Луна, мерзопакости и каменный император

— Это что за уродство, мантикора меня дери? — Ида, задрав голову, смотрела на статую. Статуя смотрела на Иду. Лицо статуи было наполовину разбито, но и так было видно, что у него придурковатое выражение изрядно перебравшего пьяницы. Не то смехотворное, не то пугающее, Рейн всё никак не могли для себя определиться. — Статуя. Господина императора, — напыщенно произнёс Аладор и хрюкнул, подавив смех. Может, этот парень не такой уж и зануда. — Откуда взял? — спросили Рейн. — Родители притащили на задний двор. Отец создаёт мерзопакостей, которые помогают в работе ковену Строителей, а они в последнее время как раз начали работу над статуями. Но получается плохо пока. Ида ходила вокруг статуи. Поковыряла пальцем посох императора, лизнула, сморщилась. Стала присматриваться к императорской спине. — И что, его списали? — Да. Есть подозрение, что скульптора, который вытесывал это лицо, отправили в ссылку… Хотя он очевидно не хотел ничего плохого, а просто, ну, работать не умеет. Отец сказал, что теперь будут делать вообще без лица, чтобы если не дай титан кто-то не сбил маску, у народа не появилось «ошибочных представлений о внешнем облике господина императора», — Аладор закатил глаза. Видимо, последние слова об «ошибочных представлениях» он слышал от отца не раз и остался под впечатлением. — Вот, мы его притащили, пока ещё уничтожать не стали, потому что никто не понимает, это будет считаться за преступление или нет. — Да ладно, император же не совсем… — без особой уверенности произнесли Рейн. — Ну да, не совсем, — согласился Аладор, тоже, впрочем, нетвердо. — Эй, ты чего?!.. Ида одним прыжком забралась на императора и теперь сидела на корточках на его плечах, держась за голову. — Ты не ударилась? — закричали Рейн. Непонятно, зачем было кричать, конечно. Каменный император хоть и был выше них, всё-таки возвышался над землей максимум на полтора Рейнова роста. — В порядке! — закричала Ида в ответ, показывая большой палец. — Сидится как на диване! Аладор обалдевшим взглядом смотрел на Иду. Та же, оседлав статую, перегнулась и пыталась разглядеть черты каменного лица поближе. — Уродство и есть, — выдала она свой окончательный вердикт и слезла-сползла с каменных плеч. — Штаны только запылила. Рейн, посмотри, у меня сзади не всё в каменной крошке? — Да вроде чисто, — осмотрели Рейн штаны Иды, из вежливости не слишком задерживая взгляд. — Так что? — спросил Аладор. — Годится этот болван для круга? Единогласно было принято, что годится. *** Рейн белой завистью завидовали Аладору, родители которого так наплевательски относились к своим обязанностям. Лет с десяти оставляют одного ночевать в замке? Самим Рейн названивали каждые полчаса, если они не посылали родителям сообщения. Они вздохнули. Отправили через ворона очередное «мам, пап, я в порядке! готовимся с Идой и Лилит к экзамену, всё хорошо! пока я третьи в рейтинге курса!». Ни с кем из ровесников они бы не стали использовать столько восклицательных знаков (и тем более хвастаться достижениями), но родителей старались держать в курсе по максимуму. Сообщать о малейших успехах — не столько чтобы показать предкам, что Рейн успешны, скорее, чтобы показать, будто бы их действительно беспокоит успех. Родители были хорошими, просто… Они росли в бедных семьях, теперь достигли более-менее стабильного положения, и хотели, чтобы Рейн продолжили подниматься по социальной лестнице. Рейн не возражали. Отчитываться маме с папой о том, что они выиграли в очередном композиторском конкурсе или получили очередную отличную оценку, было не так уж и сложно. А родителям всё-таки приятно… — Они точно не вернутся до полуночи? — беспокойно спросили Рейн у Аладора. — Зуб даю, — кивнул тот. — А скорее всего, вообще до утра не вернутся. Ида что-то записала у себя на запястье, — видимо, решила не полагаться на память. Рейн хихикнули, представляя, как Ида будет вырывать зуб у Аладора, если родители того объявятся в 23:58. Интересно, она выберет передний, чтобы тот переживал, что Одалия его разлюбит? Или какой-нибудь из задних, чтобы было больнее? Что у Аладора с Одалией, Рейн, впрочем, не понимали. Хотя не то чтобы они понимали, что у них самих с Идой. Со дня их знакомства они расставались только когда их