Карамель, зефир и мягкие игрушки.

Крис врывается в комнату, заставая ужасно интересную картину, которая удивила его… Тао, кряхтя и ругаясь, изо всех сил пытался перетащить сопротивляющегося полуголого парня на кровать… Крис быстро осмыслил, что, очевидно, тот упал с кровати, но так и не смог подняться. — Что же ты стоишь, как изваяние?! — оглянувшись, тяжело проговорил омега. Он уже запыхался, потому что все его старания не приносили никаких плодов. — Помоги же… ай! — тут же взвизгнул он, чувствуя на запястье больной укус крепких зубов парня, который по мере своих сил отчаянно вырывался. Крис без лишних слов бросился на помощь Тао, тут же хватая незнакомца за ноги и пресекая все попытки к нанесению увечий своего горе-надзирателя. Глаза невольно стали разглядывать паренька с большими глазами, пухлыми губами и по-детски нежным лицом и телом с молочной кожей. «Омега, что ли?», — пронеслось в голове альфы, когда они почти переложили парня на кровать. — «Но какого черта опять я не чувствую запаха?», — невольно он нахмурил брови, принюхиваясь и чуть ослабляя хватку… И тут же получая пяткой по самому… грубо говоря, по яйцам ему прописали. Крис в мгновенье взвизгнул, как самая настоящая омега во время оргазма(?) и отпустил ноги этого засранца, заставляя его вскрикнуть от боли, и тут же схватился за своё драгоценное. Тао, признаться, прифигел от увиденного… Настолько прифигел, что руки невольно отпустили тело незнакомца в свободный полёт, благо, на кровать, а глаза то и дело смотрели то на лицо Криса, то на его руки в интересном месте. Шок. Причем у всех троих. — П-пожалуйста, — внезапно раздался дрожащий шепот парня. — Отпустите… меня. Не отправляйте к ним обратно… — казалось, что ещё секунда, и он разревется от своего безысходного положения… Ведь он даже встать нормально не мог, ходить и подавно. Тао тут же перевел взгляд на него, вовсе забывая про Криса, который тихо скулил… Сейчас состояние этого паренька показалось Тао таким плачевным, что ему самому хотелось плакать… До Тао стало доходить, что этот хрупкий незнакомец просто испугался. — Тише-тише, — Тао аккуратно присел рядом с ним. — Не бойся… Мы не плохие, просто хотим помочь, — Тао невесомо коснулся головы парня, поглаживая её, пока тот просто вжимался в матрас со страха. Крис между тем нашел кресло, аккуратно присаживаясь и пытаясь отдышаться после такой подставы. В очередной раз он убедился, что помогать другим — себе дороже! — Кто вы? — всхлипнул паренёк, а в Тао словно омежий инстинкт проснулся, видя его в таком состоянии. — Меня зовут… — Святая мать Тереза, а я — великий пророк Крисус, который хотел загрызть тебя, особенно правую ногу! Поздравляю, ты попал в ад! — играя бровями, язвительно прошипел Крис, перебивая Тао и заставляя незнакомца вздрогнуть. Конечно… Боль между ног поутихла, да здравствует злость! — Крис! — шикнул омега, с укором смотря на альфу, а после обратился к пострадавшему. — Я Тао, а это Крис… С ним тут долгая история. Тебе не стоит волноваться, мы тебе ничего не сделаем. Наоборот, я тебя спас, когда ты постучал в дверь этого дома. Ох… А как же тебя зовут? — быстро протараторил Тао, искренне волнуясь за самочувствие парня. — Кён… КёнСу, — выдохнул парень, явно понимая, что опасность ему не грозит, разве что от Криса, который сейчас готов был сожрать его одним взглядом. — Что с тобой произошло, КёнСу? — аккуратно спросил Тао, боясь спугнуть КёнСу, ведь явно, что вспоминать будет очень неприятно и трудно. — Ты сможешь нам сейчас рассказать? КёнСу с минуту промолчал, а после неуверенно кивнул, прикрывая глаза и собираясь с мыслями. Легкие наполнились воздухом, после чего он неуверенно и тихо заговорил. — Так получилось, что я из детдома… — глаза Тао раскрылись в удивлении, а внутри сразу стало как-то жаль мальчика. В голове невольно пронеслась мысль, что неподалеку от детского сада как раз-таки и находится приют. — Вчера я каким-то чудесным образом убежал оттуда… больше не смог там находиться, хоть