В оттенках монохрома

      - Заебали эти турникеты, ходить невозможно!       Ругань отлетала эхом от плиточных бежевых стен, смешиваясь с гомоном детей и шуршанием одежды. Быстро схватив куртку в подмышку, Рюноске возвысился над подопечным, мучавшимся со шнурками и пытающимся расплести их уже пять минут, с интересом разглядывающего портрет президента.       -Забей болт, - цокнув, оборвал его парень и протянул руку, чтобы поднять. На удивлённый взгляд бросил: - Всем тут похуй на сменку, главное не попадись вахтёрше. Она сейчас как раз на перерыв пошла, успеем проскочить. Не знаю, какие у вас там порядки были, поясню за наши, - командирским тоном начал Рюноске, вышагивая и обгоняя семенившего позади Дазая. – Первое правило леса: вахтёрши тут как пешки, обвести будет легко, для тебя особенно, просто глазками похлопать и сказать что-нибудь, так они тебе мигом все грехи простят. – Дазай обиженно надул губы. – Я не виноват, что я такой красивый! Да и пользоваться этим не хочу. Почти запнувшись с резко остановившимся «вождём», он встретился с насмешливым взглядом гальковых глаз.       - О как заговорил. Ну ничего, через неделю посмотрим, что скажешь, они тут вместо дементоров, как порог переступишь, - ладонь быстро рассекла воздух, - всю душу мигом высасывают. Но есть тут одна хорошая, дежурит редко, невысокая такая, рыжая и кудрявая, ты сразу поймёшь. А раньше была карга противная, - Рюноске состроил кислую мину, - детей не пропускала, рюкзаки обыскивала, истерила много, да и вообще отвратная была. Уволилась, слава небесам.       Дазай в шоке то открывал, то закрывал рот. Видимо, привыкать придётся ко многому. И это – школа? Ну, вроде не слишком всё плохо. Он с интересом рассматривал обстановку: снаружи он успел подметить, что у школы три этажа, но есть и маленькие четыре этажа, разбитые по частям. Приятное оформление в бежевых оттенках с плиткой дымчато-розового цвета, правда, кое-где отколотой детьми, создавало довольно уютную атмосферу. На одной из стен развешены гимн и герб города, портрет губернатора, символика России и всевидящий её президент, посматривающий с каждых вторых часов в кабинетах, возле другой стояло множество позолоченных и каменных наград, весело переливающихся солнечными зайчиками. По остальным стенам чинно кучились зелёные, потрёпанные временем кожаные пуфики, словно островки спокойствия, молниеносно занимаемые детьми. Старшеклассники предпочитали смиренно устраиваться на подоконниках или же скидывать вещи в кучу на пол, теряя половину и беся уборщицу. Маленькие дети с визгом бегали по лестнице и коридорам, будто вот-вот собирались снимать новую часть «Форсажа» и снося всё на своём пути. Учителя на их выходки лишь качали головами и проходили мимо, - видимо, обед им был всё же важнее, чем чья-то безопасность.       Быстро пройдя логово чертей-полторашек – столовую с зелёными стенами и коричневыми стульями, «змеиное гнездо» - завучей, огромное зеркало, главную достопримечательность для девчонок, и квадратный холл, они подошли к расписанию. Серые глаза забегали по строчкам, после их взгляд перешёл на шатена, радостно разглядывающего цветущие кусты, обвивающие перила и добавляющие жизни в это серое заведение.       - Тебя хоть в какой класс перевели, Чучело-Мяучело?       Осаму отвлёкся от цветов и приложил палец к губам, стараясь вспомнить. Кажется, он даже немного растерялся от сурового взгляда Рюноске, но виду он решил не подавать.       - Букву не знаю, но гуманитарный.       -Ага… Стоп. – Акутагава в исступлении поднял глаза по пять рублей. – Так это что получается, мы с тобой в одном профиле? Не поздновато ли для новеньких…       После тягостной минуты раздумий он наконец выдохнул:       - Что ж, мы с тобой в одной лодке. Представишься на классном часу, хорошо? Он как раз перед уроком. Учебники взял?       В ответ – быстрый, довольный кивок.       - И последние два правила нашего леса, - впервые за их прогулку он улыбнулся уголком рта, разгибая пальцы под счёт, - учебники лучше делить с соседом по парте, мимо детей одному не ходить. Это основное, запомнил? Потом ещё расскажу. Места свободные в классе есть, даже парта одна пустая, так что точно найдёшь себе место по душе.       Слабо хлопнув очарованного слушателя по плечу, Рюноске провёл его до кабинета.       - Смотри, задние парты все заняты, на первом ряду одна парта, на втором несколько мест. На первой парте обитаю я и мой сосед – Накахара Чуя.       - О-ой, так чиби Чу твой сосед? – радостная улыбка застыла на лице нового обитателя класса. Акутагава лишь непонимающе моргнул.       - Ты его знаешь?       - Да, мы с ним хорошие знакомые, - сейчас он был больше похож на довольного кота, нежели на кого-то напуганного новизной ситуации.       Сероглазый проматывал в голове всё, что происходило в классе. С кем Чуя чаще всех переписывался… Какой-то человек с японским никнеймом и размытой фотографией на аватарке, постоянно написывавший на уроках. Хех, так вот как он выглядит. Иногда Рюноске ненароком заглядывал в телефон, с разрешения Накахары, конечно же, чтобы увидеть множество разных сообщений, большинство с маловажными опечатками, где-то – капс, и конечно много котов и милых сообщений. Правда, один раз «далматинцу» удалось запечатлеть в памяти ту печаль, что источал взгляд его соседа после прочтения очень длинного ночного сообщения, где было много ошибок и пробелов. После отправки своего сообщения Чуя долго приобнимал телефон ладонью и ежеминутно заходил в сеть, чтобы увидеть ответ, полученный спустя несколько часов.       