Гравитация Венеры

POV: Том       Купив билеты на колесо обозрения, мы с Лукой еще зашли к флористу. Он очень хотел порадовать Сашу цветами и купил ей ее любимые красные розы. Так как Айлин считалась здесь моей невестой, я подумал, что мне тоже следует выбрать букет для нее. Передо мной встала нелегкая задача, что даже Лука удивленно посмотрел на меня, когда я застыл у цветочной витрины в муках выбора. — Ты не знаешь, какие цветы нравятся твоей невесте?       Получалось, что так, и мне пришлось признать это. — А какие ты обычно даришь?       Это вопрос загнал меня в тупик. Я не дарил Айлин вообще никаких цветов. Я знал ее сутки. — Ты никогда не дарил ей цветов? — продолжал удивляться Лука, прекрасно читая мои эмоции, сразу же отражавшиеся на моем лице.       Пришлось признать и это. — Тогда надо с чего-то начинать. Может розы? Они нравятся практически всем. Но на будущее лучше поинтересуйся, какие цветы она предпочитает.       Я уже почти купил розы, но учуял знакомый аромат, исходивший от только что доставленных в магазин лилий. Они мне напомнили аромат ночного жасмина, который я ощущал каждый раз, когда Айлин оказывалась вплотную ко мне. Мой выбор пал на белоснежные лилии. Пусть даже я и ошибся, но мое сердце в данный момент указывало на них.       Айлин и Саша ожидали нас, сидя на бортике фонтана. Айлин задумчиво мочила пальчики в воде, а Саша, видимо, пыталась с кем-то связаться по коммуникатору, подумал я, узнав знакомые жесты. — Вы долго. — Заметила нас Саша. — О, и понятно почему. — сказала она, увидев букет любимых роз в руках у Луки. Они чувственно поцеловались, как только он присел рядом с ней.       Айлин подняла свой взгляд и растерянно посмотрела на меня. — Это мне? — На меня глядели ее печальные глаза, и я никак не мог понять, почему вдруг она так резко погрустнела, пока нас не было. — Конечно. — ответил я ей и протянул букет белых лилий. — Мои любимые. Я обожаю их аромат. — вдохнула она благоухание цветов, и ее лицо несколько просияло. — Как ты догадался? — удивилась она. — Никак. Видимо, это случайность. — Дорогая, в чем дело? — слышал я голос Луки позади, любуясь как Айлин поглаживает чашечки лилий. — Никак не могу дозвониться до Фрэнсиса. Куда он запропастился? — задавалась вопросом Саша. — Он должен был подобрать квартиру или дом для Тома и Айлин. — Видимо у него есть дела поважнее, чем его основные обязанности. — высказал свое недовольство Лука. — Не знаю, это уже не первый раз. Он меня беспокоит последнее время. Айлин повеселела. Она улыбалась мне, мило щурясь от яркого солнца. Мне было очень приятно доставить ей хоть и небольшое, но удовольствие. И я словил себя на мысли, что мне стало это так важно, чтобы у Айлин непременно было хорошее настроение. И я радовался, как ребенок, когда видел ее счастливые глаза. — Вы как дети малые, — обратился к нам Лука. А где горячие поцелуи? Вы жених с невестой или как?       И он был чертовски прав — наше поведение мало походило на поведение жениха и невесты. Чтоб как-то спасти положение Айлин встала и обняла меня. — Спасибо, дорогой! — Она старалась изо всех сил изобразить близость, которая должна быть между влюбленными. — Я очень рад, любимая. — Подыгрывая ей, я крепко прижал ее к себе и поцеловал. — В щеку? — удивился Лука. — Лука, отстань от них. Не все любят выражать свои чувства прилюдно. — продолжая свои дела по коммуникатору, сказала Саша.       Айлин озадаченно смотрела на меня, не зная, как действовать в данной ситуации. Не понимаю, что на меня нашло — то ли Лука раззадорил, то ли дурман лилий, но я поцеловал Айлин совсем не в щеку и почувствовал, что она ответила на мой поцелуй, нежно захватывая мои губы. — Вот это другое дело, — слышал я одобрение Луки, и, если бы Айлин не прервала поцелуй, я не смог бы остановиться. ***       Адонис окончательно меня покорил, а с высоты колеса обозрения он выглядел еще колоссальней. Храм Афродиты, внутрь которого мы еще не успели попасть, побывав лишь на храмовой площади, величественно возвышался среди близлежащих к нему зданий и выделялся своим золотисто–мраморным фасадом с монументальными колоннами. Охровое тепло храма гармонично сочеталось с песочного цвета строениями вокруг.       Вдоль улиц Адониса было много зелени, цветущих деревьев и кустарников. Я заметил, что многоэтажных жилых домов здесь практически не было, но было несколько небоскребов с другой стороны искусственного канала, который разделял город на две части и впадал в Адонисский залив. Люди предпочитали жить в домах не более трех этажей, и у каждого дома был свой сад.       Преимуществ жизни в Адонисе имелось предостаточно, и на вопрос хотим ли мы остаться именно здесь на год — мы оба ответили — да. Я уже точно определил, что хочу продолжить свою театральную деятельность, а по словам Саши именно в Адонисе самое большое количество театров и театральных площадок. Конечно же я не терял надежды попробовать себя и в качестве писателя. Здесь меня никто не знал, и мне было бы легче реализоваться в этом, понизив градус значимости.       