Глава 15. Доброе утро
3 мая 2022 г., 00:13
Мальта, 2018 год
— Я очень люблю «Бон Вояжи», но вот эти камеры в комнате просто убивают. Так хочется уединения! — шепчет Тэхён в темноту. Он лежит на спине, прикрыв глаза, и возмущённо бормочет про все эти правила. Полумрак в их комнате разбавляет лишь свет от красной мальтовской луны. Блики из окна падают ему на грудь, придавая коже красивый бронзовый оттенок. Чонгук любуется своим хёном, приподнявшись на локте. Он знает, что Тэ сейчас абсолютно обнажён и лишь уголок одеяла прикрывает его естество. Он всегда так делает, хотя уже давно нечего смущаться. Этот жест неизменно вызывает искреннюю улыбку Чонгука. «Стесняшка мой!» Он протягивает руку и рисует что-то на его животе — Тэхён приоткрывает глаз и поворачивает голову к нему. — Тайные письмена? — в тишине слышится негромкий смешок. — Они самые! — с важным видом шепчет тот и продолжает, отчего кожа Тэхёна покрывается мурашками. Чонгука всегда поражает реакция на те или иные действия с его стороны. Они мгновенны и естественны. — Чего ты там пишешь? — любопытствует Тэ. — Ничего особенного, — бормочет он в ответ, выводя буквы снова и снова. Единственное, с чем сейчас у него ассоциируется Тэхён, — это эйфория. Ему настолько хорошо, что не передать словами… Каждая минута рядом с ним наполнена счастьем, отчего сердце бьётся чаще, а в груди разливается приятное тепло, будто кто-то зажёг там маленькое личное солнце. Когда они вместе, всё вокруг преображается: смех Тэхёна звучит как красивая мелодия, а улыбка освещает даже самый хмурый день. И никаких слов не нужно, когда они могут вот так наслаждаться драгоценной близостью вне камер. — Сыграем в игру? — вдруг говорит Чонгук, вспомнив тот самый подарок на совершеннолетие. Тэхён заинтересованно прищуривается. — Я пишу слово по буквам, и если угадаешь — исполню любое твоё желание. Тэ смеётся, потому что тоже вспомнил тот самый случай на крыше с игрой, отчего в глазах мгновенно вспыхивают весёлые огоньки. — Моё желание может быть очень коварным, Чонгук-и! — Боишься проиграть? — Боюсь не использовать эту возможность! — Тогда начнём? — Он азартно потирает ладони. Тэхён устраивается поудобнее, не забыв поправить уголочек одеяла. Чонгук тихо смеётся и откидывает край, отчего тот возмущённо дёргает его обратно на себя. — Ну прости-и! Не перестану умиляться этой твоей привычке. Так забавно! — Давай уже черти там свои каракули, пока я не передумал! — бубнит Тэ, демонстративно нахмурив брови. Чонгук невесомо выводит первую букву. — Ни хрена не понятно, а ну повтори! — Ты проиграл, увы! — хихикает он. — Что-о? Как? Нет, ты едва касался меня, так не пойдёт! — Тэхён толкает его в бок. — Ладно, твоя взяла, только прекрати ёрзать. Тэ снова ложится и пытается сосредоточиться. Пальцы возбуждающе щекочут кожу и очень отвлекают. — Погоди, а на каком языке ты пишешь? — вдруг спрашивает Тэхён. — Ну вот, а я думал ты не спросишь и проиграешь! — Чонгук явно расстроен, что его план провалился. — Так какой? Это не корейский точно! — оживляется Тэ. — Английский… — звучит обречённо. — Ты хотел меня надуть, но не вышло, Чонгук-и! Твой хён слишком хитёр! Я как старый мудрый лис… — Да угомонись ты уже! — Чонгук щекочет его. — Мы так никогда не закончим. Тэхён смеётся, извиваясь от касаний под рёбрами, потому что дико боится щекотки. Пожалуй, это самый чувствительный человек, которого Чонгук когда-либо встречал. Но в сексе реакция на тактильность порой подобна взрыву атомной бомбы. Тэ опять ложится ровно и косится на него. — Давай заново, но только честно и без мухлежа! Чонгук выводит первую букву. — Это S. — Верно… Чертит дальше. — Ой, а это проще простого. Следующая буква О. — Лучше бы я писал на корейском, — сокрушается Чонгук, потому что очень не любит проигрывать. — А это похоже на U, верно? — Угу! — А это L, да? Это всё слово? — Вообще-то, я ещё не закончил! Или ты готов к проигрышу? — Чонгук победно смотрит на него сверху вниз. — Обломись, Гук-и! Следующую букву он нарочно пишет едва касаясь, в надежде, что тот не угадает. Уж слишком хочется одержать первенство. — Это точно M. — Да… — Я хочу назвать слово. — Но я ещё не дописал! — Это неважно! Кажется, я его знаю. Тэхён переворачивается на бок, подпирая голову рукой. Смотрит пристально и слегка игриво, пока кончик языка нарочито медленно скользит по нижней губе. — SOULMATE, верно? — довольным голосом произносит он. — Что? Как ты догадался? — восклицает Чонгук, широко улыбаясь. — На самом деле, я мог назвать слово после первой буквы. — Но ка-ак? — Чонгук хватает его за запястье и тянет на себя. — Потому что ты и есть мой soulmate. А я твой, верно? Мы же считываем эмоции друг друга постоянно. Родственные души. — Верно… — шепчет он, мысленно радуясь, что и здесь их мнения совпали. — Но за язык тебя никто не тянул, так? — Н-да… — А это значит, что у меня есть одно желание. — Он поднимает указательный палец, а потом припечатывает его к чужим губам. — Да, но мне уже страшно! — Чонгук картинно округляет глаза. — Я хочу приберечь его для особого случая, можно? — неожиданно произносит Тэ. — Можно. — Чонгук выдыхает, потому что у него есть время для передышки. — Но давай оговорим сроки: мне не очень хочется быть в постоянном ожидании. — Ну не знаю даже, я обещаю подумать! — заразительно смеётся Тэхён. И спорить с ним бесполезно — остаётся только смириться.***
