Сон потерянной души

«Зме-е-ей»- кричала я до тех пор, пока не увязла в зыбучем песке по пояс. Все было бесполезно, вокруг ни души, лишь солнце, пустыня и эта недосягаемая коробка. «Что мне делать?»- спросила я саму себя. -Конечно выбираться отсюда!- ответила одна часть. -А зачем?- задала вопрос вторая- легче будет взять да умереть. -А как же наша цель- найти душу. Половина пути уже пройдена, нельзя сдаваться!- запротестовала другая. -Но даже Змей нас бросил, а одна ты ни на что не годишься. -Он нас не бросал, просто это еще одно испытание, сейчас пройдем его и все будет хорошо! -Не будет, придется опять что-то делать, сражаться за право жить. -Мы будем сражаться, мы хотим жить! -Нет, не хотим. Как говорится в одной легенде: побеждает тот волк, которого ты кормишь. Мой выбор пал на того, кто постоянно ноет и сдается. Я перестала бороться с песком и легла на спину раскинув руки в стороны. На удивление песчаная ловушка перестала засасывать меня вниз и отступила. -Почему ты сдалась?- Змей черной тенью нависал надо мной. -Потому что мне так сказали. -Другая твоя часть отчаянно пыталась бороться. -Она проиграла. -Вставай, нас уже ждут. -Я прошла испытание? -Можно сказать и так, но исход был бы все равно одинаковым, даже если бы ты продолжила бороться, ты бы оказалась в зале суда. Просто это испытание нацелено выявить какой ты человек, слабый или сильный ментально. Две твои оболочки уже проверили, осталось выяснить о третьей. -Но не зависимо от того, как пройдут испытания разные люди, они все равно получат одно и то же. -Верно. -А как понять какой путь правильный: вечно бороться или плыть по течению? -Это выбирает сам человек для самого себя, иногда действительно стоит проявить характер и волю, а иногда верным решением будет просто оставить все как есть. Те же зыбучие пески, там у вас наверху правильным решением будет отпустить страх и расслабиться, тогда ты не утонешь и не умрешь, но если бы тебя засасывало в водоворот не песчаный, а морской, пришлось бы попотеть, сделать все возможное, лишь бы выплыть на поверхность. Во всем должен быть баланс. Не бывает ничего абсолютного, у всего есть свои слабости и темные стороны. И если вдруг ты встретишь кого-то или что-то невообразимо чудесное, не обманывайся и помни, что его темная часть столь же ужасна, сколь прекрасна. На подходе к вратам в зал суда, Змей объяснил теорию о трех оболочках людей, и как их проверяют здесь в Аменти. Как я поняла, человека можно раскрыть, как лук, слой за слоем: первый слой — это тело- физическая оболочка, ее проверяли жарким зноем и жаждой, сознание-ментальная, проверяется страхом и необходимостью самостоятельного выбора. Последняя- душа. Как ее будут проверять- я не знала, ведь она у меня, к сожалению, не с собой. Как только мы подошли к «коробке», Змей велел мне открыть врата. Я навалилась на них всем моим весом, но так и не смогла сдвинуть ни на сантиметр. После третьей моей попытки, сзади послышался смех. -Хорошо, я понял, опять все самому- он подошел к вратам и произнес: «Fath!». Двери медленно и тяжело отворились, приглашая нас войти. -Как же достали твои шутки, гаденыш! Змей лишь пожал плечами и шагнул внутрь. … Мы оказались в темном помещении, стены покрыты пылью, под ногами хрустит песок. Факелы освещали дорогу, иногда на их свет выползали скарабеи, отсвечивая перламутрово-зеленым, они напоминали изумруды. -Если бы ты знала язык древних, могла бы узнать ответы, написанные на этих стенах. -Например, кто построил пирамиды и отломал нос Сфинксу? Впереди показался выход из тоннеля. Нас встретила золотая арка, за которой располагались большие весы, на одной чаше лежало серое перо с золотыми и серебряными волосками, другая чаша была пуста. -Приветствую прошедшую два испытания и тебя Юша Змей, охраняющий границу- послышалось справа. Повернув голову, я увидела стоящего там человека ростом, как две меня, с головой черного шакала. -Меня зовут Анубис, я буду проводить третье и последнее испытание, встань перед ликом великого Осириса, смертная. На стене разом зажглись десятки факелов, освещая статую зеленокожего