Card suit

Сорок шесть лет назад.

Грандина сидела на пассажирском сидении по правую руку Макарова и внимательно следила за красочным пейзажом. Совсем недавно они проезжали густой лес, а вот сейчас уже вдалеке виднеются горы. Паулен всегда неравнодушно относилась к природе, к окружающему миру. Девушка видела в этом особую красоту, которая завораживала, притягивала и по-своему манила. Макаров уверенно вел новенькую импалу своего отца, который дал ее сыну лишь на одно задание. И то взял с Дреера клятвенное обещание, что тот вернет любимую машину в идеальном состоянии. Грандина кинула быстрый взгляд на своего напарника, в голове промелькнула шальная мысль. Хорошо, что на это задание отправились именно они двое. С Августом она бы не выдержала. Их отношения испортились в конец. Паулен не понимала, по каким причинам это произошло. Ведь еще месяц назад, в марте, у них все было хорошо. Потом пошли глупые ссоры, в которых Шилд абсолютно переставал себя контролировать. В последний раз посмел поднять руку, выйдя из себя. Грандина уже неделю с ним не выходит на контакт, он извиняется, клятвенно обещает, что такого больше не повторится. Но девушка не верит ему, потому что знает Шилда от и до. Сделал подобное один раз, второй тоже не заставит себя ждать. Август стал другим. Вспыльчивый, колючий, вечно задумчивый. Иногда мог сорваться с места, неважно, где он находится в этот момент. Свидание, пара в универе, встреча с друзьями. Он объясняет такое поведение тем, что у него много работы, заданий и куча мыслей в голове. По его словам: есть цель — беги к ней, и плевать на обстоятельства. Макаров не знал о том, что у них происходит. Грандина не могла позволить самой себе, чтобы самый близкий человек узнал о таких проблемах. Дреер не только ее и Августа сожрет, но и себя за то, что вовремя не увидел такое дерьмо и не остановил. Грандина прятала от него правую сторону лица в надежде, что он не увидит почти сошедший синяк. Блондин кинул на нее взгляд и свернул вправо, уходя на парковку у придорожного кафе. Выйдя из машины и потянувшись, Макаров зевнул и посмотрел на Грандину. Наверное, он никогда не перестанет восхищаться этой девушкой. Она совмещает в себе все качества, которые ему бы хотелось видеть у человека, идущего с ним под руку по жизни. Но не всегда наши желания совпадают с действительностью. Паулен с Августом, и Дреер недостоин ее. Похоже, ему всегда придется видеть перед собой этот самый идеал и пользоваться тем, что доступно. Ведь ее Макаров никогда не получит. И все, что ему остается, так это смотреть со стороны и иногда подставлять свое плечо. Он же лучший друг. Грандина съежилась, сильнее закутываясь в потрепанную джинсовку. Они не должны привлекать внимания, пришлось одеться по-обычному, но для выполнения задания неудобно. Джинсы и белая майка с лейблом компании кока-колы, черные конверсы и красная кепка. Ничего удивительного, типичный стиль молодежи семидесятых. Внутри играло радио с популярными треками, порой звучали мировые новости, но в принципе все как обычно. Официантки в милой форме разносили завтраки посетителям, а Макаров и Грандина искали себе место среди забитой кафешки. — Ты что будешь? — Дреер передал меню девушке, наблюдая за ней. Они выехали очень рано, даже толком не позавтракали, а просто выпили кофе. Им нужно отдохнуть, ведь до темноты нужно еще успеть приехать в штаб. Отец обещал сообщить что-то важное. Макаров ломал голову над тем, что же это может быть. — Можно мне овсяную кашу с ягодами, кофе и круассан с шоколадом? — официантка кивнула на такой заказ и повернулась к Макарову. — Кофе и яичницу с беконом, пожалуйста, — когда миловидная девушка удалилась, блондин обратился к Грандине. — Ты всё взяла? — Да, я с утра перепроверила, не бойся, — Паулен кивнула другу, осматривая помещение. — Тут миленько. — Если под «миленько» ты имеешь в виду поцарапанные полы и столы, старый ремонт и спящего бармена, то да. Здесь очень миленько, — Дреер кивнул, отчего-то раздражаясь все больше и больше. Может, на настроение повлиял голод, плохие мысли и предчувствие, что сегодня случится что-то непоправимое? — Дреер, ты невыносим, — Грандина улыбнулась хмурому Макарову, проводя пальцем по старому деревянному столу. — Сложись моя жизнь по-другому, я хотела бы иметь свое собственное маленькое кафе. В него бы ходили мои друзья, мною бы гордилась моя семья. Но я ничего не могу изменить, — Паулен покачала головой, закрывая от усталости глаза. — Я так больше не могу. Я хочу спокойной жизни. — А ты готова к ней? Строить планы на будущее, завести это свое уютное кафе, жить в обыденности и умереть со скучающим лицом, так и не сделав ничего полезного для этого мира? Один раз попробовав себя в роли охотника, ты уже никогда не сможешь стать жертвой. Макаров говорил это все резко, резал без ножа и не подбирал фразы. Грандина встрепенулась, нахмурилась и прикрыла глаза. Начинается. Сейчас она вспылит, как обычно, затем разгорится спор, где никто не победит. Упрямый баран, а не Дреер! — У каждого свое мнение на этот счет. Для тебя спокойная жизнь — это скучно. Для меня же — идиллия. Я считаю, что нет ничего зазорного в том, чтобы мечтать о тихой и мирной жизни! Тебе самому не надоело постоянно трястись за близких? Мне надоело! Блондин молчал, он понимал, что она права. Каждый раз, когда родители отправлялись на переговоры или задания, ему было не по себе. Макаров чувствовал себя маленьким пятилетним мальчиком, мать и отец которого уехали надолго. В голове сразу всплывали картинки аварий, несчастных случаев, травм и мясорубки. А еще он переживал за эту глупую дуру, которая сидела напротив него и ела свой долбаный круассан. В нем снова закипел гнев, и Макаров попытался утихомирить его. Грандина никогда не поймет, что чувствует он по отношению к ней. Даже не так. Просто не захочет понять. Вот тебе и крылатая фраза. Между ними повисла напряженная тишина, которая давила со всех сторон. Он ненавидел, когда они ссорились или спорили. Она переживала из-за того, будто бы с ним что-то не то. Ведь Дреер смолчал, ничего не ответил и даже не среагировал на ее реплику! Расплатившись за завтрак, они вышли на улицу, думая о сложившемся молчании. Грандина обратила внимание на то, что небо сегодня чистое, облаков вообще нет. Это ее поразило. Сейчас апрель, в этом краю редко встретишь хорошую погоду, особенно с утра. Макаров демонстративно громко хлопнул дверью, заводя машину и не смотря на застывшую Грандину. Девушка скривила губы и, закатив глаза, направилась к своему другу.

****

— Мне просто интересно, что нам даст эта слежка? — блондин чертыхался от того, что колючие ветки исцарапали ему все лицо, что он устал сидеть в непонятной позе, что его все бесит. Вариантов было много. — Этот старый пердун только и делает, что меняет девочек и нюхает кокаин. Так весело! Грандина шикнула на него, направив бинокль на лысеющего маленького человека. Ее саму настораживало то, что старшие Дрееры направили их на такое бесполезное задание непонятно куда. Сразу было видно, что этот мужчина не представляет какую-либо угрозу. Паулен задумалась, зачем нужно было давать подобное задания им, когда джокеры знают, что их уровень абсолютно другой? — Я не знаю, — ответил Макаров на произнесенный вслух вопрос, пожимая плечами. — Я начинаю думать, что дома происходит что-то без нас. — Может, они просто хотели сбагрить тебя подальше и остаться наедине? — Грандина показала язык скривившемуся Макарову, который с недоумением взглянул на нее. — Может, они просто хотели отлепить тебя от Августа? — И прилипить к тебе? Очень логично, — Грандина фыркнула и напряглась. Они замолчали, думая о своем. Эта маленькая перепалка напомнила им спор утром. — Мы с Августом сейчас почти не общаемся. Я не знаю, почему так. Он не заходит ко мне, все время видится с какими-то непонятными личностями, употребляет наркоту. Я не понимаю его. Он кричит, срывается на мне, а я терплю. Не понимаю, зачем я это делаю. Неделю назад Август ударил меня, и я не могу его простить. Он извиняется, а мне плевать. — Почему ты мне этого не рассказывала? — Макаров в ужасе смотрел на свою подругу, чувствуя, как внутри закипает гнев. Как Шилд опустился до такого? Твою мать, да он ему руки поотрывает! — Может, мне было стыдно? Надо было бы начинать с самого начала, и ты бы к нему полез с кулаками. Не трогай его, он не стоит твоих стараний, — Паулен стерла слезу, ощущая почти на физическом уровне, как Макаров пылает от гнева. — Успокойся, говорю. Они снова замолчали, наблюдая за мужчиной и отвлекаясь от собственных проблем. Теперь и Макаров задумался над словами Грандины про Августа, про его странное поведение и про это тупое задание. — Я видел, как отец ругался с ним, — шепотом произнес блондин, следя внимательно за охраной, прочесывающей периметр. — Но, как только я появился, Август сразу сбежал. Отец потом весь день ходил, как в воду опущенный. Сколько бы я не спрашивал, он мне просто не отвечал. — Мне кажется, там правда что-то происходит. И у меня какие-то смешанные чувства. Поехали домой? — Грандина чувствовала дикий страх, и она не понимала, почему и откуда он возник. — Ну, в принципе, слежка за объектом не дала никаких результатов. Так что да, собираемся и валим, пока еще не поздно. Грандина так и не поняла, что означает это «поздно» в его словах. Ребята быстро погрузили вещи в импалу и сорвались с места, надеясь к полуночи быть уже дома. Паулен включила радио, чтобы атмосфера в машине не была такой угнетающей. Ее тревожило то, что она рассказала все Макарову. Кто знает, как этот блондинистый бес поступит? Еще девушку настораживала предстоящая летняя сессия, ссоры с Августом, его странное поведение. Да вообще все! Макаров начал подпевать песне популярного исполнителя, Грандина засмеялась от его писклявого голоса и запела вместе с ним. Им ехать еще пару часов, успеют вдоволь попеть, поговорить и все обсудить.

