Ultio

Бам. Бам. Бам. Леденящие душу гудения , разнеслись по небольшому подвалу, отскальзывая от стен и оседая у самого пола. Им вторили истеричные крики, надрывные и хлюпающие, словно издающие эти звуки человек чем-то захлёбывался. Персея судорожно прижала дрожащие руки к ушам, стараясь хоть как-то отгородиться от происходящего наверху, но ничего не помогала. Она пыталась посчитать до десяти про себя, но каждый раз сбивалась на тройке, после лязганья металла и очередной душераздирающей просьбы о помощи. Они становились всё менее разборчивыми с нотками полного отчаянья. Внутри все сжалось, хотелось убежать, ринуться в лес без оглядки, раздирая босые ноги о колючую траву, да вот только единственная дверь, хлипкая и старая вела сквозь кошмар, творившейся в так называемой лаборатории. Не было ни единого шанса на спасение, поэтому оставалось лишь безмолвно забившись в угол за небольшой кушеткой, надеяться на то, что про неё забудут, как случалось обычно. Персея потерялась во времени. Она поняла, что сидит уткнувшись в колени и горько плачет, хотя сама этого до последнего момента не осознавала. Словно тело больше ей не принадлежало, пальцы всё ещё прижатые к ушам, спутались с волосами и сжались в кулаки с такой силой, что казалось теперь их никогда не разомнешь. Девочка хотела попытаться встать, но ноги были ватными, а животный страх вцепился в позвончник диким зверем, заставляя полностью опереться о стену. Холод, прошедший сквозь спину, оказался отрезвляющим и на секунду все звуки вернулись. Теперь звенящая, напряжённая тишина, казалась предвестником наступающего кошмара. Постепенно воздух стал резко тяжёлым, начал давить на плечи и голову, и Персея поняла, что лёгкие словно скрутило спиралью – она больше не может сделать даже маленький вздох. Перед глазами начали танцевать чёрные пятна с ярко-красными отблесками, поэтому она даже не сразу ощутила, что дверь была открыта и теперь в этой маленькой тюрьме, она была не одна. .Тёмная фигура в свете факелов казалась едва различимой, но то, что она держала в руках было отчётливо видно, поэтому Персея зажмурила глаза, пытаясь отгородиться от только что увиденной картины. Изломанное в нескольких местах, с выпирающими из под кожи костями детское тельце скорее напоминало отбивную. Повсюду на остатках кожи были видны знаки, которые присутствовали на всех стенах этого дома. Что они значили девочка не знала, но помнила, что на её правой руке они тоже присутствовали. - Если не прекратишь – следующей будешь ты, - спокойно процедил голос. В следующую секунду послышался протяжный грохот и совсем рядом упало безжизненное тело. Смотреть на него второй раз было выше сил Персеи. Она лишь успела разглядеть тонкие светлые косички, которые перепачкались кровью и ещё чем-то вязким, - Ты помнишь главное правило? -Быть послушной, - тихо прохрипела Персея, жмурясь. Слёзы не переставали стекать с её подбородка, рвотные спазмы отдавали неприятной горечью в горле. Она больше не могла выдавить ни слова, язык окончательно прилип к нёбу. - Ты знаешь почему я её убил? – словно насмехаясь продолжил голос. Теперь он раздавался совсем рядом, прямо над самым ухом. Ледяное дыхание коснулось кожи у щеки, и девочка инстинктивно поддалась назад, пытаясь избежать любого соприкосновения. Послышался характерный скрип, с которым отодвигалось единственная её мнимая защита, старая кушетка была грубо отброшена к дальней стене. Персея знала, какой ответ должен был быть произнесён вслух. Вопреки её чувствам и желаниям. Но внутри всё словно клокатало, вместо членораздельных звуков вырывались лишь судорожные всхрипы, словно старый механизм, который отказывался работать. Собрав последние силы, девочка подняла голову, чтобы столкнуться с взглядом сквозившим безумием. В голове всё перемешалось словно связь между реальностью и собственными видениями настолько сильно истончилась, что образы показываемые ей во сне в один миг стали реальностью. Она видела это. Видела раньше, но не желала верить. -Я не слышу ответа, - звонкий удар пощёчины, разрезал тишину, Персея повалилась на пол. Металлический вкус внезапно стал отрезвляющим. - Она просто хотела домой! Ты монстр, монстр, ты чудовище! – в истерике прокричала девочка, чувствуя внезапный прилив сил. Этого хватило, чтобы вскочить и словно обретя дыхание оттолкнуть от себя мужчину. Персея