наблюдателей, то ли поджидали внутри. Во втором случае, кстати, даже маскировочный газ был почти бесполезен. Он и так был бесполезен — только скрывал вертолёт и количество людей на подходе, но сам служил сигналом тревоги. Однако работал исправно, Бейни — умница. Вход в пристройку оказался открыт, причём дверь даже подпёрли деревянным ящиком — наверно, боялись, что не смогут открыть снова. Выбравшись из тумана в сумрак пристройки вслед за Кау-Руком, Ильсор едва не споткнулся о труп серой кобры. Палёной кожей почти не пахло — видимо, за ночь запах успел выветриться. — Здесь никого, — заметил Кау-Рук. — Проверю второй этаж. Кивнув ему, Ильсор направился к двери в Библиотеку. Штурман посмотрел на замерших у входа менвитов и, бросив: «Капитан, следите за ним!», скрылся на тёмной лестнице. Лин-Хес изобразил озадаченность, пожал плечами и подошёл поближе к Ильсору. Кер-Со остался у входа. У двери Ильсор полез в сумку за ключом. Возможно, надо было оставить его Морни и Мон-Со, чтобы они могли скрыться от нападавших? Или у них не было шансов, и Библиотека оказалась бы в опасности? Дверь была заперта. Открыв её, Ильсор заглянул внутрь и не увидел ничего, кроме бесконечных полок. Даже воронка под потолком странно притихла. Веяло сухим воздухом и тревогой. — Извини, мы опять сделали что-то не так. Тяжело вздохнув, Ильсор снова запер дверь и спрятал ключ. Лин-Хес всё это время стоял рядом, но смотрел в другую сторону. Он наверняка услышал, как Ильсор говорил с Библиотекой, но предпочёл его действия не комментировать. — Там зеркало? — вместо этого спросил капитан. Ильсор проследил за его взглядом. В глубине пристройки, будто специально спрятанное подальше от глаз, стояло ростовое зеркало. То, предыдущее, оно ничем не напоминало, но всё равно внушало неприязнь. Стараясь держаться сбоку, Ильсор подошёл поближе и пригляделся. Зеркало оказалось мутным, но в одном месте кто-то небрежно протёр его рукой. Как будто посмотреться хотели… Высоковато для арзака, значит, либо Мон-Со, либо кто-то из кобр. Зачем это кобрам? У них и времени на самолюбование не должно было быть… Ладно, зачем это Мон-Со? Он был вовсе не похож на человека, которому пришло бы в голову разглядывать себя в зеркале. На раме нашлась надпись на староарзакском — «настоящее лицо». В такое зеркало вообще некому и незачем заглядывать! Ильсор помотал головой и обратился к Лин-Хесу: — Капитан, помогите перевернуть, пожалуйста. Зеркало повернули отражением к стене, после чего Ильсор осмотрелся в поисках других стоящих внимания вещей. Нашлись слегка потрёпанные папки: кажется, они были сложены в стопку у двери в Библиотеку, но потом кто-то пнул их в сторону. Пыль скопиться не успела, да и Ильсор, когда был здесь в прошлый раз, папок не видел. Значит, их достали и пинали недавно. Чтобы кобры не заметили? Папок оказалось пять. Раскрыв первую, Ильсор увидел десятки листов с частями сложной разветвлённой схемы. Больше всего она напоминала план города. «Ялао», — было напечатано на первом листе. Это… не те ли это полезные штуки, о которых сообщил Юнсар? Бегло просмотрев остальные папки, Ильсор обнаружил более подробные схемы двух зданий-свечек и запутанные сводные таблицы расписаний, больше всего похожих на смены караулов. — Насколько мы можем этому доверять? — спросил Кау-Рук. Он уже вернулся, очевидно, ничего не найдя, и теперь стоял над душой в компании Лин-Хеса. Кер-Со всё так же маячил у входа. — Не знаю. Но нам, похоже, в любом случае придётся туда лезть. Вернее… не только нам. — Собственная идея казалась весьма ненадёжной, но они и так шли в этом направлении. Ильсор вздохнул. — Главная проблема — убедить Золана, что живыми надо достать их обоих. Возвращаемся. Но сначала завернём к границе. — Любишь ты нерешаемые задачи… — пробормотал Кау-Рук. — Полетели. Полковник! — добавил он громче. — Как насчёт возвращения домой? Кер-Со предсказуемо скорчил гримасу недоверия. Ещё более неверящее выражение — почти неприличное по менвитским меркам — возникло на его лице, когда Лин-Хес посадил вертолёт