****

Грандина смеялась, когда они въезжали в ночной город. На улице изредка бродила молодежь компаниями с алкоголем, кто-то курил в одиночестве, кто-то пьяным выползал из клуба. Каждый проживал свою жизнь по-своему, а кто-то ее и вовсе просирал. Макаров засмеялся от точности фразы, сказанной Паулен вслух, и завернул на мост, чтобы перехать в другую часть города. Приходилось делать длинный путь, чтобы добраться до дома и базы. Открыв окна, чтобы закурить, Дреер уловил в воздухе легкий запах дыма. Где-то что-то горело и довольно сильно. — Ты чувствуешь? — чем ближе они подъезжали к местонахождению базы, тем сильнее усиливался запах гари. Фонари скрывались в темной дымке, ужасно воняло, а на улицах ни души. — Да, что-то не так, — Грандина почувствовала, как живот свело в один тугой клубок, как сдавило легкие. Она чувствовала то же самое, когда они следили за тем мужиком: что что-то не так, и ребята в этом не участвуют. Макаров припарковался около своего дома, вышел из машины и зашел внутрь. Спустя пару минут снова вышел, закрывая дверь и пожимая плечами. — Наверное, они на базе. Поехали к ним сразу, засиделись небось. — О, боже мой! — Паулен закричала, когда они повернули в сторону базы и увидели, что большое здание объято пламенем. Ночное небо охвачено алыми языками огня, черный густой дым закрыл весь вид на полную луну и звезды. Макаров резко затормозил, выскочил из машины и побежал в сторону пожара. Паулен понеслась за ним, на ходу вытирая жгучие слезы. Вокруг не было ни души. Грандина могла расслышать, как кричат люди в огне, как просят о помощи. Дреер рванул к огню, но девушка с яростью вцепилась в его куртку, откидывая назад и обнимая. Его колбасило, он слышал эти крики и не понимал, как такое могло случиться. Кто мог такое сделать?! Макаров весь сжался, задрожал и рухнул на колени, полностью отдаваясь слезам. Грандина вызвала пожарных, скорую, полицию, она бы вызвала кого угодно, лишь бы притупить боль Дреера. Но не было на свете таких организаций. Дальше все шло в тумане, Макаров никого не слушал, ничего не слышал, Грандина отвечала на показания полиции, пока пожарные занимались своей работой. Девушка боялась, что они заглянут к ним в машину и найдут кучу арсенала для слежки и убийств. Но больше всего ее волновали те люди, оказавшиеся в огненной западне, из которой не было выхода. Никто из них не имел шанса выжить.

****

Паулен навещала Макарова каждый день в больнице, потому что знала, как ему необходим сейчас друг. Он не разговаривал с ней, а просто смотрел в одну точку. У него не было слов, не было желания говорить. Дреер хотел просто забыться. Грандина старалась обходить тему пожара, доводы и доказательства полицейских, что это поджог, что есть следы того, кто это сделал. А еще ей было страшно. Она не спала несколько суток, пытаясь разгадать, что же именно произошло той ночью. Но ответ ей не даст никто. Полиция установила личности погибших, количество тел, уже были назначены похороны. И Грандина старалась всеми силами скрыть это от Макарова. Тела будут в закрытых гробах, никто их не увидит. Её беспокоило одно: почему погибли все, кроме Августа Шилда? Паулен потрогала место, где был синяк, щека отозвалась болью. Но девушка знала, что это всё игры ее разума. Все казалось страшным сном. Будто бы не было этого пожара, больниц, полиции, жуткой депрессии Макарова. Ей хотелось верить в то, что вот-вот она проснется, и все будет хорошо. Но Грандина не просыпалась.

****

Похороны были назначены на одиннадцать утра. Провели церемонию в церкви, во время которой Макаров просто смотрел на деревянные гробы. Грандину тошнило от осознания того, что этот выстроенный ряд деревяшек будет домом для ее близких на многие года. Паулен сжала холодную ладонь Дреера, молодой человек даже не ответил взаимностью Грандина понимала, что сейчас ему не до поддержки. Как и ей, как и всем родителям, сидящим в зале и рыдающим над утратой детей. Всем им сейчас тяжело, все мучаются вопросом о том, кто это сделал. Девушка обернулась, чтобы посмотреть на присутствующих, и встретилась взглядом с Августом, стоящим в тени угла под иконами. Ее прошибло от этого. Шилд ехидно улыбнулся, поднял черную шляпу вверх и нагло подмигнул. Даже сейчас она видела, что он обдолбанный. И пришел на похороны их общих друзей?! Грандина внезапно поняла, что ему плевать, что всё это для него ничего не значит. Что это он убил их всех. Она отвернулась и со всей силы сжала руку Дреера, тот поморщился от боли и повернулся к ней, глазами спрашивая, что такое. Девушка ничего не ответила, лишь помотала головой из стороны в сторону. Пока что для этого не время. Не сейчас. Паулен думала о том, что когда-нибудь она докажет его вину и упечет за решетку. А если будет сопротивляться, то самостоятельно грохнет.

****

Месяц депрессии. Месяц агонии. Месяц непринятия ситуации. Грандина устала. Это правда тяжело: ухаживать за Макаровым, который против всего этого, пытаться нарыть информации про этот пожар, терпеть иронию Шилда. Она смотрит в глаза Августу и видит там только злобу и насмешку. Она смотрит в глаза Макарову и видит там только пустоту. Одну пустоту. Порой Паулен не могла за ним уследить в силу усталости, и он срывался на кладбище, где сидел по несколько часов, пока она не найдет его. Девушка помнила его сильным, смеющимся и добрым человеком. И это морально невыносимо смотреть на загнивающего в самом расцвете сил парня. Она трясла его, умоляла переболеть, перетерпеть, сжав зубы, просила не покидать ее, а он лишь беззвучно плакал. В том пожаре они оба потеряли что-то очень важное, оставили все хорошее в прошлом. Спустя тридцать два дня Макаров решил выйти в универ, начать восстанавливать свою жизнь по крупицам. Грандина была рядом с ним каждую минуту, стараясь защитить его от мира. Они поменялись местами: в любой сложной ситуации Дреер оберегал ее. Теперь пришла очередь Паулен стать тем самым сильным плечом, на которое можно положиться. Август сохранял спокойствие и нейтралитет несколько пар, а потом все-таки не выдержал, обдолбавшись в туалете с пацанами, и отбросил мерзкую шуточку в адрес блондина с несколькими седыми прядями. Макаров не выдержал, весь его образ хорошего мальчика полетел в тартарары. Грандина попыталась схватить его, но уцепилась лишь за край рукава. Шилд даже не пытался защищаться, он лишь смеялся в глаза блондину с такой дикой ненавистью, что Грандина расплакалась. Дреера трясло от ярости, король наносил удары с неистовой силой, разбивая темноволосому лицо в кровь. — Жалеешь, что не смог попрощаться с мамочкой и папочкой? Да? — Шилд резко скинул с себя Макарова, вытирая кровь с лица. — Тяжело, наверное, терять нечто важное… — Это ты убил их всех, мразь! — Грандина не успела среагировать, как Дреер вскинул вверх пистолет, целясь прямо в переносицу Августа. Теперь утихли подбадривающие крики студентов, воцарилась мертвая тишина. Шилд струсил и отступил, стоило только взглянуть на Макарова и понять, что он выстрелит. — Признайся, тварь, это ты поджег их к чертям! — блондина трясло, пистолет ходил ходуном в его руках, глаза лихорадочно бегали вокруг в поисках преподов, которые могли появиться в любую секунду и испортить ему представление. — Да, блять, ДА! Это я их сжег в том доме, потому что они не заслуживали жить! Эти ублюдки сломали мне жизнь, лишили меня всего! А я что, должен терпеть, блять?! — Август орал, смотря в глаза Макарову, доводя того до безумия. Ему нужно было лишь подтверждение того, что эта тварь разрушила всю его жизнь. Макаров передумал убивать его быстро, он должен помучиться, как и его близкие в том огне. Грандина не понимала, зачем она это делает. Наверное, все ради Макарова и того, чтобы у него не было проблем с законом после убийства человека. Видя, как блондин переводит дуло пистолета с переносицы в плечо Августа, Грандина сразу догадалась, что смерть Шилда не будет такой быстрой, как казалось ранее. Встав между парнями, Паулен закрыла собой Августа и заставила Дреера опешить с такого поворота событий. Молодой человек грозно нахмурился, с презрением смотря на свою бывшую подругу. — Что, дружка своего защищаешь? А как же все твои слова про то, что это он виноват? Как же твое волнение за меня, Паулен? Ах ну да, вы все заодно! — красные глаза Макарова от наркоты метались по коридору, он рассмеялся, размахивая заряженным пистолетом из стороны в сторону. — Видимо, то задание было подстроено тобой, чтобы дать ему возможность убить моих родителей и друзей! Ты такая же мерзкая, как и твой дружок. Ты думаешь, что я тебя пощажу, Паулен? — Макаров комично вздернул брови вверх, наблюдая за реакцией Грандины. — Что, правда глаза колет, а? Ведь когда-то я тебя безумно любил, но ты предпочла его! Теперь понятно, почему! Он дернул затвор, стреляя Грандине в плечо. Девушка почувствовала адскую боль не только в плече, но и в груди. Это больно, когда тебе не верит самый близкий человек. Это больно, когда тебя считают за врага. Это больно, когда ты не можешь объяснить, что он не прав. Август отшвырнул от себя раненую Грандину и кинулся на Макарова, точным ударом в висок вырубая парня. Отбрасывая пинком пистолет, он ударил блондина головой о пол, не сдерживая свой гнев. ДА, он мразь, да, отброс общества, но такой человек как Грандина не должны принимать на себя то, что заслужил он. Дальше все пошло вверх дном: полиция, не разбираясь, в чем причина, забрали Августа и Макарова в участок, надеясь посадить обоих за решетку, а Грандину унесли на носилках из университета. Да, это знатное пятно на репутации учебного заведения. Грандина потеряла сознание моментально, потому что была не в силах выдержать такого предательства, такой боли и вообще всего этого. Она устала, ей нужен, черт возьми, отдых. В участке ребят посадили на пятнадцать суток, решая, что с ними делать дальше. Никто не хотел связываться с Шилдом, никто не хотел связываться с Макаровым, потому что репутация этого мальчика шла вперед него, как и репутация его покойных родителей. Все ждали показаний Грандины, которая отказалась их давать, ссылая все на боль от утраты близких и расстройство личности Макарова. Грандина много думала, лежа в больнице и ожидая, что Дреер придет и раскается в своих поступках. Поймет, что она все делала для его же блага, чтобы он не сел, черт возьми, в тюрьму из-за своего желания отомстить. Но никто не приходил. И Грандина постепенно разочаровывалась в людях. Особенно в самых близких. Один знакомый предложил ей замять ситуацию несколькими способами, один из которых был самым действенным. Макарову не повесят статью за стрельбу в человека, его просто вышвырнут из университета, упекут на несколько месяцев в лечебницу, где он пройдет курс по выходу из депрессии. Поломают жизнь полностью, в общем. Ну, или его посадят на несколько лет, и у блондина не будет никакой возможности потом построить жизнь заново. Потому что будет не будет сил что-то строить. Грандина сказала, что подумает, какой вариант ей выбрать. Неважно, что она решит, это все равно будет предательством, она все равно искалечит его полностью, доломает парня. Однажды он пришел к ней, наговорил гадостей, пригрозил убить ее, когда она выйдет из больницы, потому что такие твари не должны ходить по земле. Грандина долго плакала после произошедшего, и она поняла, что ей нужно сделать. Решение было принято окончательно, осталось доделать некоторые нюансы.