Дверь шумно открылась, стукнувшись по стенке. Чудо, что ещё не треснула; по виду она пережила и нашествие татаро-монголов, и вторую мировую, и всех вообще собралась пережить. Со стороны можно было подумать, что Рюноске раньше работал телохранителем или как минимум агентом под прикрытием, ибо ловкости и сил хоть отбавляй. Не всегда, конечно, но бывали моменты, когда внутри всё закипало, и мало кто мог остановить его на пути достижения цели. Слишком серьёзных ситуаций он избегал, скрываясь тенью, а по таким мелочам – пожалуйста. Да и лицо подходящее – ни одна эмоция не тронула его, будто механическую куклу, которой что прикажешь, то и сделает. Лишь серьёзность клинком порезала его детские черты лица.       Протащив очарованного минутной тишиной Дазая к свободной парте, сероглазый бегло окинул взглядом класс, видимо, совершенно не заинтересованный в знакомстве с новичком, и стал его просвещать по одноклассникам:       - На первом ряду в основном девушки, так что теперь готовься, на тебя будет много внимания, - он стоял, опираясь на скрипучую бледно-серую парту и вытянув ноги, - но…       - Солнце!! – возглас с первой парты и быстрые шаги прервали повествование, после чего Дазай был задушен крепкими объятьями. Маленькие руки имели много сил и, по всей видимости, не собирались отпускать так просто. Чуя, почти пища от радости, прижал Осаму к себе и зарылся носом в пушистые бежево-серые волосы, умиротворённо фырча. По глазам рыжего можно было прочесть, что к другу у него было множество вопросов, но задавать их он пока не хотел, ждал подходящего момента. Дазай же просто млел от ауры спокойствия, так и переливающейся через край, несмотря на шепчущихся одноклассников и тихое эхо смешков, перекатывающееся с ряда на ряд.       -Кошатник прямо какой-то, - беззлобно буркнул Рюноске, отстранившись и накручивая прядь на палец. Не для него все эти телячьи нежности.       -Рю-чан, ты слишком угрюмый! – вид насупленного Чуи всегда приводил в умиление, особенно в сочетании с невысоким ростом и, кажется, кварцевыми волосами. Рюноске не знал, почему в голове всегда называл цвета только в оттенках серого, прекрасно зная, каким реальным цветам они идентичны. Видимо, бесцветность захватила его изнутри.       - Хей, ты меня слышишь? Рю-чан! – парень слегка тряхнул его, растягивая гласные и тем самым приводя в чувство. – Я ему сам всё покажу, а тебя ждёт ещё один слушатель. Ты ведь у нас хороший экскурсовод, маленький?       - Ну да… Эй, что ты сказал?! – упс, кажется, вы разозлили местного волка-одиночку и теперь отправляетесь ему на корм. В знак обиды Рюноске залез под парту и поджал ноги к себе, всем видом показывая, что вылезать из убежища не собирается. Как говорится, против лома нет приёма, но ты просто арматура, поэтому через минуту он со сдавленным смехом выкатился оттуда, держась за бока и защищаясь от щекотки, пока Чуя с ухмылкой вытягивал наружу.       -Давай-давай, улыбаешься и машешь, ничего сложного. И вообще, ты у нас самый уверенный, ух! – в порыве Акутагава был поднят на руки, пародируя львёнка из небезызвестного мультфильма, а после, слабо пошатнувшись, отправился к выходу.       -Ладно, только из-за того, что ты попросил, - дверь со скрипом закрылась, затем снова чинно вывесившись в коридор.       Да сколько же их? Они почкованием размножаются, что ли?       Сероглазый застыл у расписания, не смея отвести взгляд.       Белый. Абсолютно.       Впервые перед ним стоял человек, чьих цветов он определить не мог. Он был белым, будто чистый тетрадный лист новой тетради.       Через минуту загадочный незнакомец обратил на него внимание, сонно оглядев с ног до головы. Пара шагов – и расстояния между ними как не бывало. Дышать стало сложнее, хотелось отойти, а лучше вернуться в класс и сесть к Чуе, как обычно, или даже отвлечься на нового «подкидыша», лишь бы не смотреть ему в глаза. Там не было ничего. После «осмотра экспоната» парень легко улыбнулся, отчего светлые мешки под глазами стали меньше, и произнёс:       - Привет, а ты с какого класса?       Отлипнув от стенки, спасительно ребристой и прохладной, Акутагава выдохнул, прочищая горло.       - Гуманитарный, - вышло немного грубо, но сойдёт.       -О, меня в тот же перевели! - светловолосый хлопнул в ладоши, прикрыв глаза и улыбаясь. Забавная косая чёлка растрепалась, из-за чего её обладатель напоминал одуванчик. – Извини, если напугал, не выспался немного… - короткий зевок в подтверждение. Сколько же спят в старшей школе и спят ли вообще, спросите вы? Ответ прост: старшеклассники – вампиры, питающиеся энергетиками и сладостями, на которых вытягивают год. Этот парень был словно олицетворением этого состояния. Вот и сейчас: стоит, потягивается и медленно моргает, всматриваясь в лицо Рюноске. Тот лишь махнул рукой на извинение. – Всё нормально. Тебя проводить или сначала показать общее место обитания?       - Что захочешь, то и покажи, мне всё интересно.       -Тогда за мной.