Биография неизвестного человека

С четырех утра я так и не уснула. Было довольно скучно. Все, что пришло мне в голову, так это сесть на широкий подоконник, служивший ещё и столом, и смотреть в окно. Шесть утра. Меня отвлек стук в комнату, сидя с четырех часов, я всё-таки задремала. - Кто там? Ответа не было. Дойдя до двери, я выглянула в коридор. - Шесть утра, шесть утра... - одна из горничных стучала всем в двери, проходя вдоль по коридору. Я закрыла дверь изнутри и начала собираться. Вот шкаф, а в нем те же платья. "Жаль в прошлый раз не спросила у Главного, насчёт этого." - подумала я. В глубине, у самой стены, за нарядами, все же удалось найти что-то полезное - это был длинный черный плащ. Хоть в него и залезли бы две меня - это все равно был лучший выбор. После вчерашнего дождя на улице похолодало. Взглянув последний раз в окно, я вышла в коридор. Люди из соседних дверей то выходили, то заходили, а коридор все пустел и пустел, пока наконец никого не осталось. "И где управляющий? - подумала я - сказал же в шесть утра ждать" Я села прямо на пол и смотрела на поворот в коридоре десять минут. В итоге, мне надоело ждать, и тут я вспомнила, что Силь вроде как тоже в этой "сфере". Лучшим решением было идти к нему, впрочем, так я и сделала. Ха, удивительно, но он тоже был здесь. Ждал кого-то. Я подошла к нему со спины. - Привет! - сказала я, хватая его за плечи и чуть ли не вешаясь на него. - Привет. - послышалось неуверенным шепотом. - Не знаешь, куда идти? И что так неуверенно? - я несколько удивилась, хотя он всегда тихий. - Мне сказали позовут... вчера - добавил он - А ещё здесь жутко. - Да... - растяжно произнесла я. - вот это ситуация -надо искать Управляющего. - Надо... Мы выдвинулись в путь по коридору. На восьмом этаже, в отличие от нашего, было шумно. Почему-то я решила пойти именно туда. Люди бегали туда сюда, без умолку болтая по телефонам. Кстати говоря, в последствии я заметила, что на каждом этаже свои порядки, темп и менталитет. Например на втором люди отвечают за материальную часть здания и удобство. Это спокойные горничные, младшие помощники и другие. Размеренный темп, и зачастую говор как из села, очень любят обсуждать свои будни. Здесь есть все, что нужно для жизни: сюда приносят стирать и гладить вещи, сломанные предметы на починку и так далее. Все вопросы по проживанию можно уточнить тут. Во втором и третьем здании этого же этажа есть залы для тренировок, куда можно прийти самим или же по распоряжению. А в четвертом здании этого этажа, некоторые из них живут. Третий этаж для командной работы: здесь по распоряжению набираются охранники - люди в черных костюмах. Для этого в конце этажа есть комната - там персонал отвечает за безопасность здания и людей. Обычно я не видела, чтобы они говорили. Действуют только по приказу, все как на подбор, обучены выполнять свою работу. На четвертом этаже кухня и столовая, а также в третьем здании этого этажа можно купить вещи. Больше я о нем не особо что-то знаю. На пятом этаже всех зданий комнаты для проживания - просто общежитие, самый простой с голыми стенами и без предметов коридор. Коридоры шестого, как и восьмого, этажа соединяют четыре здания мафии. Здесь находятся центры: первое здание - "Медицина", второе -  "Работа с оружием", третье - часть "Техническая", но не та где резведка, а конкретно техника - все, что связано с приспособлениями для работы здесь, включая проектирование новых вещей и четвертое здание, шестой этаж - принадлежит всем сферам, кому не хватило своего этажа - это и команды от "Тихих убийств", и от "Командной работы" - они там попросту живут. Седьмой этаж всех зданий занимает сфера "Тихих убийств", дело в том, что это самая обширная сфера. Все работники - исполнители мафии - выполняют приказы, разбираются с противниками, карают неподчиняющихся. Основная сила организации. Здесь есть ранговая система: так называемые "Пешки" - выполняют мелкую работу, обычно не убивают, "Простые убийцы первого класса" - вся грязная работа на них, чуть выше те, кто убивают в качестве управляющих охранниками и убийцами ниже них, обычно их называют - "Убийцы второго класса", далее соответственно "Убийцы третьего класса" - люди команд, после идут "Главные по команде" - командуют особым сборищем людей чем-то схожих по разным критериям, то есть командой и самые главные - "Исполнители-одиночки"- гроза мафии, способны справиться одни с несколькими командами противников - это оба управляющих, все командующие сферами, главные над другими отделами мафии и ещё человек десять. Три из четырех восьмых этажа принадлежат "Дипломатии". Там люди раздают задания для других сфер. Они отвечают за сделки, сотрудничество и подчинение других отделов мафии, организаций примкнувших к этой большой системе, поставки товаров, зарубежное сотрудничество и ещё много чего. Все в костюмах и рубашках, занятые, носятся по коридорам, говорят на рабочем языке, понятном только им. Всегда на связи. На восьмом этаже четвертого здания живут ответственные за сферы, командующие группировками и доверенные лица Главного. Девятый этаж для сделок и проживания Главных боссов мафии. Ну а десятый, под крышей, для разведки и всего прилегающего к ней. После восьмого этажа мы вернулись на шестой, а затем на четвертый, так и не найдя Управляющего, а между тем время стремилось к семи. Каким-то образом мы забрели на второй этаж, окончательно запутавшись в каком мы здании. Я не смотрела по сторонам, только себе под ноги. Часть этого этажа из железа, здесь множество больших залов для тренировок, которые отделяются толстыми стенами, в них нет дверей, а стена, выходящая в коридор, выполнена из стекла. На этаже нет окон, и он, кажется, совсем без отопления, даже летом очень холодно. И тут, когда мы проходили рядом со входом в один из таких залов, меня кто-то схватил за плащ, затаскивая в зал. - Эмина! Эмина! Будущий ангел кровопролития! - это был тот сумасшедший в белом, а по совместительству мой наставник, на данный момент. Он кричал нараспев мое имя, голосом безумца. - Ты опоздала. - сказал он уже серьезно, останавливаясь и отпуская меня на середине зала. Я стояла и хлопала глазами по сторонам. Тут сотня людей, и все уставились на меня! "Черт, что он творит?" - думала я, а сказала - Найти не могла место. - Ничего страшного! - вновь повеселев, сказал он. Кстати Силя он и вовсе не заметил. Забегая вперёд, я могу сказать, что была этому человеку благодарна только два раза: когда меня чуть не убили, и я вспомнила все, чему он меня учил и сегодня, потому что это было настоящим облегчением, что он не стал как-то особо выставлять меня на людях, а просто продолжал вести что-то вроде урока. Весь следующий месяц, раз за разом, я ходила на эти уроки. На удивление, когда этот сумасшедший занят делом, он серьёзен, и впрочем, ничем не отличается от нормального человека, пока не посмотришь на людей. Сначала он показывал на любом, из попавшихся под руку, человеке разные приемы атак, защиты, отступления и всего прочего, а все оставшиеся два часа до девяти, каждый занимался либо сам, либо с парой, отрабатывая показанное. А он обходил почти каждого, поправляя и уделяя внимание людям. Однако ко мне он особенно был внимателен, постоянно вертелся рядом, то и дело поправляя. Должна сказать - это несказанно бесило! Это особенное отношение, как-то выделяло меня среди других. Оно не могло хорошо отразиться на общение с обучающимися. И тут, и в столовой, и в коридоре - везде меня старались избегать. Если я и пыталась заговорить, то только и получала краткий ответ и очередную отмазку, что они заняты. По этому и по другим поводам я одновременно ненавидила " чёртового наставника" и хотела при этом постоянно видеть его. Скорее всего, потому что он оставался для меня загадкой. Если Главный сразу давал понять, что что-то скрывает, то этот, напротив, вел себя как открытая книга, но при этом, постоянно болтая, он ничего о себе не рассказывал. А ещё я думала, что у него биполярное расстройство, потому что подходя ко мне на тренировках, он говорил этим своим "голосом сумасшедшего", без умолку ведя монолог ни о чем, но среди этой болтовни, показывая мне всякие приемы, он любил резко останавливаться и серьезным тоном говорить, что может со мной случиться, если я сделаю что-то не так, а потом как ни в чем не бывало продолжал