Ты восхитительна, знают все

Яркие, ослепляющие лучи освещали класс через полуоткрытые пластиковые окна, а вся стена класса с многочисленными плакатиками и портретами была усыплена солнечными зайчиками, которые никак не могли перестать так активно, немного прыгая, двигаться. А всё потому, что жаркое майское солнце уже вовсю дарило, замученным от школы, ученикам надежду о предстоящем лете, все три месяца которого можно потратить на незабываемый отдых. Однако не все были настолько рады, для бедных девятиклассников это был предвестник чего-то страшного, а именно то самое ужасающее слово, от упоминания которого не на шутку забываешь обо всём своём окружение, — экзамены. Этих двоих уж точно ничего не напугает, разве что они кого-то доведут до приступа. Они так и норовятся сотворить что-нибудь такое, от чего получат не только очередную дозу адреналин, но и очередные приключения на свою замученную пятую точку. Друзья не пожелали, чтобы всё произошло спокойно, поэтому уже давным-давно придумали план, как осчастливить всех девятиклассников этой школы. Дождавшись вечера, всеми известные Милена и Саша, от выходок которых устала вся школа, прорвались в кабинет директора, кто по совместительству приходился отцом для нашего Саши. Зайдя в кабинет, как профессиональные шпионы, они быстро обшманали кабинет с верху до низу и нашли, то самое ради чего пришли — экзаменационные работы. Так как у ребят оставалась мало времени до прихода Балконского-старшего, они, не медля, взяли ведро, (откуда ведро, одолжили у уборщицы) и закинули туда работы и ответы на экзамены, предварительно измельчив их, разрушители устроили настоящее фаер-шоу в ведре. Тут неожиданно послышались шаги, Милена и Саша быстро отправились прочь от места преступления...

***

Саша обратил на меня внимание сразу после того, как я вышла за калитку. Недолго думая, он выпалил уже привычное: — Привет, рыжик, — из его уст это прозвучало серьёзно, но так тепло, а после мы крепко по-дружески обнялись: — охуенно выглядишь, — всё тем же без эмоциональным голосом добавил Саша, но я то знаю, что скрывается за этой маской. — Ой, спасибо, — хитро ответила я на его комплимент и добавила: — ты тоже ничего. Парень лишь усмехнулся, услышав мою реплику, для него это было обыденностью, ведь мой стиль общения, по его словам, уже давно не удивлял, хотя кого он обманывает, иногда оно оказывает большое впечатление на всех окружающих. И вообще, если бы не моя специфическая манера общения, то в компании не происходило бы столько экшэна и драйва. А вообще, что я такого сказала, что вызвало у Саши такую бурную усмехающуюся реакцию. Он реально был одет, как денди лондонский, так он выглядел только на праздниках, очень важных праздниках. На Саше красовалась белая выглаженная рубашка, чёрные брюки и вишенкой на торте был бордовый галстук, который вот-вот развяжется. Заметив это, я быстро подошла к нему, чтобы накрепко умелыми руками завязать этот чёртов галстук, а то вдруг опять развяжется. Однако наш мистер-тугодум не сразу понял, что происходит. — Что такое? — сказал ничего не понимающий Саша, — ой, достал он меня уже, целое утро потратил, чтобы его завязать, но все впустую. — Руки просто должны из того места расти, — произнесла я так, чтобы он наконец понял моё превосходство над ним. На что он ничего не ответил, лишь молча указал рукой на машину, предварительно её открыв, а после чего добавил: — Прошу, миледи. Я решила уподобиться ему и тоже ничего не ответила, лишь молча с задумчивым лицом села в машину. Находясь уже в машине, я скрестила ноги и облокотилась рыжими волосами об окно, тут же следом сел и Саша. Обменявшись взглядами, я хотела ему что-то сказать, как вдруг он сам начал спонтанный разговор. — Сегодня хорошенько повеселимся.

