Card suit

Жерар невозмутимо наблюдал за тем, как Джиемма — главный прокурор их города — ходил нервно из угла в угол. То он рывком подлетал к столу и бил по нему, с ненавистью смотря на отстраненного парня, то задумчиво гладил свою седую бороду, о чем-то задумываясь, то под нос бурчал себе проклятья в адрес «гребаной семейки Фернандесов». — Я давно точу на тебя зуб, молодой человек, — хриплый старческий голос резанул по ушам Жерара, но тот лишь глаза закатил. — Ты в курсе, что тебе светит срок за незаконное участие в гоночных заездах, а? И даже твои любимые мамочка и папочка не вытащат тебя, на этот раз ты попался на крючок, парень. Жерар молчал, думая о своем. Ему было плевать на Джиемму, было плевать на то, что мужчина искал лишь повода, чтобы запереть его в тюрьме. Абсолютно все равно, потому что никаких доказательств не было. И Джиемма это знал, и Жерар это знал, и Боб тоже. У прокурора слишком мало веских доводов, которые может принять суд. Конечно, родители почитают нотации, но сделать ничего не смогут. — Вамменя не запугать, — Жерар едко выплюнул это «вам» и усмехнулся. — Слишком мало улик, согласны? Эх, опять не попал на крючок. Какая жалость. Обычно Фернандес сдерживал себя, когда его ловили за хранение оружия, когда Джиемма пытался повесить на него статью о распространении наркоты, когда обыскивал с орденом его дом. Потом за это Джиемме по голове настучал папа, а Жерар лишь усмехался, стоя в стороне. Родителям лучше не знать, что под эти статьи Фернандес и правда мог засесть в тюрьме. Надолго. Ну, кроме наркотиков, конечно. Сейчас его мысли крутились вокруг прошедшего вечера. Он думал об Эрзе, которая серьезно пострадала в аварии, думал о том, в порядке ли она, смогли ли ребята помочь ей. Ему было плевать на свою судьбу, пока Жерар не узнает, все ли с ней хорошо. Еще волновали остальные члены команды. Телефон у него изъяли, машину обследовали. Понятное дело, оружие никакое не нашли. Фернандес хоть чуть остудил голову, когда Мелди отвезла Эрзу к Локи, поэтому ему пришлось спрятать огнестрел и прочее под заднее сидение в автомобиле. Никто же туда в здравом уме не полезет, да? Он вспомнил, как сразился со Скарамуччей, как подстроил аварию, как толкнул врага с моста. По-другому Жерар просто не смог: когда он злой, то не контролирует себя. А тут еще этот урод причинил вред Эрзе, которая там вообще не должна была находиться. Джиемма что-то бурчал по поводу того, что засадит этого гаденыша, но Жерар абсолютно потерял нить его монолога. Орланд уже пару часов угрожал ему, но сделать ничего не мог. В комнату допроса влетела черноволосая женщина, швыряя эффектным движением руки папку на стол и гордо подходя к Джиемме. Брючный костюм винного цвета сидел на ее фигуре просто божественно, длинные волосы она отбросила резким движением назад, устремляя злой взгляд на седого мужчину. — Папа, это что за херня? — Минерва Орланд. Жерар узнал ее сразу, ведь про эту женщину в узких кругах блуждали такие слухи, что порой слушаешь, развесив уши. Фернандес знал, что она великолепный адвокат, который вытащит любого преступника из недр Ада, при этом не запачкав руки. Ей двадцать пять, она пользуется успехом и популярностью, по ней сохнут мужчины всего города, но все знают, что Минерва недоступна. А еще никто просто не хотел связываться с ее папочкой, который за яйца любого может повесить, кто тронет его любимую и единственную дочурку. Фернандес хмыкнул, отвлекаясь от своих депрессивных мыслей и с удовольствием смотря, как шок на лице Джиеммы сменяется стыдом и неловкостью. У Джиеммы есть главный страх — его дочка. — Папа, еще раз спрашиваю, это что такое? — Минерва курила очень долго, поэтому ее голос отдавал слегка басом и хрипотцой, не свойственной женщинам. А еще Жерар понимал, что сейчас она вытащит его жопу из этого дерьма. — Минерва, любимая, только не говори, что он находится под твоей защитой… — Джиемма кинул быстрый недовольный взгляд на Фернандеса и немного задумался, потому что знал, что его дочь любым способом выиграет это дело, которое он даже не успел завести. — Да. Допрос окончен, верните все вещи и отпустите моего клиента. Немедленно, — последнее слово она особенно жестко произнесла, не боясь ни капли своего отца. Джиемма вздохнул, с упреком посмотрел на свою дочь, которая теперь точно не отдаст Фернандеса ему просто так, и подошел к Жерару. Тот с милой улыбочкой поднял вверх руки, закованные наручниками, и подмигнул Джиемме, отчего мужчина вспыхнул от ярости. Жерар плелся вслед за Минервой, на которую засматривались ночные дежурные, облизываясь на ее фигуру. Орланд даже бровью не повела, никак не отреагировала на сальные взгляды помощников отца. У нее был заказ, задание, от которого она теперь не отступит. Они сели в машину, и Жерар грустным взглядом окинул свою разбитую машину. Все-таки тот момент, когда он на всей скорости влетел в тачку Скарамуччи, оставил свой след. Придется потратить еще кучу денег не только на адвоката, но и на починку машины. Еще форд просто в хлам, сразу можно сдавать на металлолом, там уже ничем не помочь. — Мне позвонил Локи, обрисовал всю ситуацию. Я сразу поняла, что дело плевое и выигрышное, тем более против моего отца, — Минерва открыла окно и закурила, внимательно смотря на дорогу. — Можешь не волноваться, тебя не посадят. О цене договоримся потом. — А как твой отец относится к тому, что ты забираешь у него все дела, даже не дав возможности что-то сделать? — Жерар отказался от предложенной сигареты и посмотрел на черноволосую. — Понятное дело, что ему бы хотелось видеть меня в своих помощницах, но я предпочитаю сама строить себе карьеру, несмотря на какие-либо связи в прокуратуре. — Он же не знает, что ты состоит в одной крупнейшей мафиозной группировке, да? — Жерар ехидно хмыкнул, смотря на предрассветный город. Подростки гуляли по улицам и пили пиво, везде валялись раскуроченные тыквы. Праздник кончился, ночь почти что тоже. — А твои мама и папа тоже не знают, что их сынок одной левой может ушатать человека, да? — Минерва ухмыльнулась, увидев смешную реакцию на свои слова. — Не переживай ты так, здесь все свои. Кто остался еще у вас в игре? Ну конечно, игра! Фернандес сразу полез за телефоном, скрытым в пакете для улик. В игре осталось пятеро человек: Кана, Мира, Лаксас, Венди и Ромео. Сколько же всего он пропустил, пока сидел в этом вонючем участке! — Не так много. Но я думаю, что все закончится хорошо. — Ну, я бы не делала таких поспешных выводов. Джокеров взяли в плен, у этих пятерых ситуация намного хуже, чем была у остальных. Жерар нахмурился, стараясь не думать о том, что все пойдет не по плану. — Отвези меня к Локи, пожалуйста.