и понимал, что просто не имел на это право, так как не являюсь совершеннолетним, — медленно проговорил он, пытаясь сдержать слёзы. — Честно, уже давно хотел это сделать, но боялся… А вчера отчаянье достигло своей пиковой точки. — Сколько тебе лет? — осторожно задал свой вопрос Тао, пока его ладонь медленно легла на запястье КёнСу, пытаясь успокоить… Даже Крис после слов парня поменялся в лице. — Семнадцать будет через пару недель, — «совсем ещё подросток» взволнованно подумал Тао. — Я больше не мог там жить. С самого детства, как только стал ходить и разговаривать, меня задирали, унижали… А потом начали избивать. Я не мог ничего поделать! Я был таким бессильным и не мог справиться с этим… А вчера… Вчера меня избило пятеро человек просто так! Просто так, потому что я попался им на глаза! Они издевались надо мной, после чего один из них… достал нож! Я же им ничего не делал… Ничего, — после этих слов КёнСу срывается на рыдания, не в силах больше сдерживаться. Ведь было так больно всё вспоминать и чувствовать физическую боль от тех ударов и порезов, которые ему нанесли вчера, как он еле-еле сбежал с ранами из этого злосчастного места… а ещё в голове до сих пор крутились до боли неприятные оскорбления, которые резали чистую душу и сердце подростка. Сейчас он даже не мог поднять руки, чтобы скрыть предательские слёзы и хоть как-то заглушить рыдания. В конце концов, ему было стыдно показывать их, будто он показывал свою слабость. — Боже… КёнСу, — Тао наклонился, не в силах больше терпеть. Он обнял парня, прижимаясь щекой к его макушке, пока из глаз текли горячие слёзы. — Не плачь… Пожалуйста, не плачь. Я не хотел довести тебя до слёз… Прости, — ладони аккуратно поглаживали плечи парня, стараясь не задеть гематомы. — Пожалуйста… не отправляйте меня обратно, — шептал КёнСу, громко всхлипывая. — Я не хочу возвращаться в этот ад! Не хочу! — Крис, аптечку… Неси аптечку, — быстро сказал Тао, обращаясь к Крису, пока тот находился в прострации от всего услышанного. Он даже не слышал, что ему говорит Тао, настолько сознание углубилось в проблему этого паренька. — Крис, приём! Мне нужна аптечка, — громче сказал омега, щелкая пальцами и заставляя альфу обратить на него внимание. Если он сейчас не поторопится, то КёнСу просто накроет истерика, если не уже. — Где? — слегка охрипшим голосом спросил альфа, сглатывая тяжелый ком в горле. Впервые он видел такое сочувствие и беспокойство Тао за совершенно незнакомого ему человека. Это было странно для Криса, но тем не менее он испытывал почти то же самое, совершенно не понимая, откуда в нем, таком черством, могут быть подобные чувства. — В ванной. Прямо и направо. Она на самом видном месте, — не отрываясь от паренька, ответил Тао. Сейчас он очень испугался за психику подростка, ведь ему столько удалось вытерпеть. Крис только кивнул и резко встал с кресла, дабы выйти из комнаты. Незаметно для Тао он смахнул непрошеные слёзы и через минуту кое-как нашел ванную комнату, а после и аптечку, которая лежала на тумбе цвета слоновой кости. Недолго думая, он прихватил сумочку и хотел уже было выйти, как его взгляд зацепился за небольшой пузырёк оранжевого цвета. Альфа сначала нахмурил брови, пока в голове происходила бурная мозговая деятельность… и просто битва любопытства и безразличия. Конечно же, первое победило в сухую, дав пинок под зад безразличию, и рука сама потянулась к этому пузырьку, аккуратно подхватывая его. Крис довольно быстро прочитал название и применение этого препарата, даже успел открыть бутылочку, дабы посмотреть, что внутри, после чего впал в минутный ступор, пока лицо приобретало удивленное выражение. Зачем Тао надо было пить таблетки, которые скрывали его запах? — Крис! — внезапно послышался грозный крик Тао из спальни, заставляя альфу вздрогнуть и чуть не уронить из рук стеклянный пузырек. «Чёрт!», — Крис быстро положил на место препарат, делая заметку в голове, чтобы какими-нибудь окольными путями узнать причину их применения