Одно дыхание на двоих

      Джек и Айрис встретились вновь в одном из ночных клубов Вегаса. Точнее, не самого Вегаса, а одного из его пригородов, что отнюдь не подходил для туристов и был не самым благополучным. Для Айрис эта встреча явно была сюрпризом, но только не для Джека. Он, не привыкший к подобным заведениям, выбрал столик в дальнем углу зала, подальше от суеты, шумных подвыпивших компаний и разноцветных бликов ярких огней. Там, где ничто не могло помешать ему наблюдать за ней. Он заказал себе пинту пива и неспешно потягивал напиток уже достаточно долгое время. Надираться в хлам не входило в его планы, ведь сегодня он наконец так близок к цели и нельзя допустить, чтобы в последний момент все испортила банальная пьянка. Клуб был из разряда тех, куда во второй раз возвращаться не хотелось: знавшая и лучшие времена потертая, старая мебель, липкий пол, на который была пролита не одна бутылка виски, хамоватый парень за барной стойкой, который строил из себя невесть что, вульгарно накрашенные и безвкусно одетые официантки, больше напоминающие шлюх из подворотни, разношерстная публика, среди которой с одинаковой долей вероятности можно было встретить и бывших успешных предпринимателей, находящихся на грани разорения, и вчерашних школьников, почувствовавших вкус взрослой жизни, и отверженных любовников, заливающих свое горе алкоголем, и мелких сошек наркобизнеса, развернувших здесь свое предприятие.       Но Джек, казалось, ничего этого не видел. Сосредоточенный взгляд его прищуренные глаз выхватил из толпы танцующих лишь одну фигуру и неотрывно следил за ней, жадно впитывая каждое движение, словно старался запечатлеть ее в памяти на всю жизнь.       Айрис.       Как долго он пытался ее найти. Он потратил кучу времени и средств, но поиски не давали никаких результатов. И вот, когда отчаяние захлестнуло его, он встретил ее здесь, в захолустном районе недалеко от Вегаса, где меньше всего ожидал увидеть.       Сам он оказался здесь по глупой случайности. Последний частный детектив, которого он нанял, в своем отчете говорил, что девушка, похожая на Айрис, несколько раз была замечена в пригороде Лас-Вегаса, но ни один из тех, кто ее видел, не мог рассказать о ней ничего конкретного. Тогда Джек решил отправиться на поиски сам.       Выйдя из аэропорта, он взял напрокат машину и отправился на поиски хоть какой-то информации, руководствуясь теми сведениями, что на протяжении двух лет добывал с помощью частных детективов. В течение недели он исколесил все более менее приличные районы, где, по его предположениям, могла бы начать новую жизнь Айрис, но не нашел ровным счетом ничего. И в день, когда пора была возвращаться домой, он так некстати провалялся в кровати своего гостиничного номера, мучаясь от адского похмелья, потому что до поздней ночи просаживал деньги в одном из казино. Чтобы успеть на самолет, собираться пришлось в спешке. Он побросал свои немногочисленные пожитки в небольшую спортивную сумку, рассчитался за номер и сел в машину, решив, что оставит ее по дороге, а оставшийся путь до аэропорта проделает на такси. Но не тут то было. Видимо сегодня весь город решил поспать подольше, потому что стоило ему проехать несколько миль, как он встрял в пробку таких масштабов, каких в Лондоне встретишь нечасто. Желание поскорее покинуть этот город, как, впрочем, и континент в целом, который он уже успел не взлюбить, стало нестерпимым. Джек спешил попасть домой в самое ближайшее время, чтобы разочарование от этой авантюры вконец не поглотило его, поэтому он благоразумно решил, что будет куда как лучше срезать путь через сельскую местность, и свернул с главной дороги на проселочную. Маршрут его пролегал через особенно неблагополучный район.       