Луна, мерзопакости и каменный император

Магия Аладора действительно была сильной — Рейн после заклинания и то чувствовали себя слегка уставшими, а тот ничего, за несколько секунд призвал к жизни новую мерзопакость. — Джимми, погнали, — сказал он, усевшись на спину своему творению. Рейн и Ида решили двигаться по старинке, на посохах, сопровождая Джимми по бокам. Джимми... Да уж, если у Аладора и Одалии когда-нибудь будут дети, лучше бы их называла мать. — Ты знаешь, куда лететь? — спросила Ида у Аладора, выделывая фигуры высшего пилотажа прямо над головой мерзопакости. Смешно, но Рейн даже обрадовались этому внезапному полёту — летали они нечасто, но летать любили, особенно в нежаркую погоду. И сейчас условия были самые подходящие: и солнце не пекло, как днём, и свежий ветер дул не слишком сильно, и дождя не ожидалось... Рейн запрокинули голову, глядя на видневшиеся сквозь листву звёзды. Шелест листьев перемежался криками ночных птиц, беседующих друг с другом. Пахло лесом. — Тут следы! — крикнул Блайт. — Но мы можем срезать по короткому пути, Джимми я вызвал из одного из следов, так что они родственные, могут чувствовать друг друга. Мерзопакости могут чувствовать друг друга. Чего только не бывает, вот про это Рейн ещё никогда не слышали, и теперь мысленно сделали пометку. В школе на базовых уроках такого не расскажут, это, видимо, какие-то тайны трека мерзопакостей. С другой стороны, может даже и не всего трека, Блайты работают в этой сфере десятилетиями, и Аладор явно достойный продолжатель рода. Если, конечно, сейчас не попадёт за решётку из-за сбежавшего каменного болвана… Джимми поднажал, да так, что Рейн начали сомневаться, что на посохе будет удобно держать такой же темп. То есть ничего, скорость-то набрать не проблема, но ветки эти в лицо, лес… Может, Аладор и был умнее их обоих со своим бездушным слугой. Впрочем, Ида летела так, как будто вокруг и не мелькали ветки, способные в любой момент случайно выколоть глаз или сбить очки, — по-спортивному летела, как во время гонки. Рейн невольно залюбовались, как встречный ветер отбрасывает рыжие волосы подруги назад. — Может, подняться над лесом? — прокричали они. — Годится! — прокричала Ида в ответ. — Аладор, ты не против? Мы так хотя бы посмотрим, не видно ли его сверху! — Да, валяйте! — разрешил Аладор. Рейн подумали, что вот, получается, отдали Блайту место руководителя их маленькой операцией по захвату статуи. Впрочем, а кому ещё, — если что, отвечать своей шкурой за это будет Аладор, точнее, его родители, а Ида с Рейн отделаются максимум испугом. Тот, конечно, сам виноват, олух, что оживлял императора на месте, где оставалась слизь от мерзопакостей, но и они площадку расчистили так себе. И вообще, если вместе вызывали, вместе и ответ держать. Вид, который открывался с высоты птичьего полёта, был прекрасен. Тёмно-зелёный цвет, едва различимый в лунном свете, всегда успокаивал Рейн. И даже блеклые обычно поля за лесом в серебристом свете луны казались чем-то сказочным. Самыми сказочными (Рейн покраснели оттого, насколько банальной показалась им эта мысль) выглядели, конечно, волосы Иды. Рыжая грива ещё сильнее растрепалась на ветру, казалась воплощением всей непокорённой, дикой ведьминской энергии. Ладно. Хватит. Пялиться. На. Её. Волосы. — Вот он, — тяжело дыша, указала Ида в сторону опушки. — Несётся, погань… Он и правда несся. Только что выскочил из леса с другой стороны, опережал как раз минут на семь быстрого бега. Может, он двигался чуть медленнее, чем ведьмы сейчас, но, в отличие от них, уставать не думал. Бежал, конечно, смешно: ноги каменного императора частично сковывал плащ, и истукан мог только едва-едва семенить ими. Выглядело глупо, но, как ни крути, даже это его не тормозило. Они спустились обратно, снова пристроились рядом с Аладором. Вкратце обрисовали маршрут. Догадки Аладора совпадали с тем, что видели они. — Ты сможешь сам его нейтрализовать? — спросили Рейн. Пауза перед ответной репликой Аладора была пугающе затянутой. Маг смотрел в сторону, не решаясь поднять на Рейн глаза. — Должен, — сказал тот наконец. — Должен? — Мы тренировались делать такое только в парах, — признался Аладор. — Звони Дариусу. И Одалии можешь заодно, — Рейн сами удивились, насколько уверенно и строго прозвучала их реплика. — Они меня высмеют, — покачал головой Аладор. — Одалия и так не была бы в восторге от того, что я тут… — Звони. Дариусу. И. Одалии! — да, обычно Рейн были мягкими и спокойными. Но они были бардом, и если