ADDICT

Порой вот смотришь на небо, думаешь о всяком. Или не думаешь, потому что голова задумывается облаками вместо мыслей. А там на проводах между столбов сидят птицы, что будто прищепки, что держат постиранное покрывало, только вместо покрывала - горизонт. Складывается впечатление, что есть кто-то, кто меняет цвет неба как декорации фона в театральной постановке. Словно весь мир - сцена, а каждое сознание - актёр на сцене этого театра. У каждого в головах хранится свой сценарий, и человек ему следует. Думать, обдумывать, передумывать, делать. Даже то, что Арсений нос только что почесал это уже как часть сценария его жизни. Этот случай произошёл во вторник утром, после той ночи, когда Антон ему деньги принёс. Арс стоял в переулке у амбарных гаражей, куда прямо сейчас завозили груз, и проверял чисто по списку номера машин. А Серёжа, его надзиратель, тот самый с хвостиком, разговаривал уже с водителями, что докладывали ему более точную информацию о наполнении машин. Арсению это интересно особо не было, а потому он просто скучающе вертел ручку, которой изредка ставил галочки, в пальцах, или постукивал ею о здание на которое опирался какой-то ритм. — Так. Ну что, всё? — спустя время подошёл к нему Серёжа, отряхивая ладони хлопками. — Всё. — Арсений не глядя, и даже отвернувшись, протянул листы скреплённые степлером Серёже, а тот быстро пробежался по строкам. — Как замечательно. — листы опустились на уровень бедра, а Серёжа взглянул на Арса, что уже закинул голову и направил взгляд вверх, что-то высматривая под карнизом, видимо. —Тогда вперёд к Паше. — Зачем нам к Паше? — размеренным голосом слегка сведя брови, и опустив лишь взгляд на Серёжу переспросил Арс. Паша был их общим знакомым. — Он татуху хочет. Ты не знал? — А чё мне б знать? Ты бить будешь? — Естественно. Тебе ж набил, и ему набью. — Ты вот… все ещё Очень сомнительный мастер тату. — Хлебало на ноль и вперёд за мной с песней. Серёжа щелкнул пальцами вверх, а Арсений от недовольства приказов уголок губ лишь натянул, да глаза закатил, но послушно направился за Серёжей. Доехали они до Бара 52 на всё том же ягуаре, и если Серёжа всё делал прям целеустремлённо и направлено, то Арсений лениво зашёл, даже дверь открывая спиной, а не руками, что теплились в карманах. Но даже ему нашлось чем заняться - за баром сидел его знакомый, барбер, между слов, и держа стакан с виски в руке над столом, листал какой-то журнал. Арс подсел рядом, но лицом к залу, а не к бару как тот. Он глянул в журнал - тот был что-то в стиле «Men’s Health», но мужчина быстро перевел взгляд с журнала на профиль знакомого. — Синяк откуда? — У парня своего спроси. Че, предупредить нельзя было? Что он злобный такой? — он повернулся к Арсу, у которого брови до космоса взлетели, а губы расплылись в издевательской улыбке. — Парня? Моего? Ты че пьянь несёшь? — Ой слушай, вертел я твоё правило на запрет отношений, ебись с кем хочешь, но хоть предупреждай что есть те к кому лезть не надо. Хотя б потому что опасно… — Погоди погоди. Ты о ком вообще? Что это за мой парень такой? — Ну высокий столб такой, макаронное месиво на голове. И кулак тяжёлый. — Арсений засмеялся но мигом задавил смех. Он понял о ком речь. — Слабо ты удары принимаешь, брат. Он хлипкий как спичка. — Моя щека так не думает. — Моя ж ты неженка. Арсений попытался потянулся к знакомому к щеке, что бы потеребить ту, но ему не дали, зато чуть-чуть развеселили. А эта информация о том что некий высокий кучерявый назвался парнем Арса теперь засело в голову последнего нормально так. Дела как-то отвлекали постоянно, ещё и Аня всю неделю наседала невозможно. Её зависимость прогрессировала, при чём в плохую сторону, что в пятницу Арсу пришлось лично к ней идти домой, да разбираться с тем, что он отныне отказывается поставлять ей наркоту. Ему было невыносимо думать что она такая, что Антону её спасать потом, и не раз. Хотя и Арсений и сам не чистый, но он умеет себя контролировать, не упиваться, хотя бы из-за того что у него это более психологическая нужда, чем просто зависимость. Встретить Антона в пятницу было по истине неожиданно. Хотя по лицу Арсения в тот день так не скажешь. Нет, конечно он знал что Антон парень Ани, но поскольку сам Арс Аню знал больше, сейчас он осматривал Антона из соображений понять получше их модель отношений. Всё таки и этот кучеряш влез в его жизнь внезапно и без приглашения, но рас уж такие связи налаживаются… Сидя на лестнице, слушая то