практически на границе Кай-Хо. Доставили бы и поближе, но там неопознанный вертолёт могли и достать — передатчик уже начал транслировать помехи вместо белого шума. Был день, даасаров не наблюдалось — Кер-Со спокойно пройдёт четыре томаэ до ближайшей военной базы. Пока его идентифицируют, пока доставят в Бассанию, пока послание дойдёт до Дан-Клар, пока она его обдумает… Ильсор полагал, что у них есть примерно неделя на то, чтобы объясниться со старейшинами. Кау-Рук оптимистично насчитал десять дней. Послание — всё то же «арзаки в обмен на Дюну» плюс «нам не то чтобы нужен ключ» — было согласовано и расписано по всем правилам менвитской деловой переписки накануне ночью. Кер-Со на прощание вручили носитель с коротким документом-письмом. Полковник, понятно, ничего не обещал, но там, где Мон-Со предпочитал разбираться сам, его брат доносил сомнения и сведения до начальства. Проблема была скорее в том, что он донесёт до Дан-Клар не только послание, но и свои злоключения, включая сидение в колодце. Она, конечно, ещё после доклада Ор-Вас должна была понять, что арзаки разобщены и не слишком хорошо согласуются друг с другом, но не до такой же степени! Оставалось ждать. В Ламиэре поисковый отряд уже поджидала Лиена. Требовалось продумать, что и как сообщать старейшинам. В конце концов, решили сказать всё прямо и в тот же день, чтобы у старейшин было чуть больше времени на размышления, чем у Дан-Клар. «А то мы дали менвитам несправедливое преимущество», — пояснила Лиена. С этим Ильсор был согласен, но, наверное, не его вина в том, что с менвитами вдруг оказалось проще наладить контакт. Лиена бы поспорила: она говорила, что он просто чересчур долго прожил среди них. Валлея через видеосвязь явила Ильсору и Лиене хмурого Золана и Арлуана, старейшего из старейшин. Присутствие последнего бодрило: Арлуан хотя бы дослушает до конца. — Докладывайте, — потребовал Золан. Фраза иррационально походила на почти родное «Рассказывай». Ильсор не решил, успокаивает его это или нервирует ещё больше. Вздохнув, как перед нырком, он нацепил на лицо маску «доклад генералу в присутствии комэска» — вот же пригодилась! — и заговорил: — На связь с Ламиэре вышел посланник менвитской правительницы. Они хотят получить менвитов из враждебной им организации, окопавшейся в Ялао. — Мы со своей стороны предлагаем обменять их на арзаков, — вставила Лиена, пока никто не успел рявкнуть «Нет!» — От Дюны — так называется организация — нужно избавиться в любом случае, так как… нам ведь не нужен враг внутри? — уточнил Ильсор. Явно не нужен, но мало ли? Спасать арзаков они осенью отказались. Золан скорчил рожу, но смолчал. — В результате ряда событий мне в руки попали документы, которые упростят навигацию в Ялао в случае проведения там диверсионных работ. Перед беседой Ильсор показывал планы Кау-Руку, и тот заметил, что создатель напирал на неочевидные технические ходы и прочие тайные пути перемещения. — Как вовремя… — пробормотал Золан. — И они подлинные? Сомнения были, но Кси-Лей тоже видела планы. В той части Ялао, где она была с Таменди, они соответствовали реальности. — Не все удалось проверить, но часть точно подлинная. На некоторое время повисло молчание. Золан что-то обдумывал, Ильсор и Лиена ждали. В этот момент заговорил Арлуан: — Принесёт ли нам пользу этот обмен? Как вы помните, мы отказались от идеи спасать наших сородичей из Энар-Таари в том числе потому, что они уже слишком далеки от нас… Если их вдруг вернут нам просто так, то что мы будем делать с гипнозом и его последствиями? — Дети! — выпалила Лиена. — Пусть отдадут нам детей — их не гипнотизируют. Так? — До двенадцати лет, — подтвердил Ильсор. Лиена резко кивнула и продолжила: — Это в первую очередь. И негипнабельных. Уже будет хоть что-то. Об остальных можно подумать чуть позже. Или… — Она многозначительно замолчала. — …приспособить к полезной деятельности самих менвитов, — закончил Ильсор. — Можете не верить, но не все они довольны существующим порядком. Все снова замолчали. План привлечь менвитов к