У Дани шикарные ножки

Данька всегда был красивым мальчиком. Маленьким его часто путали с девочкой. Но он был мальчиком великодушным и никогда не обижался. Похищение и насилие стали для него сильнейшим шоком. Собственная физиология - неприятным открытием. Озабоченные поисками дырки старшеклассники - откровением и единственным опытом группового секса. Они были горячи и ненасытны, но хотя бы осторожны: использовали смазку, презервативы и убирали за собой следы, не пачкали и не мяли одежду, приглашали на свидания и водили к себе домой.. чтобы потрахаться, конечно. Никогда друг к другу не ревновали и не устраивали сцен и драк. Это потом Даня понял, что он им был безразличен, являясь только доступной дыркой в попке и сговорчивым ртом. Отповедь школьного врача, через которого за год проходило немало озабоченных мальчишек, стала предательским ударом, а пьяные откровения сверстника - очередным разочарованием. Поступая в университет, Данька верил, что освоится, научится и найдёт себе если не возлюбленного, то хорошего секс-друга. Наивный. Всё осталось прежним: "дай нам дырку потешиться, а потом убирайся и забудь." Стримы - это от отчаяния, клубы - от одиночества. Ничего хорошего, кроме интересных приключений, расширяющих опыт получения удовольствия, он не нашёл. Очередная попытка быть любимым превратилась в смесь мелодрамы с триллером. Стоит ли пробовать ещё? Раны на теле зажили, остались новые шрамы в душе. Если он всё-таки решится на операцию, это не гарантирует ни стабильных отношений, ни семьи: он рискует стать один из недоделанных, постоянно сомневающихся и неполноценных. Старые проблемы, вид сбоку. Стать трансом? Тогда никто особо не удивится не работающему члену, возможно, к нему проявят понимание и толерантность. Но и работы, и уважения тогда не видать. -Эй, малыш, помнишь меня? А я тебя искал... Данька вышел в люди во второй маске и не рвался на танцпол. Нда, тот самый последний любовник-на-одну-ночь. Супер-ёбарь. Пора сматываться и менять клуб. -Не так быстро, малыш. Давай поговорим сначала? От разговора хуже не станет. Не наглый, настойчивый, можно подождать. Вилка для лапши у него с собой, как и перцовый баллончик. Они не ушли из зала, только пересели от барной стойки в укромный угол за шторкой. Стало немного тише и проще общаться. Пока этот дурак его искал и выслеживал, наверняка собрал все сплетни и слухи, сделал выводы и придумал, что и как скажет. -Видишь ли, я женат... Но она совсем не такая, как я: холоднее, спокойнее и рассчетливее. Не ладится у нас, а развестись никак: семейный бизнес, связи, все дела. Проститутки её не устраивают, женщину-содержанку не потерпит. Она не против парня, но и мне не каждый подойдёт. Например ты - да. Погоди-погоди, дослушай! Я всё о тебе знаю: про родителей, наследственность, университет (две специальности - это круто), о стримах, насилии... Видел, если честно. Меня всё устраивает: что не сдаешься, стараешься выплыть, выжить и сохранить своё "я". Это важно, очень... Не везёт тебе только. Мне тоже не везёт... Не везло, пока не встретил тебя. Не думал, что встанет на парня, но видишь, как получилось, ты мне нравишься. Другие не интересны. Вот контракт, почитай, подумай. Потом наберёшь. Вот визитка. Вот это рыбка! Но и заход так себе. Данька инстинктивно ухватил плотный лист бумаги, вчитался. Почти как брачный договор. Не покупка, а сотрудничество. Гарантии, обеспечение, обязанности вполне в рамках приличий. Щедро. Мужчина увидел реакцию, не ушёл, выложил ещё несколько листов. Жутко правильные документы об отказе от части прав и некоторых обязательств от жены. Список личного имущества. Список семейного имущества. Состояние счетов. "А почему бы и нет?" - Данька не стал ломаться, что ему нужно посоветоваться, взвесить и всё такое, попросил ручку, поставил подпись. Если уж продаваться дьяволу, то здесь и сейчас. Больше он не будет совсем один, его найдётся, кому защитить, поддержать, направить. И, конечно, будет, с кем трахаться на любой поверхности: темперамент у мужика - огонь. Анонимный стрим придётся бросить, но это к лучшему. -Отметим? Он, оказывается, улыбаться умеет? В каком зачумленном состоянии он был тогда? Такая лапочка и не нужен собственной жене? Улыбка открытая, искренняя, добрая и капельку маленькую шальная. Чего стесняться, уже почти свои. -К тебе? Ко мне? Прогуляемся? Черт языкастый даже не сомневался, что уломает рано или поздно. Раз так много выведал, адрес точно известен. -У тебя со звукоизоляцией как? -Намек понял. Будет. -Тогда ко мне. Подвезешь? Контракт предусматривает совместное проживание со всеми вытекающими. Не то, что в сексе отказать нельзя, но зарываться не стоит. Да и зачем? Совместимость у них высокая, выносливость зашкаливает... Машина классная: огромный монстр с таким плавным ходом, будто не едешь, а плывешь. Раньше они не целовались. Упущение. Данька давил готовый сорваться стон. Страх перед близостью? Когда это было? Пять минут назад? Его попка дрожит и жаждет этого самца прямо здесь и сейчас! Он же не любит целоваться... Не любил. Раньше. Буквально недавно. Нельзя так