****

Лаксас почти всю ночь пытался найти кого-нибудь из Дель арте, но под руку ему попадались простые прохожие. Одного он практически задавил, потому что больше не мог сдерживать гнев и сожаление о том, что ни с кем не сразился. А ведь ему нужно было выместить на ком-то все то, что накопилось за месяц внутри и травило его. Его так заебала эта жизнь, кто бы знал. Когда в игру вошла Мираджейн, Лаксас взревел, не в силах сдерживать больше эмоции. Он позвонил Штраус, которая скинула трубку. И так повторилось несколько раз. Блять, он просто убьет ее, чтобы больше не дергалась. Так и ему и ей будет жить спокойнее. Когда он узнал, что деда взяли в заложники, он чуть не въехал в долбаную остановку. Надо было остаться со стариком, сейчас бы не было таких проблем. Как назло, никто не знал их местонахождение, потому что похитители удостоверились в том, что лишили их обнаруживающих устройств. Когда Лаксаса оповестили, что нашли их, Дреер, не раздумывая, полетел туда, чтобы спасать задницы. Ну, вот и ему работенка нашлась. Молодой человек не сомневался, что с утра увидит кучу штрафов, за которые ему придется отдать кругленькую сумму, но сейчас его это не волновало. Он попытался позвонить Мираджейн еще раз, но все равно трубку с упорством барана сбрасывали, раздражая Дреера еще больше. Блондин знал, что Штраус не будет ввязываться в драки других, не будет лезть на рожон, она просто воспользуется шансом и отомстит тому, кто ее ранил. Или сейчас она мчит на базу Дель арте, что было более правдоподобно. Дреер знал, что встретит ее там. Блондин мчал по лесу, стараясь не нарваться ни на кого. Его цель была совсем близко, даже странно, что снаружи базу никто не охранял. Дреер припарковал машину неподалеку от завода, стараясь не привлекать к себе внимания. Разрушенный завод выглядел со стороны в ночи отвратительно. Где-то не хватало части стены, окна были выбиты и зияли черными дырами. Трубы на крыше погнуты, ни одной души не было в округе. Пройти в здание не составило труда. Иногда Лаксас удивлялся, почему так легко даются все проходы, почему никто не выскакивает из-за угла и не начинает махать пушкой. Да, дед все время говорил ему, что самомнение парня погубит. Но сейчас абсолютно не та ситуация, чтобы он умирал. Понятное дело, это сделано все специально, чтобы он пришел и застал какую-нибудь ужасную сцену с участием деда и Полюшки, чтобы сглупил и оступился, и все в этом духе. Лаксас часто удивлялся, насколько его недооценивали в команде. Ну, он понимал, что производит довольно мерзкое и мрачное впечатление, но ведь явно не тупое. Да, характер у него ужасный, парень и сам это знает, но что поделать. Жизнь успела сильно потрепать за эти двадцать с лишним лет. Да, он со стороны выглядит как самоуверенный засранец, которого хлебом не корми, а дай кого-нибудь задеть и унизить. Все люди носят маски, Дреер не является каким-то золотым исключением, как и все в их клане в принципе. Лаксас не самый приятный человек, иногда его не могли терпеть даже близкие люди, да, он скрытный и замкнутый, да, явно не приветлив. У каждого из мастей есть свои причины, чтобы быть немного загруженными и закрытыми. Если так подумать, проанализировать последние годы жизни, можно многое увидеть и вспомнить. У них не было выбора (хоть дед и любит бухтеть, что выбор есть всегда), им пришлось чем-то пожертвовать, чтобы выжить. Мираджейн вообще не должна была оказаться в таком мрачном мире, ее истинное предназначение помогать другим и освещать им путь. Но желание помочь семье в финансовом плане сыграло свое дело. Теперь можно разглядеть в ее глазах нечто мрачное, а в улыбке, если постараться, заметить грусть. Бикслоу тоже попал случайно в их компанию. Как близкий друг Лаксаса он просто однажды прикрыл ему спину, чем навлек на себя неприятности. И только потом Лестер осознал, с кем связался. Но не ушел. И Дреер до сих пор не переставал благодарить его за этот широкий жест. Кана упала в яму, провалилась в черноту по своей глупости и слабохарактерности. Но потом выбралась, надрала задницу абсолютно всем вокруг. Блондин уважает Альберону, хоть ей такого никогда не скажет. Нацу когда-то был мальчиком со сломанной судьбой из-за одного несчастного случая. Брат оказался злодеем, а у отца поехала крыша. Но даже после такого он остался добрым малым, пусть немного заносчивым и неуправляемым. Жерар — сынок богатых родителей, которому захотелось выделиться и перестать быть тем самым «сынком». Он сильный, умный, без него многие миссии закончились бы неудачно. Никого к себе не подпускает близко, имеет странные отношения со Скарлетт. А так он хороший малый. Гажил вообще боком попал к ним. Мать известная рок-звезда, постоянно в разъездах, и парень просто отбился от рук. Они с Лаксасом частенько понимали друг друга с полуслова, тренировались порой вместе, когда было время. Именно поэтому Редфокс поделился с ним тем, что его гложет. О Грее мало кто знает что-то. Он самая скрытная среди них личность, известно, что имеет сводного брата Леона, который однажды чуть не испортил Фуллбастеру миссию. Его дом — самая защищенная база, хотя на первый взгляд так не скажешь. Дамы прибыли недавно, они тоже особо не распространялись о своем прошлом или происхождении. Хотя только Люси сказала, что из богатой семьи с отцом тираном, а Скарлетт — сирота. Эльфман получил серьезный нагоняй от Миры, когда влез во все эти дела. Но из него, надо признать, получилась хорошая ищейка. Каким бы он несуразным не выглядел, голова соображает так, как надо. Лаксас уважает его за принципы и непоколебимый нрав. Вот бы и самому Дрееру обрести такие качества. Ромео когда-то был маленьким прототипом Нацу, но смог обрести себя настоящего путем побед и поражений. Сложно воспринимать серьезно шестнадцатилетнего парня, но потом, когда он с легкостью укладывает противников на лопатки, мнение быстро меняется. Кинана — девочка с горькой судьбой. Та же история с наркотиками и выпивкой, любовь с козлом Эриком (да-да, об этом знают все тузы), постоянная беготня туда-сюда. Она мало участвует в битвах, скорее отсиживается в засадах. Венди хлебнула много говна со времени вступления в клан. Но Дреер никогда не видел настолько целеустремленной и стойкой девочки, даже Мира и Кана не были такими в первое время. Все-таки юношеский максимализм дает много преимуществ. Он думал об этом, анализировал свои поступки и поступки друзей. Вспоминал хорошие моменты, чтобы нервы не сдали в последний момент. Лаксас петлял по коридорам, заглядывал в открытые комнаты, подбирал некоторые вещи. Похоже, он только в начале пути, раз здесь никого нет. Август скорее всего сформировал около себя нехилую такую охрану, нужно придумать план. Как назло никакие мысли по захвату не лезли в голову, лишь какая-то хрень, которую Дреер точно не собирался исполнять. Он поднялся вверх по лестнице, напрягаясь от неприятной тишины и темноты. Чем дольше они не знают о его местонахождении, тем лучше будет эффект внезапности. Так он себя успокаивал. Потому что уже давно понял, что они знают, что Дреер здесь. Просто выжидают хорошего момента. И его Лаксас им ни за что не даст. Внутри него скопилось столько ненависти ко всему живому. Сначала непонятное нападение на Венди, потом кома Мираджейн, этот тупой период депрессии и самобичевания, похищение деда и Полюшки. И они ждут, что он сдастся без боя? Ха! Первый противник обнаружился в коридоре: мужчина в черной маске прислонился к стене, держа в руках винтовку, и спал. Его храп Дреер услышал даже