cold rain

— Я знаю, кто убивает омег! Вэй Усянь повернулся к Лань Ванцзи, хватая того за рукав ханьфу, продолжив: — Ты ведь тоже догадался, Лань Чжань? Лань Ванцзи, кивнул. Весь его вид показывал, что догадка ему не нравилась, но то было правдой и пытаться искать оправдания, не было смысла. На выдохе Молодой Господин Лань произнес: — Сяо Мэй. Вэй Усянь подтвердил: — Верно. На самом деле мне не ясны его мотивы. Когда мы разговаривали в его резеденции, ничего бы и не выдало его. Но я точно знаю, что это он. Но его сообщник… Лань Ванцзи продолжил, чуть склонив голову: — Хуан Ли. Вэй Усянь кивнул: — А точнее его труп. — Украдкой он посмотрел в сторону призрака, что отрешенно стоял у окна. — Все же слишком жестоко, даже после их смерти, не дать им возможности перерождения. Помнишь, что Сяо Мэй сказал нам тогда? То, что сожалеет о смерти любимого и хотел бы исправить ошибку, но его слова разняться с действительностью. — Старейшина Илина усмехнулся, а в глазах заиграли недобрые искры. — Знаешь Лань Чжань, это такое лицемерие, став причиной смерти омеги, выдумывать другую историю покрывая себя. Мне не терпится разобраться с ним. Лань Ванцзи, строго взглянул на омегу, краем глаза, но ничего не ответил. Вэй Усянь обратился к призраку: — Я помогу тебе. Но не только вернуть того кого ты так любишь, но и отомстить за него. Ты согласен? Призрак посмотрел на Темного заклинателя, а затем почтительно поклонился соглашаясь. Лань Ванцзи напряженно протянул: — Вэй Ин. Вэй Усянь улыбнулся альфе и ответил: — Я знаю, но позволь мне помочь. Только в этот раз. Вэй Усянь взял в руки уже остывший суп и, будто бы ничего не произошло, спокойно продолжил есть. Но вкус остывшего бульона был не так приятен, как чуть ранее, когда Лань Ванцзи кормил его самостоятельно. Вэй Усянь небрежно бросил ложку в миску и поставил обратно на прикроватный столик, недовольно щурясь. Когда он снова обратил внимание на Второго Молодого Господина Лань, тот стоял, с чуть опущенной головой не произнося ни слова. Вэй Усянь прочистил горло и произнес: — Но все же мне кое-что не понятно. Во-первых, как Сяо Мэю, человеку без духовного ядра удалось создать марионетку? Во-вторых, почему он сделал ею именно Хуан Ли? Подумай Лань Чжань, он однозначно хочет вернуть Ло Фэна к жизни, но вернул только Хуан Ли. И В-третьих, зачем ему убивать омег? Вдобавок именно невест… — Вэй Усянь нахмурился, будто бы осознал что-то важное, но слишком страшное. Он прикоснулся пальцами к вискам и потер их. — Лань Чжань, я понял. Лань Ванцзи спросил: — Что? Вэй Усянь ответил: — Течка. Дату церемонии бракосочетания часто ставят перед началом течки у омеги, чтобы его организм легче перенес первое соитие и метку. Этот ублюдок специально выбирал жертв в числе будущих невест, но исключительно омег именно по этому поводу, вдобавок так они сразу найдут нужного омегу в течке, чем будут тратить время на его поиски среди жителей. В один момент Вэй Усянь замер, взволновано, или даже напугано взглянув на альфу. Тот спросил: — Вэй Ин, в чем дело? Вэй Усянь торопливо ответил: — Из-за того, что люди бояться проводить церемонии, они решили убить обычного омегу в течке. Вэй Усянь взволнованно попытался встать с постели, но рана в тот же миг дала о себе знать. Омега зашипел от боли, сквозь зубы пробормотав: — Нам нужно идти, они могли уже похитить невинного или что хуже убить. Мы слишком много времени потеряли. Лань Ванцзи схватил Вэй Усяня за плечи укладывая обратно в постель, на что тот наградил альфу недовольным взглядом. Лань Ванцзи сказал: — Я позабочусь об этом. Тебе стоит отдохнуть. Вэй Усянь возразил: — Но Лань Чжань, они могут быть где угодно. Я пойду с тобой. Не так уж и болит. Веришь мне? Лань Ванцзи напряженно поджал губы, ничего не ответив.