как Антон едва не унижается, и заливает Ане слащавые фразы о любви, Арс кривится, мол как же жалко это звучит. Но он не собирается вмешиваться. Лишь когда Аня вскрикнула что выйдет за Антона, Арсений с легким удивлением сквозь перила лестницы смотрел на них. Он заметил растерянность на лице Антона, но на это себе под нос хмыкнул, ведь застал ещё одну его оплошность, из которой ему придётся вылазить. На минуту даже задумался, часто ли с ним такое происходит. Аня убежала, Арсений встал, и пошёл на выход. В целом, все что хотел сказать Ане он успел сказать, и разорвал связи с ней, и будет это и поддерживать. Но вот Антон… Арс почти специально далеко не уходил, что бы сообщить ему о том что нужно поговорить. Зачем? А потому что «себе жизнь порти как хочешь, но в мою не лезь». Почему не заговорил сразу? Потому что беседа не на два слова, да и у Антона сейчас Аня как главный объект. Арсений встречу назначил в воскресенье, о чем сообщил смс-кой, потому что в субботу был вместе с Пашей пока ему били тату. У Арса тоже есть татуировка. На колене левой ноги, что перетекает на икру. Это был лист конопли, где вместо стебельков - кости, а за ней - расползшиеся трещины. Татуировка скрывала шрам, полученный однажды в юности, и пока нигде никак не светилась. Время Арсений выбрал необычное, и достаточно напряжное для Антона, поскольку это было на десятую ночи, во дворе с баскетбольной площадкой. Единственное что успокаивало - хотя б не в подворотне. А то всё таки Антон Арса все ещё слегка побаивался. Вообще ходить ночью самому было опасно. Даже парням. Остались в этом мире дранные извращенцы и животные, которым одно и надо. Мерзкие. Неоправданные. Бесцеремонные. Но Антон дошёл до места встречи, и даже заметил Арсения, что стоял за шагов пять от баскетбольного кольца, а в руках, кажется, был таки мяч. Антон зашёл на поле окружённое высоким проволочным забором через дверь, что противно проскрипела, а парень тут же услышал довольно громкий вопрос: — Как у тебя с спортивным инстинктом? — Эээ… Не знаю? — озадачено ответил Антон. — Ну вот, как думаешь, заброшу? — Арсений пару раз повертел мяч в руках пока взгляд был намертво уставлен на баскетбольное кольцо. — Может быть и забросишь. Я не знаю ну… как ты… владеешь мячом. Антон был растерян. А Арсений кидает мяч, но попадает в пластину, и оно отскакивает обратно ему в руки. — Слушай, давай уже наконец познакомимся? Мы столько раз уже пересекаемся, а я даже имени твоего не знаю. Расскажи-ка мне, кто ты. — Арс к нему не поворачивался, и вновь целился в кольцо. — Антон меня зовут. — Ага… но это не то. Меняй. — история с мячом повторилась. — В смысле меняй? — Ответ меняй. — мяч отскочил чуть в бок, пришлось подбежать. — А чем тебе тот не устроил? — Меняяяй. — Арс вернулся в позицию. — Ну что. Ну Антон я. Студент. Мне 20. Не гей. — уточнил с особенной интонацией. — Хорошо… меняй. — Антон вздохнул, а Арс опять бросил мяч. — Я высокий парень метр… — Меняй. — перебил его Арс. — Да что ты хочешь от меня услышать?! — уже не сдержался Антон. Арсений пока сдерживался что-то сказать, но ещё раз закинул посильнее мяч, и тот отлетел почти до Антона, что посмотрел за его траекторией. Пока Антон зациклился на мяче, Арсений взял в сумке банку пива и ключи, и подошёл слегка. — Кем ты там представился моему другу в клубе? — А кем? — Это ты мне скажи. — Я вообще никому там не представлялся. — Ммм… Арсений опустил голову, надув губы уточкой, и ключом проткнул у дна банки, ещё и в сторону Антона, чем по правде специально обрызгал того вырвавшимся напором. Под маты Антона он присосался к дырке, открывая ключ банки дополнительно. Сейчас он исполнил так званный шотганнинг. Пока Антон оценивал количество брызгов, Арс уже опустошил банку, и смяв ту, отбросил к краю. — Нахуя ты это сделал?! — Нахуя ты сказал что я твой парень? — Я? Твой? Кто прости? — Антон аж усмехнулся. — Я такое уверяю никому не мог сказать. — Не мог да смог, втянул меня в слухи. — Это какие? О том что ты гей? По-моему ты это плохо скрываешь если работаешь стриптизёром в гей-клубе. — Я не гей, а бисексуал, давай для начала это проясним. Потом, я это и не скрываю. — Арсений ухмыльнулся. — А слухи… про то что у меня отношения. — эмоция вновь вернулась в недовольство. — Которые у меня получается, спасибо, оказались. А они не должны быть. — А то что? Арсений опустил взгляд, задумавшись. Он дёрнув голову пальцем указал пойти за ним, а сам сел под забором. Антон просто подошёл