Спустя шесть месяцев.

— Ваш паспорт, мисс, — контролер в аэропорту проверил сходство девушки на фотографии и в жизни и отдал его обратно. — Добро пожаловать в Лондон, Полюшка Хилер, — парень мило улыбнулся красавице с необычным именем и пропустил ее вперед. Она впервые за полгода улыбнулась кому-то и сделала шаг в новую жизнь, где нет места никакому Макарову или Шилду, где нет места убийствам и крови, где теперь все это стало воспоминанием. Ей предстоит длинный путь, чтобы принять случившееся, чтобы осознать, что она уже другой человек. Ей никто не помешает начать свою новую жизнь на гребаных руинах, которые оставило прошлое. Грандины Паулен больше не существует, теперь по этой земле гордо вышагивает Полюшка Хилер.

****

Сейчас.

Кинана не понимала, что ей делать, не понимала, почему несется сломя голову к Кобре, почему снова впускает его в свою жизнь. Он ее личный яд, ее проклятье, ее ад на земле. А она испытывает удовольствие снова и снова, позволяя ему перешагивать через себя, через ее гордость. Даже сейчас она забыла обо всем: о том, что ее друзья в опасности, что она нужна им, что она — это гребаная часть команды. Девушка молила, чтобы таксист ехал быстрее, чтобы она успела к нему, потому что заново хотела порвать такие разрушительные (прекрасные) отношения. История повторяется, а в их случае она просто циклична. До неприличия циклична. Она неслась через этажи, перепрыгивала несколько ступенек, всем сердцем рвалась к Эрику. Вся ее душа просила его и только его, ее тело желало только его. Господи, как это все глупо! В голове проносились образы, где она знакомится с парнями, желая утолить свою боль при помощи других. Где разводит их на секс, так и не доводя дело до конца. Где кричит на Кану за то, что та влезла в ее, блять, жизнь! Девушка с силой толкнула тяжелую железную дверь, почувствовала яростный поток ледяного ветра и выбежала на крышу. В глазах заслепило от включенных фонарей, от яркости города, от внезапной перемены освещения. Привыкнув к свету, девушка увидела, что перед ней стоит какой-то мужик, но явно не Кобра. Эрика она заметила лежащим без сознания в метре от неизвестного, полностью изувеченным. — Здравствуй, Кубелиос, — у врага был низкий и хриплый голос, щетина на подбородке, коричневая деревянная маска на лице. Для конца октября он был одет слишком просто — в простой брючный костюм, но, видимо, холод его особо не заботил. Девушка усиленно пыталась вспомнить его имя, вытаскивая трясущимися руками пистолет из кармана. Кинана потеряла на несколько мгновений связь с этим миром, когда увидела Эрика. Он мертв?.. — Тарталья к вашим услугам, мисс, — он покорно поклонился, делая шаг к ней и переступая через тело парня. — Не подходи! — вскричала девушка, выставляя вперед пушку. Она не помнила, заряжен ли пистолет, не помнила, куда ей стрелять, чтобы обезвредить противника, не помнила ничего. Перед глазами стояла улыбка Кобры, который улыбался только ЕЙ! — Вы так переживаете из-за этого мальчишки, мисс?.. Не волнуйтесь, он лишь мерзкий предатель, которого настигла уготовленная сверху участь, вот и все. Кинана молчала, глотая слезы. Да, она слабая. Да, ее тело болит после той глупой игры, которую дали им мастера. Да, ей больно! Как смеет этот гнусный человек ТАК говорить про ее Кобру? Да как он вообще посмел! Кинана выстрелила, но скосила, и пуля пронеслась мимо мужчины, который даже не шелохнулся. Девушка пришла в ужас от того, что лица Тартальи не поняло своего выражения: сомкнутые губы, острый взгляд. — Мисс, зачем же так грубо? Я сказал чистую правду, вы не достойны такого низкого человека. Кинана зажмурила глаза и выстрелила еще раз, повинуясь инстинкту самосохранения, и попала прямо под ноги мужчине. Сделав шаг назад, девушка скрестила руки перед собой, закрываясь от Тартальи. Он лишь медленно подходил к ней, морально втаптывал уверенность и любовь к Кобре к ней, заставлял страдать. Кубелиос не могла вспомнить, где слышала этот низкий, тягучий и такой приятный голос, которому хотелось отдаться полностью… Озарение пришло внезапно, когда между ними оставалось пару шагов. Это был тот мужчина, которого она хотела в последний раз развести на секс, но вмешалась Кана и все испортила. Девушка отчетливо видела, как он заказывает ей коктейли, спаивает до беспамятства, как тащит наверх в какую-то обшарпанную комнату, как швыряет на кровать, попутно раздевая. А еще она помнила, как в комнату влетела Кана и отшвырнула его от обдолбанной Кубелиос. Эта тварь накачала ее наркотой, он знал, кто она такая! Значит, ребята были неправы, когда посчитали, что нападения на клан после Мираджейн закончились. Кинана должна была стать следующей жертвой дель арте, но мешала Альберона. Кинану затрясло от накатившего ужаса, она вытянула руки вперед, крепко сжимая оружие, потому что сейчас у нее было перед ним преимущество. Больше она не поддастся на его голос, не поверит ни одному его слову. Она защитит Кобру любым способом! — Мисс, не бойтесь меня, я не причиню вам никакого вреда, лишь доставлю незабываемое удовольствие, — для насильника он был слишком вежливым и обходительным, но Кинана знала, каким грубым Тарталья может быть. — Не приближайся, тварь! — Кубелиос ухватила резкую перемену в его настроении после ее слов. Якоб сорвался с себя маску, гневно зарычал и, Кинана не успела даже пикнуть от шока, выбил пистолет из ее рук и схватил за предплечья. — Не смей так со мной разговаривать, шавка. Его голос стал грубым, лицо пылало яростью, глаза метали молнии, а пальцы жестко впивались в кожу. Кубелиос застонала от боли, когда он отшвырнул ее в сторону. Она ударилась о выступ, который препятствовал тому, чтобы Кинана вылетела с крыши. Мужчина навис над ней, крепко держа девушку за горло одной рукой, второй он принялся расстегивать пуговицы на ее пальто. Кинана попыталась пнуть его, оттолкнуть от себя, но обессилила из-за удара головой. Воздуха не хватало, пальца с силой давили на нежную кожу, перекрывая доступ к кислороду и надежду на спасение. Она знала, что Тарталья ни перед чем не остановится, что не слушает ее мольбы, что ей никто не поможет. Внезапно стало так пусто внутри. А толку сопротивляться, когда она сама хотела это пару недель назад? Тупо отдаться плотскому порыву с незнакомцем, ведь сейчас происходит тоже самое. В голове прозвучал голос Каны о том, что Кинана не должна так губить свою жизнь. Что она не должна терпеть боль, что если хочет кричать, пусть кричит. И сейчас захотелось именно орать от своей слабости, своих мыслей и той ненависти и боли ко всему миру, что сидела внутри долгое время. Ее сердце разбито, но бьется до сих пор. Разве это не чудо? Гребаное, блять, чудо? Мужчина приставил иглу с каким-то неизвестным веществом к ее шее и воткнул в вену, впрыскивая наркоту в тело девушки. Кинана почувствовала расслабление, желание, абсолютно перекрывающее ее ужас и инстинкт самосохранения. Кубелиос поняла, либо она что-то делает сейчас, либо этот ублюдок ее изнасилует и убьет прямо здесь. Кана говорила, что нужно сражаться до последнего. Это сейчас и остается валету. Биться за свою жизнь любым способом. Трясущимися руками Кинана нащупала набедренный ремень, в котором скрывался острый боевой нож. Пока Тарталья вылизывал мерзко ее шею и щупал грудь, Кубелиос достала его и сжала в своей руке, выжидая момент, чтобы нанести его. И вот сейчас он открылся, полностью отдался порыву, мужчина отодвинулся от девушки, чтобы взглянуть, насколько она готова и расслаблена. Но получил резкий удар ножом в живот. Вскрикнув от боли, он с ужасом смотрел на Кубелиос, которая из последних сил ногой оттолкнула его от себя. Девушка знала, что удар вышел хиленьким, потому что она полностью лишилась каких-либо чувств. Сил ни на что не осталось: ни терпеть удары, которыми мужчина «ласково» одаривал девушку, ни сопротивляться его резким движениям, ни слушать его маты и крики. Кинана ползла к Кобре в надежде, что, когда она приползет к нему, это дерьмо закончится каким-то волшебным образом. Но Эрик был все ближе, а удары по спине и ногам все сильнее. Тарталья схватил девушка за волосы и рывком поднял вверх, нанося точный удар в живот. А ведь сначала казался вежливым мужчиной. Оказалось, что Кинана даже не задела ударом органы мужчины, лишь легонько царапнула через одежду, порвав его любимый костюм. От ужаса перед тем, что ее ждет, по лицу потекли горькие слезы, которые вытирать девушка была не в силах. Кубелиос не знала, что ей делать дальше, ведь средства самозащиты закончились. И зачем она поехала сюда? Зачем? Но ведь здесь Кобра. Ради того, чтобы он жил, вытерпеть можно, что угодно. Кинана пыталась сопротивляться, пыталась думать, но разум постепенно затуманивался. Девушка понимала, что еще пару минут она отключится, а он сможет сделать с ней все, что угодно. Судя по тому, как у него стоял член, фантазия работала у мужчины очень бурно. Кинана хмыкнула таким мыслям, за что получила хлесткую пощечину. Взгляд метнулся к пистолету, лежащему всего лишь на расстоянии вытянутой руки от нее. Неужели это ее шанс? Еще один гребаный шанс спасти себя и Кобру? Вытащить их из этого дерьма? Хочется опустить руки, хочется перестать бороться, хочется просто забыть все, исчезнуть с этой планеты, проснуться другим человеком. Понимая, что это всего лишь кошмар. Господи, как было бы хорошо!.. Но это ее реальность. Ее кошмар наяву. Ее боль. Кубелиос потянулась к пистолету в надежде, что сможет достать его. И пристрелить себя, чтобы избавиться от этой ноши. Ноши своего бренного существования. Тарталья стягивал с нее штаны, Кинана постепенно уплывала в какую-то неведомую даль. Стащив с нее трусы, мужчина обратил внимание на ее хлипкие попытки что-то сделать. Хмыкнув, он сжал ее тянущуюся к пистолету руку и завел наверх, не оставив никаких попыток выбраться. Начав расстегивать свой ремень, мужчина ухмыльнулся и получил точный выстрел в затылок. Кинана вскричала от оглушительного звука, зажмурилась и почувствовала, как на нее упало мертвое тело. Кровь была везде. Кубелиос старалась удерживать сознание, пока вся эта история не закончится. Пока она не узнает, жив ли Кобра. К ней подбежала незнакомая женщина с длинными светлыми волосами в каком-то странном плаще. — Боже, маленькая моя, что эта тварь сотворила с тобой, — ее ласковый голос убаюкивал Кубелиос, которая старалась изо всех сил оставаться в сознании. — Что… с Эриком? — валет с надеждой смотрела на беловолосую, а Сорано лишь мягко улыбнулась. — Жив твой мальчик, будет жить. Он смог подать мне сигнал. Прости, что я не успела вовремя. На крышу забегали еще люди, осматривали местность, кто-то на носилках вытаскивал Кобру, который не двигался. Сорано одевала девушку, когда заметила, что Кинана полностью отключилась. — Ангел, эта тварь накачала ее просто лошадиной дозой какого-то дерьма. Без анализа я не смогу определить, нужно срочно везти ее к нам в штаб, — Миднайт оказался сзади, подавая пальто Кубелиос Сорано, а та лишь угрюмо кивнула. — Так вот что за девочку себе выбрал Кобра. Ради нее он готов пойти на все, даже делать такую грязную работу, — Ангел улыбнулась, пригладив короткие волосы Кинаны.