Раннее утро тихое и какое-то умиротворяющее. Чонгук неожиданно просыпается и смотрит на часы. 6:51. Подъём у них в 7:30, а значит, ещё есть время понежиться в любимых объятиях. Тот сладко сопит, подложив под щёку ладонь. Это выглядит так очаровательно, что Чонгук не удерживается и щекочет большим пальцем его нижнюю губу. Тэ реагирует мгновенно, поджимая её под тихое хихиканье в кулак. — Я всё слышу, макнэ… — сонно бубнит он и широко зевает, прикрыв рот ладонью. — Ты такой милый во сне. Обожаю за тобой наблюдать или фотографировать. — Да, коллекция регулярно пополняется. — Я проснулся и не могу спать, когда ты рядом! — Чонгук игриво прикусывает его за плечо. — Вот как? — Тэхён всё же переворачивается на спину, разлепляя глаза. Рука Чонгука тут же ныряет под одеяло и скользит вниз вдоль тела. Он едва касается кожи, снова ощущая мгновенную реакцию, и это чертовски его заводит. — Который час, Гук-и? — Тэ приподнимает голову в поисках телефона. — У нас есть целых сорок минут! — Смотрит на него умоляюще. — Но камеры… — Кивает на одну из них. — Когда она включается, оператор голосом всегда предупреждает, так что не переживай. Тэхён с подозрением смотрит на небольшое устройство у самого потолка, но то сейчас явно в спящем режиме. — Ты сегодня заслужил кое-что очень волшебное! — шепчет Чонгук ему в шею. — Правда? — Он откидывается на подушки. Чонгук заползает под одеяло, медленно спускаясь вдоль тела. Касается губами выемки возле ключицы, а потом чуть ниже находит сосок и кружит по нему языком. Это всегда беспроигрышно. И Тэхён мгновенно реагирует, сжимая пальцами его плечо. Сегодня ночью они уже были близки, но Чонгук никак не насытится. Чуть солоноватая кожа приятно пахнет, а частое дыхание заводит всё больше. Его возбуждает тот факт, что он одет, а абсолютно обнажённый Тэ полностью в его власти. Он проводит рукой по внутренней стороне бедра и сжимает яйца, отчего тот сразу вздрагивает. Чонгук знает, что для Тэхёна это запрещённый приём, но начинает именно с него. Член уже напряжённо ожидает ласк, поэтому, когда губы обхватывают головку, кое-кто не выдерживает и стонет в сгиб локтя. — Ти-ише… — улыбается Чонгук и продолжает, играя языком. Кажется, он изучил тело Тэхёна лучше, чем своё собственное, но всё равно продолжает открывать для себя новые потайные местечки, от которых тот сходит с ума, и ему это безумно нравится. Чонгук спускается дальше и обхватывает губами сначала одно яичко, осторожно посасывая и играя с ним, затем — другое, двигаясь ещё ниже. Язык проворно исследует дорожку до сокровенного входа. Он обхватывает рукой член, и пальцы умело массируют головку, пока рот занят кое-чем другим. Тэхён настолько обескуражен происходящим, что забывает как дышать. Он похож на кита, выброшенного на берег. Задыхается, извиваясь на кровати и собирая сбившуюся простынь в кулак. — Гук-и… что ты творишь?! — хрипит он. Рот захватывает оба яичка, в то время как средний палец уже внутри. Чонгук знает, куда нажать, чтобы эффект был фееричным. Рука ускоряется, отчего Тэхёна начинает трясти мелкой дрожью. Но Чонгук не хочет быстрого завершения, поэтому то увеличивает темп, то переходит на мучительно медленный, слушая сдавленные стоны в подушку. И когда чувствует, что оргазм на подходе, берёт член в рот так глубоко, насколько это возможно. От прикосновения головки к тёплому податливому горлу Тэ ожидаемо содрогается, подаваясь вперёд, и у Чонгука даже выступают слёзы на глазах, но он не отпускает его до тех пор, пока тот не обмякает в руках. Оба тяжело дышат, как после спринтерского забега, пытаясь прийти в себя. — Внимание, камера! — Голос оператора внезапно доносится из динамика. — Что? Блин! Не-ет! — Чонгук в панике накрывается с головой. — Прости, но я мёртв. Неси за это ответственность, — бормочет Тэхён, заворачиваясь в кокон из одеяла, которое он благополучно отжал. — Я прибью тебя, Тэ! — Чонгук смеётся, глядя на неподвижное тело. — Мне нужны салфетки, чёрт! — Это лучшее «доброе утро» в моей жизни!