***

Когда мы подъехали к школе, Саша проявил всю галантность, на которую только способен, и, протянув мне свою руку, помог мне выйти с машины. Обойдя машину, я сделала несколько шагов к школе и застыла, словно статуя в музее. Смотря на свою школу, на меня, вдруг, нахлынули все те эмоции, которые я пыталась подавлять в себе. Мне стало тяжело, ведь чего только не было в этой школе, сколько проблем мы устраивали здесь, сколько не нужных помещений мы приватизировали для себя, а может даже кто-то после нашего выпуска найдёт их и будет использовать под свои нужды. А сколько нервных клеток учителя потратили на то, чтобы нас перевоспитать и в очередной раз напомнить, что мы богатые балбесы, кстати, за это мы на них не обижались, ведь проще обвинить во всем телефоны и деньги, чем понять саму истину. За эти годы я ни разу не пожалела, что пошла именно сюда и, несмотря на всё то, что тут происходило, оставалась здесь. Саша заметил мою задумчивость и аккуратно подошёл ко мне сбоку: — Милен, ты в порядке? — немного дрожащим голосом спросил друг. На что я ему ответила: — Да, Саш, — это прозвучало так тихо, что услышать мог лишь он, — просто в этом месте произошло столько всего интересного и не только, можно сказать пол нашей жизни. Понимаешь? — Нет, как по мне место просто ужасное, — ответ говорил сам за себя: "Так как директор школы мой отец, я возненавижу это место". Эх, Саша, Саша. Ты не меняешься. Закончив этот разговор, парень взял меня под руку, и мы вместе направились на школьную линейку. Чем ближе вы были к школе, тем больше была слышна всеми любимая школьная музыка, которая была везде абсолютно одинаковая, независимо частная это школа или государственная. Услышав очередную песню, я начала мелодично подпевать в тон музыки, и даже настроение немного поднялось. Как вдруг, мне резко надоело. Когда мы с Сашей зашли на территорию школы и стали подходить к шумной толпе, под названием школьная линейка, то вдруг весь народ резко замолчал, раззявив свои рты, как будто перед ними королева Англии, но к их сожалению это всего лишь мы, Милена и Саша. К этим взглядам мы уже давно привыкли, а иногда даже и вовсе не замечали, по секрету мне иногда это нравилось, я ведь девочка и люблю внимание к себе. Мы подходили все ближе, и стало заметно, что толпа стала уступать нам дорогу, освобождая нас от своих удивлённых взоров. Проходя мимо каждого ученика, можно было услышать их перешептывания, которые порой раздражали не на шутку, и хотелось им грубо ответить, но я держала себя в руках, по крайней мере, пыталась. Дойдя до того места, где стоял наш класс, мы увидели, что были одни из первых, из наших тоже никого не было, поэтому я отпустила Сашу и повернулась к нему лицом. — Слышал, как те курицы обсуждали твой образ, — сказала я, указывая пальцем на тех самых куриц. — Ой, и не говори! Он такой красивый, а это рубашка! А галстук! Девочки я влюбилась, — саркастически я процитировала тех дур, которым пофиг где и с кем. — Ой, да ладно, — тоже попробовав их спародировать, а после начал смеяться Саша, как будто он заводит старый жигуль своего деда, — как у тебя так хорошо получается их пародировать? — Годы практики, — с усмешкой произнесла я, — с тобой и не такому научишься, — после чего увидела, как те стервы с взглядом хищников смотрели в нашу сторону. Я наконец-то успокоилась, я впервые за долгое время увидела настоящий и искренний смех, исходящий из уст друга. Мы спокойно продолжили свою беседу, как вдруг... кто-то накинулся на нас сзади. — Мои лучшие друзья, я так давно вас не видел! —Дим, скажи честно у тебя с памятью все ок? — возмущённо отреагировал Саша на позитив друга, — мы