быть сумасшедшим. И так только со мной - других учеников он не щадил за проступки вовсе: мог и руку сломать и глаз выколоть, если не увернутся, в лучшем случае заставлял отрабатывать одно движение до изнеможения, пока не будет сделано идеально. Ходя между рядами на тренировках, я не раз видела, как он то толкал в стену, то подножку ставил людям. Все выходили в синяках и порезах, у отдельных тряслись руки и была дрожь по телу, а некоторые и вовсе сходили с ума. После этого, говорят "он слабых лично в чувство приводил, возвращая в безэмоциональное перед смертью состояние, доводя пытками, пока тем не будет так плохо, что они не смогут выдавить из себя никаких эмоций." Редкие люди, общавшиеся со мной, рассказывали мне такие истории. Не хочется верить в подобное, но что говорить, если при види него все в панике кидались прочь. Вот я и не могла ничего понять, повезло мне таким отношением ко мне или нет. Впрочем от тренировок у меня тоже оставались синяки, а в самом начале ещё и порезы. Моя логика до сих пор не может понять, как при таком, казалось бы, не́мощном телосложении, у него такая сильная хватка. Ведь были люди вдвое больше и должно быть сильнее него, но и те не могли вырваться, когда он их хватал за руку. Особый приём? Ну да ладно, много чести говорить столько о нем. Спустя месяц жизнь потихоньку стала набирать привычно-нормальный оборот. И вот, казалось бы уже привыкла, но судьба снова приподносит сюрпризы. Меня впервые отправили на задание. На самом деле я приувеличу, если скажу, что делала много. Страх сковал меня, поэтому я просто стояла за деревом, сливаясь с темнотой и ветром. Из оружия дали два клинка, видать не рассчитывали на то, что вернёмся. Помню, была массовая драка с какой-то местной группировкой взбунтовавшейся против мафии. Отправили нас, то есть новобранцев, в силу неважности задания. Все старались, держались до конца, но из наших двадцати выжили только пять. Против нас была банда взрослых мужчин, и последнее, что помню, так это как в темноте мне удалось разглядеть последнего из оставшихся нападавших. Один из наших уже почти расправился со вторым, и тут я вижу, как сзади на него одного нападает, хоть и уставший, но все ещё сильный мужчина. В мгновение ока я вышла из ступора, и метра с полтора из-за дерева моя рука кинула в него лезвие загнутое, словно бумеранг, оно прошлось по горлу противника, артериальная кровь брызнула что есть силы. Это была победа - победа большой ценой. Один из пяти, вернувшихся тогда, до сих пор заикается. Сказать честно, первый год пролетел быстро, как в тумане. Я убивала, а взамен убивали уже меня, на тренировках. И тело, и душа болели. Даже успокоительное прописали. Благодаря моей находчивости и умению, иногда просто чудом, выживать, меня повысили. Я сражалась, делала успехи и в конец перестала думать о том, зачем я все это делаю. Надо так надо, что ж теперь. Как говорится, бизнес - ничего личного. К зиме я уже работала не в команде подростков, а одна, мне разрешалось брать охрану из людей в черном, которые когда-то, пришли за мной, решая мою судьбу, а теперь мне подвластны их жизни. Иронично, не правда ли? Процентов шестьдесят из тех, кто учился со мной, уже не было в живых, но и процент вновь поступивших рос, составляя в среднем семнадцать человек в месяц. Продвигаясь по званию у меня стали появляться новые знакомства, в основном из тех, кого мне иногда ставили в пару на задание. Хотя были и дела, в которых посылали раскрыть преступление против законов мафии, однако без жертв все равно не обходилось. За этот год я научилась думать наперед, просчитывая варианты как нападения, так и отступления, стала брать ответственность в свои руки. Ближе к маю следующего года, мне уже доверяли. Я была в хороших отношениях со всеми важными для мафии людьми, просто я молчу при разговоре зачастую, а они душу мне изливают, как психологу. Что сказать, как не погляди - это выгодно, и отношение ко мне хорошее, и компромат есть, если что. Одним словом - ценный сотрудник. Так прошел первый год. Все здесь было, как хорошее, так и то, что остаётся в душе навсегда, как бы сильно ты не хотел этого забыть. Уже шестнадцать лет.