кто-то в этой компании знал в совершенстве, как управлять голосом, то это они. Они посмотрели на Иду, та улыбнулась, подняв оба больших пальца. Рейн смущенно отвели взгляд. — Пожалуйста, — добавили они, глядя на Аладора. — Погоди-ка, — неожиданно спокойно произнесла Ида, вглядываясь в небо. Такой спокойной Рейн видели её редко, и потому поняли, что дело серьёзно. Вскоре и они увидели две точки, летящие к ним. Две точки приближались, и вскоре стало ясно, что Дариус и Одалия ищут их сами. Аладор остановил несчастного Джимми, Рейн и Ида тоже зависли в воздухе. Не убегать же. Аладор с тревогой посмотрел на серебряный перстень на мизинце левой руки. Раньше Рейн его не рассматривали, мало ли артефактов может кто носить, но сейчас заметили фиолетовый отблеск. Цвет Ковена Оракулов. Подружка Блайта встроила в подаренное украшение маячок? Предусмотрительно… и как-то неуютно. Одалия опередила Дариуса и неслась так, что Рейн чувствовали звуковые волны, расходящиеся от посоха. Не замечая Рейн с Идой, она приземлилась на плече мерзопакости — так ловко, будто делала это тысячу раз. Схватила Аладора за лицо, внимательно осмотрела его. Тот не сопротивлялся. Попробовал, правда, что-то промычать, но не очень рассерженно. — Лю… Аладор, ты в порядке? — голос Одалии был встревожен. Такое представление Рейн выпадало нечасто. Обычно Одалии удавалось контролировать всё в её жизни, никаких поводов для беспокойства, а тут... Её явно что-то выбило из колеи. Ида подавила смешок и быстро взглянула на Рейн, изображая руками целующуюся парочку. Да уж, это «лю» было внезапным. Насколько же Одалия испугалась за Аладора, что перестала следить за языком. — Да… Вроде бы… Почему? — Аладор наконец смог раскрыть рот. Осторожно взял Одалию за руки. Ида подлетела чуть ближе к Рейн, и в прохладном лесу потеплело просто оттого, что Ида была рядом. Эти волосы... они как костёр. — Кольцо настроения, — еле слышно шепча, указала она на руку Аладора. Рейн кивнули. Ида так же тихо спросила их: «Тоже успели заметить, да?». Они кивнули ещё раз. Про кольца настроения Рейн читали где-то, уже не упомнить, где. Чаще всего эти кольца были обручальными кольцами оракулов — инструментом, позволявшим понимать, что чувствует твой супруг, даже если он находится вдалеке. И в случае чего, как сейчас, примчаться на помощь... Интересно, Аладор вообще в курсе? — Ты говорила, что это просто безделушка, чтобы уменьшить уровень стресса перед экзаменом, — растерянно сказал Аладор. Одалия выглядела виноватой. Да уж, такое определенно не каждый день увидишь... Рейн даже стало интересно, как она будет выкручиваться. Но смотреть на парочку казалось невежливым. Дариус тем временем призвал к жизни собственную мерзопакость — как будто специально выше Джимми на полголовы (и когда Рейн начали подыгрывать Аладору и называть это дурацкое создание этим дурацким именем?). Он словно не обращал на друзей внимания. Выражение лица Дариуса было непроницаемым, но Рейн почувствовали, что с магом что-то не так. Они часто могли чувствовать… такое. Без всяких колец. Магия бардов, конечно, самая интересная, но Ида научила их и другим магическим штукам, к тому же, например, те же оракулы и барды — практически родственные треки. Знание музыки помогало понимать и настроение других ведьм. Как там говорится, вайбы? Пространство между ведьмами незримо вибрировало, передавая чувства и эмоции. Сейчас Дариус весь был, как натянутая струна — натянутая, и, возможно, готовая лопнуть. — Ты в порядке? — подлетели к нему Рейн. Тот недовольно дёрнул плечом. — Да уж, только с вашими проблемами мне ещё не хватало разбираться. Слушаю вон этого... Как вы вообще до этого додумались? — Ты же учился с Идой лет пять, ещё не привык? Дариус закатил глаза, облокотившись на голову своей мерзопакости. — Да как-то уберегла судьба, знаешь ли. Рейн поверили. Дариус обычно создавал впечатление студента, способного окружить себя таким мощным полем спокойствия, что даже самые замысловатые или буйные выходки Иды он либо не заметил бы, либо тотчас бы забыл. Тем более странным казалось его состояние сейчас. Ревновал Одалию? Ревновал Аладора? Просто думал, что флирт в критической ситуации — самое глупое, что может быть? Вот поэтому Рейн и не торопились признаваться Иде. Любовь — это прекрасно, но безответная любовь… уф. К такому они уж точно не были готовы, особенно накануне экзаменов. Насчёт себя они не беспокоились, но малейший риск навредить Иде — и Рейн чувствовали, как в глазах темнеет, а горло сжимается