на другом конце. Бесшумно приблизившись к нему, Лаксас прошел мимо, стараясь не разбудить такого простофилю. Если все его враги будут так охранять свои посты, то он намного быстрее найдет деда и Хилер. Впереди тускло горел свет в открытой комнате, попеременно мигая, оттуда доносились голоса. Внезапно раздался взрыв дикого хохота, Лаксас вздрогнул, матерясь про себя. Ситуация и так с накалом, и тут это дерьмо. Молодой человек замер, расслышав хриплый и слабый голос своего деда. Неужели Макаров и Полюшка там? Это все было слишком просто. Здесь где-то подвох, но где? Он вспомнил, что любая комната была соединена с другой дверью внутри. Странная проектировка старого здания натолкнула Дреера на мысль. Блондин заскочил в самую удобно расположенную комнату, сбросил свои вещи в угол. Нужно все старательно обдумать, сейчас не стоит делать каких-то резких телодвижений. Отсюда был хорошо слышен их разговор. Дреер понимал, что Август поджидает его, думает, что Лаксасом управляют эмоции. Да, он вспыльчивый, но явно не тупой. Шилд давно знает, что блондин в здании, что выжидает момента. Осталось только сделать шаг. И кто его сделает? Лаксас внимательно слушал, что трещал Август. Его рассказ перескакивал с одного на другое, он путался в словах. Дреер с легкостью увидел в нем уже помешанного человека, иначе как объяснишь, что этот урод с таким воодушевлением говорил о том, как пытал людей в своей жизни? Да никак! Он глядел на часы, отсчитывал минуты. Лаксас был уверен в том, что Шилд оставил при себе некоторых самых близких и самых опасных людей. Большая часть разъехалась, чтобы сразиться с мастями, а тут осталось чуть-чуть. — Мальчишки долго нет, — Дреер напрягся, ожидая дальнейших распоряжений Августа. — Неужели потерялся? Макаров, я думал, твой внук умнее и знает поворот направо и налево. Или вы не похожи? — Лаксас не такой как я, — блондин нахмурился на слова деда. Что-то Макаров совсем слаб, это было слышно даже по его интонации. Неужели он на грани жизни и смерти? — Я наслышан о вспыльчивости, жестокости и беспринципности Лаксаса Дреера. Ты хочешь сказать, что вся информация, которую мы нарыли на твоего внука, — фальшь? Либо он реально настолько тупой, что даже не смог добраться до нас, либо чуть-чуть умен, раз сидит в засаде, — Дреер прислушался к шагам Августа. Тяжелую походку ни с чьей не спутаешь. — А еще я уверен, что сейчас он слышит нас. Лаксас напрягся, вслушиваясь в каждое слово этого сумасшедшего, Дреер понимал, что дело приняло опасный оборот, и сейчас все зависит от него. Раз Август знал про его проблемы с контролем эмоций, то он с легкостью мог потянуть за нужные ниточки, а блондин должен постараться не допустить подобного. — Интересно, как себя сейчас чувствует Мираджейн? Я поначалу удивился тому, что Димария предложила убрать ее с дороги (во всех смыслах, ха-ха), но потом понял, что это отличный стратегический ход. Твой внук, Макаров, испытывает такие сильные чувства к этой девочке, прям как ты в свое время к Грандине. И я подумал, жаль, что между ними никто не стоит, как было у вас, ну и решил снова влезть. Правда она выжила, я не рассчитал, что Штраус окажется такой живучей, но что поделать… — Лаксас стиснул зубы, не стоит вестись на такую херовую провокацию. — Твой внук все же умный, но и он человек, который имеет дикую привязанность к единственному члену семьи. Что же он сделает, если я прямо сейчас убью тебя, а, Макаров? Полюшка в ужасе смотрел на Августа, который отточенным движением доставал пистолет из-за пазухи, потом увидела движение в коридоре и закричала, сбивая Шилда с толку. Макаров выдохнул, поняв, что его экзекуция откладывается. — Грандина, дорогая, я даже не начал, а ты уже кричишь… — Шилд стремительно обернулся, услышав переполох сзади, который создал Дреер, когда вылетел из укрытия. Блондин успел хорошенько приложить одного головой о стену, повернулся ко второму, чтобы врезать с ноги в солнечное сплетение, как сзади на него прыгнул третий противник. Дреер почувствовал, как крепкие мужские пальцы сжали горло, попытался скинуть с себя пешку Августа, сделал несколько шагов к железной балке и со всего размаху врезался в нее спиной. Противник застонал от боли, но хватку не ослабил, Лаксас уже начал задыхаться, но вцепился руками в волосы этой мрази и сначала потянул его за них вперед, а потом резко назад. Послышался звук глухого удара, приспешник расслабил пальцы, Дреер схватил того за воротник и, напрягшись, перекинул через плечо. Он увидел, что его пытался прикончить какой-то непонятный хилый мальчик, да он весит, как пушинка! Зато хватка такая, что с легкостью откинуться можно. Лаксас не успел среагировать, когда перед ним вскочил тот второй, который получил в солнечное сплетение, поэтому не смог остановить удар кулаком в лицо. Дреер зашипел, когда приложился затылком о злосчастную балку, в глазах на мгновение потемнело. Он попытался сфокусировать взгляд и смог увидеть, как мужчина скривился от ярости и заносил кулак для еще одного удара. Лаксас перехватил его выпад, резко крутанул его ладонь вправо, раздался мерзкий хруст, мужик закричал от боли, а блондин с размаху боднул его лбом в грудь. Противник сделал несколько неуверенных шагов назад, Лаксас рыкнул и кинулся на него, уже придя в себя. Они сцепились, нанося удары друг другу, каждый не хотел поддаваться. Мужчина поставил подножку, Лаксас рухнул на спину, потянув его за собой. Дреер припечатал противника к бетону, забравшись на него сверху, и со всей дури молотил его по лицу. Он совсем потерял ход событий, поэтому не обратил внимания на оклемавшегося хилого парня, на команду Августа, на окрики Полюшки и Макарова. Дреер оглянулся в последний момент, когда этот самый пацан заносил пистолет над его головой. Лаксас попытался увернуться от удара, который мог стать смертельным, но не смог. Он покачнулся от удара, мир закружился, потом всё в один момент потемнело. Лаксас рухнул сверху на избитого мужика, тот откинул его в сторону, парень лежал без сознания. Хилый подал руку приятелю, помог подняться, а Август расхохотался, глядя на перекошенные в ужасе лица Макарова и Полюшки.  — Дышит, — хилый фыркнул, — я его слабенько приложил, вон даже кровь почти не течет. Макаров знал, что Лаксас каждый день жертвует своей жизнью, знал, что его внук берет всегда самые сложные задания, а потом зализывает раны. Мужчина всегда боялся того, что однажды блондин не вернется живым, что он не справится, что его убьют. А сейчас было тяжело смотреть на то, как Лаксаса одолели какие-то задохлики, как он сейчас лежит на холодном бетоне, а под головой собирается кровь. Макаров дернулся, пытаясь вырваться из оков, но не смог, а Август лишь хмыкнул, заметив слезы в уголках глазах своего недруга. — Ну-ну, не реви, — Шилд хмыкнул, продолжая держать пистолет в руках. — Он же не сдох, верно? Я с ним еще не наигрался, так что подождем, когда твой внучок придет в себя. — Какая же ты тварь, Шилд. Надеюсь, ты сдохнешь в муках, — Грандина плевалась ядом, вся тряслась от дикой ненависти к этому моральному уроду. — Дорогая, не в твоей ситуации меня оскорблять, — глаза Августа сверкнули в полутьме злостью, но мужчина быстро взял себя в руки. Лаксас постепенно начал приходить в себя. Он почувствовал дикую боль в затылке, липкую кровь на волосах, а еще то, что его руки связаны и ужасно затекли. Похоже, он давно так сидит, полностью обездвиженный. Нихерово так его приложил тот мальчуган, Дреер даже сейчас ощущал себя так, словно находится в какой-то