Соглашение о неразглашении

      В глаза ударил очень яркий свет, едва Накахара открыл их. Признаться честно, пробуждение посреди больничной палаты было для него в новинку, особенно если сравнивать их с Дазаем, который, почему-то, был здесь довольно частым гостем. Осмотревшись по сторонам, ещё большим удивлением для Накахары стало наличие рядом напарника, который почему-то уснул в довольно неудобной позе, сидя на стуле и будто бы специально выжидая, пока Чуя проснётся.       — Эй, — громко позвал Накахара, и Осаму тут же встрепенулся словно напуганный кот, готовый поднять дыбом шерсть и начать шипеть. — Какого чёрта мы здесь? — вопрос прозвучал уже тише, но самым недовольным тоном, какой Чуя только мог сейчас выдать.       — Ты что, ничего не помнишь? — сонно промямлил Дазай, попутно прикрывая рот, чтобы скрыть подступивший к горлу зевок. — Я-то надеялся, что это мне придётся сегодня задавать тебе вопросы, а не наоборот.       Чуя немного приподнял одну бровь, всем видом показывая, что совершенно не понимает, о чём Дазай сейчас говорит. После того, как они выпили, им пришлось зачем-то тащиться на взорванный склад… А после этого, кажется, они пошли в полицейский участок. Боги…       — Неужели я где-то ударился головой? — устало поинтересовался Накахара, заметив для себя лишь сейчас, что он находится в больничной рубахе, а не привычных и удобных для себя вещах. Попытавшись приподняться, Чуя тут же столкнулся с тянущей болью во всём теле, словно по нему проехалось десять фур, а затем они решили сдать назад. — Почему всё так болит?       — Мы ведь встретились сегодня с твоим братом, помнишь? Вернее, это уже было вчера, ты проспал очень много, — отозвался Дазай, решив не вилять с ответом, говоря прямо. Кажется, Чуя и вправду всё забыл — вернее его мозг, дабы не травмировать бедного мальчика после пережитого ужаса — но увы, Осаму было необходимо узнать, что именно с ним происходило во время «высвобождения» этого бога, чтобы понять, что лучше делать в данной ситуации.        К сожалению, как показал его опыт, это существо, управляющее телом Накахары не особо хочет повиноваться даже обычным просьбам и явно видит для себя врагов во всех окружающих людях, так что до тех пор, пока они не поймут все тонкости этой способности, оставлять Чую в своих рядах было очень опасно. Вот только… терять такой сильный кадр Мори тоже не собирался, приказав Дазаю пока что временно за ним наблюдать. Но понятие «временно» довольно растяжимое, а становиться кому-то нянькой Осаму надолго не планировал, из-за чего придётся немного поторопить Чую с его воспоминаниями.       — С моим братом?.. Да что ты несёшь, — завидев на тумбочке оставленные явно для себя лекарства, Чуя предположил, что среди них точно найдётся обезболивающее, так что поспешил выпить их, вновь уставившись на Дазая как на полнейшего дурака. — Если это такая шутка, то она просто ужасна, и лучше бы тебе с ней завязать, если не хочешь вновь получить по рёбрам.       — Ох, нет, Чуя, это никакая не шутка, — покачал головой Осаму, попутно доставая из-под лежащего рядом на стуле плаща недавно подаренную шляпу. — Ты узнаёшь хотя бы это? Или кто тебе её подарил, ты помнишь? Для чего она нужна?       — Какого чёрта ты пытаешься меня допрашивать? — этот разговор явно перерастал не в то русло, в котором Чуя бы ощущал себя комфортно, особенно будучи на больничной койке с полностью больным телом. И чего именно Дазай сейчас добивается? Что Накахара как послушный пёс начнёт лаять нужные ответы? Даже если бы он знал их, то при таком подходе не сказал бы ни слова лишь из принципа!       — Ох, Чуя, поверь, если бы я тебя сейчас допрашивал, на тебе бы мокрого места бы не осталось, — сухо ответил Дазай, наконец-то поднимаясь на ноги. И вправду, что толку допрашивать Накахару в таком состоянии? К тому же это была не основная цель Осаму — ему нужно было лишь всё время теперь находиться рядом на случай, если такое вдруг повторится. — Ладно уж, толку с тебя мало, так что переодевайся и пойдём отсюда, — подобрав с соседней пустой кровати аккуратно сложенные и даже постиранные вещи Чуи, Дазай передал их Накахаре, вновь возвращаясь на своё место.       — А ты…? — Чуя недовольно прищурил глаза, как бы намекая, чтобы Осаму хотя бы отвернулся. Было бы замечательно, если бы этот идиот вообще ушёл, но увы, он похоже не собирался этого делать, а выставить его за дверь с помощью гравитации просто не представлялось возможным.       — А что я? Неужели ты меня стесняешься? — на лице Осаму тут же воцарилась по-кошачьи хитрая ухмылка, а взгляд стал лишь пристальнее, будто бы он и вправду ожидал, что Чуя начнёт при нём переодеваться. Ну а Накахара… А что ему, собственно, с этого будет? Если Осаму так нравится любоваться чужими голыми телами, то пусть наслаждается эти несколько секунд, пока Чуя не поднимется со своего места, зарядив ему подзатыльник, да побольнее.       Стянув с себя больничную рубаху, Накахара ощутил на себе удивлённый взгляд и лишь мысленно улыбнулся. И это Дазай ещё воображал из себя заинтересованного? Слишком быстро потерял лицо, увы. Правда, долго с обнажённым торсом Чуя не остался, тут же накинув на себя рубашку, а за ней и штаны.       — Что ты тут вообще делал, скажи на милость? — пока Накахара застёгивал пуговицы, хотелось бы при этом не терять времени зря, а услышать внятный ответ. В конце концов, за то время, пока он тут отсыпался, Мори просто не мог не загрузить его работой, поэтому стоило как можно быстрее вернуться в строй, чтобы не накопить себе лишних отчётов.       — Да так, просто тебя ждал. Или мне уже нельзя посидеть с тобой в одной палате? — уже более тихо выдал Осаму, всё же отводя взгляд в сторону, пока Чуя переодевался. И почему вдруг его это так смутило? Даже странно получается. — Хотя Ане-сан нас к себе приглашала, не хочешь сегодня сходить к ней? Её подруга недавно привезла ей какой-то чай из Индии, так что с нас десерты.       Чуя лишь вопросительно изогнул бровь:       — Разве у нас нет других дел сейчас? Я думал, в мафии все должны быть начеку после того взрыва, который не пойми кто устроил.       — Ах, ты за это беспокоишься? — с лёгким недоумением в голосе отозвался Дазай, вновь поднимаясь на ноги, пока Накахара уже поправлял свой пиджак, вовсю любуясь своим видом в зеркале. — Не переживай, Мори-сан, оказывается, поручил это дело Пианисту, хотя там всё равно почти нечего делать — он передал подчинённым несколько лиц для допроса, и пока это единственные наши ниточки. В остальном же мы полностью свободны как птицы, так что заканчивай любоваться собой как попугай, и пошли уже.