у Тао, а после буквально побежал обратно в комнату. — За смертью, что ли, ходил? — недовольно пробурчал омега, беря из рук Криса аптечку, после чего доставая оттуда успокоительное. Альфа только фыркнул и обратно сел на кресло, погружаясь в свои мысли. — На, разжуй их, — он аккуратно приподнял голову слегка успокоившегося КёнСу, помогая ему. Тот принял таблетки, после чего прикрыл глаза, снова ложась на подушки. — С…спасибо, — тихо проговорил он, пока Тао со всей нежностью гладил его по голове, желая, чтобы этот хрупкий подросток никогда не испытывал столько мучений. — Тебе надо набираться сил… Ты должен сейчас опять поспать, а потом мы с тобой поговорим… И… Ох, ты не голоден? — Тао буквально щебетал, как самая заботливая на свете мама, а КёнСу оставалось лишь смотреть на своего спасителя удивленными глазами и мотать головой, потому что большее давалось ему с большой болью. — Хорошо… Тогда обещаешь мне сейчас закрыть глаза и немного поспать? — омега привстал с кровати, поправляя одеяло, которым он успел прикрыть КёнСу. — Обещаю, — просто ответил подросток, не желая лишний раз огорчать Тао. Омега только нежно улыбнулся. — Приятных тебе снов, если что, ты только скажи, я услышу, — перед тем, как выйти из комнаты, и попутно захватив за собой отключенного от мира сего Криса, сказал Тао, указывая на рацию и получая в ответ согласный кивок. На всякий случай омега оставил дверь открытой… — Никогда прежде не видел человека, который к совсем незнакомому парню испытывал бы столько нежности и заботы, — уже когда они спустились вниз, тихо проговорил Крис, заставляя Тао удивленно посмотреть в его сторону. — Я думаю, ты поступил бы так же, — пожал плечами омега и, зевнув, направился на кухню, попутно прихватывая очки и надевая их, — скоро должны были встать детишки, а он ничего им не приготовил. — Вот, как раз я спонтанно так бы не поступил, — тут же ответил ИФань, направляясь за Тао. Всё же надо было ему доказать свою точку зрения. — Мало ли, кем является этот человек, а если это обманщик… — Крис, — Тао резко остановился, чуть не сталкиваясь с альфой. — Он — подросток… Из детского дома. В таком состоянии, — серьезно проговорил он. — Неужели попади ты в такую ситуацию, как я, не помог бы пареньку? У меня сердце разрывалось, когда он рассказывал, что с ним произошло. Тысячу раз пожалел, что задал тот вопрос, — он повернулся лицом к альфе, со всей серьезностью смотря ему в глаза через тонкие стеклышки очков. — Я бы убил тех, кто посмел с ним так поступать! Неужели у тебя не возникло таких же чувств? Вообще… Неужели ты не способен помогать людям или хотя бы сочувствовать им? — под конец голос Тао повысился, а Крис уже миллион раз пожалел, что сказал ту фразу… И миллион раз пожалел, что Тао тогда не увидел в его глазах слёзы. — Как видишь, помогаешь людям, а потом они отплачивают тебе, всячески делая больно, — альфа посмотрел вниз, как бы намекая на то, что с ним было полчаса назад, а Тао только усмехнулся, качая головой. Сейчас омеге было даже обидно за то, что у Криса был настолько черствый характер… Однако это совсем не то, что хотел сказать альфа, но язык, походу, существовал сам по себе, втихаря сотрудничая с самолюбием парня. — Как жаль, что я не был первооткрывателем, и КёнСу первый успел прописать тебе по яйцам, опередив меня, — понимая, что бесполезно что-либо вбивать в голову ИФаня, заключил Тао, а после направился к холодильнику. Крис уже хотел возразить, используя весь свой богатый лексикон… — Закрыли тему. Просто иди и помоги мне приготовить блинчики, — тут же пресек его омега, и Крис как-то не по воле просто закрыл рот, тяжело выдыхая… Было неприятно. Последующий час они молча готовили воздушные блинчики и клубничный компот, который, по словам Тао, дети так обожали. Парни лишь перекидывались парой слов по делу, а в остальном… каждый находился в своих мыслях и переживаниях. В большинстве, конечно, Тао, потому что Крис был больше зол, чем озабочен волнением. Ему опять не