прострации. — О, вы посмотри, кто очнулся, — перед ним нарисовался Август собственной персоной, Дреер, раскрыв глаза и не поднимая головы, плюнул ему под ноги, выражая таким образом всё свое отношение к его личности. — Ну-ну, не злись, дорогой. Хочешь сказку расскажу? Лаксас молчал, поджав губы и стиснув зубы. Больше всего ему хотелось, что Шилд сейчас откинул свои копыта, но такие гниды как он слишком живучие. Мужчина начал свой рассказ, постоянно давая оценку разным событиям из семидесятых годов. И тут он дошел до описания своих чувств, когда держал в заложниках всю команду Фейри тейл, пока Макаров и Полюшка отсутствовали, как они умоляли его пощадить и простить, как его прадед открыто выступал против него. И потом он сжег их заживо, заперев все двери, а они пытались найти выход и укрыться от пламени. Дреер зарычал от гнева, пытаясь вырваться из оков, но не мог. Он вскочил на ноги, пошатываясь из-за того, что икры перевязаны, но удержался. Август не ожидал такого напора, поэтому пропустил тот момент, когда Дреер со всей дури заехал своим лбом ему по носу. Голова стрельнула адской болью, Лаксас замычал и повалился назад, ударяясь спиной о бетон, но своей маленькой местью был доволен. Из носа Шилда тонкой струйкой текла кровь, а сам он схватился за него. Замахнувшись, Капитан ударил ботинком блондина по лицу, хмуро улыбаясь. Дреер снова рухнул назад, ударяясь затылком еще раз. Заскрипев зубами, Лаксас попытался сделать подсечку Шилду, но тот сделал шаг назад. — Скажи своему внуку, чтобы научился контролировать гнев. — Да пошел ты к черту, Шилд! Такая мразь, а еще что-то мне говорит? — Мальчик, твой длинный язык и большое самомнение погубят тебя. Пока ты не научишься управлять гневом, ты подчиняешься ему. Пока ты не перестанешь злиться, ты будешь марионеткой в руках того, кто тебя выводит из себя. Ты еще такой маленький и зеленый, чтобы понимать это. Для тебя это сложно. Наверное, твои родители не очень тебя любили? — Август ехидно улыбнулся, наблюдая, как краснеет шея и уши младшего Дреера, и видел сейчас перед собой беспомощного Макарова в молодости. Блондин дернулся, заскрипев зубами. Как же, сука, он его бесил! Задыхаясь от ненависти, Лаксас пытался разорвать веревки, но у него ничего не получалось. Сейчас он просто ненавидел весь мир за то, что все так складывается. Мало того, что деда с этой старухой взяли в плен, мало того, что ему не достался ни один ублюдок из Дель арте, а в особенности тот, кто причастен к коме Мираджейн, так он еще попался Августу вместо того, чтобы спасти деда. А, ну еще Мираджейн ввязалась в эту игру, видимо, абсолютно позабыв, что пообещал Дреер с ней сделать, если та все-таки сунет свой нос в это дело. Придется напомнить, конечно, если они выживут. За этот месяц он полностью сожрал себя изнутри из-за травм девушки, из-за опасности, которая темной тучей висела над их командой. Он не понимал, насколько нужно быть отбитым, чтобы начинать войну из-за прошлого? Насколько вот надо быть конченым, чтобы так расчетливо причинять боль? Да, Лаксас не был святым. Да, у Лаксаса мерзкий характер, мерзкое чувство юмора, мерзкая совесть, которую она давным-давно заткнул и засунул куда подальше. Но даже до таких мерзких вещей он не опускался ни разу в своей жизни. А еще он никогда не попадал в ловушку и его не связывали. Ну, что ж, все бывает в первый раз. И понимание того, что никто сейчас им не поможет, резануло по сердцу так сильно, что Дреер весь сжался. Конечно, есть надежда, что Мираджейн все-таки пролезет как-нибудь сюда, но она настолько мала… А пока он будет отвлекать Августа на себя, чтобы вывести мужчину из равновесия. Ведь Лаксас знал, на что давить, чтобы сломить такую мразь. Потому что Дреер сам был таким.

**** Димария за волосы тащила Венди по земле, упиваясь ее криками боли. Да, все-таки эти птенчики довольно забавные, когда пищат и пытаются геройствовать. Вот только до сих пор они не поняли кое-что: Йесте плевать на них, на их жизни, на их судьбы. Эта тупая сука ранила Доктора, посмела кинуть в нее нож, якобы защищая этого непонятного задохлика. Ромео неподвижно лежал, стараясь не вслушиваться в крики Венди. Димария сильный противник, которого он явно недооценил по половому признаку. Еще никто с такой легкостью и с такой силой не отбивал ему органы, не разбивал лицо в кровь и не превращал все чувства в одну всепоглощающую боль. Димария швырнула Венди, которая сжалась в комок, стараясь не поднимать голову. Было чертовски страшно, запал и ярость куда-то пропали, оставили беспомощное тело. Лишь острая боль в ноге давала о себе знать, тело трясло от холода в темную ночь первого ноября. Не такие они уж и всесильные. Обычные подростки, которым остается надеется на помощь в лице Каны, и все. Доктор разглядывала их сверху: один лежит неподвижно, весь побитый и раненый, а из шеи течет кровь; вторая накрыла голову руками и дрожит, стуча зубами. И если первый не противник Йесте, то другая может им стать. — Поднимайся, — Марвел вздрогнула от холодного и жесткого голоса Мари и сжалась еще сильнее. — Я сказала: поднимайся, тупая тварь! Пинок пришелся прямо на лопатки, Венди изогнулась от удара и задохнулась от боли. Йеста не остановилась и продолжила пинать слабую девчонку, а та пыталась отползти подальше от разгневанного противника. Венди оперлась на руки, затряслась еще сильнее и попыталась встать. Почему именно сейчас ее накрыло такое огромное осознание своей никчемности? Она должна встать, сражаться за собственную жизнь и за жизнь Ромео, а вместо этого жалеет себя и терпит подначки врага. Димария с интересом наблюдала за тем, как эта маленькая девочка пытается подняться. И ура, у Марвел это получилось! Венди заморгала, щурясь от прямого свет фар, а Йеста ухмыльнулась. Встала один раз, встанет и во второй. Венди пропустила точной удар по лицу, яркой болью обожгло щеку и глаз, заложило ухо с левой стороны, и Марвел упала на землю, цепляясь ногтями за грязь. Твою мать! Но синеволосая так просто не сдастся. Да, хочется, да, страшно, но жить можно. Она снова встала, стараясь не опираться на раненую ногу, и поняла, что долго в таком положении не протянет. Осталось надеяться на Кану, которая сейчас едет к ним. А до ее приезда Венди потянет время, чтобы эта тварь не добила Ромео. От второго удара девушка не смогла увернуться, но смогла устоять. Уже что-то хорошее. Сплюнув противную кровь, девушка вытерла лицо и прищурилась. Левый глаз заплыл, левое ухо стреляло, а губа распухла и горела от боли. Димария удовлетворенно хмыкнула. Наконец-то хоть какое-то веселье. А Венди поняла, что ее противница любит сначала долго мучить жертву, а потом наносить смертельный удар. Конечно, это знание ничем не помогло Марвел, но уже хоть что-то. Йеста снова замахнулась, Венди не успела среагировать, и удар пришелся под ребра. Марвел закашляла кровью, задыхаясь от неожиданности. В глазах потемнело, она согнулась пополам, стараясь восстановить дыхание, но не учла напор Доктора. Удар коленом в лицо Венди снова пропустила, нос прострелило огнем, губа лопнула по центру, а переносица невыносимо заныла. Попятившись, Марвел схватилась за разбитое лицо, усиленно сдерживая слезы. Димария сделала подсечку, схватила Венди левой рукой за воротник, резко развернулась вправо и с легкостью швырнула девчонку через бедро. Марвел на мгновение показалось, что все, она умерла. Мир перевернулся, дыхание сперло, а легкие насквозь прошибло от удара. Затылок загорелся такой яркой болью, Венди сквозь зубы