целовать в публичных местах и вроде того - неприлично! Взгляд не желает фокусироваться, всё вокруг размыто и не интересно. Важен только этот мужчина, способный соблазнить улыбкой и заставить кончить поцелуем. Кстаааати, а ведь у него стоит! Ротик и попка Дани отлично помнят этот размер: бархатистый крупный твердокаменный ствол, большая головка, прорва семени, реанимируется ротиком и язычком до первоначального состояния после нескольких часов изнурительного, каторжного непрерывного вспахивания бесплодных глубин. Он ещё только тянет ручку к массивному бугру, а чуткие длинные пальцы уже поглаживают впадинку меж ягодиц, скользят по шву ниже, ниже... Данька не может сидеть прямо и не ерзать, когда его доводят до предоргазменного состояния слегка надавливая на анус сквозь одежду, ритмично постукивают, посылая толпы мурашек по всему телу. Он сглатывает, партнёр смотрит на его губы, пальцы выстукивают что-то дерзкое. Через несколько секунд Данька пьет его дыхание, сидя на мощных бедрах, вцепившись в воротник руками, наглые пальцы забрались под одежду и ласкают дрожащую попочку без посредников. Всего один глубокий поцелуй, и он уже почти без штанов над вздымающимся из расстёгнутой ширинки зверем. -Ддааа, - дрожащим голосом выдыхает Данька. Сильные руки не дают опуститься вниз, один палец уже внутри, присоединяются ещё два. Данька крутит попкой, насаживаясь на ловкие пальчики. Каайф! Он по-девчоночьи хныкает, когда пальцы исчезают, раздразнив, руки на бедрах тянут вниз. Горячая плоть пронзает, растягивает, раздвигает: глубоко, тесно, замечательно! Даня стонет в голос, приподымается, опускается, обволакивает член мышцами, ласкает внутри собственного тела, любовник не мешает: одна рука скользит по ребрам, теребит, перекатывает в пальцах сосочек, вторая между лопаток, придерживает. Ещё один долгий поцелуй выпивает крик наслаждения. Данька знает, что будет дальше. Интересно, как они доберутся до квартиры? До подъезда добираются достаточно не быстро, чтобы самец успел кончить дважды. На обивке остались потёки спермы. Данька мокренький и довольный расслабленно лежит в чужих объятиях: одежду всё равно стирать, не в первой рассекать на людях с хлюпающим спермой задом - чего расстраиваться-то? Его опрявляют, застегивают, высаживают из черного монстра на колёсах. Хозяин чего-то там выскальзывает, словно змей из норы, следом. Невозмутим, хотя брюки испачканы. Хорошо, что поздно и никто по дороге не встретился. Дверь квартиры тяжёлая, массивная, даже не дрогнет, нападение в коридоре уже почти традиция: Данька обвивает точеными ножками узкие бедра, всхлипывает и ахает в такт толчкам, вбивающим его в дверь. Гость хорош! Сперма течёт на пол, но им все равно. Любовник ничуть не устал, несёт вскрикивающую ношу в комнату, избавляясь от ботинок, Данька обувку потерял в районе двери. Торопливое расстегивание, стягивание одежды и два тела снова слиты вместе. Всю ночь напролет и до позднего утра они помечают квартиру сексом. Данька устал, но никак не может насытиться. Они и кофе пили из одной чашки, трахаясь, как кролики около плиты. Мылись в душе очень долго. Потом опять спаривались в уютной кроватке. Даня вырубился во время долгого нежного соития почти без движения. Проснулся ночью один. Большой босс раздавал указания по телефону, меряя шагами коридор. Отсутствие одежды его не волновало. Данька не вмешивался и ждал. Любовник не торопился. Даня выглянул из комнаты, озираясь по сторонам. -Прикольные масочки. Мне идёт? - маска лиса, кто бы сомневался. Данька хлопает ресницами, не понимает. -Это тебе, - похожая формой личины белая маска с цветочком, кажется: он заказывал их комплектом и ещё не примерял. -Полумаски подойдут больше. Целоваться не мешают, - ворчит он и, кажется, начинает понимать задумку. -Ты больной? Оно тебе надо? -Надо, - на полном серьёзе отвечает работодатель. - Вчера пропустили, сегодня наверстаем. Конфетка, пусть все обзавидуются, наблюдая наши игры. Мои такое не смотрят, не страшно. Данька до последнего сомневается, но заявка на стрим опубликована, камера выставлена. А потом уже пофигу: распростертый на кровати, не слишком туго обвязанный веревкой он извивается под изощрёнными ласками партнёра. Он послушно посасывает и вылизывает чужую плоть, прогибается, демонстрируя округлую попочку, растянутую дырку, и кричит, когда любовник соизволяет его поиметь. Первый раз быстро и жёстко. Потом дразнящие медленно. В какой-то момент веревка исчезает, и уже распаленный Даня объезжает дикого зверя, скачет на крупном члене, выжимает соки. После его держат на весу и трахают так глубоко и сильно, что он взвизгивает, кончая раз за разом подряд. -Больше стримов не будет: у сладкой попочки завелся ревнивый хозяин. Наслаждайтесь просмотром! Бестыжий жеребец стоит почти перед камерой. Точнее, перед камерой его член, пронзающий развратно растянутую дырку, из которой обильно течёт сперма. Данька выгибается, с криком улетая в страну оргазмию. -Конец стрима! - Наглец выключает камеру и продолжает вытрахивать из Даньки душу. Дааа, в первую их встречу самец явно был не в форме.