Но, видимо, незадавшееся для Джека утро решило плавно перетечь в такой же паршивый день. Обогнув очередной поворот на серую, неухоженную улочку, машина остановилась и ехать дальше не собиралась. Глянув на датчик топлива, он со всей силы стукнул кулаком по приборной панели. Датчик показывал по нулям. Отыскав взглядом единственного прохожего, он спросил у него, где находится ближайшая заправочная станция. Прохожий, утро которого, по всей видимости, тоже началось с жуткого похмелья, кое-как объяснил дорогу. Оказалось, до заправки было рукой подать. Джек достал из багажника пустую канистру и пошел в указанном направлении. Вернулся он не только с полной канистрой бензина, но и со сведениями, которые напрочь изменили все его планы по возвращению домой. Когда Джек расплачивался за бензин, парень — работник автозаправочной станции — ожидая чаевых, жадным взглядом смотрел в его бумажник и случайно увидел там фото Айрис, Парнишка присвиснул и, заговорщицки подмигнув, спросил:       — Вы тоже успели опробовать эту британскую цыпочку?       Глаза Джека полыхнули дьявольским огнем, полным ненависти, и первым его порывом было стереть с физиономии парнишки эту сальную ухмылку ударом кулака в челюсть, желательно не один раз. Но он вовремя себя одернул, лишь заходившие ходуном желваки от стиснутых изо всех сил челюстей говорили о том, что он чувствовал в этот момент. Джек постарался придать себе как можно более незаинтересованный вид и спросил:       — Так ты тоже ее знаешь?       Парень, все еще ухмыляясь, кивнул, и Джек продолжил:       — Ну и как она? Ничего?       — По-правде сказать, — ответил наконец он и как-то заметно поник, услышав холодный тон британца, — я пытался к ней подкатить в местном ночном клубе, где она тусуется по пятницам. Но надо сказать, у нашей Джессики крепкий удар.       Неосознанным движением парнишка потер искривленную переносицу, которая, судя по всему, не раз встречалась с чьим-то кулаком.       — Джессика? — переспросил Джек, удивленно приподняв темные брови.       — Да, ее так зовут. Странно, что вы носите в своем бумажнике фото девушки, даже не зная ее имени, мистер… Вы ведь не местный, не так ли? И надолго вы к нам?       Джек проигнорировал и слишком прозрачный намек на то, что нужно бы представиться, и вопросы, которые градом посыпались из парнишки-заправщика. Все его мысли занимала лишь она одна Айрис. Она была так близко и в то же время так далеко. Джек не мог поверить, что после трех лет погони за призраком, его наконец-то настигла удача. Едва уловимая, но удача. Мысленно он вознес благодарность всем высшим силам, какие только мог вспомнить, за это счастливое стечение обстоятельств. Хотя он, конечно же, понимал, что это лишь совсем крошечная победа на том пути, который еще предстоит пройти. Стараясь не выдать своего волнения, Джек спросил:       — Тебе известно, где она живет? Ее адрес?       Парень покачал головой и на минуту задумался, будто решал, стоил ли посвящать чужака в жизнь и тайны людей, обитающих здесь.       Джеку надоело смотреть, как на лице собеседника отражается вся гамма эмоций, что в этот момент он испытывал: от интереса к иностранцу, граничащего с любопытством и желанием сунуть свой нос не в свое дело, до гордости за то, что впервые в жизни он владеет информацией, которая может оказаться полезной еще кому-то, кроме него самого. В то же время, как и любой житель маленького ничем не примечательного городишки с плохой репутацией, он не хотел посвящать чужака в дела их общины, поэтому перед ним стояла дилемма. Джек, прекрасно понимая его чувства, решил немного помочь и достал из бумажника стодолларовую купюру. При виде нее глаза собеседника вспыхнули, а дрожащая ладонь, словно сама собой, нерешительно потянулась к заветной банкноте. Джек готов был поспорить, что эта сумма гораздо превышала его двухнедельное жалование, и юнец уже мысленно прикидывал, в какой мотель вечером поведет очередную девку для приятного времяпрепровождения. Наконец он заговорил, поспешно убирая в карман деньги:       — Никто не знает, где ее дом. Она появляется здесь несколько раз в месяц и наводит такого шуму, что вся округа гудит до ее следующего визита. У нее что-то вроде банды. Она и еще несколько ребят орудуют в Вегасе и его пригородах. Ходят даже слухи, что они уже добрались до Рино и Хендерсона. Но, если вас интересует мое мнение, все это чушь. В основном они обитают ближе к центру. Здесь же у них что-то вроде места, где они могут спустить пар, расслабиться. Хотя не проходит ни одной пятницы без какой-нибудь массовой патасовки в клубе с участием самой Джессики или