застонала, стараясь сильно не шевелить губами. Ромео привстал на локтях, стараясь подняться и как-то помочь подруге. Димария метнулась к нему и четким ударом припечатала обратно к земле, заставляя парня задыхаться. — И это всё? А как же слухи про силу мастей? Венди не хотела двигаться. Её с головой накрыла такая апатия, что хотелось просто отключиться здесь и сейчас. И, наверное, она потеряла сознание, потому что в следующее мгновение Димария уже трясла ее, а голова Венди каждый раз ударялась о землю все сильнее и сильнее. Разлепив глаза после пощечины, Марвел сразу же захотелось закрыть их и просто умереть, чтобы ее не мучили. Да, она уже поняла, что не всесильная, что слабая маленькая девочка. Она хочет домой, к отцу, чтобы тот прижал к себе и пожалел. Она хочет, чтобы все это оказалось простым кошмаром. Она хочет, чтобы это все закончилось. Нацу учил ее, что в любой ситуации нельзя сдаваться раньше времени. Бикслоу учил ее, что какое-либо знание всегда пригодится, нужно лишь правильно его применить. Мира учила, что стоит смотреть на вещи здраво, оценивать свои шансы адекватно, и если есть возможность, использовать ее на полную. Кинана говорила, что боль — это не слабость, а сила, которую надо верно направить. Зажмурив глаза, Марвел усиленно пыталась сообразить, как на время оглушить Димарию. Во рту скапливалась кровь, смешиваясь со слюной, Йеста что-то рычала прямо в лицо, Конбольт пытался перетянуть ее внимание на себя. Венди открыла глаза, резко плюнула Доктору в лицо, чем застала ее врасплох, и, вскинув левую руку, вонзила пальцы со всей силы в открытую рану женщины от ножа. Димария закричала от боли, Марвел собрала свои последние силы и откинула ее от себя подальше. Наверное, это единственное, что она может сделать, потому что ничего больше не осталось. Глаза Йесты свернули дикой ненавистью, она кинулась к Венди, нанося удары один за одним. Оставалось только ждать и надеяться, что Марвел не умрет до приезда Каны.

****

Мира бросила машину на трассе, и кинулась в лес, точно зная, что ей нужно двигаться строго на запад. Пришлось петлять, стараясь не попасть на глаза врагам, потому что ей сейчас это было не нужно. Ее не могли отследить по карте, ведь никто и не подключал ей этот поиск. Все просто знали о том, что девушка вошла в игру. Больше никакая информация не была доступна. Штраус за эти пару часов переосмыслила многое. Начиная с того, как разделается с тем, кто посмел навредить ей, и, заканчивая тем, что ей делать дальше. Мираджейн помнила ту самую ночь до мельчайших подробностей. Она помнила, как получила гребаный звонок, помнила, как собиралась и выбегала из квартиры Лаксаса, на ходу придумывая, как ей действовать в случае опасности. И почему-то в голове не пронеслось, что все это лишь игра Августа, лишь хитрый ход, как разбить их команду по частям. Осознание пришло только после разговора с Бикслоу, Мира выдохнула, но в следующий момент в нее влетела машина, и Штраус ловко прокатилась по кузову джипа. Последнее, что девушка могла воспроизвести в памяти, так это фигуру Зерефа, который склонился над ее телом. Драгнил ласково поправил ее волосы, наблюдая, как она истекает кровью и лежит вся скрюченная на дороге. Молодой человек что-то шептал, прося у нее прощения, говоря, что все скоро кончится. Нет, как бы не так! Мираджейн окатило волной ярости, когда она увидела, что Нацу смог одолеть Зерефа. Её цель на эту игру оказалась неосуществимой. Но сейчас перед ней стояла задача намного большего масштаба: освободить Макарова и Полюшку. У Мираджейн есть эффект внезапности, дар невидимости. Пробираясь сквозь темные заросли, девушка старалась по полочкам разложить дальнейший ход событий, но чувства захлестывали, и она не могла сосредоточиться. Любой план выходил кривым, а Штраус нужно все сделать идеально. Девушка заметила машину Дреера, аккурат скрытую между густыми кронами деревьев. Этот тупой придурок попался! Штраус знала это, потому что понимала, что Лаксас впадет в ярость, когда увидит Макарова и Полюшку. А еще Мира знала, что из-за его горячего нрава блондина легко обнаружат и свяжут. Зато теперь ей остается спасать не только джокеров, но еще и одного безумного туза. Перебежками она проникла на базу, стараясь сосредоточенно оглядывать местность. Блуждая по темным и сырым коридорам, Мира каждый раз настороженно осматривалась. В ее голове не было плана, хотя он должен там быть! Придется действовать по ситуации. Она знала, что Августа защищают с таким усилием, а значит к нему подобраться так просто не получится. Но ведь никто не знает, что она здесь. Миру явно недооценивали ребята из Дель арте, посчитали, что ее можно легко убрать, сбить на машине. Никто из них никогда не сталкивался с ней в реальной битве, никто и не знает, на что она способна пойти, чтобы защитить близких. Сейчас ситуация требовала того, чтобы Мира оставалась с холодной головой, не шла на поводу у своих чувств, как это было в ту ночь в конце сентября. Девушка юркнула в темную комнату, услышав грохот шагов по лестнице. Кто-то приближался, нужно быть настороже. Их было двое, по комплекции не такие сильные и грозные, как Лаксас, но и не такие мелкие, как Ромео. У нее есть шанс завалить их, не создавая большого шума. Конечно, не стоит недооценивать противников. Тем более с ее-то состоянием, где каждое движение может привести к адской боли. — Нехило тебе так этот Дреер отделал, все лицо перекосоебило, хаа! — у одного была легкая походка и мерзкий голос, от которой Мира поморщилась. — На себя посмотри! Швырнул тебе через плечо, как маленькую собачку! — второй хромал, грохотал и плевался себе под нос после каждого слова. — Ну, я хотя бы его приложил по голове и спас тебя. Надеюсь, он сдохнет! Шеф долго держать в живых джокеров не будет. Как думаешь, он разрешит мне добить Дреера? Уж больно морда у него наглая… — Мира задохнулась от возмущения, значит эти двое смогли одолеть ее Лаксаса? Да быть такого не может! Опять придурок вспылил, не удержался и нарвался на неприятности! Мира отказывалась верить, что такая грозная машина как Дреер смогла сломаться под натиском одного хиленького мальчика и какого-то быдла. — Мне Шеф по секрету сказал, что Макарова он убьет первым. Ну, чтобы Полюшка и его внучок видели смерть старикана, все такое, — хилый продолжал болтать, а хромающий лишь хмыкал и плевал себе под ноги. Значит, Мираджейн опять придется вытаскивать задницу одного блондина из передряги, а следом за ним и джокеры пойдут. Что ж, стоило поднапрячься и сделать всё идеально. Но для начала разобраться с этими уродами, которые решили недооценивать мастей. Мира ловким движением поставила на пистолет глушитель, проверила, что они прошли мимо нее, и тихо выскользнула в коридор. Уложит одного, а со вторым разберется в рукопашку. Прицелившись громадному между лопаток, девушка вздохнула глубже, получше фиксируя пистолет в ладонях. Все же давно не практиковалась, главное, это не оплошать. Выстрел вышел удачным, пуля прилетела точно меж лопаток, громадный вскрикнул от внезапного нападения и повалился вперед. Худой и мелкий повернулся к девушке, доставая пистолет, но получит точный удар рукоятью огнестрела по лицу. Из рассеченного лба потекла кровь, но хилый так просто не сдавался, и Мираджейн ударила его ногой с разворота по голове. Он ударился ею о каменную стену и медленно осел на пол. Громадный пытался встать, но адская боль не позволяла это ему сделать. Девушка оставила их двоих и поспешила на другой этаж, стараясь не шуметь. Скорее