семьи совсем начинали беспокоиться, не пропали ли их дети. Но это же может быть и просто дружба, да? Хорошая дружба так и выглядит, и нечего её… менять на разные там глупости. Было бы здорово, конечно, если бы Ида, ну. Смотрела на них не только как на друга, а ещё и как на… потенциального партнёра для Грома, например. Хотя они явно пойдут на Гром вместе, это очевидно… но так и друзья делают. — Ре-ейн! — Ида пощелкала пальцами у них перед лицом. — Ты чего смотришь на меня так? — Как? — очнулись Рейн. — Как на лист с нотами, который ты кверху ногами перевернули и пытаешься понять, почему мелодия такая странная. Аладор тяжело вздохнул: — Начнём, может? — Начнём, — торопливо кивнули Рейн, пока третий участник их круга не передумал быть, собственно, участником их круга. Рейн боялись, что иногда они с Идой могут быть… немного раздражающими для ведьм вокруг. Но не то чтобы их по-настоящему волновало мнение других ведьм, когда рядом с ними была Ида. «Лист с нотами, который ты перевернули вверх ногами»… Да, наверное. Ида всегда находила, чем их удивить. Аладор расчистил площадку вокруг императора. Точнее, не сам Аладор, а пяток мелких мерзопакостей, которые двигались, кажется, почти без вмешательства со стороны мастера. Да, в своём деле Аладор был безусловно хорош. — Мы должны держаться за руки, — сказала Ида. — И встать вокруг этого истукана? — спросили Рейн. — Мы явно его втроём не сможем окружить. — Не обязательно вокруг, можно просто рядом… — сказала Ида. — Главное, чтобы ближе не было ничего, что мы случайно оживили бы. Рейн наиграли на флейте несколько нот, убрав несколько камешков и листьев, которые мерзопакости всё-таки пропустили. Теперь император стоял посреди участка совершенно голой земли. И с чего замок Блайтов выглядит настолько... неустроенным? Хотя, учитывая, что старшие бывают в нём раз в неделю, неудивительно, что так. Рейн понятия не имели, какой должна быть луна для того, чтобы оживление статуи осуществилось как надо, но сейчас она имела внушительный вид. Как будто в полтора раза больше обычного, а пятна на ней, напоминающие череп, на этот раз проявлялись особенно чётко и устрашающе. В своей жутковатости луна могла вполне посоревноваться с лицом каменного дурака, которого им предстояло оживить. Они встали рядом с императором, держась за руки. — Так, погоди, — спросили Рейн. — А что говорить-то? Разжали руки — на всякий случай, чтобы не оживить императора случайно неправильно. Ида терпеливо (насколько Ида может быть терпеливой) пересказала Рейн слова заклинания, Рейн постарались запомнить с первого раза. Честно говоря, не то чтобы бард могли испытывать какие-то трудности с запоминанием нужных слов. Встали в круг снова. Рейн тысячу раз держали Иду за руку, и тысячу раз эти дурацкие искры пробегали, когда они касались друг друга. Возможно, пора наведаться к целителю, мало ли, вдруг это какое-то особенное проклятие… — Смотрите, смотрите, он сдвинулся! — закричала Ида, когда они закончили заклинание. Император и правда чуть-чуть дёрнулся, а потом сделал пару неуверенных шагов в сторону ограды замка Блайтов. — Ого, и правда шевелится, — Аладор пытался показаться равнодушным, но в его голосе явно читались нотки удивления. — Теперь отпускаем руки, чтобы он остановился? А если хотим, чтобы шёл дальше, снова держимся? — Да, всё так, — кивнула Ида, отпустив руки их обоих. Рейн с Аладором тоже расцепились. Но император, по-видимому, так просто сдаваться не хотел. Ещё шажок в сторону ограды. Другой. Пока они смотрели на это, пытаясь понять, почему заклинание всё ещё работает, император решил больше не медлить. Перешёл на быстрый шаг, с разбега одним прыжком перепрыгнул немаленькую ограду и резво почесал в сторону леса. Аладор издал абсолютно нецензурный вопль. — Ты же говорила, что будет всё нормально, если мы просто отпустим? Что с ним такое случилось? — добавил он, чуть отдышавшись. Пока Ида пыталась собраться с ответом, Рейн подошли к следам императора. В одном из отпечатков ещё виднелась фиолетовая слизь. — Видимо, он наступил на остатки какой-то из мерзопакостей и теперь питается энергией от них. Придётся поймать его, очистить, и тогда доставим обратно спокойно под полным контролем с нашей стороны. Нецензурный вопль со стороны Блайта повторился.