мелкого грабежа, организованного ее ребятами. Но для райончика типа этого такие дела привычны, так что никто не обращает особого внимания. В основном Джессика надирается в хлам в клубе, а затем гоняет на своем Феррари по улицам, а к утру бесследно исчезает. Было несколько активистов, кто пытался повлиять на них с помощью полиции, но у них ничего не вышло. Думаю, что полиция в какой-то степени с ними заодно. Джессика играет в казино, и не было ни одной партии, из которой бы она не вышла победителем. — В голосе рабочего послышались нотки не то гордости, не то зависти. — Поговаривают, что багажник ее машины до верху набит деньгами. Поэтому ей и ее парням удается выходить сухими из воды вот уже не первый год.       Джек слушал его и не мог поверить в то, что слышал. Частью своего сознания он все же надеялся, что мальчишка обознался, и это не Айрис.       — Как мне попасть в этот клуб? — спросил Джек после небольшой паузы.       — Клуб называется Кобальт и находится в конце улицы. — Парень махнул рукой в сторону длинной улицы, по которой неспешным прогулочным шагом шли несколько пешеходов. У обочины были припаркованы несколько подержанных легковых автомобилей, а вдоль тротуара валялись пустые пивные банки, окурки, этикетки от шоколадных батончиков вперемешку с зелёными осколками битого стекла, что сверкали как самоцветы, стоило попасть на них лучам солнца. — Вход свободный, — с усмешкой добавил он.       Джек молча кивнул, поднял канистру бензина и, не оглядываясь, зашагал прочь, оставив парня с автозаправочной станции недоуменно смотреть ему вслед. Остановился Джек лишь дойдя до машины, взятой напрокат неделю назад. Видавший виды мустанг неприметного серого цвета ждал его на том же месте. Залив в бак бензин и снова убрав канистру в багажник, Джек, теперь уже не торопясь покатил вдоль улицы, о которой говорил парень с заправки.       Он внимательно озирался вокруг, стараясь запомнить все детали и не упустить ничего. Серые неприглядные строения домов, магазинов и местной администрации — все это очень контрастировало с тем, что он видел до этого в штате Невада. Словно вмиг он попал в одну из стран третьего мира. По крайней мере, так ему казалось. В силу того, что Джек был начитанным и образованным, он, конечно, догадывался, что за внешним лоском роскоши, богатства и веселья кроется совсем неприглядная для туристов реальность. Но одно дело просто догадываться, и совсем другое — убедиться воочию. За неполный день он объездил вдоль и поперек этот, словно богом забытый, район, успел пообщаться с несколькими людьми, двое из которых были весьма приветливы, сносно пообедать в местной забегаловке, а к вечеру снять квартиру недалеко от ночного клуба Кобальт, который ему не терпелось посетить.       Возможно, ему удастся разговорить какого-нибудь любителя выпить за чужой счет и выяснить какие-то новые факты о той, кто стала для него навязчивой идеей. А пока дело близилось к вечеру, не мешало бы хорошенько выспаться. Что там говорил парень с заправки? Что иногда она бывает здесь не только по пятницам в качестве посетительницы клуба, ее можно встретить и в другой день. Вопрос: зачем она сюда приезжает и к кому?       Джек открыл металлическим ключом деревянную, несколько обшарпанную дверь и небрежно бросил спортивную сумку в угол маленькой прихожей. Осмотрев более чем скромную обитель, Джек решил, что не время сетовать на жилищные условия, и, не раздеваясь, плюхнулся на кровать. Пружины продавленного матраца жалобно под ним заскрипели, но он и ухом не повел. Достав из кармана пиджака мобильный телефон, он взглянул на экран, отметив, что уже достаточно поздно, а ночными бодрствованиями он все равно ничего не добьется, кроме ощущения усталости, разбитости и, как следствие, злости на весь мир. Джек закрыл глаза и впервые за долгое время позволил себе крошечную надежду.       По мере того, как тело и разум его расслаблялись, погружаясь в дремотную негу, воспоминания давно минувших дней постепенно заполняли его сознание, смешиваясь с картинками недавно увиденного или только лишь прочитанного, и в какой-то момент стало совершенно непонятно, где заканчивается воспоминание и начинается сон.