всего Август по эхо понял, что она уже здесь и идет за ним, но так даже лучше. В случае чего Штраус с легкостью сможет с ним расправиться. От выстрела, которым она уложила первого, по телу девушки до сих пор бегали мурашки удовольствия. Все-таки давно девушка не практиковалась, и теперь испытывать те самые чувства — просто прекрасно. Сжимать в руках рукоять пистолета, ощущать эту тяжесть в ладонях, металлический холод… Жалко, что потасовка вышла быстрой и простой, видимо, Лаксас хорошенько отмудохал их перед ее приходом. Оставалось только надеяться, что с ним и с двумя джокерами всё в порядке, ведь если всё будет совсем не так, то Мира даже и знала, что сделает с Августом или с теми, кто попадется ей на пути. Она увидела тусклый свет, отблеск теней на полу, услышала какие-то непонятные крики и ругань. Двинувшись вперед, девушка глядела под ноги и по сторонам так часто, чтобы не наступить на что-нибудь или не наткнуться на кого-нибудь. У неё есть эффект внезапности, а еще ехидный засранец Дреер, сарказм которого она слышала даже отсюда. Травит нервы Августу, тем самым распыляет его внимание? Молодец, даже от его противного характера есть толк! Мира чуть выглянула из-за угла, оценивая свои шансы. Август крутился около Макарова и Полюшки, которые сидели в другой стороне комнаты. Вокруг не было никаких предметов, чтобы спрятаться, кроме непонятного содержания бочки, стоявшей в тени. Дреер сидел чуть поодаль от нее. Конечно, это рискованно… Но как еще в такой ситуации поступить? И вообще, вся их жизнь — сплошной риск, поэтому пора действовать. Перебежками Мира добралась до бочки, выдохнула и выглянула, следя за Августом. Ее поползновения никто не заметил, тогда девушка махнула Лаксасу, стараясь привлечь внимание блондина. Она заметила его потрепанный вид, кровь на лице и затылке, а еще дикую ярость в глазах, которые безумно полыхали. Парень дернулся, заметив Миру, выгнул брови и сжал недовольно губы. Тогда девушка показала ему маленькие ножик в своих руках, кивком головы указала на Августа, распинавшегося по поводу каждого из мастей. Сейчас он анализировал Гажила. Мира прислушалась, потому что даже она не знала, что мать Редфокса рок-звезда, которая постоянно в разъездах. Сколько лет они вместе работают, а о таких моментах ни сном, ни духом! Вот тебе и друзья, называется. Кто бы мог предположить, что Джувия другой национальности, из простой семьи фермеров, переехала сюда за лучшей жизнью? Да никто! Хотя как такую жизнь назвать лучшей? Мира следила одновременно за тем, как бесшумно продвигается к ней Лаксас и как Август распинается перед Макаровым и Полюшкой своим влиянием. Девушка закатила глаза, когда Дреер нервно дернулся, шевеля пальцами. Мира протянула ему ножик, вложила в ладони под нужным углом и спряталась за бочкой, молясь, чтобы Шилд не повернулся именно сейчас. Дреер отполз обратно на свое место, не сводя взгляда с Августа, сейчас нужно действовать безумно аккуратно. Он начал распиливать веревки, иногда косясь на Мираджейн, которая прислушивалась к каждому шагу и слову Шилда, иногда вздрагивая, когда мужчина был слишком близко. Лаксас освободил руки, сжал покрепче нож и притворился, что отключился. Нужно, чтобы эта тварь поверила, что блондин такой слабый, подойдет ближе, и тогда Дреер пырнет его ножом. А Мираджейн добьет. Он сделал знак Штраус рукой, девушка нахмурилась, рассматривая парня. Чего время тянет? Август повернулся к Дрееру, желая сказать едкое про его подругу Кану Альберону, когда увидел, что тот совсем не слушает, а спит. Шилд выругался, быстрыми шагами приблизился к парню, пробурчал себе под нос что-то о том, какое слабое нынешнее поколение. И он не увидел, что за его спиной Мираджейн перебежками добралась до удивленной Полюшки и начала резать веревки на руках у женщины. Макаров слабо улыбался, чувствуя, что его силы совсем на пределе. А потом они услышали злобный крик, Штраус дернулась, заметив, что Август держится руками за ногу, в которую Лаксас воткнул ножик. Дреер хмыкнул, толкнул Шилда и развязал веревки на ногах. Осталось забрать деда, и все закончилось. Мира увидела, что Август молниеносно достал пистолет и направил его на Полюшку, Штраус толкнула в сторону женщину, упав вместе с ней. Твою мать, он почти убил ее! Мира замычала от боли в ноге от неудачного приземления, как раздался второй выстрел. Девушка не знала, в кого Август направил пистолет, поэтому ее сердце пропустило удар, а что если в Лаксаса?.. Но тут раздался пронзительный крик Дреера младшего, который в ужасе кинулся к Макарову. Штраус, как в замедленной съемке, перевела взгляд на черного джокера, который в шоке держался за рану на животе. Алое пятно расползалось по кофте Макарова, Лаксас совсем забыл о том, что происходит вокруг, его внимание сосредоточилось лишь на самом родном человеке. — Взрывай. Мира услышала властный голос Августа, вскипела от гнева и тупой боли внутри и кинулась к мужчине. При выбросе адреналина тело начинает работать на износ, Штраус в несколько прыжков преодолела расстояние между раненым противником, рывком запрыгнула к тому на спину, желая повалить. Ну, уж нет, так просто он не уйдет! Мира крепко сжимала Августа в захвате, стараясь не обращать внимания на удары спины о стены, которые Шилд делал в попытках сбросить ее. Она вцепилась ему зубами в ладонь, которую он тянул к ней, пытаясь схватить за лицо. Девушка молила о том, чтобы Лаксас перестал пялиться в одну точку, а взял себя в руки, ведь так у них будет шанс помочь Макарову! В один момент она увидела, как вскочила на ноги заплаканная Полюшка, как вскинула в руках пистолет, а потом раздался выстрел. Мира почувствовала, как Август теряет равновесие, как его трясет всего, а потом кончиками пальцев почувствовала кровь. Шилд закашлялся, сделал несколько нетвердых шагов назад, Штраус успела спрыгнуть с него и отойти в сторону. На ее глазах мужчина в последний раз окинул комнату затуманенным взглядом, а после упал на спину, умирая. Светловолосая в растерянности глядела на свои окровавленные пальцы, перевела взгляд на Полюшку, уверенно державшую пистолет, из дула которого шел легкий дымок. Взгляд красного джокера не отражал ничего, на лице не было ни одной эмоции, а поза была горделивая и уверенная. Грандина стреляла на поражение, не давая и шанса Шилду. — Мира! Хватит стоять столбом, нужно убираться отсюда! Скоро всё взлетит к чертям! — Лаксас пытался остановить кровь, идущую из раны Макарова, его глаза сияли безумным страхом за жизнь своего деда. — Блять, Штраус! Хватит его жалеть! Мираджейн дернулась, подскочила к Дрееру, поддерживая голову Макарова, когда Лаксас поднимал его на руки. Штраус старательно вспоминала, как добраться до запасного выхода. Нельзя терять ни минуты. Они блуждали по коридорам долгое время. Макаров постепенно умирал, Мира еле сдерживала рыдания, стараясь не показывать свою слабость перед другими, потому что вся надежда сейчас лишь на ее память. Из-за угла показался человек Августа, который еще не знал, что его лидер мертв. Мира, не мешкая от волнения, выстрелила ему в голову, не заботясь о том, что у него могла быть семья. Сейчас ЕЕ семья в опасности, и во всем виноваты лишь такие ублюдки, как он. На досуге она подумает о своем поведении, но это будет уже после того, как они выберутся живыми из этой катастрофы. Время бежало с немыслимой скоростью, страх нарастал с каждой секундой, но Штраус не позволяла себе вешать нос. Она знала, что выход близко, только руку протяни и за угол поверни.

