Что такое верность?

Энакин не оставил попыток увидеть Асоку. Он знал, что Магистров часто приглашают на званные приёмы в сенате, звали иногда и его, однако Скайуокер не ходил, не будучи любителем подобных мероприятий. Он вообще не был публичным человеком и крайне редко появлялся где-то, кроме миссий. Впору было ему сейчас об этом пожалеть, ведь в скором времени сенат устраивал вечеринку в честь какого-то соглашения, Энакин не особо понял какого, да и не важно, важнее было другое - то, что туда пригласили Асоку. С помощью Магистра Кеноби, Энакин получил допуск на мероприятие, Сатин состояла в сенате и потому могла взять столько приглашений, сколько хотела. Таким образом проход был обеспечен, осталось только подобрать внешний образ, в этом ему вызвался помочь Хан. С ним вместе Энакин выбрал серебристый костюм с галстуком на пару тонов светлее, так же Соло уговорил его взять лакированные ботинки с узкими носами, без шнурков, а так же разрешил воспользоваться своим одеколоном, которым пользовался сам перед свиданиями, уверяя, что дамы от него падали перед ним штабелями. В довершении же облика Скайуокер тщательно расчесал свои непокорные волнистые пряди, использовав для этого гель, которым Лея укладывала волосы. Получилось достаточно хорошо, по крайней мере, зеркало в прихожей согласилось бы с таким утверждением. Не то, чтобы Энакин сильно надеялся поразить Асоку своим внешним видом, просто хотел, чтобы она видела, как сильно он ради неё старался. В качестве подарка купил огромный букет белых роз, хотя и понимал, что вряд ли такой подарок сейчас уместен. Вряд ли один букет компенсирует разрушенную жизнь и не бывшие я надежды. Скайуокер появился одним из первых и кивнув нескольким знакомым, занял выгодное положение у входа, спрятав букет за спиной, но всё равно на него как-то странно косились. И тут он увидел Асоку, она появилась перед ним неожиданно и первое время Энакин не мог ничего сказать, просто стоял и смотрел на неё. На ней было довольно простое темно-синее платье с прямой юбкой до колена, рукавом три четверти и совершенно закрытое, безо всяких украшений. Особенно притягивали взгляд её ноги, стройные, обтянутые прозрачными чулками, удлиненные чёрными лодочками на тонких каблуках-шпильках. Заметив Скайуокера, тогрута не стала к нему подходить, кивнула издалека, посмотрела с иронией и пошла дальше, здороваться с другими. Видимо это было по правилам. Наконец, набравшись мужества, Энакин приблизился к ней сам и протянул букет: - Здравствуй, Асока. - Спасибо, очень любезно с твоей стороны, - произнесла Асока вежливо, принимая цветы. При этом, отдавая букет, Энакин удержал её за руку: - Асока, нам нужно поговорить, я обещаю тебе, надолго не задержу. - Похоже, другого мне не остаётся, - сказала она с улыбкой. - Куда ты хочешь пойти? - продолжил Энакин, вдохновленный таким началом. - Давай просто пройдёмся, - сказала она, с неохотой отнимая руку. Здание сената было в самом центре и потому сразу за ним начинался центральный сектор Верхнего уровня, знакомый до боли тому и другой. Асока была на каблуках, а Энакину было непривычно в этих узких ботинках, что нестерпимо жали, но взявшись под руки, они мужественно направились по знакомой с юности тропинке. Остановились возле знакомого небольшого павильона, где теперь был какой-то бутик. - Помнишь, как мы заходили сюда поесть пиццы? - спросил Энакин, искоса глядя на Асоку. - Да, Корусант здорово изменился, - покачала она головой, как будто бы тоже переносясь в далёкие годы юности - И вообще, многое изменилось. - Всё, но только не ты, - произнёс Энакин каким-то другим голосом, при этом повернувшись к Асоке лицом и пристально глядя