мужчины, обмотанного с ног до головы гнилыми бинтами. Змей лишь кивнул Анубису и отвернулся, не желая даже смотреть в его сторону. Видимо Анубис принадлежит к той части ненавистных Змею псовых отродий, потому не достоин и капли внимания и уважения. Я встала напротив огромных весов в ожидании дальнейших указаний от моего судьи. -Ульяна, ты доказала, что сильна телом, но слаба духом, а вот чиста ли твоя душа покажут эти весы. Сейчас я вырву твое сердце, и мы увидим сколько в нем таится греха. Если оно перевесит перо богини истины Маат, то будет скормлено моей верной супруге Аммат. Из темноты слева выползло чудовище с крокодильей мордой, с которой свисали слюни, перебирая львиными лапами, оно закружило вокруг меня и весов. «По крайней мере она может быть спокойна- Анубис любит ее точно не за внешность.»- подумала я, стараясь не дрожать от страха. - Но если же весы докажут, что душа твоя чиста, ты попадешь в мир, где нет страданий и печалей- на поля Иалу- закончил свою речь Анубис. Глаза Аммат горели недобрым огнем, ей очень хотелось сожрать мое сердце на ужин, но, к ее сожалению, у меня были другие планы, и оставлять свой жизненно важный орган на съедение монстру в них не входило. -Нет, погодите, во-первых, давайте обговорим ту часть с вырыванием сердца, мне кажется это слишком жестоко по отношению к тому, кто проделал такой трудный путь- запротестовала я- во-вторых, я боюсь мне не нужно в этот ваш рай, нам бы со Змеем спуститься на этаж ниже. -Вы хотите проникнуть к вратам в Хельхейм, Змей Юша?- обратился шакалоголовый к моему спутнику. -Да, Анубис, открой нам проход, и мы уйдем, не нужно никакого суда, хотя, признаюсь, посмотреть на это мне очень хотелось. Шутка Змея, как и всегда оказалась слишком жестокой, что вызвало очередную волну моего негодования. На секунду я задумалась, что игнорирование было лучше, чем едкие комментарии. Что заставило его сменить безразличие на колючесть и язвительность? Опустив морду вниз, Анубис задумался и закрыл глаза: «Я могу пропустить тебя Юша, но смертная должна пройти испытания до конца, таковы правила, не в моих силах идти против воли Осириса». Хищный взгляд Аммат вновь устремился ко мне. -Но как только она пройдет испытание, и, если сердце ее не перевесит пера, я отпущу ее, светлые и чистые души вольны идти куда захотят. Поняв, что дело пахнет керосином, я обернулась к Змею, пытаясь вложить в свой взгляд максимум беспомощности и мольбы о спасении, я произнесла одними губами: «Придумай что-нибудь, пожалуйста». Но, прежде чем Юша успел произнести хоть слово, со спины мне на плечо упала тяжелая рука Анубиса, а уже через секунду второй рукой он пробил мне легкие с левой стороны. Я опустила взгляд вниз, где рука египетского бога, торчащая по локоть из моей груди, держала мое еще бьющееся сердце. Кровь теплой струйкой потекла по подбородку, капля за каплей, наполняя алую лужу подо мной. Все еще придерживая меня одной рукой за плечо, Анубис вытащил сердце и направился к весам. Подоспевший вовремя Змей подхватил меня на руки. -Вот и доказательство того, что ты еще жива-попытался улыбнуться он- потерпи еще чуть-чуть, и мы его вернем. Так странно, боли я не чувствовала, а не могла и слова сказать, даже вздоха сделать. То ли от болевого шока, то ли уже и взаправду умерла. А может быть все дело в пробитом легком, да точно, все из-за него. Но я была бы не я, если бы не попыталась найти плюсов. Да, у меня вырвали сердце, да вытекла половина крови, возможно, сейчас моя душа не пройдет испытание, и мое сердце сожрет крокодилиха с телом бегемота, зато я на руках у самого красивого мужчины в моей жизни. И как он смотрит на меня, это жалость или забота и сожаление, а в прочем какая разница, все его внимание на мне — это главное. Анубис уже возложил мое сердце на чашу весов, в этот момент глаза статуи Осириса загорелись. По комнате прошлось громкое эхо: «Mahkma!» Все присутствующие повернули головы в сторону весов. Томимая ожиданием Аммат переступая с лапы на лапу, издавала звуки похожие на скулеж вперемешку с рычанием. Анубис, склонив голову, читал молитву на