хотелось, чтобы Тао думал о нём плохо. Это было что-то из ряда вон выходящее, потому что раньше ему было совсем наплевать, кто и что подумает… И от этого он злился ещё больше, срывая всю свою так называемую ярость на бедный венчик, которым он смешивал жидкое тесто. Даже когда дети проснулись, ни Тао, ни Крис не обмолвились друг с другом словом, однако оба уже изнемогали и хотели сказать хоть что-нибудь, но продолжали играть в молчанку, изображая униженных и оскорбленных. — А почему вы такие кислые? — жуя мягкий блинчик и с интересом смотря на своих воспитателей, спросил один из мальчиков-альф. В это время Тао с Крисом сидели за одним столиком вместе с детьми, наблюдая, чтобы каждый не испачкался вареньем и плотно поел. — Как будто мои папы, когда обижаются длуг на длуга… — мальчик надул пухлые губки, а омега растерянно переглянулся с альфой, не зная, что ответить. — Вы меня оголчаете… Если вы обиделись, помилитесь, — вслед за губками последовали нахмуренные брови. — МёнА, — начал мягко Тао, потягивая свою руку к его лицу, чтобы большим пальцем стереть варенье с краешек губ. — Мы не ссорились с Крисом. Всё хорошо, — омега улыбнулся, стараясь скрыть правду, и, дабы больше не говорить, схватил блинчик, отправляя его в рот. — Тогда почему вы не говолите? — всё не унимался мальчик. Всё же дети много чувствовали и понимали, хоть и по-своему, но понимали. — Да, — внезапно к нему подключился второй ребенок, пристально смотря на Криса. — Эм… просто Тао немного устал, а я не хочу ему надоедать, СонО, — на ходу придумывал Крис, то и дело переглядываясь с Тао. — А вообще, кушай давай, а то другие тебя уже опережают, — неудачно попытался сменить тему, потому что мальчик прищурил глаза, жуя свою порцию блинчиков, а потом и вовсе отложил лакомство. — Миритесь! — по-детски твердо сказал он, заставляя Тао поперхнуться компотом, которым он решил запить блин, давно ставший комом в горле. — Вот мои родители, когда милятся, очень долго целуются в губы… Всегда. Тогда вы тоже должны поцеловаться, чтобы помилиться, — Тао зашелся кашлем, слушая серьезный тон мальчика, а альфа тут же рефлекторно похлопал омегу по спине. От детей можно ожидать всё, что угодно… Однако. — Но мы не ссорились, — ИФань предпринял последнюю жалкую попытку опровергнуть слова ребенка, но с треском провалился. — Нет! Целуйтесь! — на громкий голос все детишки собрались вокруг воспитателей, начиная согласно шуметь. Паника отобразилась на лице обоих парней. — Но… — Мы хотим вас помирить! — Да! — хором закричали все. — Целуйтесь! «Куда я попал!!!», — кричал про себя Крис, безысходно смотря на детей и прося всевышнего сделать что-нибудь. — Тао… Тао?! — внезапно из рации раздался неуверенный голос парня, заставляя всех в миг замолкнуть. «Слава отбитым яйцам!», — с облегчением выдохнул альфа, прежде чем Тао сорвался с места и побежал на второй этаж, оставляя детей в полном недоумении… И Криса в том числе, ведь один против пятнадцати… Это слишком жестоко. Тем более, что этот один не знает даже, как найти общий язык к одному ребенку. — Ну, — Крис всплеснул руками, неловко улыбаясь. — Давайте доедим вкуснейшие блинчики! — после чего быстро взял со стола блинчик и полностью запихнул его себе в рот, жуя, как хомяк, и между тем продолжая улыбаться… Тао спустился только через некоторое время, и детишки уже успели отвлечься от их грандиозной идеи в виде поцелуя, спокойно играя друг с другом, пока Крис убирал со стола, и даже не замечая омегу. Тот только быстро забежал на кухню за большой порцией лакомства с вареньем, а после снова убежал на второй этаж. «Вот наглость! Оставил меня одного… А если что-то не так пойдет?!», — злился альфа, желая подняться наверх и посмотреть, что Тао там делает. Наверное, он бы сейчас даже сам первый заговорил с омегой, потому что его распирало от мыслей, да и ссора была какая-то… странная. Однако, подняться на второй этаж он так и не смог, забегавшись с детьми и «выдирая» на себе волосы от одного: «Фань-Фань, я