***

      Обычные тихие посиделки за чашкой чая вышли далеко не «тихими», и далеко не посиделками. Это было какое-то ужасное помутнение, словно Накахара оказался не в том месте и не в то время. Оказывается, он проспал почти сутки, и когда они оказались в Доме Ане-сан, то уже во всю царила ночь красных фонарей, а сами жительницы этого дома в этот момент принимались развлекать своих клиентов, так что на двоих заявившихся мафиози ни у кого просто не было времени и сил.       Их только провели в отдельную комнату, предоставив в качестве сопровождающей Юан, дабы та тоже не крутилась под ногами, мешая взрослым. Её помощь была полезна только днём, когда она могла подносить чай самим работницам этого дома или готовить для них же еду, но вот с мужчинами её оставлять было просто бесполезно: девушка сразу же закрывалась, не желая как-либо идти на контакт и потакать их капризам, но и выкидывать на улицу такое юное дарование было немного жестоко, так что как помощница для персонала она всех устраивала.       — Может, сыграем в желания? — с улыбкой поинтересовалась девушка, попутно разрезая торт, который явно был предназначен для чая, но увы, теперь он служил лишь закуской под сакэ - благо, одна из сестёр разрешила ей стащить хотя бы одну бутылочку, дабы этот вечер не пропадал как все остальные.       — Ты имеешь в виду ту ерунду, где нужно вытягивать дощечки или карточки? Ладно, я только за, — пожал плечами Дазай, сразу же залпом выпивая весь свой предложенный сакэ, чтобы хоть чуть-чуть себя занять.       — Только не нажирайся как свинья, — презрительно оглядев напарника, Чуя получил в свой адрес самый недовольный взгляд из всех, которые когда-либо выдавал Осаму, и лишь отмахнулся. — Смотреть противно.       — Знаешь, мне может быть тоже было противно смотреть сегодня на твоё голое тело, но я ведь молчал, — недовольно фыркнул Дазай, вызывая со стороны девушки непонятное удивление. Кажется, она хотела что-то спросить, но из приличия не делала это, из-за чего Осаму пришлось пояснить. — Он просто при мне переодевался, не подумай ничего такого.       — Да я и не-       Девушка вдруг замотала головой, смущённо отводя взгляд, как бы доказывая, что думала совершенно точно не о том, о чём подумал Дазай. Эта картина смотрелась даже немного забавно, но Осаму в этот раз решил сдержаться, дабы не оскорблять девушку лишними шутками.       — Успокойся, Юан, этот идиот сейчас очень пьян и будет говорить всё, что придёт в голову, так что не обращай на него внимание, — вновь фыркнул Накахара, пододвигаясь ближе к девушке, попутно кидая на Осаму свои недовольные взгляды и получая на них такие же аналогичные ответы. Кажется, от подобного девушка слегка покраснела — увы, на алкоголь это списать было пока нельзя, из-за чего пришлось спешно выпить немного сакэ, дабы её лицо не вызывало никаких вопросов.       — Ну-ну, Чуя! Ты отбиваешь у меня все шансы ей понравиться! — Осаму недовольно надулся, словно бы Накахара сейчас не кинул в его сторону обычное оскорбление, а сразу же попытался ударить.       — Да кому ты вообще можешь понравиться, а? Разве что прыгнешь в море и порадуешь какую-нибудь хищную рыбу, которая с радостью тебя проглотит!       От всех этих перепалок на лице Юан вдруг появилась улыбка, тут же привлекающая внимание Дазая:       — Что с тобой? — видимо, пьяное сознание даже близко не находило тут поводов для смеха; впрочем, даже трезвый Накахара был такому слегка удивлён, но решил тактично промолчать.       — Просто вы такие милые, — с осторожностью начала девушка, чем вызвала ещё больше недопонимания в свою сторону. — Кхм, я имею в виду, вы так общаетесь, значит вы хорошие друзья, не так ли?       — Друзья? — в унисон переспросили мафиози, уже готовые крутить пальцами у своих висков. О чём Юан вообще думает, говоря такие странные вещи?!       