ликвидации последствий гипноза был уж точно из разряда невозможного, однако на его фоне можно было договориться хотя бы на несколько человек, которым не было пути назад. — Чтобы говорить об обмене, нужно сначала разобраться с самой Дюной, — напомнил Золан, задумчиво потерев подбородок. — Мне нужны все документы. — При одном условии. К ним в плен попали двое близких мне людей… — …и они менвиты, — с кривой усмешкой дополнил старейшина. — Один менвит и одна Каири Морни. Услышав фамилию, старейшины обменялись нечитаемыми взглядами. Золан помрачнел. — Что за самодеятельность вы двое… трое — сколько вас там? — учинили? Я ведь при встрече ясно сказал, что ничего делать не надо! — Мы её ещё в экспедиции учинили, строго говоря, и пути назад у нас не было. — А ты, комиссар Лиена? — А что я? — взорвалась она. — Сначала ко мне притащили менвита из пустыни, которого оставили у камня за дружбу вот с ним. — Лиена ткнула Ильсора в плечо. — Потом Инвир ещё одного привёз, потом пришли ещё несколько… И они… адекватные! А потом в Ламиэре вообще мальчика-полукровку закинули! Что хотите делайте, а ребёнка я вам не отдам! — Ещё и ребёнок… — пробормотал Арлуан. — Таменди какие-то символы из Ялао с меня требовала, — примирительно сказал Ильсор. — Добавлю их к документам. И… — Он поколебался, но всё же договорил: — Способ быстро и скрытно доставить большое количество людей в Ялао. Золан насторожился. — Насколько быстро и скрытно? — Как выйти в соседнюю комнату. Щепотка колдовства и девяносто девять процентов квантовой механики. — Послезавтра я буду у вас, — постановил Золан. — Хватит вашим менвитам прятаться. Прозвучало это весьма угрожающе. — Что будем делать? — поинтересовалась Лиена, когда разговор завершился. Казалось, она находит ситуацию забавной. — Наверное, посвящать менвитов в тонкости нашего этикета. Испытание ужином уже все прошли. Что ещё? Лиена фыркнула и с деланой зловещестью пообещала: — Я подумаю. Она ушла, и Ильсор остался в одиночестве. Он брёл по коридору Комиссариата, но едва ли замечал что-то вокруг себя. Дверь. Ильсор пообещал Золану быстрый и незаметный способ перемещения, то есть библиотечную дверь. Чертежи недосягаемы, но Ильсор знал, как она работает, даже модифицировал походную версию Кси-Лей для поиска по лиофону. Кси-Лей, кстати, перед вылазкой в Нармё об этом уже говорила: всё он сделает. Перед вылазкой… Это было пять дней назад, и за пять дней опять произошло слишком много всего. Навстречу попался Тайси. Он сидел у стены, глядя прямо перед собой. А ведь Ильсор, кажется, не видел его после Нармё, только слышал от отца, что Анрай погиб. — Как ты? Ильсор сел рядом, но на некотором расстоянии — в общении с Тайси казалось правильным соблюдать некоторую дистанцию. Тот, однако, сам подвинулся ближе, почти вплотную. Нельзя было сказать «прижался», но Ильсор чувствовал его плечо. Тайси долго молчал, но всё-таки пробормотал, как будто больше для себя: — Он обещал, что поможет мне вернуться. Куда вернуться? Впрочем, ясно. Ильсор подавил тяжёлый вздох. Что вот с ним делать?.. — Мы договорились подождать до весны. Не знаю, почему. Я теперь вообще ничего не знаю. Тайси прижал колени к груди и снова уставился в никуда, вцепившись пальцами в ткань эллета. Ильсор проследил взглядом узор из ровных клеточек. И ведь нет никаких длительных установок — он спрашивал у Мон-Со. Тайси сам по себе любил системность и не мог справиться с существованием вне созданных менвитами рамок. А Анрай не успел… — Ты знаешь свою работу, — напомнил Ильсор. — И можешь мне помочь. — В чём? — На лице техника мелькнул проблеск заинтересованности. — В разработке и сборке одного безумного устройства. Так что? — Я помогу. Заменять жизнь работой — не лучшая стратегия. Но, как рассудил бы кто-нибудь из менвитов, неплохой тактический приём. Тайси станет лучше, если он займётся делом, а дальше можно будет искать что-то, что его растормошит. Поднявшись на ноги, Ильсор протянул Тайси руку, помогая встать. Вдвоём они отправились искать чертёжные инструменты или хотя бы планшет.