****

—… и снова собрались вместе старые друзья! Дреер еле-еле разлепил глаза, почувствовал боль в суставах, услышал мерзкий голос, который вообще никогда больше не хотел слышать. Но пришлось. Август засмеялся своей собственной шутке, пока Макаров пытался сфокусировать свой взгляд на его фигуре. Рядом находилась серьезная и холодная Полюшка, которая сохраняла в любой ситуации каменное выражение лица. Вот бы ему так уметь в свои шестьдесят с хвостиком. Голова ужасно болела, будто по ней ударили чем-то тяжелым и тупым. Так оно и было. Воспоминания медленно всплывали, как их завели в западню, как окружили и ударили, связали и бросили по машинам люди Шилда. Полюшка что-то кричала, но потом затихла, когда ей пригрозили. И сейчас он находился в каком-то заброшенном подвале, где все вокруг воняло сыростью и гребаной пылью, которую Макаров ненавидел. Ржавые трубы, где-то в углу монотонно капает вода, волнуя нервы. За спиной Шилда, в темноте, стояло несколько человек в черном, скрывая свое лицо под масками. Вот они, его пешки, а остальные фигуры сражаются сейчас с его детьми. Август выглядел веселым и довольным, будто нажрался сметаны, отчего Макарова передернуло. Сметану он тоже ненавидел. Августа тем более. И сейчас Шилд смотрел с интересом на Дреера, который теплился в черных глазах. — Здравствуй, Макаров, сколько лет, сколько зим, — Август усмехнулся, складывая руки на коленях. Его взгляд очерствел, лицо стало суровым. Настроение мужчины менялось со скоростью света. Но Макарова сейчас волновала Полюшка, которая тряслась, что видно было невооруженным взглядом. — Каково трем врагам собраться вместе, а? — Август взял со стола стакан с виски, внимательно осмотрел присутствующих. Полюшка лишь поджала губы, сделав взгляд еще жестче, Макаров закатил глаза. — Какие вы не общительные, мне так не нравится. Грандина, душа моя, я хочу услышать твой голос. — Я больше не Грандина, мразь, — огрызнулась Хилер, смотря прямо в глаза Шилду, который даже бровью и не повел. — Дорогая, для меня ты навсегда останешься Грандиной Паулен. От себя не убежишь, как бы ты того не хотела. Полюшка промолчала, глотая едкие слова, которые костью застряли в горле. Сложно дышать одним воздухом с человеком, которого ненавидишь больше всего в этой жизни. Ей было страшно, чертовски страшно. Хилер надеялась, молилась, верила в то, что она не встретится лицом к лицу с Августом, что этого никогда не случится снова. Последней их встречей стал тот роковой день в институте. Но Полюшка понимала, что раз она ввязалась в эту битву кланов, то когда-нибудь этот коннект произойдет. Когда-нибудь, но лучше бы его вообще не было. — Скажи, Макаров, как тебе лечебница? Пришлась по вкусу? Тебе же туда запихнула Грандина собственными руками, а! — Это все в прошлом, Шилд, — злобно ответил Дреер, стараясь сдерживать себя. С Августом шутки плохи. — А смерть твоих родителей тоже в прошлом, Дреер? — холодная улыбка появилась на лице Шилда, когда он увидел, как дернулся от ярости бывший король. — Ты такой смешной, когда злишься, ты знал? — Ты будешь смешным, когда я своими руками сверну тебе шею, тварь. Удар ногой пришелся Макарову в лицо. Послышался хруст сломанного носа, кровь потекла тонкой струйкой, капая на пол в такт воде в углу. Полюшка дернулась к Макарову, но ее остановил презрительный голос Шилда. — Только попробуй помочь ему, и тебя будет ждать участь похуже его, Грандина, — Хилер села ровно, стараясь не смотреть ни на Августа, ни на Макарова. Ей было страшно. Этот мужчина пойдет на все, чтобы отомстить им. — Интересно, каково вам работать вместе? Ты же так предал Грандину, Дреер, что она аж сбежала от тебя. Чем же ты жила, Паулен? — Это были мои лучшие годы, потому что в них не было тебя, Шилд, — она едко выплюнула его фамилию, смотря на то, как он выгибает удивленно бровь. Август не ожидал, что Грандина даст ему отпор. — А ты все такая же смелая дамочка. — Зачем ты убил их всех? — их диалог прервал Макаров, который языком слизал кровь с губ. Август дернулся в его сторону, думая, как бы ему ответить. — Они были не согласны со мной, и мне пришлось их убрать. Полюшка вздрогнула от этого холодного голоса, отвернула голову и спрятала глаза. У нее не было возможности вытереть слезы, и Август, заметив это, схватил женщину за подбородок и резко вздернул вверх. Мрачные и угнетающие глаза с наслаждением прошлись по соленым дорожкам и трясущимся губам. — Ты так прекрасна, Грандина, когда плачешь, — он упивался ее болью. Он был садистом. Он был массовым убийцей. Она ненавидела свое настоящее имя. Она боялась его, поэтому Хиле отшатнулась от Августа в ужасе. Имя резануло по ушам, заставило вспомнить ужасные фрагменты из начала семидесятых, которые послужили отправной точкой переменам в ее жизни. Ей стало плохо от нахлынувших воспоминаний, от той боли, испытав которую она чудом осталась жива. Август с презрением отпустил отключившуюся Грандину, повернулся к Макарову и нагло усмехнулся. Дреер скривился от этого жеста и зашевелил руками в веревках, пытаясь найти слабые места, за которые можно дернуть. — Даже не пытайся. Ты же знаешь, что я мастер по узлам, — мужчина сел в кресло, стоящее посередине мрачной комнаты, и закинул властным жестом ногу на ногу. — Я много чего знаю и помню, мразь. — Ну-ну, выбирай выражения, — Август сцепил руки в замок и задумчиво и заинтересованно осмотрел сидящего перед ним на коленях старичка. — Жизнь потрепала, да? Макаров хотел съязвить, крепкое словцо так и томилось на языке, но он его прикусил, чтобы не нарваться на неприятности. Шилд не тот человек, с которым можно шутить и проявлять свою языкатость. Дреер отметил, что по углам распределены люди, незаметные и бесшумные, и они вряд ли будут думать, каким способом убить джокера, если Август даст свою команду. Он посмотрел на Полюшку, лежащую без сознания на холодном полу, и его сердце сжалось. Эта женщина столько всего натерпелась, через столько прошла, а он еще обвинял ее в случившемся когда-то! Господи, они могли быть вместе, были бы счастливы со своими потерями. Но их жизнь сложилась иначе. Судьба постоянно то соединяет их, то разъединяет. И никогда нельзя предугадать, что будет дальше, как повернутся события. Пугающе. Макаров сам не понимал, почему так происходит. Они притягиваются, словно разные полюса магнитов, они не могут быть вместе, но и не могут друг без друга. Это заставляет о многом задуматься. Когда ты стоишь одной ногой в могилу, то вспоминаешь все свои прошлые ошибки. Слова, которые ты когда-то говорил, но не хотел этого делать. Людей, с которыми ты был близок. Кризисы, которые происходили у тебя по вину обстоятельств. Дреер четко и ясно видел одно: им отсюда не выбраться живыми.

