Улыбка из прошлого

***

Проснуться утром для Крис было сложным. Опять эта школа. На завтрак бабушка испекла пирог, это единственное, что обрадовало Штрэфонд. В школу она надела брюки, белую блузку и на ноги кроссовки. Портфель решила не брать, потому что будет только линейка и классный час. Школа находилась недалеко, выйдя с подъезда, дредастая пошла по знакомой тропинке. Сама 6 школа была достаточно большой, таких в городе ещё несколько штук. Крис, пройдя через толпу, еле как пробралась к табличке «11А». Учительница, стоя с табличкой, улыбалась всем, иногда делая замечания мальчикам, которые что-то бурно обсуждали, и двум девочкам, которые уж слишком громко смеялись. Дредастой уже не нравилась атмосфера этой школы. К Крис подошла Бэлла. Она, стоя в джинсах и белой рубашке, улыбалась во все зубы. — Сядем тогда вместе? — спросила короткостриженная, на это Крис согласно кивнула. Дредастая не видела смысла отказываться, девушка вроде нормальная, тут придётся проучиться целый год, новые знакомства не помешают. Сейчас директор школы говорит свою заученную речь, далее выходят дети и показывают свои номера. Кто-то стихи рассказывает, кто-то поёт и танцует. Краем глаза дредастая заметила Машу. Она стояла с другой коротковолосой девушкой, которая вечно обнимала шатенку и что-то шептала на ухо. Всё же эта шатенка, которая недавно открывала дверь Крис, и была Машей. Та выросла, стала очень уверенной и бойкой, это заметно по её виду и по тому, как другие реагируют на неё. Странные ощущения окутали дредастую. Увидеть человека, с которым ты провёл огромное количество времени и не виделся четыре года, а теперь по факту являться никем друг для друга, больно. Даже как-то не верится... Такое ощущение, что буквально вчера они бегали по улицам, обещая не заканчивать дружбу. Опомнившись, Штрэфонд поняла, что шатенка заметила взгляд дредастой. Она нахмурилась, явно начиная о чём-то размышлять. Неожиданно прибегает парень, которой с восторгом начинает рассматривать Крис. — Желточенко? Ты что ли? Что не сказала, что вернулась? — вспоминая своего бывшего одноклассника, Крис застыла, надеясь, что никто не услышал парня. Резко повернув голову, Маша не двигалась, брюнетка рядом с ней продолжала о чём-то рассказывать, но та не слушала, она с болью и обидой смотрела в глаза Штрэфонд. На секунду в голову Крис пришла мысль подойти к ней, поговорить, но шатенка отвернулась от Крис и вскоре куда-то отошла, наверное, на последние ряды. Беспокойство не покидало дредастую. Крис чувствовала себя виноватой, а это так и есть. Разве Маша игнорила, не отвечая на звонки и сообщения? Разве Маша заставляла беспокоиться, находясь в другом городе? Разве Маша решила забыть всю дружбу, с головой уйдя в учёбу и новую жизнь? Нет, это Крис. Крис решила идти лёгким путём. Путём, который казался правильным. Она хотела найти побольше друзей и забыть всё, что было в городе, для того, чтобы быстрее освоиться и привыкнуть к новому месту. Да, вначале она и правда вспоминала Машу, но потом почему-то подумала, что оставив подругу в прошлом, она уйдёт в счастливое будущее. Крис, как только переехала, сразу поняла, что не собирается возвращаться, она считает, что в этом маленьком городке ничего не добиться. Но вот... это произошло. То, чего она не хотела — сбылось, то, что она забывала — пришло обратно. Она опять в этом городе, которой ей совершено не нравится. Она опять встретилась с Машей, которую так сильно пыталась забыть. Крис не узнавала Машу. Раньше она была спокойной, милой, дружелюбной девочкой, которая любила играть в песочнице и в машинки. Которая во всём уступала Крис и помогала, когда нужна была помощь. Которая практически плакала, когда расставалась с подругой. Сейчас она другая. Больше нет огоньков в её глазах, которые были, когда она была маленькой. Глаза пустые, наполненные даже ненавистью. Штрэфонд подумала, что возможно за это время у Лебедевой что-то случилось в жизни. Об этом нужно узнать. Размышления перебил голос классной руководительницы, которая позвала всех в класс. Все ученики поднялись за учителем на третий этаж, в кабинет, около которого висит табличка «история/обществознание» Всё расселись по своим местам. Крис села с Бэллой на последнюю парту около окна. Просмотрев свой класс, Крис отметила, что большинство учащихся ей были знакомы, с некоторыми она в прошлом очень хорошо общалась. — Почему на меня так смотрят? — нахмурившись, спрашивает Крис, постоянно ловля взгляды на себе. — Не знаю, наверное, не ожидали, что ты вернёшься. Или потому что ты со мной сидишь, а не с Машкой. — Да причём тут вообще Маша? — это уже реально стало раздражать. Куда Крис не пойдёт, что не сделает, везде только Маша. — Да потому что все привыкли, что вы все шесть классов вместе были, вы хоть раз в те времена ссорились? Отдалялись друг от друга? — Это было раньше, господи. Когда меня не было, все тоже Маше заёбывали мозги обо мне? — Никто не хочет проблем. Она и ударить за это может. — Ударить? — удивленно спросила Крис. Раньше она никогда не дралась. — После твоего ухода она как-то изменилась. Сначала вроде подавленная ходила, потом стала очень злой и постепенно превратилась в то, что ты сейчас видишь. Она сейчас с Танькой дружит, года два назад кто-то вякнул что-то наподобие: «Раньше ты так с Кристиной дружила», а она как въебала, после этого тема про тебя закрылась навсегда. — Нам поговорить с ней нужно, — Крис медленно повернула голову в сторону, где сидела Маша. Она просто смотрела в одну точку, о чём-то думая, а Таня около неё продолжала что-то говорить. Лебедева явно не слушала рядом сидящую девушку, а просто иногда глупо улыбалась. О чём она думает?