не понимала откуда вырвалось это бесполезное чувство несправедливости и храбрости,- Ты никогда не получишь, то что хочешь, сколько бы не старался! Мёртвые никогда не станут живыми! -Да, что ты понимаешь, мелкая мерзавка! Ты стала слишком самонадеянной, потому что я позволил тебе думать словно ты и твоя жизнь чего-то стоят! – окончательно вышел из себя мужчина, грубо цепляясь длинными пальцами за руку Персеи, он резко потянул её на себя, от чего она споткнулась и упала, резкая боль пронзила все тело. Не дожидаясь, пока девочка придёт в себя, мужчина пошёл в сторону двери к длинной лестнице, отчего Персее пришлось судорожно упираться. Она боялась того, что будет дальше и собственное глупое и опрометчивое поведение вызывало лишь приступы отвращения. Нужно было смолчать, проглотить все свои недовольства, не давать им волю, но год проведённый в этом аду, казался настолько убивающим, что больше не было сил это терпеть. Никто не придёт её спасать. -Ты думаешь, что забирая жизни, ты сможешь что-то исправить? Я, видела, видела, что ты никогда не приблизишься к своей цели! Ты монстр! – продолжала истошно вопить Персея надеясь, что ей удастся вывести его из себя настолько, что он бесцеремонно перережет ей глотку. Тогда смерть окажется спасением, но мужчина никак неотреагировал, продолжая волочить её по ступеням. Вскоре яркий свет, исходящий казалось от самих стен на секунду ослепил её. Но даже с закрытыми глазами образ комнаты настолько врезался в сознания, окутал щупальцами, что Персея с точностью помнила порядок колб на большом шкафу, расположенние небольшой больничной койки и страшные инструменты на столе. Когда глаза привыкли, и она смогла заставить себя преоткрыть правый глаз, картина представшая перед глазами была совсем иной. Повсюду царил хаос, от стерильной чистоты не осталось и следа. Вокруг было море крови, казалось она была повсюду, пол был усыпан разными разбитыми сосудами, а в далеке валялись цепи. Оставив её на полу, мужчина задумчивым видом подошёл к одной из полок. Он что-то напевал себе под нос, кончиками пальцев пересчитывая многочисленные сверкающие флаконы, пока не остановился на самом последнем. От недавней ярости словно не осталось и следа, но это была лишь обманка. Персея прекрасно знала, что будет дальше. Фантомная боль жгла лёгкие, скручивала внутренности. -Пожалуйста, прошу только не это. Я больше не буду. Я буду самой послушной! Я буду вас слушать! Совсем как раньше, господин, прошу пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, - хватаясь за его ступни продолжала словно заведённая девочка. Персея понимала, что это не поможет, но заставить себя прекратить не могла. Ей было страшно, настолько что всё испытанное ранее казалось детским лепетом. Но было уже слишком поздно. Он схватил её за шею, прижав к стене, грубо надавил на щёки и влил противную вязкую субстанцию. Субстанция обманчиво приятно разлилась по горлу, обволакивая теплом. Но с каждой секундой жжение нарастало, казалось сами кости начали плавиться, а рука на горле продолжала сдавливать сильнее. Вдыхать воздух получалось лишь урывками, кровь прилила к лицу, и Персея трижды прокляла себя за не сдерженость. Было больно настолько, что все окружающее вмиг исчезло, пропали мысли, чувства, сменяясь единственным ощущением жгучей агонии. Она не помнила, как оказалась на кровати, как что-то острое поднесли прямо к спине, выводя уродские символы. Но боли уже не было. Она новой волной накатила позже заставляя ногтями впиваться в ладони, стараясь сохранить остатки разума. Спасительная темнота, так и не приходила, словно каждый раз кто-то вынимал её из обморочного состояния. Ткань платья, старого и колючего неприятно липла к свежим ранам на спине. Чувство униженности и полной уничтоженности, какой-то сломленности заставило её ужаснуться. Больше не было сил бороться, не было воли сопротивляться. Персея резко вздохнула вынривая из кошмара. Она судорожно пыталась вдохнуть воздух, всё ещё находясь во власти сна. Старые шрамы несщадно болели, напоминая, что сон был частью воспоминаний. Воспоминаний принадлежавших не ей. Персее Поттер. Поднявшись с кровати и встряхнув остатки сна, девочка поняла, что просто не сможет больше заснуть. Старые часы показывали четыре часа, поэтому до пробуждения мистера Слизнорта была ещё много времени. Аккуратно