Будь честен с собой

- Джерри, сегодня довезешь Морти до... терапии? При одном только упоминании о преподобном внутри все скрутило, и мальчик чуть не вернул весь свой завтрак обратно на тарелку. - По-моему, зря вы стараетесь, - равнодушно отметила Саммер, не отрывая взгляда от телефона. - Потому что акцент на этой теме сделает его еще более двинутым... - Саммер, дорогая, пожалуйста, - с шумом втянула воздух в легкие Бет и, закрыв глаза, сложила перед собой ладони. - Морти, просто послушай мудрого человека и не создавай лишних проблем ни себе, ни маме с папой, хорошо? Говорить в ответ ничего не хотелось - за всю эту неделю Морти сказал, наверное, с десяток слов, не больше. Рик не отвечал на звонки, только писал сообщения-отъебиськи о том, что скоро, вот-вот, вот прям скоро вернется... Забыл даже про обещанное приключение с розовым платьем! Которое сгинуло в помойке...       А ему мир казался все более серым. Он даже не мог вспомнить, что говорил ему преподобный Фелпс в прошлый раз, только отрывки - но лекция заняла три часа, и на первом он уже начал плакать, не имея сил сдержаться. На что священник даже внимания не обратил, продолжая ровно и спокойно, по накатанной колее рассказывать о том, что носящие женское платье мужчины будут прокляты, и "да не ложись с мужчиною, как с женщиною", и эта ерунда повторялась теперь каждый день после школы! Из церкви Морти каждый раз уходил, как пришибленный пыльным мешком. Единственное, что четко было понятно - чувство полной растерянности, стыда и ненависти к себе. Последние два, впрочем, давно не были новостью... Сколько он себя помнил, с ним вечно что-то было не так. Украденная из сумочки мамы губная помада, странные взгляды родителей в ответ на просьбу купить Барби. Насмешки в школе, обидные прозвища, собственное тело, по мере взросления становящееся все более чужим - а теперь, после этих лекций, Морти стал противен сам себе еще больше. Единственный человек за всю его жизнь, рядом с которым он себя чувствовал ущербным только в интеллектуальном плане, уже больше недели шатался по своей дурацкой фабрике и нос домой не казал! - Ты меня внимательно слушаешь? Морти закивал, как болванчик, глядя на носки собственных кроссовок. - Пожалеешь розгу - испортишь ребенка, - ряса преподобного противно шуршала с каждым его шагом взад-вперед. - Передай своему отцу совет от меня: пороть тебя почаще, а ты после должен поцеловать его руки и просить милости у него, как у своего отца земного... А в чем он, Морти, был виноват - разве он сам в себя вселил такие странные мысли?! Уж ему-то в первую очередь жилось бы куда легче без навязчивого желания обзавестить вагиной и парой крепеньких сисек - но он старательно помалкивал, считая каждую минуту до конца этой унизительной лекции. - Ну а я, как твой отец духовный, тоже обязан тебя наставить на путь истинный! От неожиданности парень чуть не свалился с лавки. Как та самая розга, которую не жалеют библейские папаши, ладонь преподобного Фелпса ударила его наотмашь по щеке. Это вывело Морти из апатичного состояния - будто попав под ледяной душ, он даже дыхания не мог перевести, выпучив глаза на священника. А тот лишь, как ни в чем ни бывало, улыбнулся в ответ: - Так, на чем мы там остановились?..

***

      Все казалось таким нереальным. Морти сам не верил в то, что его ударил священник - а как должны были поверить его родители? А если бы даже и поверили, не все ли им равно?.. А завтра придется ехать туда снова! Морти привык к полной безнадеге, в конце концов, он уже шестнадцать лет жил с телом, которое его не устраивало своей комплектацией, но это... это уже было слишком. Именно поэтому он, заперевшись у себя в комнате, совсем не по-мужски зарыдал в подушку. Завтра это повторится снова? Завтра его будут называть грешником, а то и бить по лицу?.. У него не было никаких сил. Даже слезы из глаз лились как-то сами, будто из протекшего крана, но атмосфера в духе "рёва-корова" вдруг разрушилась звуком портала, открывшегося в комнате. - П-прости, пес, я немного задержался, - улыбка на лице Рика угасла тут же, как он увидел внука. - П-пес?! Явился, не запылился - сказал бы Морти, но состояние его вовсе не располагало к сарказму. Вот оно, то, чего мальчику так не хватало все эти дни - удушливый запах перегара, крепкие объятия и возможность уткнуться лицом в белый халат... - Говори, что случилось, чего ревешь?! От Рика, наверное, вообще не было смысла что-либо скрывать - он ведь и так знает все. А если не знает сейчас, то точно выяснит потом. - М-м-мама и папа, они... они... Заикаясь и всхлипывая, он начал излагать суть дела, а сам, отодвинув собственные горести на второй план, задумался о... так сказать, совсем неуместных вещах. Во всем этом долбаном сюре только дедушка казался реальным, и отпускать его совсем не хотелось. Даже несмотря на то, что по мере рассказа лицо Рика становилось все страшнее и страшнее... - Ах! Вот теперь все точно вылетело из головы - Рик поцеловал его в губы! Ну, как поцеловал - только клюнул, сделав запах спирта еще сильнее, и Морти покраснел настолько, что пар из ушей повалил... - Не выходи из комнаты, детка. Я сейчас разберусь! Взметнув полой халата, ученый вылетел за дверь, оставив Морти в полном шоке. Коснувшись губ пальцами, он задался вопросом - а может, просто промахнулся? Точно, Рик наверняка хотел просто поцеловать его в нос... ну или в лоб... ну хоть куда-то еще! - Бет, Джерри! - раздался крик, слышный даже на втором этаже. - А ну, идите сюда!!! И началось - он даже не думал, что Рик умеет орать так, будто пересадил себе легкие оперного певца. Всего, конечно, расслышать не удалось, но Морти ясно различил слова "ужасные родители", "вы что, совсем свихнулись" и, кажется, угроза застрелить Джерри... - Ах так?! Тогда посмотрим, как ты сам с ним справишься, Альберт Херштейн! - И справлюсь, блядь! И справлюсь, дерьма ты кусок - я хотя бы не буду таскать его в обоссаную церковь!!! Конечно, парню было стыдно, потому что из-за него поднялась такая буча. Но с другой стороны - разве это не приятно, когда тебя кто-то защищает? И поцелуй тоже был неплохой... Твою-то мать - видно, он слишком сильно посвятил себя фантазиям о дедушке, раз теперь начал думать такую несуразицу! Перестав вслушиваться в крики, Морти лег на спину, уставившись в потолок. И странная шальная улыбка долго не могла сойти с его губ...