Девушка лишь удивлённо похлопала глазами:       — Или я ошиблась? Значит, вы что-то большее друг для друга? — не передать словами, насколько сильно покраснели оба парня, готовые прямо сейчас разбежаться по разным углам комнаты, лишь бы находиться подальше друг от друга. Неужели они действительно оставляют о себе именно такое впечатление? — Видимо, вы снова меня не так поняли, — смущённо пролепетала Юан, осознав, как странно звучала её фраза. — Я имела в виду, что вы, возможно, лучшие друзья? Но если вы пара, то это даже-       — Нет, замолчи! — поспешил прервать её Дазай, недовольно-пьяным взглядом уставившись на девушку. — Чуя меня очень раздражает, он будто несамостоятельный ребёнок, за которым я должен вечно присматривать!       — Должен присматривать? Не я ли тебя спас совсем недавно, умник?! — похоже, Осаму уже позабыл про их побег с крыши и благодарность, которую так охотно выражал в сторону напарника! Подумать только, Чуя и несамостоятельный? Чуя? Скольких Чуй он, интересно, ещё знает, раз смеет говорить такие вещи!       — А вдруг я был бы не против умереть? — конечно, глупо было заявлять подобное только сейчас, но Дазай был пьян в дрова, буквально, так что приходилось смириться с тем, что имелось.       Чуя вдруг замолчал, прищуренно уставившись на своего напарника — лицо его было глупым, словно рыбу вытащили из воды и закинули сразу же в печь, либо же Осаму просто сел не под тем углом. А может быть это вообще была виновата во всём его дурацкая повязка, которая всегда скрывала один глаз, и было даже так, что Дазай едва ли не падал или ронял вещи, пытаясь взять их со стола, пока те были вне зоны его видимости.       — Чуя, ты так разглядываешь его лицо, словно сейчас поцелуешь, — с усмешкой подметила Юан, аккуратно протягивая Накахаре сакэ. И вправду, чего это он? — Тебе бы тоже не помешало расслабиться, не находишь?       Накахара лишь устало покачал головой, словно нехотя соглашался с этими словами. Это и вправду выглядело очень странно с его стороны — сначала вот так распаляться, а потом с какой-то непонятной внимательностью рассматривать чужие черты лица, выискивая в них конкретно то, что могло бы раздражать. Хотя Дазай в принципе раздражал его абсолютно всем, тут даже и выискивать ничего не нужно было.       — Кхм, ты там предлагала сыграть в желания? — вдруг решил перевести тему Чуя, принимая предложенный сакэ, отправив его сразу же в рот. Алкоголь неприятно обжигал горло, заставив Чую поморщиться, но кажется, подобная участь настигала каждого, кто его пил, так что даже Осаму не стал акцентировать на этом внимание. Ну и славно. — Есть палочки?       Юан тут же удивлённо похлопала глазами, будто бы что-то обдумывая — алкоголь сильно притупил её сознание, хоть они и выпили всего ничего. Вдруг развернувшись к маленькой тумбочке возле кровати, девушка пошарилась в ней рукой, доставая несколько палочек, на одной из которых было написано «загадывает», а на второй «выполняет». Последняя же была пустой. В эту игру было куда интереснее играть в группе, где несколько человек будут загадывать и выполнять желания, однако и втроём в неё тоже будет неплохо сыграть. По крайней мере есть хоть какая-то небольшая интрига в смене загадывающих и выполняющих.       Перевернув палочки концами к верху, Юан завела руки за спину, перемешивая их между собой, и вытянула руку вперёд, как бы намекая, что можно было тянуть. Все надписи были спрятаны в кулаке, а сами концы ничем друг от друга не отличались, так что смухлевать в такой игре просто не получиться. Разве что ведущему, но похоже, Юан уже была не в состоянии как-либо хитрить, учитывая красноту её щёк всего от пары глотков сакэ.       