****

— Найди себе противника по возрасту, сука! — Кана влетела в драку внезапно и быстро, нанося точный хук справа Димарии такой силы, что та упала на землю дезориентированная. — Живо в машину! Ромео из последних сил встал и помог подняться Венди. Та оперлась о его плечо, и они заковыляли в сторону брошенного автомобиля. Марвел крепко стиснула зубы, стараясь не стонать от боли. Альберона затравленно осматривалась, выискивая людей Димарии, но в итоге никого не заметила. В Кане проснулась небывалая жестокость. Она смотрела на эту женщину, лежащую на земле, и не понимала, как такая тетка могла причинить боль детям? Как она могла считать, что они равные противники? Может, в навыках и опыте не уступают, но рассчитывать на бой с ними? Это так ГЛУПО! Девушка провела ладонью по коротким волосам, ощущая прилив злости с примесью усталости, и пнула по ребрам Димарию. Да, Кана опустилась до ее уровня. До уровня непонятной ненависти. Но эта тварь сама выбрала такое отношение, когда посмела тронуть валетов. Отпинав ее, Кана вцепилась в воротник насквозь мокрой и грязной кофты и рывком подняла Доктора с земли. Вперившись в нее взглядом, девушка пару раз тряхнула Димарию, ожидая, пока та откроет глаза. Дождавшись этого, Альберона нагло усмехнулась, резко смыкая руки на лебединой шее женщины. — Запомни, мразь, я не позволю причинять боль своим близким. Никто из Фейри тейл не позволит этого. Ты выбрала не того вожака, Димария, за это ты и поплатилась. Если я тебя еще раз увижу в этом городе, в этой стране, Йеста, клянусь, я закончу начатое. Ты перешла дорогу не тому человеку, не в том месте и не в то время. Кана отпустила Доктора, наслаждаясь ее измученным видом, и затем нанесла четкий удар ребром ладони по шее. А ведь когда она подъехала, эта сучка выглядела удовлетворенной и высокомерной. Просто эффект бумеранга, ничего личного. Кана заблокировала двери в машине, выдохнула, стараясь не смотреть в сторону места избиения Димарии, и успокаивалась. У нее в машине дети, нужно помнить об этом.Они оба ранены, и их нужно срочно доставить к остальным ребятам. В больницу нельзя, там Дель арте могут найти. Проблемы не нужны. Все эти мысли вихрем проносились в голове Каны, когда она заводила машину. Повернувшись к ребятам, сидящим в обнимку на заднем сидении, Альберона вздохнула с усталостью. — Ромео, у тебя нет огнестрела? Перелома? Венди?.. Надо осведомиться об их самочувствии. Это важно. Как ее уже задолбала эта ночь, боже. Точно уйдет в запой или уедет на неделю, лишь бы подальше от всей этой трясины. — Я в норме. Венди нужно срочно в больницу. — Нельзя! — резко ответила Кана, газуя с места и буксуя в грязи. — Мы к Зодиакам. Они петляли по лесу, стараясь выбраться из него быстрее, но снова и снова натыкались на тупик. Венди молчала, стиснув зубы и терпя жгучую боль. Ромео пререкался с Каной, пытался указать дорогу, но Альберона лишь отмахивалась от него. Когда они в очередной раз заехали в непроходимый тупик, Кана затормозила и в бешенстве ударила по рулю. Внутри нее извергался вулкан, хотелось швырять вещами, ударить кого-нибудь, кричать и плакать одновременно. А еще был страх. Гребаный страх за эту маленькую девочку на заднем сидении, которая не могла и дожить до конца этой поездки. Как ее все заебало! Альберона в очередной раз долбанула по рулю и опустила голову на него, задрожав от осознания собственной беспомощности. Их учили сохранять в любой ситуации чистый разум и холодную голову, но сейчас девушка могла ощутить, как пылает. Сейчас она напоминала гигантский пожар, который никак не потушить. И он уничтожает абсолютно все вокруг себя. — Кана, все в порядке, я уверена, мы выберемся отсюда. Я потерплю, не переживай, — Венди сжала руку Ромео в своей, сморщившись. Все ее слова являлись ложью, но помочь Кане — ее долг. Темноволосая с силой зажмурила глаза и заскрипела зубами. Венди думает, что этими словами утешит ее? Кана взорвалась. Моментально. — Может, хватит уже строить из себя гребаную героиню? На кой-хер вы поперлись в лес, сцепились с этой тварью, а? Вам поиграть захотелось? Похвалы? Награды за ваш вклад в задание? Или что, блять? Я просто не понимаю, почему вы не можете прижать свой зад и не лезть? В особенности ты, Марвел! Тебя избил Зереф, ты провалялась месяц с переломами. А еще сбежала и пыталась сражаться? Ты не думала, что враг за долю секунды распознает твои слабые стороны и ударит туда, а? Конечно же нет! Кана не хотела останавливаться, ей нужно было выплеснуть свой гнев, неважно куда. Это не имеет значения, главное — избавиться от этой лавы, выжигающей душу. Она кричала, срывая голос, не понимая, что и кому говорит. Перед глазами была лишь красная тряпка для быка, и этим быком была она. Венди молчала, языком проводя по внутренней стороне щеки. Да, эта ночь доставила проблемы всем из их команды, Кана имеет право злиться. — Я понимаю, пубертатный период, максимализм во всех его проявлениях, но чтобы настолько? А ты, мой юный друг, чем думал? Уж явно не тем, что находится в твоей черепушке. Помочь с побегом Венди? Ты в своем уме вообще или нет? Это не игрушки. Ваша жизнь не игрушка. Вы думаете, что всесильны? Что справитесь со всем? Что вам море по колено? Да, может и так, но не в смертельной схватке. Вы слабы, вам есть над чем работать. И я рада, что вы живы и имеете все возможности для этого. Что было бы, не окажись я там? Потом мы бы нашли ваши трупы, а может и вовсе не нашли, устроили похороны и начали охоту на эту тварь? Такой исход вам по душе? Кана успокаивалась. Вместо жгучей ярости пришла холодная апатия. Альберона наконец-то увидела перед собой испуганных детей, которые прошли через многое. А она об этом забыла. Забыла и том, что эти самые дети дерутся за свою жизнь на ее уровне. Вгрызаются, выбивая себе путь вперед. Кана просто забыла. Она и сама такой была в свое время, когда не существовало еще их клана, не было столько судеб, переплетенных вместе. Ей не стоит забывать о том, что сделало ее такой, какая она есть. Наше прошлое делает нас теми, кем мы являемся. Каким бы оно ни было, мы не должны забывать о нем. Оно — наша часть, оно — олицетворение того, через что нам пришлось пройти, чтобы стать таким человеком. Альберона сдала назад, поворачивая налево. Сейчас они точно выберутся. Она довезет их до базы Локи, отдаст на попечение Девы и выпьет чего-нибудь крепкого. Хочется забыться, исчезнуть с радаров, стать невидимкой, лишь бы ее не трогали. Лишь бы мятеж в ее душе прекратился. Кана взглядом выхватила впереди стоящие фонари, дорогу и поле по ту сторону трассы. Вздохнув с облегчением, девушка надавила на педаль