неизвестном мне языке. Я пыталась не закрывать глаза до оглашения приговора, чтобы точно не вырубиться, и, как всегда, не очнуться уже в другом месте. Только взгляд Змея был направлен не туда, куда смотрели все остальные. Холодные пальцы нежно касались лица, легкими движениями убирая волосы и следы крови. Но вот прошла минута, две, три. Весы стояли не шелохнувшись, сердце и перо оставались на одном уровне, не вынося приговор. Анубис поднял голову в растерянности оглядывая чаши весов. -Похоже, боги не могут принять решения- медленно оборачиваясь к нам произнес он- клянусь, что вижу такое впервые. -Не могут потому, что Ульяна еще не умерла, судить нечего- ответил ему Змей. Где-то раздался тихий рык огорчения. Ничего ты сегодня не получишь, уродина! Выкуси, или скорее, не выкуси! -Потому и крови так много- Анубис снял с чаши мое сердце и понес обратно к моему телу. Вложив его обратно в грудь, он вынул из-за пазухи бутылек с белой жидкостью, откупорив его, вылил содержимое прямо в зияющую дыру и произнес: «Iaish». После этого шакал поднес анх к моей груди, и сердце начало вновь соединяться с сосудами, аорта срослась с органом первой, затем вены и артерии, затем ребра, связки, мышцы, кожа, все начало восстанавливаться и на месте дыры не осталось и следа, даже шрама в напоминание об ошибке бога. -Я открою вам проход- Анубис встал и вновь принял важный вид. Его благоверная давно скрылась в тени, и лишь взгляд горящих, голодных глаз напоминал об ее присутствии. Сделать вид, что ничего и не произошло, так просто, не упрекать себя в совершенной ошибке может только бог. Ведь, что ему мое сердце или жизнь, он живет так долго, что уже позабыл о сочувствии и милосердии. А, может быть, он и не знал о таких вещах никогда. Рожден уже бесчувственным и непостижимым. И можно ли вообще причислять людские качества к божествам? Мы же все-таки сделаны по их образу и подобию. Огромная статуя Осириса зашевелилась и оторвалась от стены, его руки подняли вверх чаши весов, а под ними оказался открытый люк, с уходящей вниз лестницей. Как только проход был открыт, Змей помог мне подняться с земли, придерживая меня с правой стороны он зашагал к нему. -Спускайтесь вниз, к владениям Хель вы выйдете скоро, и прощайте- сказал шакалоголовый напоследок. Как только проход был закрыт весами, мы остались во мраке. Как назло, на стенах не было даже факелов, для того чтобы осветить нам путь, с другой стороны, я в обнимку со Змеем, мы одни в темноте. -О чем это ты таком думаешь?- спросил он. -Ни о чем- соврала я. -А почему сердце так забилось? -Оно только что огромный стресс пережило, вот в себя приходит. Отпустив меня, чему я была немного расстроена, Змей потянулся за посохом. -Другого выхода нет, мне даже поджечь нечего, придется тратить магию посоха. Глаза черепа засветились ярким, желтым светом, освещая спуск. Путь был не сказать, что долгим, но и коротким его не назовешь, вообще было не понятно, как связаны подземные миры. Вот из Аменти мы спускаемся в Хельхейм по обычной на вид лестнице, но, чтобы попасть на Асфодельские луга пришлось переходить реку. Змей отказался объяснять секрет потусторонних переходов, зато весь путь ворчал о слабоумии и глупости Анубиса. «Это все из-за того, что у него собачья голова, а в ней, соответственно, тупые собачьи мозги»- говорил он. Надеюсь, Анубис и его страшная жена не слышали гневного эха, отскакивающего от стен подземного прохода. Помимо географии подземного мира меня интересовал еще один вопрос: «Как и почему я не умерла во время суда, мне же буквально вырвали сердце?» -Если бы это было твое физическое тело, то, конечно, ты бы померла, но так как здесь лишь твое сознание, ты жива. -Но Яга с Василисой сказали меня можно убить, разве вырванное сердце не может стать причиной смерти? -Нет, когда это вынужденная мера при испытании души человека под присмотром богов. Боги действительно всемогущи, но помогать людям они не станут. В одной популярной песне поется: «Бог устал нас любить», и видимо его любовь мы заслужить обратно не сможем. Вот и остается нам дождаться конца света и помереть.