***

Дом, в котором Вэй Усянь видел преступников, был пуст. В нем не было ничего, что указывало бы на проживание здесь кого либо. Только ничтожная кучка сена была рассыпана в углу комнаты, говоря о том, что кто-то все же здесь спит. Вэй Усянь внимательно осмотрел комнату, но ничего необычного не заметил. Ни флагов призывающих души, ни талисманов, даже темная энергия здесь была ничтожно мала, что обескураживало. Здесь однозначно спит марионетка Хуан Ли, но ничего указывающего на это не было. В случае с Вэнь Нином, Темному заклинателю пришлось постараться в создании тысяч сдерживающих талисманов для мертвеца. Часть пещеры Фумо была практически вся обвешана ими, для укрощения тогда еще буйного Вэнь Нина. Так как же Сяо Мэю удается контролировать Хуан Ли без каких-либо сдерживающих талисманов? Глаза Старейшины Илина недобро блеснули алым, и он произнес: — Здесь мы ничего не найдем. Сяо Мэй не дурак. Он уже уничтожил все ненужные улики, а нужные спрятал. Остается только одно. Навестить хозяина в его резиденции, потревожив покой столь поздним визитом. Лань Чжань… — Вэй Усянь обернулся и дразня произнес. — Нет ли у вас в ордене среди тысяч правил, запрета на вторжение к господину поздно ночью? Лань Ванцзи никак не отреагировал, удалившись из помещения. Вэй Усянь уже было хотел последовать за ним, как его привлекла одна интересная вещица, торчащая из кучи сена. Подняв ее, он усмехнулся и направился за Господином Лань, чтобы показать находку. Тот стоял у выхода как подобает с идеальной осанкой, убрав руки за спину. Засмотревшись, Вэй Усянь тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли, и произнес: — Лань Чжань, посмотри. Лань Ванцзи обернулся и оглядел предмет, что Вэй Усянь так небрежно крутил между пальцев. Вэй Усянь продолжил: — Вещица необычайной редкости, не так ли? Лань Ванцзи безмолвно кивнул. Вэй Усянь игрался с опасным предметом будто бы это игрушка для ребенка, на что Лань Ванцзи наградил Темного заклинателя строгим взглядом. Тот сию же секунду остановился, и будто бы ничего не было сказал: — Темная энергия этого кинжала слишком мощна. Должно быть это… Лань Ванцзи невозмутимо продолжил: — Кинжал Вэнь Жоханя. Вэй Усянь нахмурился: — Если быть точным эту вещицу забрал как трофей Орден Ланьлин Цзинь. Почему же она сейчас находиться здесь? — Темный заклинатель задумался, закрыв глаза, чуть ударяя кончиком флейты по губам. — Ммм, Лань Чжань, это ведь также оружие, запирающее в себе души погибших от его лезвия людей. Орден Ланьлин Цзинь должен был надежно запечатать кинжал, во избежание вот таких вот неприятностей, ведь это идеальное оружие для убийств. Нет души — нет доказательств.

***

В тишине ночи двое заклинателей добрались до резиденции главы. К удивлению вокруг не было ни души. Даже охрана не наблюдалась. Было подозрительно тихо, и только прохладный ветер приятно обдувал лицо. Мужчины взобрались на ворота, внимательно оглядывая территорию. Не было ничего необычного, поэтому Вэй Усянь уже хотел подойти поближе, когда его остановил Лань Ванцзи, схватив за руку. — Здесь течный омега. Вэй Усянь насторожился. Ранее подслушав разговор преступников, Темный заклинатель, предполагал, что такое произойдет. Он внимательно осмотрел альфу и как бы невзначай спросил: — Тебя это совсем не волнует? Лань Ванцзи, чуть опустив глаза, обрамленные длинными ресницами, произнес: — Это не ты, так, что волноваться не о чем. Вэй Усянь ошеломленно замер, неосознанно касаясь зажившей метки. Сначала он подумал, что Лань Ванцзи произнес это из-за нее. Но затем все же понял, что это не так. Метка сковывает омегу и создает узы с альфой. Но никак не наоборот. Лань Ванцзи однозначно должен был среагировать на омегу в течке, чей запах не перебивался даже множеством цветов в саду. Это немного нервировало. «Ему стоило поставить метку на своем альфе» Темный заклинатель очень удивился своим мыслям. Неслыханно, чтобы омега ставил метку на альфе. Это однозначно разразит скандал такого размера, что Лань Цижэнь, как дать, отправиться к праотцам из-за искажения ци. Но когда страх быть осужденным мешал омеге? Он слишком бесстыден и безрассуден, чтобы даже думать об этой эмоции. Вэй Усянь чуть улыбнулся, невзначай осматривая белоснежную шею альфы. Глаза Лань Ванцзи, заметившего его взгляд, немного потемнели.