***

За окном расстилалось поле. Унылая позднеосенняя серость и сырость. Кое-где торчали кривые голые деревца. Пейзаж напоминал Наа-Хит, какой она была на снимках из архива «Диавоны» и, как говорил Мон-Со, в реальности. Но — осенью, не зимой. Морни приложила руку к окну. Оно должно было быть холодным, но на деле ничем не отличалось от стены рядом. Фальшивка — просто профилактика сумасшествия. В комнате — или камере, так вернее — не было ничего интересного, кроме койки. Да и та — просто символ того, что хозяйничают здесь менвиты. Были бы арзаки, она оказалась бы ниже. Прошло уже… А исит знает, сколько времени прошло! Вспышка света, оглушающий звон — и темнота. Сообщение Ильсору вроде отправлено, но точно ли она нажала на кнопку? Полёт куда-то, он запомнился урывками. Гул винта, чьё-то шипение. «Я с тобой» — по-арзакски, но ничуть не менее шипящее. Потом были бесконечные пустые коридоры, двери, лифт, ещё коридоры… В одном из них чинили вентиляционную шахту, и проход оказался перегорожен чуть ли не полностью. Путь завершился через два поворота налево и один направо — к двери. Здесь Морни осталась одна. И вот с этого момента уже получалось достаточно ясно отсчитать время: примерно десять часов. Десять часов хождения туда-сюда в поисках круглого угла. Нападение было предсказуемо, и они почти справились. Но кобры оказались хитрее. Теперь Морни, надо думать, находилась в Ялао. Мон-Со, скорее всего, тоже — как минимум весь полёт он был рядом. Поддерживал ещё… Ему, наверное, пришлось хуже, чем Морни — у неё хотя бы змеиных мутаций и жуткого отражения не имелось. А ведь Мон-Со почти сказал, что ему нравилось о ней беспокоиться! Тот разговор звучал слишком обнадёживающе, чтобы оказаться последним. Если бы они были второстепенными героями какой-нибудь старой драмы, таким бы он и стал. Морни покачала головой и, устроившись на кровати, уставилась на дверь. Не станет. Они выберутся. Дверь открывалась исключительно снаружи, изнутри не взломать. А как у них тут с конвоем? Можно ли попытаться улизнуть, когда за ней придут? А придут точно — должны же они разобраться, кто она. Или хотя бы принести еду. Ещё примерно через полчаса дверь открылась. Вошёл человек в чёрной форме и серых сапогах. Среднестатистический менвит: русые волосы, голубые глаза… — Смотри на меня! Морни уставилась ему в глаза, стараясь придать лицу бессмысленное выражение. Она под гипнозом, полностью во власти чужого взгляда… — Подойди. …полностью во власти чужого взгляда… В коридоре тихо. Никого нет? Он собирался вести её куда-то под гипнозом — дверь не закрыл. Умничка! …чужой взгляд, чужой взгляд… Прыжок! Ударить под колено, проскочить мимо. В коридор. Налево от двери. Бежать, бежать. Поворот направо. Дальше. Двери, двери, двери… Нет, по пути они не проходили через двери. Вот! Ещё раз повернув направо, Морни увидела, что вентиляция по-прежнему открыта. Увы, подбежав поближе и заглянув внутрь, она осознала, что шахта слишком узкая. Не пролезть. Сзади уже гремели шаги. — Тш! Бестолочь! Морни рванула на себя ближайшую дверь и шмыгнула в проход, тихо прикрыв её за собой. Потребовалось время, чтобы привыкнуть к полумраку — над головой горела только красная лампа аварийного освещения. Вверх и вниз уходили ряды ступеней. Ну да, зачем освещать лестницы, если все пользуются лифтом? Морни вздохнула и торопливо зашагала вниз. Это было легче, чем карабкаться наверх. Надо было где-то спрятаться и обдумать, что делать дальше и где искать Мон-Со. Одна проблема: насколько здание перекрыто системой наблюдения? В коридорах камеры скорее всего есть, а как насчёт неиспользуемых лестниц? И насколько активно за камерами следят? В сумме — сколько времени есть у Морни прежде, чем тот менвит поймёт, где она скрылась?