Осаму, немного шатаясь, всё же вытянул руку вперёд, цепляясь ногтями за кончик палочки, и только сейчас его внимание привлёк Накахара, сделавший точно так же. Взгляды невольно столкнулись, но никто не спешил их отводить - наоборот, это была словно некая борьба, в которой не могло быть проигравших. Вернее, никто не собирался поддаваться, пока Юан вдруг не потянула руку вниз, очевидно устав участвовать в этой непонятной «схватке».       — Пусто, — с какой-то грустью в голосе констатировала факт девушка, потупив взгляд на свою руку. Впрочем, раз уж она временно выбывает из игры, пока эти два упёртых мафиози наконец-то не прервут свои прелюдии, то стоит наконец-то обратить внимание и на торт, который они принесли, что, собственно, девушка и сделала.       Чуя спешно опустил взгляд на иероглиф на своей палочке и невольно приподнял уголки губ — у него попалось «загадывает». Дазай же в этот момент с непонятливым прищуром разглядывал собственную палочку, словно бы не доверял своим глазам. Неужели удача его в этот раз так подвела? Какой кошмар! И теперь ему придётся исполнять приказы дурака-Чуи… Хуже только отдавать Мори сырой отчёт из-за горящих сроков, а потом выслушивать от него очевидное! Но ничего не поделать, игра есть игра, значит, у него тоже будет ещё время отыграться.       — Прекрасно, что бы мне такого загадать... — с усмешкой протянул Накахара, с явным наслаждением глянув на Осаму. Конечно, он понимал, что перегибать палку точно не стоит, иначе в будущем Дазай может придумать что-то ещё хуже, но и терять такой редкий шанс поиздеваться было преступлением. И как удачно, что взгляд вновь зацепился за эти злосчастные бинты. — Эй, Дазай, сними-ка свои тряпки с лица.       Лицо Осаму тут же побледнело, а единственный видимый глаз расширился словно блюдце. О чём сейчас его попросил Чуя? Снять повязки? А пососать не завернуть?       — Зачем тебе мой глаз сдался, а? — недовольно нахмурившись, Дазай накрыл ладонью свою повязку, но, как оказалось, подобная реакция на задание вызывала только больше интереса. Даже Юан, до этого не придававшая происходящему никакого значения, вдруг с интересом взглянула на мафиози, который уже начинал понемногу отползать куда-то к двери. Вот только его пьяное сознание не учло тот факт, что дверь находилась в противоположной стороне, так что, можно сказать, что он буквально сам загонял себя в угол. — У меня вообще ячмень, и это не то зрелище, которое вы бы хотели увидеть! — наглая ложь, но если ему это поможет избежать снятия повязки, то лучше уж выставлять себя в плохом свете, чем идти на чужие провокации.       — Фу, — девушка тут же скривилась, отворачиваясь куда-то сторону. Отлично, минус один. Оставался лишь Накахара, и вот он, кажется, даже глазом не повёл, всё так же внимательно наблюдая за Осаму, только уже выразительно выгнув одну бровь.       — Ну значит покажешь мне его, в чём проблема? Будто бы после того трупа на причале с размазанными мозгами, голову которого ты и прострелил, меня напугает какое-то там воспаление? — а ведь правда, Накахара уже был заранее готов ко всем самому худшему — одна лишь Юан всё продолжала кривиться от таких подробностей, зажимая кулаком рот, словно сдерживая рвотный позыв. Впрочем, это вполне могло быть и от тортика с сакэ.       — Всё равно я бы не хотел пока тревожить глаз, понимаешь? Загадай что-нибудь другое! — всё так же недовольно пыхтел Осаму, чем уже начинал раздражать Накахару. Нет, Чуя, конечно, был очень даже терпеливым, но не в случае со своим напарником, который уже давным-давно израсходовал весь лимит!       — Хорошо, если хочешь другое, то… Сними повязку с руки, они у тебя-то уж точно здоровые, — на лице Накахары тут же засияла гаденькая ухмылка, пока Осаму едва ли не закапывал себя же куда поглубже. Ну почему вдруг Чуе взбрело в голову снять с него эти несчастные бинты? Будто бы от этого Земля перестанет быть плоской, а птицы снова смогут летать — это ведь не какой-то важный вопрос мироздания! — Давай же, Дазай, мы ждём. Либо руки, либо лицо, третьего не дано. Я и так пошёл тебе на уступки, знаешь ли!       Осаму вдруг нахмурился, откровенно не желая выбирать что-либо из предложенного, попутно отрицательно крутя головой:       — Если бы я тебя попросил снять штаны, ты бы ведь тоже отказался, так!       — Кто ж меня знает, может и нет, — с усмешкой фыркнул Чуя, явно не собираясь дожидаться, пока Дазай решится избавиться от своих тряпок самостоятельно. Опираясь о пол руками, Накахара стал медленно подползать к Осаму, пока тот елозил на своей пятой точке куда-то назад, в итоге столкнувшись со стеной. Прекрасно, ему больше некуда деваться, а значит Чуя без особого труда сможет стянуть с его лица бинты! Вытянув руку вперёд, Накахара, как и ожидалось, встретился с чужим сопротивлением, но Осаму был не самым сильным противником, так что его кисти почти моментально оказались зажаты в одной руке Чуи, пока второй он уже вот-вот был готов подцепить повязку.       — Ой, что это? — сзади послышался вопросительный голос Юан, едва она потянулась куда-то, разглядывая движение под салфеткой. Приподняв её, первое, что увидела девушка, был сверчок, резко прыгнувший в её сторону. Со стороны насекомого хватило всего одного действия, чтобы девушка испуганно заверещала на всю комнату, поддавшись куда-то в сторону и невольно сталкиваясь со спиной Накахары, который вместе с ней повалился вперёд.       Секунда, ещё одна… Понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать своё положение — Чуя врезался в лицо Дазая своим, и сейчас его губы находились точно на чужих губах, пока глаза удивлённо распахнулись в немом шоке. В голове тут же не осталось ни одной мысли, а сам Накахара будто бы завис как статуя, в точности как и Осаму, буквально позабыв, как вообще дышать.       — Эй, эта дрянь… куда делась? — сзади вновь послышался женский, очень сбивчивый голос, словно бы нацеленный не узнать местонахождение насекомого, а отрезвить двух застывших юношей, которые не пойми чем занимались. Чуя отскочил моментально, чуть ли не сбивая всё позади себя (благо, гравитация не позволила вмазаться в торт и пролить сакэ), густо покраснев, в общем-то, как и второй юноша. И если у Накахары цвет лица ещё не так бросался в глаза, то у Дазая на фоне его белоснежной повязки — хоть куда. — Всё в порядке? — непонимающе поинтересовалась Юан, так и не поднимая глаз ни на одного из мафиози. Сейчас её куда больше беспокоил кузнечик, а не чьё-то странное поведение.       — Кхм, не делай так больше, — сипло пробубнил себе под нос Осаму, непонятно к кому обращаясь, пока в ушах будто бы что-то громко звенело. В голове всё ещё прокручивалась картинка, как они были в том положении с прижатыми друг к другу губами, и никто не мог отстраниться в течение аж нескольких секунд! Какой стыд. И как им теперь вообще общаться после такого?       — А? — растерянно спросила Юан, повернув к Осаму голову. Что тот имел в виду и почему был таким красным, девушка не понимала и, в общем-то, не особо стремилась этого сделать, пока сзади вдруг не послышался громких хлопок двери. Глупо поморгав пару раз и обернувшись через плечо, девушка не сразу осознала тот факт, что комната опустела на одного, но вновь не придала этому какого-то значения, словно бы всё происходило в порядке вещей.       — Не бери в голову, — сухо отозвался Осаму, тоже поднимаясь на ноги. — Лучше уж я пойду к себе в комнату, а то что-то мы засиделись, да и завтра нас с Чуей снова ждёт работа.       Получив в ответ лишь растерянный кивок, Юан тоже решила не задерживаться, принимаясь за небольшую уборку после их посиделок.