хочу в туалет…». Одним словом, под конец от серьезного альфы не осталось ничего. Лишь взлохмаченные волосы, огромные потные круги на майке и изрисованные фломастерами руки и лицо, не считая той же самой одежды. Тао безжалостно киданул его одного на пятнадцать спиногрызов, а сам даже не думал спускаться вниз, чтобы хотя бы проводить детишек, папы-омеги которых с большой охотой желали пообщаться с Крисом. Особенно один, от которого ИФань еле отделался, ибо ужасно устал. Нет, будь другая ситуация, он давно бы уже ответил на флирт, но только не сейчас… И если бы ИФань не провел глубокомысленный анализ в своих мозгах и не осознал за всё это время, что КёнСу действительно нужна помощь и в большем плане моральная, то уже давно бы притащил Тао за шкирку вниз и заставил его помогать. — О, Крис… Уже все ушли? — Тао широко зевнул, входя в гостиную, где на диване сидел Крис, откинув голову на спинку. Омега даже забыл про тот неприятный разговор и сейчас вел себя, как будто ничего не произошло. — Если ты не заметил, то уже полчаса как тут пусто…и тихо, — устало ответил альфа, понимая, что ему уже можно уехать домой… Однако задница словно приросла к мягкому дивану, не желая куда-либо мигрировать. — Ну, вот и хорошо, — спокойно вздохнул Тао, а после удобно устроился рядом с Крисом. — КёнСу опять уснул… Я с ним очень долго разговаривал, расспрашивал его обо всем. Господи, он такой хороший ребенок. Открытый, добрый… Он поделился со мной всем-всем, хотя я его уговаривал, чтобы он не вспоминал неприятные моменты… А в конце он опять поблагодарил меня и даже обнял, — омега откинул голову на спинку дивана, прикрывая глаза и улыбаясь. Всё же, он тоже устал как физически, так и морально. Крис только изогнул бровь, даже не смотря на омегу и тоже улыбнулся уголками губ. — Он младше тебя всего лишь на пять лет, а ты его ребенком называешь, — тихо проговорил ИФань, однако без толики издевки и сарказма. — Всё равно… он для меня словно ребенок. Такой хрупкий, милый… А его большие глаза и улыбка в форме сердечка. Знаешь, он мне улыбнулся, когда я попытался его хотя бы чуть-чуть развеселить, — вспоминая их душевный разговор, говорил омега. Странно, что он так быстро проникся к этому подростку, который был очень смышленым и разумным парнем, многое понимая. — На самом деле, ты молодец, — через пару минут молчания проговорил Крис, складывая руки на груди и медленно приспуская тело, дабы принять полулежачее положение, не открывая глаз. — И ты оказался прав. Людям надо помогать. Я в твоей ситуации поступил так же… Осознал, что ты днём пытался до меня донести. Я не грубая бесчувственная буханка черного хлеба, — губы опять расплылись в легкой улыбке, а Тао лишь приоткрыл глаза, удивленно смотря в потолок и понимая, что у альфы всё же не такая черствая душа. — Я рад, что ты это понял, — добро сказал омега, снова закрывая глаза и ощущая внутри какую-то легкость и даже радость. — И спасибо тебе, что поиграл с детьми, — вся та дневная ситуация словно испарилась изнутри, не оставляя никакой злости и обиды на альфу. Крис промолчал, мысленно говоря короткое «Не за что» и предаваясь своим мыслям, совсем не замечая, как его клонит в сон. Однако через тягучие несколько минут он услышал тихое: — Знаешь… Я бы хотел усыновить КёнСу, — однако когда Крис хотел задать по этому поводу вопрос — и не один — и приподнял голову, то понял, что Тао уже беззаботно уснул, сморенный бессонной ночью и насыщенным днём. — Знаешь, это была бы отличная идея, — прошептал Крис, не желая будить омегу. — Ты был бы отличным отцом, — он придвинулся ближе, а после, поддавшись порыву, положил голову Тао себе на плечо, снимая с него очки, и невесомо коснулся губами его макушки, целуя и всё так же вдыхая вкусный, еле различаемый запах омеги, который он чувствовал ещё днём. «Помирились», — невольно пронеслось в голове ИФаня, после чего глаза медленно закрылись, погружая альфу в легкую дремоту. Почему рядом с ним он так стремительно меняется?