и сел собрав ноги. — Хочешь устроим тройничок? — В смысле? — Ну ты я и Аня. — Блять ты… — Антон тут же от отвращения привстал и собрался уйти но тяжелая рука Арса усадила его за плечо обратно. — Сяяяядь. — протянул будто сразу подозревал такую реакцию. — Я уже понял что тебе объяснять за репутацию пустое дело. Куришь? — Репутация? В смысле? Репутация кого? Холостяка? — Арсений не ответил, но достал две самокрутки, и отдал одну Антону, что скорее растеряно её принял. А свою Арс уже поджег. — Ну, ладно, кому мне сказать что мы не встреч.. не того, не вместе? Арсений опять не торопился с ответом, и вместо этого смотрел осматривал площадку, поле, асфальт, мяч укатившийся. В общем всё, но не Антона, что уже терялся в догадках зачем вообще пришёл, и до чего странная эта встреча. И что это за минута молчания. Что за затишье и перед какой бурей? — Не а чё? — вдруг опустив уголки губ да подняв брови сказал Арсений, и наконец-то повернулся к Антону. — Ну давай встречаться. Смотри, это уже наша, ммм… — Арсений раскрыл руку, и стал загибать пальцы. — Десятая встреча. Ух, прям юбилей. Поздравляю. Антон так и продолжил смотрел на старшего взглядом «что с тобой не так..?», пока тот уже звёзды пытался высмотреть меж туч, и даже попытался задуматься о том в правду десятая ли, но как-то даже первую их встречу не помнил. Ах нет, вспомнил. Больница. Подозрения на передоз и бла-бла… в какой-то момент он возвращает внимание на самокрутку, и на мгновение сомневаясь, все же зажимает её между губ. Арс молча подаёт спички. Антон молча затягивается. Во дворе становится тихо. Вот и ещё одно окно погасло в доме у которого они сидели, а парни все курили в полной тишине. Никто ничего не говорил, но кажется будто и не нужно было. Голова у Антона начинала становится тяжёлой, слегка замедленно воспринимать мир, но поскольку вокруг ничего не происходило, он ничего и не заподозрил. Разве что весело что-то стало. Захотелось встать, поиграть в баскетбол, или попрыгать на шинах, или залезть на дерево… — Так, что мы… — «решили» хотел сказать Антон, но его очень резко перебили. — Хоооочу поплавать! — вскрикнул Арсений и подняв руки вверх с детской улыбкой посмотрел на Антона. Что за бред сначала думал Антон, но передумал в то что это прикольно, и с запозданием ответил. — А пошли. И они вправду пошли на ближайшее озеро, по пути обсуждая всякую хрень, что даже в памяти не останется. Антон забыл это чувство лёгкости, когда проблемы перестали иметь значение, словно совсем исчезли. Он смеялся, лился к плечу Арса когда смеялся, и слегка толкал того после, а тот улыбался куда-то в сторону, будто смущенно. Пускай они были накурены, но Антон давно не чувствовал себя так хорошо. Арс остановил их у берега, предложил раздеться, и как-то без сомнений Антон согласился. Он был в азарте. Оба разделись до белья, оставили одежду на пне каком-то недалеко, и Антон первый полез мочится. Арс шёл следом, но больше за студентом наблюдал. Тот дёргается, когда нога касается ледяной воды, но Арс тогда знает что делать: обнимает рукой за плечи с поговоркой за секунды потащил Антона глубже в воду, хотя та была безумно холодной. Зато приглушила слегка адреналин. Но не остановила их. Долго они плескались. А потом лежали на песке и втыкали в космос просвечивающий через атмосферу. Пока Антон не уснул. Арс это не сразу понял, но конечно что с ним делать - не знал. Оставлять как-то некрасиво, а потому достаёт его телефон, и набирает по быстрому набору контакт «мамочка». Быстро обьясняет ситуацию, мол загулялись, а это его друг. Арс тащит Антона к нему домой, и кратко познакомившись с его мамой, уходит в его комнату по советам женщины, и скидывает того на кровать. Вот это крепкий сон у пацана - даже когда его почти буквально кинули с какой никакой высоты, и то не очнулся. Задерживаться причин Арсению не было, но почему-то, он всё ещё стоял у кровати. Почему-то всё ещё смотрел на Антона. Почему-то вытянул руку, думая взять его. Но не взял. Слишком долго итак он тут находится, а в колыбельных Антон по мнению Арса уже давно не нуждался. «С тобой было весело» думается Арсению, прежде чем уйти из его жизни казалось в этот раз навсегда. Что ведь их может связывать? Что их может потянуть к друг другу вновь? Они столь разные… взрослый и юный, бодрый и уставший, веселый и унылый, пьяный и трезвый. Но законы физики не дураками писаны, и Ньютон не от балды вывел теорию, что противоположности притягиваются, где бы ни были…