Саша, так и не дозвонившись до Фрэнсиса, сама нашла нам дом на берегу Адонисского залива. Сразу после колеса обозрения мы договорились поехать туда и посмотреть его. — Это отличный вариант. Надеюсь он вам понравится. Там из окон открывается просто потрясающий вид на залив. И, Том, — обратилась она ко мне. — Если ты собрался продолжить актерскую деятельность, то прямо недалеко от этого дома находится театр «Фебус». — Думаете, я смог бы туда устроиться? — Уверена. Держите вот эти карточки. — протянула она нам чипообразные плоские фишки. — Что это? — взял я свою карточку. — На ней вся информация о вас и счет в банке, который полагается всем временнЫм туристам. — пояснила она. — Забавные штучки. — рассматривала Айлин свою карту, поглаживая ее мелкоребристую поверхность. — А ты уже решила, чем бы хотела заняться здесь? — поинтересовалась Саша у Айлин. — Я только закончила школу искусств и еще нигде не работала, но я с удовольствием продолжила бы здесь свою художественную деятельность. — В каком стиле ты работаешь? — спросил Лука. — Я еще не определилась. Писала картины в разных стилях. — У моего друга своя галерея. Он художник и бизнесмен. Часто организует выставки в разных тематиках. Если ты желаешь, я познакомлю вас. — Да, с огромным удовольствием.       Как же Айлин была воодушевлена! Ее состояние тут же передалось и мне. Я ловил ее улыбки и взгляды горящих увлеченных глаз.       Тур на колесе обозрения закончился. Я помог Айлин выйти из кабинки, подав ей руку, и не стал отпускать, крепко сжав ее в своей ладони, и я заметил, что она не была против этого моего жеста. Так взявшись за руки, мы вместе с Лукой и Сашей отправились смотреть дом. Мы спустились по живописным улочкам к побережью и вышли к нашему будущему дому. Я обратил внимание на вывеску с названием улицы и номером дома — улица Белых Лилий, 18. Повернув голову, я увидел книжный магазин напротив нашего дома и вспомнил про сегодняшнюю встречу с Маргаритой. Странный разговор с ней вновь всплыл в моей голове, который был практически вытеснен образом Айлин, стоявшем все это время передо мной, и ощущением вкуса ее мягких губ.       Саша провела рукой перед дисплеем и входная дверь открылась. — Ваши лабораторные данные уже переданы риэлтору, и, если дом вам понравится, то сегодня же вечером все сенсоры дома будут настроены на вас. — предупредила нас Саша.       Дом был достаточно большой, и благодаря панорамным окнам во всю стену создавалось впечатление воздушности и простора. Эта огромная стена-окно выходила на Адонисский залив. В доме были гостиная, спальня, кухня и кабинет. Еще одну комнату, находящуюся радом с кабинетом, Саша не смогла открыть и пообещала узнать почему она заблокирована.       Когда мы осмотрели весь дом, у Саши зазвонил коммуникатор. — О, это Фрэнсис.       Спустя пару мгновений ее лицо приобрело озадаченный вид. — Мне пора. Нужно встретиться с Фрэнсисом. — сказала Саша, видимо, получив от него не очень хорошие известия. — Ну уж нет, любовь моя, уже поздно. Пусть ждет до завтра. А мы, как и планировали должны провести этот вечер вдвоем. Он и так слишком пользуется нашей добротой. — возмущался Лука. — Лука, дорогой, — вежливо начала Саша. — Давай попрощаемся с новыми хозяевами дома и поговорим на улице.       Лука и Саша учтиво извинились за свою спешку и ушли, оставив нас с Айлин наедине в нашем примерно на год доме. Айлин подошла к панорамным окнам. — Саша была права. Вид просто чудесный. — Я ощущал ее расслабленное состояние, и ее мягкий голос меня обволакивал.       Я подошел к ней сзади. От нее исходил жаркий аромат тех самых лилий. Мой мужской животный инстинкт требовал обнять ее, и как только я представлял это, то понимал, что объятий будет мало. Я раздевал ее мысленно, целовал в губы, чувствовал ее язык, гладил ее бедра, грудь. Внизу моего живота вспыхнуло пламя, и мой член встал, безумно ее желая. — Я говорила с Сашей на счет слов Маргариты. — начала она, резко охладив мой пыл. — Что она сказала? — напрягся я.       Все также глядя в окно, Айлин пересказала мне весь ее разговор с Сашей в храме Афродиты, и я понял, почему она была опечалена тогда. — Ты любишь Еву? — вдруг спросила она, повернувшись ко мне лицом. — Да, конечно, — шаблонно ответил я, полагая, что, наверняка, именно такой ответ она хотела услышать, но самому мне казалось, что мои чувства были сейчас в смятении, и я ни в чем не был уверен до конца. — А ты Себастьяна? — Задал я ей встречный вопрос. — Да, очень. — Ее ответ сдавил мою грудь. Чего же я ожидал? Он был ее женихом, и я знал это с самого начала. Почему же эти слова звучат так больно? — Значит мы сможем дождаться нашего отправления, правда? — Не унималась Айлин, желая слышать мое подтверждение. — Да, обязательно сможем, — выдавил я из себя. — Ты обещаешь? — Обещаю. — Как же тяжело далось мне это слово.       Мне так и не было до конца понятно, довольна она была моим ответом или нет, потому что в этот момент ее лицо ровным счетом ничего не выражало. Я долго не мог уснуть, думая о Еве и об Айлин, и не мог разобраться в своих чувствах. Все, что я сейчас очень ясно ощущал — так это всепоглощающую вину перед Евой и то, что я ее предал. Но я также не мог отрицать того, что Айлин волновала меня так, как ни одна женщина до этого.