***

      Осаму старался передвигаться по коридору как можно тише, пока в нос ударяли приятные благовония, а из головы всё никак не выходила та неловкая ситуация, как Чуя врезался в него. Вернее поцеловал! Это же можно было считать поцелуем? По неловкости и красноте их лиц все критерии совпадали, так что, можно сказать, Накахара умудрился даже украсть первый поцелуй у Дазая! Какой ужас. И теперь ему ещё и ночевать теперь придётся с этим вором поцелуев.       Так уж получилось, что в Доме всегда был большой ажиотаж, и комнат для гостей иногда могло не хватать, но пока работницы прилежно исполняли чужие желания, их места обитания на ночь освобождались, так что для двоих мафиози всё же выделили отдельные стены и футоны. Правда, после того, как Чуя спешно покинул их с Юан, вряд ли он теперь захочет ночевать с напарником в одной комнате и вероятно уже был на пол пути к общежитию. Вот только…       Стоило Осаму приблизиться к своей комнате, его слух уловил непонятное постукивание, а едва он открыл дверь, как в комнате его ждала самая неожиданная картина: Накахара восседал на собственном футоне, устало наградив пришедшего своим пьяным взглядом, пока посреди комнаты стоял уже знакомый им робот, Адам, жонглируя женскими кисточками для макияжа.       Дазай смог только моргнуть, в попытке подавить в себе вырывающийся смех, пока Адам невозмутимо продолжал жонглировать:       — Добрый вечер, Дазай-сан, вас я тоже сегодня надеялся встретить.       — Чт-       Осаму всё же не сдержался, подавившись смехом и сгибаясь пополам, пока Чуя с недовольным шипением подскочил с футона, резко потянув юношу на себя и закрывая за ним дверь. Его лицо явно выражало и усталость, и неловкость, и раздражение, и даже синяки под глазами наблюдались куда чётче, чем в больнице, так что Дазай довольно быстро сообразил, что Накахара был не очень рад присутствию здесь Адама, но раз уж не выражал никакого удивления, значит, хотя бы помнил его.       — Он забрался сюда через окно, выкручивая все конечности, чтобы пролезть, потом попросил подождать тебя, и я поинтересовался, что он вообще умеет, а этот робот-придурок начал жонглировать, — голос Накахары всем своим тоном показывал его недовольство действиями робота, на что Дазай мог лишь улыбнуться, спешно пробежавшись по нему глазами. Удивительно, как Адам успел сохранить или же воссоздать некоторые свои части, так как в последний раз мафиози смог застать на его месте одни лишь обломки:       — Ты неплохо регенерируешь, Адам, хотел бы и я так, — усмехнулся Осаму, вновь привлекая к себе внимание робота, пока тот в аккуратном порядке складывал кисточки обратно в шкатулку.       — Это вовсе не регенерация, — видимо, Адам совсем не понимает, что такое шутки. — Прошлая модель была уничтожена, поэтому моё сознание со всеми сохранёнными данными было перенесено сюда. В вашем же случае… Ваше тело не подлежит никакой замене частей и будет полностью уничтожено, так как чтобы перенести человеческое сознание в компьютер, мозг придётся убить, что уже заведомо помешает это сделать, так что вы максимум отправитесь, эм… у людей это называется Рай.       — В его случае Ад, — перебил Накахара, вновь устраиваясь на футоне.       — Или туда, — согласно кивнул Адам. — Однако, если вы позволите, я воспользуюсь вашей помощью ещё до того, как вы отправитесь в загробную жизнь.       — Снова хочешь поймать того психа-Верлена? — выразительно приподняв брови, Осаму уже вспоминал о том, как от Адама остались одни только обломки. И как эта машина собирается вылавливать опасного одарённого, не имея даже возможности продержаться с ним в бою и не пострадать? Вот только Адам, предвидя эти вопросы, приподнял руку, дабы вежливо перебить мафиози.       — Моя система настроена на самообучение. В прошлый раз эта машина лишь изучала противника и никак ему не противостояла, поэтому все детали оказались повреждены. В следующий раз я постараюсь схитрить, используя знания о навыках боя противника, и смогу защитить Чую-сама от него.       — Защитить меня? — этим вопросом Накахара невольно привлёк заинтересованный взгляд Осаму, и если бы Адам тоже мог выражать эмоции, то робот поступил бы так же. Не до конца было понятно, что именно уже мог вспомнить Чуя, а что нет, но будет пока лучше не затрагивать тему с тем божеством. Да, мафии следует как можно быстрее узнать о нём побольше и примерно начать прикидывать, какие именно потери им принесёт этот одарённый бродяжка из трущоб, но лично Дазая эта проблема никак не касалась, если закрыть глаза на то, что он теперь вынужден нянчиться с Чуей. Лишь бы не до конца его дней…       — На самом деле вы будете играть роль приманки, и-       — Хоть бы соврал! — тут же возмутился Накахара, недовольно поджав губы. Видимо, алкоголь всё ещё играл с его сознанием, и ключевым он услышал здесь именно своё предназначение, а не сам факт, что с его помощью будут ловить шизанутого братца.       — …А нужно было? — искренне поинтересовался Адам. — Простите, в следующий раз эта машина постарается быть учтивее.       — Тц, проехали.