поджигая фитиль свечи, девочка думала, что раз сегодня такой важный и ответственный день, то нужно привести себя в порядок. И ночной кошмар действительно помог – благодаря нему у неё теперь есть время. Стараясь не шуметь, Персея прошла по коридору и оказавшись в ванной поставила свечу на раковину, вглядываясь в мутное отражение зеркало. Она точно не могла быть прежней Персеей. Персея была ужасно красива. У неё были рыжие волосы, словно языки пламени, зелёные миндалевидные зелёные глаза и глупые круглые очки. Она была пухленькой с приятным румянцем на щеках. Они были даже не похожи. Сейчас с зеркала на неё взирал совсем другой человек. Совсем не примечательный и ничем не похожий на Персею. Лишь глаза продолжали отдавать зеленью, но больше не были такими яркими и живыми, они словно затускнели, стали более тёмными, почти болотными. Бледная кожа, словно натянутая на череп, с острыми скулами и чёрными синяками, которые сейчас после продолжительных дней отдыха и хорошего сна немного стухли и стали менее пугающими. Даже волосы у них были разными – её ужасно непослушные тёмные кудри никоим образом не напоминали прекрасные локоны Персеи. Сняв с себя ночную рубашку, девочка продолжила иследовать уродливые белые руны, которые словно россыпь покрывали всё тело. Одна из них украла её личность. Украла красоту и внешность. Хотя была ли она когда-то Персеей Поттер по-настоящему? Взгляд зацепился за небольшой кулон. Деревянный, овальной формы с четырьмя прорезями в которую была залита зелёная эпоксидная смола. Обычная безделушка, которая была единственной связующей нитью с прошлым. Только это и осталось, да клочёк смутных воспоминаний, который возможно были и не её вовсе. Горячая вода, приятно обволакивала тело, даря спокойствие и умиротворение. Казалось, что все произошедшее лишь долгий сон, или возможно предсмертная иллюзия. Но вот бы она никогда не заканчивалась, настолько приятно ощущать столько всего вокруг – тепло солнечного света, приятные вкусы и запахи, все на свете было настолько неизведанным и привлекательным. Выйдя из душа и переодевшись в скромное чёрное платье, Персея мазнула последним разом зеркальное отражение. Там на неё смотрела пухленькая рыжая девочка в смешных круглых очках. Она подмигнула и помахала рукой. -За всё нужно платить, ты помнишь? Персея потёрла глаза и наваждение исчезло. __________________________________________________________________________ Они попали на Косую Аллею через камин. Это было настолько непривычно и странно, что девочка долгое время не могла прийти в себя. Вся это прогулка казалась сном, а люди, которые кружили лишь декорациями. Персея уже была на Косой Аллеи, но тогда ей не было дела до рассматривания пёстрых вывесок и ассортимента магазинов. Сейчас вышагивая рядом с мрачноватым и молчаливым профессором Снейпом, она чувствовала себя немного счастливой. Словно пузырьки газировки лопались внутри, даря непосредственную детскую радость. - Я так рада профессор, что вы согласились мне помочь, - оживленно проговорила Персея, останавливаясь у магазина мантий «Мадам Малкин». Кажется это была первая локация их небольшого, но весьма увлекательного путешествия. -Боюсь мне не оставили выбора, и я к большому сожалению не разделяю ваш энтузиазм. Напомните мне, мисс Остин, почему мистер Слизнорт не смог выполнить свою прямую обязанность и сопроводить вас, а вынудил меня оставить свои важные, не ждущие промедлений дела? – едко ответил Снейп. Он выглядел всё также угрюмо, но старался вести себя более благодушно, видимо пребывая в неплохом настроении. -Он немного приболел, профессор, но думаю мы сможем быстро закончить, чтобы вы могли поскорее решить свои дела, - ответила Персея. Она немного забавлялась ситуацией и того, как напускано ворчал мужчина, - А вы подумали над моим вопросом? Про будущее конечно. -Прекратите нести чепуху, пока я не бросил вас прямо здесь. Моё терпение не безгранично и даже Дамблдор не сможет остановить меня от того, чтобы я просто вернулся к своим прямым обязанностям, а не занимался чёрт знает чем! Заходите и не испытывайте меня, мисс Остин. Мне нужно отойти, поэтому вы без глупостей выберите здесь, всё что вам нужно, а потом спокойно подождёте меня у входа, вам ясно? -Конечно, профессор. Дела не требуют отлагательств, - она весело подмигнула и последовала чёткой инструкции. Мадам