****

— Беднягу? Да эта мразь только что отрезал мои волосы, блять! Лучше бы переехал! Кана психанула, кинула ребят и бросилась в переулок за своим мотоциклом. Сами сбили, вот пусть сами и разбираются. Господи, как же ее все бесит! Сцепилась с этим Бригеллой, который оказался еще с фетишем на волосы. Надо было сразу его прикончить, осталась бы тогда со своими прекрасными волосами, а не с этим сраным каре! Альберона выехала бездумно на трассу, не зная, куда себя подать. Хотелось есть. Боже, неужели после этой стремной ночи вернутся старые загоны? Кану потряхивало, в последнее время у нее начались проблемы с контролем гнева, она срывалась абсолютно на всем и на всех. Девушка старалась себя сдерживать, но у нее ничего не получалось. Если так продолжится и дальше, то она вернется в самое начало пути. А ей этого совсем не хочется. Кана вспомнила себя, когда только вступила в клан, когда только попробовала постоять за себя. До начала всей это истории был один максимально убогий период ее жизни, когда она потеряла маму. Кана никогда бы не подумала, что смерть близкого человека сможет настолько ее подкосить. Она никогда бы не подумала, что начнет много пить, принимать наркотики и курить какую-то неведомую хрень. Господи, она так испортила себя, свое здоровье и жизнь в принципе. Девушка ни за что не забудет, как пыталась подавить всю боль в утехах с мужчинами, не забудет, как накурилась и чуть не погибла в аварии. Как ее попытались изнасиловать несколько мужчин и как ее спасли Лаксас и Бикслоу. Мира долго откачивала девушку, спорила с ней. Они даже подрались с ней, когда ребята решили держать Альберону в подвале, взаперти, мотивируя тем, что той нужно отойти от утраты. Для Каны они были лишь тройкой друзей в школе, лишь любовным треугольником, над которым она могла мерзко шутить. В особенности про Штраус, про которую гуляли такие слухи, что повторять мерзко. А в итоге они все оказались просто слухами про прекрасную девушку, зато они идеально подходили под Кану. Точь-в-точь повторяли ее образ жизни и прочее. Альберона требовала дозы, кричала, материла их всех на чем свет стоит, потому что ей не нравилось, что эти люди лезли в ее жизнь без разрешения. А они настойчиво лезли, игнорируя ее нападки. Когда Кана напала на Миру, в самом начале еще, девушка не ожидала, что Штраус просто отшвырнет ее с такой реакцией, которая Альбероне никогда и не светит. И темноволосая увидела в Мираджейн не только добрую девушку, но и самую темную и яростную личность. Ей стало страшно от слов беловолосой настолько, что Кана разрыдалась, громко всхлипывая. Мира еле-еле успокоила девушку. Затем пришел Макаров, который дал ей выбор. И девушка приняла его, не боясь за свою жизнь. Ее уже не испортишь, потому что портить-то и нечего. Долгий период восстановления, мучений и борьбы с самой собой, разговоров с психотерапевтом, лечения от зависимости. И первым личным заданием Альбероны спустя год стало накрытие подпольной наркотической организации. Девушка с огромным успехом проделала свой дебют в клане. Только после этого случая Кана могла с гордостью заявить, что самый темный период в ее жизни окончен. Она обрела таких людей, которые прикрывали задницу шатенки даже в самых стремных ситуациях, которые вытаскивали девушки из таких передряг, что ей даже и не снилось. И сейчас Кана с ужасом наблюдала за Кинаной, которая рушит жизнь собственными руками. Она боялась за эту девочку, боялась, что Кубелиос натворит дел и не сможет их расхлебать. Альберона не могла позволить валету так убивать себя. Когда шатенка увидела, как какой-то мужик потащил Кубелиос на второй этаж в баре, где располагались комнаты для взрослых, Кана в ужасе понеслась за ними. Насильник предусмотрительно запер дверь, которую девушку пришлось вышибать ногой. Кана влетела в комнату и оттащила мужика от полуголой девочки без сознания, несколько раз ударила его и пулей выбежала с Кинаной на руках. Потом она долго откачивала Кубелиос, применяла все известные ей средства от наркоты, которые использовали на ней ребята в прошлом. Ей стало страшно как никогда. Неужели и она была в таком состоянии? Долгие разговоры, слезы Кубелиос, рассказы про Эрика повергли Альберону в шок. Девушка ходит по тонкому лезвию, а никто даже не удосужился ее спросить или помочь. И тогда Кана поняла, что она в силах образумить Кинану, исправить сложившуюся ситуацию. Девушка вспоминал все это, когда припарковалась на заправке, когда купила стаканчик кофе в надежде взбодриться, потому что сейчас хотелось только спать и плакать, плакать и спать. То, что сейчас происходит, очень сильно выбивает ее из колеи. А она нужна ребятам, она — часть целой картины, она — часть команды. Кана проверила, кто остался в команде. Увидев, что Кинана победила Тарталью, девушка облегченно выдохнула. Ее девочка справилась с собственными страхами, смогла преодолеть себя. Главное, что она осталась в живых. Девушка поняла, что их осталось очень мало: Мираджейн и Лаксас, Венди и Ромео и сама она. Сообщением прислали, что стали известны координаты местонахождения Макарова и Полюшки. Кана решила, что ей нечего прохлаждаться без дела, поэтому уверенно взяла курс на этот заброшенный завод, которым когда-то ее пугали ребята в начальной школе.