же буквально вчера вечером виделись. — Саша, тебе знакомо такое слово как дружелюбие, — заткнула я друга. И незамедлительно подошла к Диме, обняла его, а он в этот момент дёрнул меня сзади за волосы, за что я потрепала его по блондинистым волосам, которые от природы были слегка волнистые. Дима Гордеев был за любой кипишь, вечно идущий на контакт, однако не со всеми. Несмотря на то, что его родители были не самые простые люди, он не гнался за модой и шмотками, Дима обычным простой парень, с добрым сердцем. — Милена ты лучше расскажи, как там машины твоего папы поживают. Ты их ещё не спалила? — Дима, я смотрю, машины моего отца тебя волнуют больше, чем я, — сделав обиженный вид, ответила я на его вопрос, — а вообще в скором времени вы сможете на них заметить, выцарапанное гвоздём, звёздное небо, — уже привычным голосом продолжила. Мы стояли втроём, не обращая ни на кого внимания, и как обычно что-то бурно обсуждали, и было удивительно, что никто не возмущается из-за нашего срача. Хотя нет, сзади нас послышался возмущённый кашель. Я, Саша и Дима — все мы синхронно обернулась и увидели... — О, Эдик-педик, — сменив грозный вид на угорающий, произнёс Саша, после чего начал смеяться не останавливаясь. Я тыкнула в его вбок локтем со всей силы, на которую я была способна, из-за чего он едва пошатнулся и дальше залился заразительным смехом. — Почему-то я ни удивлён, — сказал Эдик — самый модный парень нашей школы, — и я рад тебя видеть, Саша. — Забей на него, он сейчас от смеха помрёт, — начал подбадривать Эдика Дима, — ты же знаешь, что он тупой. — Кто тупой? Я тупой? — вот таким образом резко закончился Сашин приступ. — Да, ты тупой, — поиздевалась я над Сашей и обняла Эдика. Эдик красивый с приятной внешностью парень. Прямые волосы у Эдика были наподобие потрёпанной шторки, не сильно длинной. Он самый модный парень в нашей школе, который, между прочим, занимался в модельном агентстве, одном из престижном в нашем округе. Родители Эдика немного экстравагантные люди, которые захотели слегка выебнуться, и назвать сына необычным именем — Эдуард. Теперь ему приходится ой как не сладко из-за наших подколок, но мы его очень любим. Мы бы ещё долго так стояли и выясняли отношения, если бы не приход нашей многоуважаемой классной руководительницы. Изольда Генриховна — наша классная, та ещё стерва, но если найти к ней особый подход, то жизнь окажется в разы легче. Тут же все отличники стали перед ней лебезить и дарить заранее, купленные ими, букеты. Мы же с ребятами так не парились, ведь всю благодарность можно передать в ярко украшенных конвертах, которые точно не завянут, в отличие от, сладко пахнущих, цветов. Тут началась линейка. Как обычно её начал директор школы — Балконский Евгений Юрьевич, имеющий несносного сына по имени Сашка, который был не знаком с правилами заведения. И именно в этот момент этот несносный сын развернулся, отошёл от толпы, и хотел было закурить сигарету, но: — Саш, не надо, — попыталась я его остановить, при этом рукой пытаясь забрать злосчастную упаковку, — не здесь. У меня не получилось забрать ту самую пачку, но и вырвать её из моих рук у Саши не получилось. Он раздражённо вздохнул и лишь молча направился в гудящую, словно улей толпу. Мы вернулись к классу, и тут меня потревожил тихий, обеспокоенный голос Димы: — Где вы были? — Отучали трудного подростка от вредных привычек, — спокойно ответила ему я. В ответ он лишь кивнул, что означало привычное и понятное "ясно". — Всё ещё не понимаю, почему вы не пара? — сделав удивлённое выражения лица, спросил у меня Эдик. — Потому что мы очень разные, — спокойно ответила я. — Возможно, ты права.