так, словно они не то что петь — говорить не умели никогда. Ида заслуживала самой лучшей в мире жизни, их дружба была самой лучшей в мире, и портить её вещами, которые нужны в первую очередь Рейн, было бы эгоистично. Тем временем Аладор и Одалия (а также Дариус, под конец присоединившийся к их разговору), видимо, пришли к решению. — Вы можете лететь домой, — холодно сказал Дариус. — Не беспокойтесь, мы никому не расскажем о том, что императора оживляли и вы тоже. Будут спрашивать стражи — скажем, что были втроём. — Но это мы виноваты, — сказали Рейн прежде, чем Ида успела накинуться на Дариуса с возмущенными криками. — И мы вас тут не бросим. — Мой дед — глава Ковена Целителей. Император души в нём не чает, никого не подпускает к себе, кроме деда, — твёрдо сказал Дариус. — Если нас поймают, то дед мне, конечно, задаст трёпку… Но прикроет. Удастся списать на глупые шалости студентов, особенно, если я назовусь инициатором. Семья Аладора тоже не самая простая, а с Одалией они считай помолвлены, так что выкрутимся. Но вас прикрывать будет сложнее. И Рейн, у тебя же были уже проблемы с предыдущей школой? Рейн кивнули. Дариус говорил правильные вещи… Удивительно правильные вещи. Рейн поняли, что всё это время недооценивали того, считая высокомерным снобом. Ну то есть, Дариус, конечно, и был в чём-то высокомерным снобом, но это было явно не главное в нём. Но соглашаться с этими правильными вещами Рейн не торопились. — Род Клаторнов тоже в порядке, — говоря это, они взяли Иду за руку, легонько сжали. Та была слишком молчалива для себя — неужели так переживала? Ох, конечно. Лилит очень хочет попасть в Императорский Ковен. Если вскроется это дело, тень может лечь на всех Клаторнов. — В порядке, но всё-таки… Тем более, ходят слухи, что за Клаторнами император следит особо. — Откуда ты знаешь? — вскинулась Ида, наконец прервав молчание. Рейн не знали, радоваться или тревожиться. И поэтому сделали единственное, что могли. Взяли инициативу в свои руки: — Пока мы будем тут болтать, император точно сбежит. Сейчас еще есть шанс его поймать. Если вы так хотите брать вину на себя, соврите потом ещё раз, скажите, что позвали нас помогать, когда увидели в лесу, что мы тут, не знаю, собирали травы, да хоть на свидании были! На словах «на свидании были» Ида слегка погладила их руку пальцем. Опять эти искры, да сколько можно… Рейн смутились, но продолжили: — В общем, давайте уже соберёмся и поймаем его. Мы вас не бросим, согласны? Они обвели глазами присутствующих. Дариус хмыкнул, кажется, даже одобрительно, и Рейн неожиданно для себя обрадовались. Всё-таки Дариус был надёжным товарищем и благородным магом, и его одобрение стоило многого. Одалия… Её Рейн было понимать сложнее всего. Магия оракулов слишком надёжно маскировала чувства, и то, что прорвалось в первые мгновения встречи с Аладором, Одалия успела спрятать под замок. Только пара зеленых прядей выбивалась из прически, напоминая, что самоконтроль ведьмы всё-таки имеет и бреши. Но она хотя бы не возражала — и Рейн это устраивало. Аладор. Тот, кто затеял с ними всё это, тот, кого вина и тревога должны были съедать сильнее всего. И страх, конечно же, — ведь он подвергал риску и ещё и своих родителей. Рейн перевели глаза на Аладора, надеясь, что тот согласится с их предложением… Но кажется, Аладор пропустил их пламенную речь. Его мерзопакость, слегка отдалившись от остальной компании, стояла у дерева. У ног мерзопакости сидели пятеро щенков и смотрели на Аладора тридцатью глазами. Клыки Рейн даже считать не хотели, слишком просто было сбиться со счёту. Тёмная шерсть щенков была вздыблена, жёлтые глаза сияли недобрым холодным светом. От них несло мокрой псиной, будто в своём подземном логове они только и делали, что купались в подземных озёрах. И как Рейн раньше не замечали их присутствия?.. Рейн вдруг подумали, что окрасом щенки напоминают самого Блайта, и не смогли сдержать усмешку. Но, конечно, было не до смеха. Щенки нехорошо так смотрели, наверное, имели все виды съесть невезучего мага. Совсем ещё юные, они уже были размером с крупную собаку, наверное, ростом примерно по пояс Рейн. — Ой, да это же щеночки! — восторженный голос Иды раздался как из другого измерения — в ушах Рейн заложило. Не хватало ещё разбираться с молодыми церберами, ох зря они тогда вообще полезли смотреть на щенят… Щеночки пока не кусались. Даже не лаяли, просто смотрели на побледневшего Аладора. И Рейн даже представить боялись, что будет, если за щенками придёт мама.