****

Ромео уверенно вел машину по ночной трассе, в салоне играла медленная музыка, которая вроде должна была расслабить ребят, но все выходило наоборот. Венди дернулась и выключила какую-то классическую песню, громко фыркая. В голове проносились мысли о том, что им дальше делать. Они столько дел натворили, но это того стоило. Побег удался, ребята смогли дождаться начала игры. И Венди и Ромео знали, что им не стоит сейчас лезть на рожон. Сидя в машине, они наблюдали, как один за одним из игры выбывают их друзья. Ребята понимали, что они бездействуют, а ведь могли бы помочь кому-то, внутри у каждого боролись две непримиримые части. Одна хотела бездумного боя, вторая выжидала подходящего момента. Венди было страшно, но она старалась не показывать это Ромео, которого сама же и попросила втянуть в игру. Почти два месяца отдыха, безделья, без тренировок (!) не прошли даром. Навыки Марвел ухудшились, как бы Ромео и не пытался расшевелить ее эти пару дней, у нее не выходило нормально поставить блок или нанести удар. Она боялась. Каждую ночь девушка видела перед собой красные глаза Зерефа, каждую ночь девушка вспоминала, что ей пришлось пережить в том переулке. Иногда ей казалось, что жизнь посмеялась над ней, сковав оковами ужаса. Конбольт узнал о ночных кошмарах лишь на первую ночь, когда Венди остановилась у него. Он не понимал, почему она кричит посреди ночи, почему мечется по постели, почему плачет и зовет ребят на помощь. В первую ночевку парень выхватил пистолет, потому что подумал, что к нему домой заглянул кто-то из дель арте на огонек. Но все оказалось еще хуже. Если с врагом он смог бы справиться за пару минут, то здесь Ромео был не в силах победить. Как можно одолеть подсознание? Парень старался, как мог, он по-настоящему волновался за Марвел. Но раз это все продолжается, то никто и не знал из Зодиака про эти кошмары. От этого становилось хуже. Конбольт не высыпался, он видел, что Венди не может нормально драться, что она не в силах постоять за себя. Что ей, черт возьми, нельзя лезть в эту игру. Но эта девчонка упряма, Марвел до конца стояла на своем. Они много раз ссорились за эти дни, мирились и опять ссорились. И вот сейчас едут на базу дель арте, надеясь хоть как-то помочь своим друзьям. Из-за паники Венди начала грызть ногти, бегать глазами вокруг, думая, что за ними погоня. После того случая она стала подозрительной, не могла никуда идти без оружия. Как можно настолько сильно сломать человека? Марвел не знала ответ, да его никто не знал! Ромео завернул в лес, увидев дорожку и решив, что так будет намного короче. По стеклу стучали мелкие веточки деревьев, под колеса попадала грязь, машина еле справлялась с дорогой. Все-таки неделя дождей до этого оставила свой след, а в лесу особенно. Венди то крепко прижимала к груди оружие, то проверяла, на месте ли ножи, то дергала за воротник куртки, стараясь скрыться в ней полностью. Но не получалось. Мрачный лес абсолютно не манил, как написали бы в каком-нибудь дешевом романе, он просто отпугивал от себя. Марвел никогда особо не любила темноту, а после того случая в сентябре и вовсе перестала романтизировать ее. А сейчас ей все вокруг казалось злым, она ждала удара в спину от гребаных веток какого-нибудь старого дуба. Девушку трясло от предчувствия, что сейчас что-то произойдет. Так оно и случилось, интуиция синеволосую никогда не подводила. С водительской стороны начался обстрел, Ромео вдавил педаль газа в пол в надежде, что им удастся немного оторваться. Венди увидела яркий свет мотоцикла со своей стороны, а потом закричала, когда мужчина в черном повернул прямо к ним, впечатываясь в дверь и разбивая стекло. Марвел успела прикрыться рукой, и осколки не попали прямо в глаза. Рефлекторно выхватив пистолет, девушка наобум стрельнула и попала четко в плечо врагу, от чего его мотоцикл повело, и он врезался в дерево. Ромео в ужасе соображал, как им выбраться из этого дерьма, как не дать в обиду Венди, как окончательно не угробить тачку. И выхода он не находил. Впереди показались под светом фар темные фигуры, выстроенные в ряд. Ромео понимал, что они попали в ловушку, но чисто по инерции надавил педаль тормоза, когда пуля пробила лобовое стекло и пролетела в паре сантиметров от его лица. Хорошо, что сейчас везде грязь, машина забуксовала, и ее занесло. Иначе прощай, жизнь! Венди ударилась лбом о панель в салоне, потрогала рукой свой лоб, почувствовав кровь. Она увидела, как из толпы вышла женщина с автоматом наперевес, как направила его в их сторону. — Либо вы сдаетесь, либо я открываю огонь, — она звонко щелкнула затвором, видимо, настроенная очень серьезно. Венди вылезла из машины, швыряя оружие в сторону, которое тут же подобрали приспешники женщины. Она узнала в ней Димарию Йесту, являвшуюся Доктором в дель арте. Начитавшись, что с ней шутки плохи, Марвел решила сразу показать, что сопротивляться не будет. Зато у нее появится время подумать, что им делать дальше. Ромео поступил точно также, и их заставили сесть на колени, заведя руки за головы. Их окружили со всех сторон люди в черном, наставляя оружие. Венди почувствовала себя пристыженной, почему-то казалось, что всего этого могло бы и не быть, если бы она не попросила Ромео помочь с побегом. Опять это мерзкое если бы! С Марвел стянули куртку, проверяя на наличие другого оружия. Забрали ножи, изъяли мелкие гранаты и другой огнестрел, а куртку отшвырнули куда-то в сторону из-за ненадобности. Венди от злости стиснула зубы. Уверенность в том, что они смогут что-то сделать, падала с каждой секундой. Что может маленькая девочка, которая напрочь растратила способности к драки? Что? Пнуть Димарию? Или плюнуть ей в лицо? Марвел усмехнулась невеселым мыслям, получая грозный взгляд со стороны Доктора. Видимо, женщине не понравилось, что ее заложники не молят о пощаде. Димария быстрым шагом подошла к девчонке, беря ту за грудки и пару раз сотрясая. — Ты меня боишься? Йеста была известна своим вспыльчивым нравом похуже Брандиш. Если ее чуть-чуть задеть, то она сразу начинает чуть ли не плеваться ядом. Никто не хотел связываться с такой женщиной, потому что в случае чего пощады можно не ждать. Мари не жалела никого на своей пути, особенно таких мелких козявок как эти дети. И как Макаров позволил им участвовать в такой сложной битве? Йесту передернуло от осознания того, что ей придется сражаться на равных с такими слабаками. Неужели она опустится до такого? Почему нельзя было взять в плен того же внука Макарова, тот намного веселее. Особенно если бы узнал, что это она надоумила Зерефа сбить Мираджейн Штраус. Отношения в клане мастей такие запутанные, от этого намного легче дергать за ниточки. Потому что знаешь, что в любом случае заденешь всех. — Нет, — Марвел трясло от страха, но именно гребаная гордость не позволила ей склонить голову перед Димарией. — Не боюсь. Йеста злобно прищурилась и внезапно отпустила девчонку, от чего та упала на землю, больно ударившись коленками. Какая разница, болят ли у тебя колени, когда ноет душа? — Очень жаль. Марвел вздернула голову от резкой перемены тона Доктора, на мгновенье зажмурилась, когда увидела, что женщина размахнулась. Щеку обожгло, голова по инерции дернулась вправо, в уголках глаз выступили слезы. И почему вот ей у Локи не сиделось, а? Девушку передернуло от таких мыслей, ведь сейчас она косвенно предала всех своих друзей, которые сражаются за правду, за свою жизнь, за свою судьбу. А что делает она? Жалеет себя? Считает, что ей больше всего досталось? Почему ты такая слабачка, Венди Марвел? Валет прикусила язык, почувствовав железный привкус крови во рту, который немного остудил ее безумие. По-другому свое состояние она не могла назвать. Ромео что-то говорил, но Венди не слушала его. А смысл? Договориться с ними? Попросить пожалеть их, унизиться? А дальше что? Дальше-то куда? Не покажешься ведь на глаза тем, кто сражался до последнего, не думая о своей жизни. Потому что стояла цель важнее: защитить близких. Венди стало так мерзко от осознания своей никчемности по сравнению с другими. Вот Эрза ради защиты Жерара пошла на опасную гонку, в которой получила жутки травмы из-за аварии. Жерар ради мести за Эрзу сейчас находится в полицейском участке. Мира повелась на блеф, потому что поверила, что Лисанне угрожает опасность. Не это ли истинная любовь? Готовность пойти на все, независимо от времени, места и возможностей? Лисанна, чтобы защитить Бикслоу и Гажила, пристрелила человека. Простая девочка ее возраста, которая не состоит в их клане, которая не знает, как драться на полную силу. Но она пошла на это, даже не думая, выйдет ли победителем или нет. Джувия не побоялась в одиночку противостоять врагу, когда Фуллбастера ранили в ногу. Ей не было страшно, она не думала о том, почему сбежала с базы. Она не думала, что могла просто отсидеться дома, оставив все на своих друзей. Марвел чувствовала, как с самого низа, от пят, поднимается медленной, но огромной волной гнев. Эта ярость не измерима, она направлена на саму Венди, чтобы уничтожить, сломать механизмы, сдерживающие сознание. В ушах все гудело, на Ромео напали сразу трое мужчин, но Венди не обратила на это внимание. Её окружали со всех сторон, наступали вместе, но перед собой Марвел видела лишь смеющиеся глаза Димарии, которая наблюдала за ними, как за подопытными кроликами. А потом эти глаза изменили цвет на красный, и Марвел сорвалась. Она вскочила, вцепилась длинными ногтями в лицо какому-то мужчине, резко провела от лба до подбородка кровяные полосы. Девушка слышала крики боли этого приспешника Димарии, и теперь женщина смотрела на простую девочку с интересом и ненавистью одновременно. Марвел крутанулась на месте, ощущая, будто ее движения