***

— Маш, постой! — Крис пытается догнать шатенку, которая очень быстро передвигается и игнорит дредастую, — Маша! — но девушка даже не оборачивается, тогда Крис успевает схватить девушку за запястье, и та всё-таки поворачивается, — Маш... — Отвали, — Лебедева дёргает рукой так, что рука Крис отпускает её запястье. — Пожалуйста, Маш, давай поговорим! — Слышь, свали! — напротив Крис останавливается подруга Маши. — Я не с тобой разговаривала вообще, — фыркает Крис, недовольно рассмотрев девушку. — Каширина, уйди. Я тебя догоню, — просит Маша, а Таня, закатив глаза, всё-таки уходит. Штрэфонд теряется, снова слыша рядом с собой этот родной голос. — Маш, прости, пожалуйста, но так нужно было, — пытаясь не запутаться в своих собственных словах, бубнит Крис. — Мне все равно, ты для меня пустое место, — Маша показывает уже всем видом, что хочет уйти. — Маш... — Желточенко, если ты думала, что припрёшься в эту школу, и я сразу встречу тебя с распростёртыми объятиями, то ты ошибалась. Наша дружба уже никогда не станет прежней, — говорит Маша, а Крис даже и не знает что вставить, — Ты за четыре года хоть раз спросила, как у меня дела? Написала мне? Хотела хоть как-то поддерживать дружбу? Нет! Тебе было плевать! Хотя ты, Желточенко, обещала не забывать обо мне, — и Крис молчит. Сейчас ей плевать, что она давно не Желточенко, а Штрэфонд. Плевать, что кто-то может услышать их разговор. Плевать, что Крис давно ни перед кем не отчитывалась. Потому что Штрэфонд чувствует вину, каждой клеточкой своего тела. — Прости... — единственное короткое слово, которое может из себя выдавить дредастая. Маша же качает головой, явно разочаровавшись снова. — Не подходи вообще ко мне, — Маша разворачивается и уходит, заставляя Крис ещё минуту стоять на месте и смотреть вслед ушедшей девушке.