Малкин оказалась приземистой улыбающейся волшебницей, одетой в розовато-лиловыя одежды. — Едем учиться в Хогвартс? — спросила она прежде, чем Персея успела объяснить ей цель своего визита. — Ты пришла по адресу: у меня тут как раз еще один клиент тоже к школе готовится. В глубине магазина на высокой скамеечке стоял бледный мальчик с тонкими чертами лица, а вторая волшебница крутилась вокруг него, подгоняя по росту длинные черные одежды. Мадам Малкин поставила Персею на соседнюю скамеечку. Персея с интересом посмотрела на мальчика. Она редко общалась со сверстниками в прошлом, и то это были только девочки к которым она старалась не привязываться. Как нужно было себя вести в компании, Персея конечно же не знала, что уж там говорить про знакомства. Несмотря на мрачное утро, день выдался весьма, весьма не дурным. Девочка сама себя не узнавала – непривычный энтузиазм и хорошее настроение были чем-то забытым и давно упущенным. - Привет! — сказал мальчик. — Тоже в Хогвартс? -Да, - коротко ответила Персея, не сразу понимая, что вопрос был адресован именно ей. - Мой отец сейчас покупает мне учебники, а мать смотрит волшебные палочки, — сообщил мальчик Он говорил как-то очень устало, специально растягивая слова.—А потом потащу их посмотреть гоночные метлы. Не могу понять, почему первокурсникам нельзя их иметь. Думаю, мне удастся убедить отца, чтобы он купил мне такую... а потом как-нибудь тайком пронесу ее в школу. Персея промолчала, не зная что ответить на это. Она смутно помнила, как слышала что-то про квидич, но каких-то чётких представлений у неё не было, так как Слизнорт был весьма к этому равнодушен и упоминал лишь когда рассказывал про своих учеников. Один из них стал выдающимся игроком. Единственное, что всплыло в памяти, так это то, что обычно в него играют на мётлах. Возможно этот мальчик очень любил играть? Он казался немного заносчивым, но весьма дружелюбным, поэтому девочка расслабилась и была не против продолжить беседу. — А у тебя есть своя собственная метла? — продолжал тот. -Нет, я пока не пробовала летать. Слышала в школе этому учат. - А в квидич ты тоже получается не играла? -Нет. - А я играл. Отец говорит, что будет преступлением, если меня не возьмут в сборную факультета, и я тебе скажу: я с ним согласен. Ты уже знаешь, на каком будешь факультете? - Нет. - Ну, вообще-то никто заранее не знает, это уже там решат, но я знаю, что я буду в Слизерине, вся моя семья там была. А представь, если определят в Пуффендуй, тогда я сразу уйду из школы, а ты? -Думаю, я совсем не подхожу для этого факультета и никто меня туда не отправит, - вспоминая рассказы Слизнорта ответила Персея. Она с трудом поспевала за диалогом и едва ли могла подбирать слова. Мальчик довольно улыбнулся, видимо ответ его удовлетворил. - А где твои родители? – продолжал напирать мальчик. -Они умерли, сейчас я живу у дяди. Мой дядя Гораций Слизнорт, может ты о нём слышал? -Да, кажется отец его упоминал, - задумчиво ответил мальчик, однако тон его оставался немного высокомерным. -А как тебя зовут? – решила поинтересоваться Персея, понимая, что хотя бы один знакомый, пускай и весьма напыщенный ей не помешает. Но мелькнувшая в стеклянных дверях тень, очень напоминающая раздражённого ожиданием профессора Снейпа, заставила её потерять интерес к новому знакомому, - Прости, кажется мой сопровождающий потерял терпение и мне нужно как можно быстрее вернуться к нему. Ещё, увидимся, думаю. И не дожидаясь ответа, она подошла к мадам Малкин, которая как раз закончила с её мантиями. - Не думал, что покупка мантий займёт у вас столько времени. Вы очень медлительны и не цените чужое время, мисс Остин. Сопровождать вас сплошное наказание, - ожидаемо проворчал профессор Снейп и они двинулись дальше. Персее были не нужны учебники, они имелись у Слизнорта, как и прочие принадлежности для письма. Поэтому следующей остановкой их путешествия был магазин волшебных палочек, который привлекал девочку гораздо больше всех остальных. Когда они вошли внутрь, где-то в глубине магазина зазвенел колокольчик Помещение было крошечным и абсолютно пустым, если не считать одного длинного тонконогого стула, на который сел профессор Снейп. -Добрый день, — послышался тихий голос. Персея подскочила от неожиданности. Перед ними стоял пожилой человек, от его боль почти бесцветных глаз