газа, желая поскорее выехать из этого пока что темного леса. Шины завизжали по асфальту, оставляя за собой темные следы. Кана разогналась выше ста двадцати километров в час, уходя все глубже в себя и свои переживания. Светало. Вокруг не было ни души, они мчались одни по автостраде навстречу нормальной жизни. У каждого в голове кипела надежда, что этот день принесет нечто хорошее, что уйдут все печали и невзгоды, что эта борьба наконец-то закончится. Венди с каждой минутой становилось все хуже и хуже, Ромео жутко переживал за нее, молился всем, про кого знает. Но не Кана. Альберона думала о том, как там сейчас ребята, кто остался в игре, когда это все закончится. Она уже просто не выдерживала. Девушка потянулась к телефону в сумке на соседнем сидении, вспомнила про свой брошенный мотоцикл и чертыхнулась. Официально она, Венди и Ромео выбыли из игры. Все, ей надоело это. Прогрохотал взрыв на заброшенном заводе, пламя взлетело вверх, столбы черного едкого дыма поднимались в воздух, закрывая вид на красно-оранжевое предрассветное небо. Кана в ужасе надавила на тормоза, истошно завизжали шины, ребят кинуло вперед. Они все переглянулись, зная, что именно там находится убежище Дель арте, что сейчас там Макаров и Полюшка. Что им делать? Кана молчала какое-то время, анализируя ситуацию. Она понимала, что на ее плечах лежит сейчас жизнь Венди, Альберона должна сделать выбор. А если они сейчас нуждаются в помощи? Если Кана является их последней надеждой на спасение? Надо вернуться? Или нет? Эти вопросы пронеслись у нее в голове за долю минуты, затем она вспомнила про валетов и приняла решение. Им нужно быстро добраться до базы Локи, оказать помощь Венди и Ромео. Утерев ладонью слезы, девушка поправила ремень безопасности и нажала на педаль газа. Когда машина тронулась с места, Кану не покидало ощущение, что этот выбор понесет за собой определенные последствия.

****

Штраус отбежала на несколько метров от здания, когда прогремел взрыв в самой дальней его части. Потом прошел второй по центру, но компания уже успела добраться до кромки леса, следом рухнула крыша и стены, и раздался третий взрыв. Заложило уши, и девушка поморщилась, оглядываясь на своих товарищей. Мира смотрела на горящее здание бывшего завода и закашлялась от едкого черного дыма. Полюшка прикрыла рот и нос рукой, сощурив глаза, и осматривала местность. Пламя могло перекинуться на лес, если это произойдет, то им отсюда не выбраться. — Мираджейн, где ты оставила машину? — придется действовать немедленно: Макаров ранен, Лаксас еле-еле на ногах стоит, Штраус еще не отошла от комы и могла в любую минуту свалиться без сознания. Хлопот и так достаточно. — Я боялась, что меня засекут раньше времени. Она за километр отсюда, мы вряд ли доберемся до нее за пару минут в таком состоянии, — белые волосы были в грязи и непонятной копоти, Штраус ерошила их, они вечно лезли и мешали. Полюшка чертыхнулась, усиленно соображая, плохая это идея или нет. Но думать было некогда, жизнь Макарова может оборваться в любой момент. Он не застрахован от этого. Гадкие слезы появились в ненужный момент: женщина вспомнила всё, что им говорил Август на счет прошлого, настоящего и будущего. Страх снова сковал сердце, стянул в тиски разум, дыхание сперло. — Моя машина рядом. Быстро к ней, сейчас заново рванет! — Лаксас очухался от осознания того, что они выбрались из этого ужасного места, вырвались из когтей Шилда и сейчас живы. Захлопнув дверь, Полюшка вцепилась руками в тело Макарова, сжав его и обняв. Лаксас окровавленными руками трогал панель управления, кожаный руль нового автомобиля, настраивал навигатор, пытаясь найти короткий путь до базы Локи. Господи, сколько им пришлось пережить за эту ночь? Казалось, что праздник мертвых тянулся целую вечность, хотя прошло с момента ее побега из больницы часов шесть-семь. Наконец-то эта глупая борьба закончилась! Наконец-то все тайны были вскрыты, вся правда вылезла наружу. Лаксас сжал холодную ладонь Мираджейн в своей и упрямо смотрел вперед, выжимая всю мощь из своего авто. Им необходимо добраться до базы, необходимо помочь деду! Ему хотелось расплакаться от всего дерьма, которого они хлебнули за ночь. Скорее за два месяца, что шла подготовка. — Я не знаю, чего нам ждать по приезде на базу, понимаешь? — сказала Мираджейн, поглаживая липкие от крови пальцы Дреера. — Я не готова услышать, что кто-то смертельно ранен, что кто-то в коме, что кто-то умер. Я морально не готова столкнуться с этим. Мне страшно. — Мне тоже, — Мире хотелось говорить, ему хотелось молчать. Он понимал ее и без слов, он проживал заново каждый момент этой ночи. Снова и снова вспоминая, как увидел деда и Полюшку связанными, как услышал истинную историю про своих прадедушку и прабабушку. Август был прав: ему нужно научиться контролировать свой гнев. Он мог убить его, если бы обуздал чувства. Но он ошибся, просчитался, поэтому дед пострадал, поэтому неизвестность его пугает. Ведь Дреер не знает, останется ли Макаров в живых или нет. — Не вини себя, Лаксас, — Полюшка гладила черного джокера по седым волосам, пачкая их кровью. Боже, сколько ее здесь! — Любой на твоем месте, услышав подобное, разозлился и перестал бы себя контролировать. — Я просто не понимаю, как в человеке могло быть столько ненависти? Как он мог жить с осознанием того, что на его руках кровь более десяти человек? Как он спокойно спал после такого? — Он был наркоманом, Лаксас, у них стирается грань между дозволенным и запрещенным. Он был по-настоящему болен, болен психически. Мы проходили такой тип преступников еще на первом курсе, — Мира поежилась, вспоминая, как учила это все. Юридический факультет, национальная безопасность, а сама состоит в подпольной мафиозной группировке. Весело! — Понимаешь, в тот раз, когда тебя выманили из дома, я был рядом с тобой. Я мог бы тебе помешать, но тупо спал! И сейчас я мог бы сделать все по-другому, но мои чувства овладели мною! Это так убого, черт возьми! — блондин ударил рукой по рулю, затем выкручивая его вправо и сворачивая в лес. Они были почти на месте. Осталось чуть-чуть, и это дерьмо закончится. Мира сидела в шоке от услышанного, не представляя, какую тьму вынашивал у себя в душе Дреер. Их встретили ребята во дворе. Началась суматоха и мышиная возня. Макарова быстро перенесли в операционную, им занялись лучшие из врачей, Лисанна и Эльфман кинулись к Мире, обнимая ее и плача. Никто не мог поверить в то, что тот взрыв убил их. Все сейчас были в шоке и ужасе, не контролировали свои эмоции и чувства. Каждый испытывал это по-своему. Но все ощущали одно: наконец-то это закончилось.