на него, отмечая каждую черту. Она тоже на него посмотрела, одной рукой продолжая держаться за локоть мужчины, другую опустила на подоконник павильона. Взгляд Энакина поймал её глаза и не смог уже их отпустить, желая приблизить его к себе и не отпускать более. Асока чувствовала, что всё сильнее подпадает под власть горячего, влекущего огня, стремящегося охватить всё её существо, пока ещё лишь согревая. При этом тогрута явственно ощутила, как Скайуокер начал легко и ненавязчиво поглаживать её руку выше локтя. От этого её кожа буквально горела, а всё внутри плавилось. Она придвинулась сильнее, Энакин сделал то же самое, но когда между ними осталось не более сантиметра, Асока вздрогнула и отпрянула, стряхивая с себя наваждение. - Ты тоже остался прежним, - сказала она так, словно ничего не произошло, а это и правда было так, поскольку Асока сама не позволила произойти ничему непоправимому. - Асока, я от неё ушёл, представляешь? - сам не ожидая от себя выдал Энакин, чувствуя при этом, как рука её напряглась под его локтем и сделала попытку освободиться. - Энакин, ты как был болваном, так и остался, - произнесла она с осуждением - Ты сам выбрал её, так и живи с ней. Стоило тогда оставлять меня ради неё, чтобы сейчас ни с того, ни с сего, поменять ситуацию. - Дело не в тебе, - продолжил Энакин с отчаянной горячностью - А в том, что я просто не мог больше оставаться с ней под одной крышей. Мне и раньше было с ней нелегко, а сейчас и вовсе стало невыносимо. И даже если бы мы с тобой не встретились сейчас, то я бы всё равно ушёл, я просто не мог больше вот так. - Прости, я вовсе не хотела разрушать ваши отношения, - сказала на это Асока - Давай дойдём вместе до площади Восстания, это будет наш путь, а потом разойдемся. Энакин согласился и они медленно пошли в ту сторону, дорогой не говорили, но время от времени у них вылетали старые воспоминания. - Помнишь, вот там был магазин сладостей, как ты заходила туда и покупала пастилу? - спрашивал Энакин, кивая куда-то в сторону. - Да, а один раз ты принёс мне мармелад ввиде зверьков, так я не смогла его есть, - со смехом вторила ему Асока - Говорила, что не могу, им будет больно, они так на меня смотрели. Истерика даже началась, прошла когда ты их унёс. - Скормил юнлингам в храме, они не такие сентементальные, как некоторые, - рассмеялся Энакин и щёлкнул её по носу. Так незаметно они дошли до площади и тогда Скайуокер произнёс уже серьёзно: - Асока, ты должна знать всё. Я слишком долго не мог понять своего чувства к тебе, но сейчас я знаю точно как сильно любил и люблю тебя. Что именно это и было самым главным и настоящим в моей жизни. Что вместе с тобой я потерял нечто по-настоящему большое и важное, что наполняло мою жизнь смыслом и давало ощущение эмоциональной полноты. И именно это давало мне силы, чтобы жить, позволяя чувствовать себя свободным и независимым. Именно ты и твоя любовь давали мне такую возможность, а потеряв их, я стал пустым и ветер подхватил меня и унёс в неведомые дали, видя, что я не в силах сопротивляться ему. Я понимаю, что не заслужил твоего прощения и потому не прошу его, я так же не вправе требовать от тебя отношений и близости, просто знай, моя жизнь в твоих руках, если она будет тебе нужна, то приди и возьми её. Асока тяжело вздохнула: - Энакин, я тебе уже сказала и говорю снова - вернись к своей семье, незачем нам больше видеться и этим травить друг другу душу. Ты сам видишь, хорошего из этого ничего. Вспоминай обо мне, пускай нечасто, но с радостью. А теперь прощай, так будет лучше. И легко коснувшись губами его щеки, Асока вошла в стоящий на площади спидер и через миг исчезла в темноте наступающей ночи.