исходило странное, прямо-лунное свечение, прорезавшее магазинный мрак — Здравствуйте, — выдавила из себя девочка. Этот человек вызывал у неё странные чувства, заставляя отойти поближе к угрюмому профессору Снейпу. Но тот лишь ехидно усмехнулся, всем видом показывая неодобрение её поведением. -Никак не могу вас узнать, хотя вы мне кажетесь смутно знакомыми.., - начал старичок прищурено изучая её лицо, а затем взгляд его перешёл на профессора Снейпа, - О Северус, давно тебя не видел, помню как будто вчера ты пришёл за своей первой палочкой, если мне не изменяет память.. - Я тоже рад вас видеть, мистер Олливандер, однако довольно этой пустой болтовни, у нас мало времени. -А характер всё тот же. Как вас зовут, юная леди? -Гвен. Гвен Остин, сэр. -Не могу припомнить твоих родителей, как бы не старался. Но не будем испытывать терпения Северуса, давай измерим твои данные, - Он вытащил из кармана длинную линейку с серебряными делениями. — Какой рукой вы держите палочку? - Я левша, - помедлив ответила Персея. - Очень занимательно, - начиная измерение проговорил мистер Олливандер, - вы знаете, каждая палочка имеет свой характер. Именно она выбирает волшебника, а не наоборот. Очень важно найти подходящую, иначе никакие заклинания не получатся. Персея лишь промолчала. Она многое слышала от своего опекуна, поэтому подобные размышления наводили на неё тоску и некое уныние. — Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, мисс Остин, — пояснял старичок, проводя свои измерения. — Это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или высушенное сердце дракона. Каждая палочка фирмы «Олливандер» индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И конечно, вы никогда не достигнете хороших результатов, если будет пользоваться чужой палочкой Что ж, мисс Остин, для начала попробуем эту. Бук и сердце дракона. Девять дюймов. Очень красивая и удобная. Возьмите ее и взмахните. Персея взяла палочку в левую руку и махнула ей уверенным движением. Однако ничего не произошло, и мистер Олливандер тут же забрал её. Дальше всё происходило сумбурно, ей давали палочку она пыталась найти хоть какай-то отголосок, но ничего не выходило. Это однако только радовала продавца, он словно был невероятно доволен. -Так, а что если так? Думаю это точно оно, сильное, опасное сочетание, но почему бы не попробовать? Персея взяла палочку, почувствовав непривычное тепло. Она прекрасно лежала в руке, имела темный наконечник, а само дерево имело темно-коричневый цвет. Когда она повторила уже привычное движение, с наконечника вырвался сноп искр, задорно улыбаясь девочка повернулась к профессору Снейпу, но тот увлечённо читал какую-то книгу и кажется не обращал никакого внимания на происходящее. - О, браво! Да, это действительно то, что надо, это просто прекрасно. Я уже и не думал что найдётся хозяин для этой палочки. Боярышник, одиннадцать дюймов, гибкая, с сердцевиной драконьей жилы. Палочки из боярышника по природе своей сложны и полны парадоксов, как и волшебники, которые ими владеют. В отличие от многих других, эти палочки охотнее служат именно противоречивым, конфликтным натурам или волшебникам, которые проходят через период неких потрясений. Как правило, жилы дракона обеспечивают палочки с наибольшей мощностью, которые способны на самые впечатляющие заклинания. Палочки с такими сердцевинами, в отличие от других, имеют тенденцию к быстрому обучению. Они всегда сильно связаны с их нынешним хозяином. Палочка с жилой дракона имеет склонность к легкому использованию в Темных искусствах, хотя и не будет побуждать к подобным действиям по собственному согласию. Из трех сердцевин они также наиболее склонны к несчастным случаям, будучи отчасти темпераментными. Вам нужно быть осторожнее, мисс Остин, такое сочетание очень опасно и если вы не будете полностью его контролировать это может привести к необратимым последствиям. Персея лишь задумчиво кивнула, понимая, что палочка действительно является отражением её самой. Расплатившись с мистером Олливандером, она подошла к своему сопровождающему и тихо произнесла: -Думаю, мы почти закончили, профессор, но прежде нам нужно купить мне сову. Мистер Слизнорт, настаивал, чтобы я выбрала себе достойную птицу. Почему-то день больше не играл яркими красками и даже профессор Снейп удивленный её молчанием, больше не язвил.