заторможены, будто время растянулось, словно карамель. А ведь синеволосая ненавидела карамель. Стиснув зубы, девушка резким выпадом ударила в лицо еще одного и почувствовала, как сзади ее хватают за талию и вздергивают вверх. Она кричит, стараясь локтем заехать по лицу тому, кто помешал ей. Слышит хруст, ласкающий слух, и ее отшвыривают в сторону, Венди ударяется затылком о дерево, но улыбается. Господи, наконец-то она жива. В строю. Может биться со всеми на равных, может показать свои клыки, может дать отпор. Ей стало плевать на этих тупых ублюдков, ее целью стала Димария, стоящая в самом конце мелкой поляны. Стартанув в ее сторону, Венди понимала, что-либо добежит, либо ее поймают и изобьют еще сильнее. Йеста ждала ее, думая о том, какой ход предпримет эта глупая девчонка. Неужели она не понимает, что им отсюда не выбраться живыми? Нет, Марвел как раз-таки понимала, что сейчас или никогда. Своей яростью Венди выжигала этот яд, пронзивший ее сердце, заставивший сомневаться в себе, в друзьях, в будущем. В голове пронеслись моменты с ребятами, как они познакомились, как учили ее трюкам и приемам, как помогали в тяжелых ситуациях. И ради этих людей Марвел не сдатся. Никогда! Димария была в паре метров от нее, только руку протяни во время движения, и ты дотянешься. Где-то вдалеке синеволосая услышала хлопок от выстрела, а потом ногу прожгло адской болью. Сделав кувырок, Марвел полетела вперед, осознавая, что ее желание и мотивацию только что растоптали. Что она проиграла. Что не смогла защитить свою семью. Венди сделала несколько переворотов на земле и упала прямо к ногам Димарии, которая нагло ухмыляясь. Поставив ногу в тяжелом ботинке на голову Марвел, вдавив ту лицом в сырую землю, Йеста свистнула тому, что ранил девчонку. А она-то уж думала, что никто не допрет сделать нечто подобное. Тем более, когда эта малышка так глупо и беспечно открылась ее людям. Ромео что-то в ужасе кричал про то, что пусть Димария заберет его жизнь, но не трогает Венди. Получив удар по лицу, Конбольт замолк. На его рывки в сторону парочки никто не обращал внимания. Лишь ударом в солнечное сплетение остудили пыл парня. На глазах черноволосого выступили слезы от беспомощности своего положения, от ужаса той ситуации, в которую они попали по его вине. Венди пыталась подняться, но нога на затылке не позволяла ей это сделать. Дышать становилось тяжелее, Марвел чувствовала дикое жжение в области раны. Ходить в ближайшее время она вряд ли сможет, если вообще выживет. — Это выглядело так жалко, — Димария присела на корточки перед обессиленной девушкой и погладила ее по голове. — Но ты хотя бы попыталась. За это я тебя даже немного уважаю, знаешь? — Йеста вытащила откуда-то ножик и начала крутить его в руке, изредка подкидывая вверх. — Твой паренек так грозно смотрит в нашу сторону. Это забавляет. За твою попытку я позволю тебе умереть быстро, без мучений и пыток. Женщина встала и махнула рукой своим людям, чтобы те убили ребят. Сделав шаг в сторону, она услышала крик Ромео, который выплевывал слова вместе с кровью и ненавистью. — Что, гордишься собой, да, сука?! «Я позволю тебе умереть быстро»! Что за кривляния, Доктор? Очень просто одолеть того, кто слабее тебя. Вот только жалкая здесь не Венди, а ты, блять! — Конбольт получил еще один удар по лицу за свои выражения в сторону руководителя шайки. Йеста остановилась. Как этот мелкий ублюдок смеет говорить ей что-то подобное? Ромео понимал, что после таких слов никто не будет с ним играться. Что его просто пристрелят, как надоедливую мышь, и все. Но парню было плевать. Уж лучше он, гребаный трус, чем Венди, которая рискнула всем и побежала в сторону Йесты, стараясь ее вырубить. Он гордился ей. Господи, такая маленькая и такая сильная! Столько дерьма пережить, а потом сражаться со всеми в строю, не жалея себя. А чем он выделился за это время? Тем, что затащил эту девочку в яму вместе с собой вместо того, чтобы самому быть на ее месте? Отец всегда говорил ему, что девчонок нужно защищать, как бы они не старались показать себя всесильными. Нацу говорил ему то же самое. И как вот он будет смотреть им всем в глаза, когда принесет весть, что Венди умерла по его вине? Димария что-то очень громко говорила, наверное, раздавала команды, но Ромео было плевать. Конечно, против них всех он не справится, но некоторых же вырубить сможет, да? Конбольт не такой слабак, каким может показаться со стороны. Не зря его всему учили ребята из клана. Перенеся всю тяжесть тела на стоящего сзади и держащего его мужчину, Ромео согнул ноги в коленях и резко сделал выброс вперед, ударяя одного из врагов в спину так, что тот от внезапности споткнулся и полетел на землю. Затем парень ударил затылком того, что стоял сзади, и мужчина отпустил валета. Замешкавшись на секунду, противник не сразу понял, что Конбольт ждал идеального момента. Ромео схватил мужчину за грудки и, стараясь напрячься изо всех сил, плавным и отточенным движением перекинул его через плечо. Характерный хруст вывернутого сустава привел к жизни, Конбольт понял, что еще может сражаться за свою жизнь и жизнь Венди. На Ромео сразу кинулись остальные, но Димария остановила их зычным криком. Ромео в непонятках уставился на женщину, которая хитро улыбалась. — Раз ты так жаждешь спасти свою подружку, то тебе придется драться со мной, — Йеста размяла шею и встала напротив парня. Остальные прислужники разошлись по разным сторонам, образовав круг. Всем стало интересно, чем это закончится. Ромео понимал, что его противник сильнее, но парню надо было потянуть время. Он заметил, что Венди догадалась, что Конбольт перетягивает внимание врагов на себе, чтобы дать ей возможность сбежать, скрыться где-нибудь, чтобы ее никто не нашел. Парень не знал, какой степени у нее ранение, насколько глубоко вошла пуля, повредила ли бедренную артерию. Да он вообще ничего не знал! Но надо было действовать немедленно. Венди лежала и не понимала, что с ней происходит, где она находится, как сюда попала. Девушка чувствовала лишь дикий жар в области правой ноги, который с каждой минутой становился сильнее. Осознание, что она может умереть от потери крови пришло очень вовремя. Марвел поняла, что Конбольт стягивает их всех к себе, чтобы отвлечь внимание от нее. Но особо это не помогло. Ей нужно бесшумно проделать все, для начала, например, сделать жгут, чтобы точно не сдохнуть прямо здесь. Адреналин резко заиграл в крови, валет поморщилась от ощущения мокрой земли на лице и попыталась отползти в сторону, сделав это незаметно. Прислушиваясь к каждому шороху, Марвел медленно скрывалась со света фар автомобилей, стараясь особо не задействовать правую ногу. Это было трудно: адская боль просто разрывала на части. Прикусив щеку изнутри, Венди старалась не закричать. Оперевшись спиной о ствол дерева, девушка стянула с себя темную кофту, оставшись в одной тонкой маечке. Кофту она попыталась приспособить так, чтобы закрыть рану и создать жгут. С горем пополам у Марвел это получилось, и она постаралась прийти в себя. Телефон остался в куртке, которую эти ублюдки куда-то закинули. Нужно найти ее, ведь это их единственный шанс спастись из этого дерьма. Высунувшись из своего укрытия, девушка окинула обстановку взглядом. На глаза попались широкие спины мужчин, которые закрывали почти весь обзор. Они находились в такой близости от нее! Ей надо срочно менять свое местоположение. Между их ног девушка заметила, как дерутся Димария и Ромео, не щадя себя. Вот женщина со всей дури въехала ногой по лицу парня, ломая тому нос. Венди поморщилась от нахлынувших слез и чувства своей бесполезности. Сейчас не время рыдать над своей нелегкой судьбой, надо действовать. Нельзя позволить Ромео умереть, ведь тогда она просто не простит себе этого. Марвел проползла между деревьями, стараясь особо не шуметь, чтобы не выдать себя. Ей нужно было обойти весь этот гребаный круг, чтобы обнаружить свою куртку. Но все оказалось намного проще, когда она рукой проехалась по куртке, жмурясь от шороха. Но никто не обратил на это внимание, потому что толпа кричала, толпа желала крови бедного парня, который уже был абсолютно без сил. Венди вытащила свой телефон, отползая за дерево, и понизила яркость. Она не знала, кто из ребят поблизости. Но она знала, кто до сих пор в игре. Первой в списке шла Кана, ее девушка и набрала трясущимися руками. Снизив громкость, девушка ожидала, пока Альберона ответит. Это произошло лишь после третьей попытки дозвониться ей. На другом конце вызова Венди услышала обеспокоенный голос туза. — Кана, вытащи нас… Ромео там сейчас один с Доктором. Меня пристрелили, я смогла отползти и спрятаться… Я не могу долго говорить, эти твари скоро обнаружат мое отсутствие. Их много, мы не справимся без помощи. Венди положила трубку, услышав лишь одно слово от Каны, и бросила телефон на землю. Теперь ей нужно убраться отсюда куда-нибудь подальше, чтобы эти ублюдки побегали за ней по темному лесу. Двигаться абсолютно не хотелось, но желание вытащить их задницы из этого дерьма было намного сильнее. Опираясь о ствол дерева, девушка медленно встала, стараясь отдышаться. Да, далеко она с таким ранением не уйдет. Сколько же она крови потеряла, а? Жить-то хоть сможет? Или опять ее с того свет возвращать будут. Когда же это кончится? Адреналин будоражил кровь, заставлял придумывать какие-то невыполнимые планы. Один заинтересовал девушку настолько сильно, что она решила претворить его в жизнь. Для этого ей понадобится все мужество, какое только имеется у Марвел. Ведь никто под носом обычно свои вещи не ищет, да? Когда они заподозрят ее пропажу, то бросятся искать ее на своих двоих, ведь посчитают, что далеко она не смогла уйти. Машина с яркими фарами