***

      Пьянка, при всех ее несомненных плюсах, до добра никогда не доводит. Уйдя в запой с учредителями своей фабрики, Рик явился домой все еще чуть-чуть бухим. И позволил себе, мягко говоря, лишнего! Разве посягнул бы он в нормальном состоянии на губешки пиздюка? Конечно, нет. Вообще никогда. Абсолютно исключено! Абсолютно, блядь, точно! Узнав, что всего за неделю его отсутствия Смиты пустили воспитание Морти по пизде, сдержаться он просто не смог. Конечно, с Бет ссориться было невыгодно, но точно не в ситуации, когда она допустила всю эту религиозную хрень, что выглядела омерзительнее, чем азиатские мукбанги! Осталось только отправить дронов-убийц в одну церковь, и все проблемы будут решены... - Можно? Вопреки своим привычкам, Санчез не телепортировался в комнату сразу, а вежливо постучался в дверь. Морти сидел на кровати без штанов, видимо, готовясь ко сну - но не спал. Веки его все еще были припухшими от слез. - Д-да, конечно... Пацан, очевидно, был смущен его присутствием - вон как глазенки опустил, да и Рик, честно говоря, жалел, что упавший градус в крови сделал его не таким храбрым, как хотелось бы. - Т-ты... ты в порядке? Какой дурацкий, банальный вопрос, но больше ничего в голову не пришло. - Д-да, - невесело усмехнулся Морти, поджав к груди голую коленку. - С-слушай, раз ты не хочешь менять мне пол, м-может... может, переформатируешь мне мозги? Н-ну, чтобы я был н-нормальным... От этой просьбы так и зачесались руки дать идиоту подзатыльник. - Что значит "переформатируй"? Это тебе не жесткий диск, балбес, это, блядь, мозг! Туда нахуй не надо лезть без нужды, если не хочешь поджаренную сгоревшую кашу у себя в черепушке, хотя, в твоем случае разницы особо видно не будет! И-и вообще... У Рика вдруг пересохло в горле. - Не вижу в тебе ничего, что нуждалось бы в исправлении! Морти это его заявление явно огорошило. - Н-но... но я... - тяжело задышал он, отворачиваясь. - Н-но я... я трансвестит! И-и мало того, я... у м-меня с-с-сексуальное возбуждение н-на женскую одежду!.. - Ох, Морти, - тоном кающегося грешника ответил ученый, залезая в нагрудный карман халата. - У меня, возможно, тоже...       Из его кармана вытянулась длинная лента белой ткани в широкую мятно-зеленую полоску, а вслед за ней и вторая, точно такая же. Все это, конечно, выглядело неправильно, но кто, как не Рик, умел превратить любое "нельзя" в "можно, если очень, блядь, хочется"? - Позволишь? В этот раз почему-то не было никаких выебонов. Морти просто, как исполняющий приказ робот, вытянул ногу, расширившимися глазами глядя на чулок, который дедушка на него надевал. Пятка, щиколотка, икра - Рик действовал медленно и аккуратно, расправляя мельчайшие складочки на ткани. Не удержался от искушения и поцеловал малого рядом с коленкой, заставив того удивленно пискнуть: - Р-рик!.. Но никаких протестов опять не случилось. Более того, как только этот чулок был надет, Морти тут же подставил и вторую ногу... - Ч-что... что мы делаем? - Н-не знаю даже, пес. Но точно могу сказать, что мне пиздец как это нравится... Какие все-таки красивые стопы, даже не скажешь, что принадлежат они мужскому телу - Рик потерся щекой о носок, поцеловал пальчики снизу и продолжил свое странное занятие. Когда он закончил, пиздюк был уже весь красный, как томат, и кусал нижнюю губу, бегая по сторонам взглядом... - У тебя есть резинки для волос? И расческу мне! Если уж изгаляться, так на полную. Получив нужные вещи, старик размашисто хлопнул себя по колену: - Садись! Немного поколебавшись, Морти послушался, робко пристроив на его колено свою мелкую задницу. Насвистывая себе под нос, Рик начал приводить в порядок его спутанные лохмы, зажав во рту пару резинок. Сначала проходился расческой, потом - пропускал мягкие пряди между пальцев, раскладывая их в нужном порядке. Удивительно, но спустя полжизни злостного уклонения от обязанностей отца он еще почему-то помнил, как надо заплетать косички! Жаль только, что вышли совсем коротенькие, смешно свисающие рядом с ушами, из волос Морти больше бы не вышло... - Красота, - довольный получившимся результатом, прошептал он, обнимая свою детку за плечи и целуя в щеку. - Тебе оч-чень-очень идет, Мортишенька...