***

Подошло время к тому моменту, когда ученики 11 класса обмениваются подарками с ещё совсем юными первоклассниками. На самом деле это очень милый момент, когда сравниваешь их между собой. Такие взрослые храбрые парни и маленькие мальчишки, держащие в руках игрушечные машинки, цветущие прелестные девушки и хрупкие девчонки, любящие поиграть в куклы. Всё это очень мило, что даже я немного прослезилась. Дима и Эдик это заметили и незамедлительно заключили меня в свои, наполненные теплотой, объятия. — Не плач, солнышко, — стали подбадривать мальчики, при этом поглаживая меня по распущенным, рыжим волосам. Саша в этот момент стоял в стороне отдельно от нас, не наблюдая за линейкой и происходящем вовсе. Мне даже стало немного обидно из-за этой ситуации, ведь он мой лучший друг, где он, когда так необходим, почему он не находится рядом со мной. Но я быстро взяла себя в руки, так как нам в течение скорого времени пришлось пойти в класс.

***

После всех объявлений мы смогли выйти на улицу сделать глоток свежего воздуха. Все занимались чем хотели, кто-то болтал о своём с друзьями после долгой разлуки, кто-то сидел на траве в окружение своей компании. Мы же стояли вместе в так называемом кругу, а позже направились к выходу с территории школы. Почему-то все шли молча в полной тишине, как вдруг Саша резко прервал эту давящую тишину, сказав: — Сегодня, у меня дома, в 19.00. — Неужели, — хором мы ответили на его заманчивое предложение, от которого никто бы не смог отказаться. — Я думала, ты и не предложишь, — возмущенно сказала я, потому что это не просто вечеринка, это память прошедшему лету. — Полностью с тобой согласен, — согласился со мной Эдик, — я что ли зря новые вещи покупал. — Как видишь не зря, — обратился к нему Димка. Попрощавшись с ребятами, Саша подвез меня до дома. Поблагодарив его ещё раз пред уходом, я вышла из машины и направилась домой. Дома меня сразу же встретила улыбающаяся мама, недолго думая, она спросила у меня: — Как первый день прошёл? А то Илья уже вовсю ноет. — Да всё как обычно, ничего интересного, — ответила я на её вопрос, ведь по сути ничего интересного и не было, — а Илья пусть меньше ноет, а то порой раздражает. — Ну, Милена, ты чего, — возразила мама, глядя на меня, разумным взглядом, — это же Илья, ты что не знаешь его. Я, вообще, очень люблю своего малого брата, настолько сильно, насколько вы представить не можете, но иногда он просто невыносимый. Илья столько ноет, сколько не могут все его ровесники, прочие десятилетки. — Кто сказал, что я ною, — наконец-то пришёл возмущённый, с негодующим взглядом Илья, а то его все заждались, — я не ною. — Ладно, спасибо всем вам за столь приятную семейную атмосферу, но я пошла собираться, — быстро выпалила я, выходя из зала. — Куда? — обеспокоенно спросила мама, когда я уже поднималась по лестнице. — К Саше на вечеринку. Поднявшись к себе в комнату, я села за свой туалетный, белоснежного цвета столик и разложил свою избранную косметику. Выбрав самое подходящее, я начала не спеша краситься. После чего сделала причёску, мой выбор пал на небрежную, слегка потрёпанную, гульку и две небольшие, свисающих по моему лицу, порядки волос. Одеть я решила чёрные с высокой посадкой джинсы, ремень на которых подчёркивал талию, и мой любимый топ с милыми котиками, а также нацепила на шею свои любимую серебряную цепочку с аккуратной подвесочкой в виде замочка. Такой выбор мне был очень по душе, он хорошо отражал мою чуткую натуру. Накинув на себя джинсовку спринтом на спине, потому что вечера немного прохладные с лёгким ветерком, я вызвала такси и поехала домой к Саше. Выйдя из такси, я поняла, что приехала очень даже вовремя. Тусовка была в самом разгаре. Через окно можно было увидеть, что запасы алкоголя начаты, но не уничтожены столь высокими ценителями. Музыка была такой громкой, но очень даже мелодичной, однако слышно её было и на улице. Из дома вышел какой-то незнакомый для меня молодой, высокого роста, с карими глазами и каштановыми волосами парень, который резко взял меня под руки и быстро потащил в дом...