лишь помешает в поисках такой мелкой девчонки. Да и Марвел может не понять, что ее кинулись искать, поэтому эффект внезапности тоже никто не отменяет. Венди очень надеялась, что эти тупые мысли станут главными в этой банде, ведь если это будет не так, то все, пиши пропало. Еще может произойти накладка с тем, что автомобиль будет закрыт. Марвел начала отгонять от себя эти гребаные мысли, которые вселяли лишь страх, что ветвями плюща сковывал сердце. Добравшись ползком и перебежками к их автомобилю, девушка внимательно следила за развитием событий. Димария держала за шкирку, как нашкодившего кота, Ромео, на которого было просто страшно смотреть. На лице Йесты расцвела победная ухмылка, женщина покрутилась во все стороны, показывая всем свое превосходство. Марвел поморщилась от этого. Вот Доктор нахмурилась и быстро начала оглядывать местность. Теперь вместо ухмылки на ее лице проступила дикая ярость, которая не предвещала ничего хорошего. — Где девчонка, уроды?! Сердце Венди пропустило удар от такого злобного крика, страх липкой паучьей сетью осел на душе, заставляя сжиматься от неизвестности. А если она облажалась, и этот план просто дерьмовый? Настолько понятный и предсказуемый? Поднялся гул: никто не хотел получать нагоняй от разъяренной Димарии, никому не хотелось проигрывать мелкой девке, решившей поиграть в прятки. Марвел сжалась комочком, надеясь, что никто не сунется к их тачке. Люди на поляне заволновались, начали нервничать и обвинять друг друга в некомпетентности. Орали матом и разбегались в разные стороны, звеня оружием и угрозами. Марвел выжидала, внимательно смотря за каждым противником. Вот один кинулся в сторону, где стоял автомобиль Ромео, Венди понимала, что подобное может произойти. Заползти под машину и спрятаться там не составило труда. Девушка перестала дышать, вслушиваясь в каждый шорох. Вот прогремел кто-то тяжелыми берцами около машины, заставляя Венди сжать глаза в страхе. Она поняла, что никто решил не брать машину, что ее план сработал, что она все еще не найдена. Что может бороться. Димария и Ромео остались одни на поляне, Венди замерла, ожидая, когда те начнут говорить. — Я уверена, твоя подружка прячется где-то здесь. Ее рана не позволила бы ей передвигаться быстро и бесшумно. Никто из моих людей этого не понял, как жаль, — в голосе красивой женщины проскользнул металл, больно резанув по сердцу Венди. Ее появление не возымеет должного эффекта на Йесту, у нее не будет и шанса тронуть эту чокнутую. — Согласись, так даже веселее. Ты, я и она, все как и должно быть, без лишних ушей и глаз, — она наклонилась к Ромео, который пытался держаться из последних сил. Он должен оставаться в сознании хотя бы ради Венди, которая не бросила его. — Таких маленьких героинь с пылающим сердцем видно издалека. Эта Марвел бросится сразу к тебе, решись я убить тебя, — Йеста шептала ужасные вещи на ухо Ромео, обводя прищуренным взглядом поляну. Она знала, что чертовка наблюдает, выжидает, думает, что самая умная. Но у Димарии нюх на такую мелкую падаль. — А когда она появится, я грохну ее на твоих гребаных глазах, а потом добью и тебя. Сечешь, что вам не выбраться отсюда, детки? — она сжала грязные волосы парня и потянула назад, заставляя подставить шею. Венди уже успела вылезти из-под автомобиля, чтобы наблюдать развернутую перед ней картину. Она видела, как блеснуло острое лезвие ножа в желтом свете фар, который уже настолько въелся в сетчатку глаза, что Марвел могла спокойно реагировать на него. Синеволосая поняла, что Йеста блефует. Что эта тварь пытается вывезти ситуацию на чувствах Венди. Что Доктор сейчас наступит на ее маленькой сердечко и раздавит его к чертовой матери. Внутри все бушевало, Венди кидало из стороны в сторону на корабле принятия решений. Сейчас она либо потеряет Ромео, либо сделает верный шаг на пути к светлому будущему. Надо только вытерпеть. Она знала, что мука предстоит адская: смотреть, как калечат кого-то, кто тебе безумно дорог. Твою мать, да она сорвется, уже сейчас чувствует накатывающий волной страх, который поднимается с самых кончиков пальцев на ногах. — НЕ СМЕЙ! — Венди на секунду показалось, что эта она закричала, но оказалось все не так. Ромео понимал, что Марвел не выдержит, сорвется и погубит их всех. Для нее будет пыткой наблюдать за махинациями Димарии. Но надо было перетерпеть, переболеть. Иначе никак. Он надеялся, что Венди поймет, но, вспомнив, какая она чувствительная, понял, что нужно воздействовать на нее извне. Синеволосая застыла, наблюдая, как губы Доктора растянулись в хитрой ухмылке, как нож мягко заскользил по горлу Конбольта, как сжала руки в кулаки, сдерживая рвущиеся наружу крики. Губы дрожали, ноги не держали, ногти больно впились в кожу, отрезвляя на пару мгновение. Она не могла. Она гребаная трусиха, которая даже не может заткнуть свои чувства, спрятать их подальше от всего мира. Хотелось выть от боли, хотелось выдавить из Конбольта всю эту спесь. Хотелось броситься к нему и рыдать. Просто. Рыдать. Кричать, драться, вгрызаться в эту жизнь всеми зубами, держаться каждым пальцем. Расцарапать Димарии лицо, пристрелить ее, чтобы она почувствовала все то, что сейчас испытывал Конбольт. Йеста толкнула Ромео на землю, она выжидала любой оплошности со стороны валета, но ничего не происходило. Парень понимал, что Доктор лишь царапнула его, как кот, но все это было сделано, чтобы вытащить Венди из ее укрытия. Воцарилась тишина, Димария осознала, что Марвел не из робкого десятка. Нужно быть хитрее, не позволять чувствам вырваться на волю. Да, не хотела женщина себе такой участи: бороться против двух сопливых, возомнивших себя всесильными богами. Йеста выжидала, пока Венди совершит роковую для нее же ошибку. А Доктор умела ждать, ведь по натуре была волком, ждущим слабости какого-нибудь зайца, чтобы оттяпать ему голову, не задумываясь. И сейчас эта гонка двух особей за жизнь началась. Заяц быстрее, но волк сильнее. Кто победит? Кровь в жилах забурлила, Йеста давно не ощущала этой радости борьбы. Да, против детей, да, против своих же принципов, да, против воли высшего. Но Августа сейчас нет, кто запретит ей чуть-чуть поиграть с жизнями этих ребят? На чувствах других людей Димария играет так, словно в ее руках скрипка, а не человеческие жизни. Эта девчонка пробудила какие-то доселе неизведанные эмоции, подняла бурю, создала целый тайфун, обрушила лавину. Катаклизмы всегда были страстью Димарии. Венди трясло. Ее ломало изнутри так отчаянно, казалось, что она не выдержит этих чувств. Но Марвел не умирала, не стонала, значит, была способна пережить эту муку, которая приведет ее к новому уровню. Сравнение с игрой, жесткое и хлесткое, ударило Марвел в голову, медленно девушка понимала, что чувства отключаются. Отступают в тень, оставляя на первом месте логику и трезвый рассудок. Но осталось кое-что одно, что затопило собой все доброе и хорошее, что было когда-то в девушке. Растоптало. Раздавило. Плюнуло и смяло. Ненависть. Так много ее никогда не было у Венди, даже после случая с Зерефом, даже после случая с Мираджейн. Но сейчас она накатывала, сносила волной все, что было до этого. Венди смотрела на Ромео, который пытался встать и бороться дальше, но ничего не выходила. Смотрела и испытывала жуткую ненависть к Йесте за то, что позволила такому хорошему человеку разбиться. За то, что сломала его веру в себя. За то, что разрушила, черт возьми, старый уклад их жизни. О, как она ее ненавидела. Димария ломала людей, унижала их, уничтожала в пух и прах. Но сегодня Венди сломает ее собственными руками за то, что причинила боль близким. — Выходи же, подлая дрянь! Я знаю, ты здесь. Я знаю, ты смотришь на этого обсоса, пытаясь совладать со своими чувствами! Я знаю, что ты слабая девчонка, Марвел. Знаешь, я прикончу его прямо сейчас, чтобы ты не приходилось терпеть эту муку, — Димария достала рывком пистолет и щелкнула затвором. Венди выжидала подходящего момента. Нащупав нож, который подобрала во время поисков телефона, девушка думала. Марвел была уверена, что промахнется и не попадет в сердце, потому что рука дрогнет. Прикинув расстояние, Венди еще больше убедилась в своих мыслях. Она не всемогущая девчонка. Ее силы на пределе, рана ныла, сердце болело. Но если этим выпадом Марвел сможет отвлечь Димарию, принять весь ее гнев на себя, спасти Ромео, то почему нет? Венди не страшна смерть. Венди страшно жить в мире, где есть такие люди. Она выдержит. Ради Ромео. Ради их спасения. Ради будущего семьи. И плевать на последствия, пусть хоть скальп снимает эта тварь, плевать. Марвел отточенным движением, холодным и без эмоций метнула нож в Доктора. На мгновение Венди замешкалась, поэтому и скосила. Да, убить человека, пусть такого дерьмового, она не в состоянии. Слаба духом. Либо просто слишком человечная по себе. Нож с тихим хлюпом вошел в правое плечо Димарии, разрывая плоть. Пускай рука дрогнула, зато не смягчилась. Уже хорошо. Разъяренный рык Йесты привел в чувство, отрезвил разум. Венди почувствовала ликование. Да, она сейчас пожалеет, но зато отвлечет внимание. Быстро упав на землю, Венди почувствовала, как мимо того места, где она только что стояла, пронеслись пули. Черт возьми, еще чуть-чуть! Щенячья радость и гордость заполонили весь разум Марвел, девушка спряталась за ствол, пытаясь отдышаться. Твою мать, слишком много для одной ночи. Венди попыталась аккуратно высунуться, чтобы не нарваться на пулю, как почувствовала резкий рывок за волосы и адскую боль в затылке. — Вот ты где, долбаная сука! — ярость Димарии передалась Марвел, но только в качестве страха. А чего ты ожидала, девочка моя, когда полезла в пещеру к злобному дракону, чтобы спасти рыцаря от смерти? Теперь плати сполна.