***

Конец шестого класса. Лето. Август. Прошла ровно неделя, как Крис уехала в Москву. Она регулярно пишет Маше, рассказывая, что уже скоро пойдёт в школу. Лебедева за всё то время так и не вышла на улицу, потому что попросту не могла. Не знала зачем. — Маша, хватит сидеть дома, выйди на улицу, не все же уехали. Иди с Максом погуляй, в конце концов, это мне тут сложнее сидеть, когда даже знакомых поблизости нет. — Ну а что мне делать с этим Максимом, а? С ним скучно! Он кроме своих гаражей ничего больше рассказать не может! С тобой было лучше! — Да приеду я, и погуляем вместе! — Я уже очень сильно скучаю по нашим играм и в целом по тебе, — Маша вздыхает, но потом добавляет, — Ты реже стала звонить мне. — Прости, просто здесь ремонт и всё такое. — Ладно, я тогда пойду погуляю с мальчиками, вечером позвоню, хорошо? — Конечно, пока. Август пролетел очень быстро. Началась школа. Седьмой класс. Весь сентябрь девочки хорошо общались. Крис много рассказывала о новой школе, ребятах, как жизнь в Москве. Маша же слушала, радовалась за подругу. Желточенко много раз обещала приехать. Сначала в середине сентября, потом в октябре, а потом вообще сказала, что всё плохо и смогут точно в начале ноября. Но она так и не приезжала... А Маша ждала. С каждым месяцем Крис становилась всё более отдаленной. Разговоры стали намного короче, а тем совершенно не хватало. В конце ноября их диалоги состояли только из: «Как дела? Что нового?» и, если повезёт, то кто-то расскажет новые новости в школе. Чаще всего это были новости от Крис, потому что голубоглазой, как потом поняла Маша, было все равно что происходит в старой школе. — Вот так, — в трубке слышна усмешка, закончив свой рассказ, Крис ждёт ответа от Маши. — Ты всегда говоришь об Ане. Она кто тебе? Подруга новая? — Да, мы с ней очень хорошо подружились. Я думаю, даже лучшими станем. — Как лучшими? — голос Маши дрогнул от этой новости. Как же так? Крис же с Машей лучшие подруги, почему теперь Аня? — Ну точнее... Ты же моя лучшая подруга вообще, а Аня лучшая подруга в Москве. А так, подруг бывает много. Ты же не собираешься запрещать мне дружить? — Крис знала, что Маша не собирается отрицать, поэтому так и спросила. — Нет, я не буду этого делать. Просто я думала, что лучшая подруга всего одна. — Но ты самая лучшая! — пора было уже понять, что у Крис новая жизнь и Маша ей совершено ни к чему, — Не обижайся! Я скоро приеду! — Ты мне это обещаешь с августа. Это было больно. Выслушивая и понимая, как у Крис процветает новая жизнь, становилась тошно, что они забывают друг друга. Маша всегда помнила её, всегда думала и вспоминала о своей подруге. Но потом... Когда прошло всего лишь три месяца, даже побольше, потому что наступил декабрь, Крис заблокировала Лебедеву везде, где только можно. Тогда уже до Маши дошло, что пора взрослеть. Они уже не маленькие девочки, которые постоянно будут вместе. Но... Она же обещала. Обещала всегда быть рядом. Всему приходит конец, и как бы они не хотели, дружбе тоже.

***

Лебедева стоит около своего подъезда, выкуривая последнюю сигарету из пачки. К ней подходит Бэлла, которая обычно не гуляет в этом районе, Маша, удивившись, поздоровалась с Кузнецовой. — А ты что тут забыла? — нахмурившись, спрашивает шатенка. — Да я к Крис пришла, мы погулять договорились, — улыбаясь, говорит Кузнецова. Маша просто кивает, не ответив на это ничего, — Ты это... — Мне насрать, Бэлл, — вздыхая, произносит Лебедева, выкинув окурок в сторону, — Как там Купер? — Нормально, скоро выпишут из больницы. Ладно, я тогда уже пойду, — Маша снова кивает, и Кузнецова идёт к подъезду Крис. Лебедева просто стоит и наблюдает. Спустя несколько минут Штрэфонд выходит, обнимая белокурую. Они, что-то сказав друг другу, направились дальше. — Чёртова Крис, — шипит Маша. Она не понимает, откуда взялось чувство какой-то ревности. Крис появилась слишком резко и быстро. Лебедева привыкла жить без неё, но вот она снова врывается в её жизнь.

***

— Маш, да плюнь на неё, — Таня пытается хоть как-то поддержать шатенку, которая сидит на подоконнике в подъезде. — Да не могу я! Она слишком родной человек, понимаешь? — Но она всего лишь подруга, — Таня видимо не понимает, как так можно расстраиваться из-за какой-то там подруги. Она не понимает, насколько она дорога для Маши, несмотря на четыре года разлуки. — Я не могу просто наблюдать, всё время хочется поговорить или... обнять её, — произносит Мария, и повисла тишина. — Ладно... Как там с матерью? — спрашивает Каширина, пытаясь перевести тему. — Даже не спрашивай, как обычно. Привела какого-то ублюдка, который командует ею. Но она снова влюбилась, я не удивлена. — Может, на ночь у меня останешься? — предлагает брюнетка, на что Маша, сразу же отрицательно замахала головой. — Нет, спасибо. Я сама разберусь, — устала ответила Маша. — А Кристина эта... Она знает, что у тебя в семье? — Нет конечно, говорить я ей не собираюсь.